tasteless...

Ангельское терпение… И он терпит, всю жизнь, изо всех сил. Но сегодня Дино даёт слабину — на железной выдержке появляются первые следы коррозии. Он яростно сжимает кулаки и кидается на Люцифера. Демон напряжён, и принимает удар достойно, оказываясь лицом к лицу с оппонентом. Драка двух сильнейших учеников сопровождается мгновенными слухами, которые окутывают всё вокруг, заражают. Эмоции захлёстывают образовавшуюся из ниоткуда толпу прохожих и зевак. Одни кричат неразборчивые подбадривания, другие — пытаются разнять две борющиеся стихии. Но Ости стоит, завороженно наблюдая за ними, у неё почти перехватило дыхание. Она не болеет за Люцифера. Незаметно от сотен глаз ей удаётся улыбнуться, и улыбка её граничит с умилением. Большой и грозный сын Сатаны сейчас похож на маленького мальчика, распаковывающего свой рождественский подарок. Цель бури — разрушение, и он выпускает её на волю, обрушивает на бедного ангела, которого изо дня в день методично искушал. Она не болеет за Люцифера… ведь он уже вступил в схватку победителем. Всё прерывается с приходом учителей. Мисселина хватает Дино за плечи, она смотрит на него строго, как на нашкодившего котёнка. Ангел виновато опускает голову, аквамариновые глаза кажутся стеклянными, безжизненными. Он повержен.       Геральд, будучи демоном, не разменивается на укоры. Он хватает Люцифера за ворот рубахи и отшвыривает того к колонне. Удар приходится на спину, и Ости чувствует, как вдоль позвоночника пробегают мурашки, а в ушах эхом раздается хруст раздробленных костей. Люцифер удерживается на ногах, он поднимает голову и с вызовом смотрит на учителя, по его подбородку струится багровая кровь. «Сучёныш, ты же даже не пытался смягчить удар крыльями, » — отмечает Ости про себя. Позвонки начнут срастаться через 10 минут, и он выпрямится с еще большей гордостью и самоуверенностью, чем обычно. А уже через 20 минут настигнет её в тёмном коридоре школы, впечатает в стену и бесцеремонно прильнёт к пухлым губам. Кончиком языка Ости почувствует металлические солоноватые капли: — Чёртов хвастунишка — шипит она сквозь поцелуй, — Замолчи-и-и… — Люцифер с силой сдавливает плечи Ости, оставляя на них отметины…

***

Ости устало опускается в горячую ванну, очередной день, который хочется просто смыть с себя. Она прикрывает глаза и запрокидывает голову, мурлыча себе под нос незамысловатую мелодию. Но её глаза распахиваются, и она выгибается, жадно глотая ртом воздух. Грудная клетка горит, тело сковывает, и Ости с трудом возвращает себе на миг утерянный контроль над ним. «И куда же ты в этот раз вляпался?!» — она выругивается и нехотя вырывается из водного плена. Капли стекают вниз, разбиваясь о кафель. Наспех вытирает молочную кожу широким махровым полотенцем и совершенно нагая выскакивает в комнату. Ости распахивает двери шкафа и натягивает на себя первое попавшееся лёгкое платье. Демонесса не смотрится в зеркало — не собирается красоваться перед ним. Из маленького шкафчика достает пару цветных склянок и закрывает за собою дверь, растворяясь в полуночной тьме длинного коридора. Массивную дверь Ости просто распахивает, оказываясь на пороге его комнаты. Люцифер лежит на кровати и читает какую-то древнюю книгу. Он переводит взгляд на неё, вопросительно вскидывая бровь, над которой красуется свежая ссадина: — В прошлый раз я забыла у тебя учебник, — беспристрастно блуждает взглядом по книжному шкафу; — Врешь, чертовка, — Люцифер стреляет глазами в сторону маленькой сумочки, покоящейся на бедре демонессы, — хочешь обскакать Дино в марафоне ночных зубрёжек? — делает особый акцент на имени ангела. — Закрой свой поганый рот, — Ости сокращает расстояние между ними и опускается на колени перед кроватью демона, — показывай, — зелёные глаза горят требовательностью. Люцифер присвистывает: — Оу, так сразу? Ну, раз дама просит… — он резко садится, и одна его рука тянется к ширинке джинс, а другой он надавливает на затылок Демонессы, притягивая её к себе. Тишину комнаты разбивает звук смачной пощёчины, Ости приподнимается, а Люцифер ощущает незримый энергетический толчок, вынуждающий его упасть на чёрные простыни. Не дав ему опомниться, Ости усаживается на бёдра демона, разрывая его рубашку, которая тряпкой летит куда-то в сторону. Демон закипает, сквозь ткань джинсов чувствует его огонь, но одного взгляда, брошенного в сторону грудной клетки, достаточно, чтобы понять, почему он так вяло возмущается. Очередное наказание от отца — самое болезненное и унизительное. На коже нет живого места: кусками она вырвана, и его плоть кажется беззащитной сегодня Люцифер обнажён перед ней по-особенному. Дьявольский папаша коварен — раны, оставленные им, идут вразрез с хвалёной демонической регенерацией. Ости молча тянется к стекляшкам, выуживая их из своей сумки. Её взгляд пуст, словно она смотрит в окно лекционной аудитории. Демоны не переносят открытого сочувствия, а тем более жалости. Люцифер напряжён, на лбу проступает испарина, и он терпеливо ждёт, когда сможет поблагодарить наказать подругу за ущемление его гордости. Она тщательно обрабатывает его раны какой-то синей мазью. Лекарства в её руках сменяются одно за другим, и, к своему стыду, Люцифер понятия не имеет, что она сейчас делает и откуда у неё знания в области демонической медицины. На грудь опускается что-то холодное, в конце она перематывает свою работу тугим бинтом. — Неплохо, — силы мгновенно возвращаются в это крепкое тело, Ости оказывается сидящей на его коленях сама виновата — подкинула дров в этот костёр. Ведомый мимолётным порывом Люцифер утыкается во влажные волосы демонессы, нехотя отмечая, что сегодня она красивая. Кра-си-ва-я: без привычного макияжа, в простом платье… Сегодня Ости обнажена перед ним по-особенному. Отгоняя прочь ванильное наваждение, Люцифер наклоняется ближе к её уху. Обдавая его горячим дыханием, втягивает носом запах свежезаваренного кофе и горького шоколада, позволяя ему вытеснить кислород из легких. Его рука скользит по внутренней стороне бедра подруги:       — Без белья? — издевательски шепчет, не скрывая своего похабного восторга…