haikyuu!!

помню, в тот момент не соображал. перед глазами только её печальный, полный отчаянья взгляд куда-то вдаль. трудно было разглядеть с моего расстояния, но у меня получилось. в старшей школе считал себя супергероем или типа того. ну, что мог так запросто её глазами отыскать. да, в семнадцать лет было как-то проще. сейчас не получится подбежать и дать этому уроду в челюсть. она с меня шкуру содрёт если вмешаюсь. да и не должен был я это видеть, если уж совсем начистоту. то, что я на соседней улице оказался, конечно, чистой воды случайность. мои недавние попытки заделаться сталкером с треском провалились. и не из-за того, что мое лицо каждая собака знает, нет. просто я никак не могу идти достаточно далеко. будто она уйдет за поворот и испарится, а это – хуже смерти. пару раз моих отнекиваний, что мол, иду по делам или «о ты тоже здесь» хватило с лихвой. я не виноват, что хочу залезть ей под кожу.є время почти восемь. она обещала набрать меня, когда освободится. хотела поиграть вместе какую-то дурацкую игру. для парочек. иронии негде упасть. будто создатель башкой в говно меня окунает за мои прошлые косяки с девчонками. ну, как косяки. я не виноват, что в старшей школе за мной бегала каждая плиссированная юбка. и т/и масла в огонь подливала, опровергая слухи, что мы с ней парочка. а, может, мне нравилась та молва.. меня ж никто не спросил. я не выдержал первый, набирая выученный наизусть номер. мне нельзя давать заднюю. я слишком долго и хорошо притворялся, чтобы сейчас всё разрушить. сегодня для меня – ничего не произошло. пока она сама мне не расскажет – придется действовать на нервы своим радостным тоном. блевотина. — знаешь, если ты купила мороженное и жрешь его в одну харю, то я имею все полномочия обидеться, — я пытаюсь. выдавливаю из себя эту улыбку, делая голос максимально беззаботнее. а в голове только её тот взгляд. и тот пидор, который посмел сделать ей больно. — тоору, — мое имя прозвучало так нескладно. хриплый голос явно из-за надрывных рыданий. я с силой сжал кулаки, восстанавливая дыхание. — я.. — ну что за беда. через полчаса буду, — я ничего не знаю. ничего. нужно убедить себя в этом настолько, чтобы мое лицо выдало самое глубокое удивление на её удручённый вид. минут за двадцать я уже перепрыгивал невысокий заборчик её двухэтажного домика. в домашних вещах, с пакетом её любимых вкусностей и с задорной улыбкой. она должна сползти с моего лица естественней, чем когда-либо в моей жизни. опять не заперла входную. дурёха. а если бы.. так ладно. есть много другого чем сейчас можно мысли занять. пяткой об пятку стащил спортивные кроссовки и пулей вбежал на второй этаж, с громким «тук-тук» распахивая дверь комнаты. взгляд нашел её на уровне тумбочек. сидит на попе, не до конца стащив с рук огромный свитер. мой. каждый раз что-то ёкает, когда она «забывает отдать» мои вещи. ну и не отдавай. будешь для каждого долбоухажера пахнуть мной. вся скукожилась, смотря на ковровые ворсинки. голую спину укрывает лишь тонкая полоса спортивного топа. я закусил губу изнутри, ставя пакет на пол. подойдя ближе, стащил с себя ветровку, аккуратно укрывая её голые плечи. растрёпанная, тушь подтекла. у ног валяется телефон. рукава моего худи безбожно испачканы слезами. я присел подле неё, двумя пальцами убирая копну её волос за ухо. она наконец-то поняла, что кто-то еще зашел в комнату. улыбнулся, поджав губы, почти невесомо щелкая её по носу. — что, такое невкусное мороженное было? — не говорю, а скорее хрипло шепчу, видя её с новой бурей нарастающую истерику. радужка уже сменила цвет на такой тёмный, что не узнаю. она встрепенулась, скидывая с рук ненавистное полу снятое худи, на меня накидываясь. я опешил, упал спиной на край кровати, успевая словить её и устроить меж своих ног. плачет, куда-то носом в подмышку мне уткнувшись. до хруста сжимает футболку, таща в разные стороны. трясется, вертится на моих коленях, как юла. боже. не знаю, куда деть собственные руки, а потому просто укрываю её ветровкой, чуть поглаживая по плечам. не хочу. я не смогу слушать её рассказ, который приносит сейчас столько боли. чувствую рёбрами дрожащие всхлипы и стискиваю зубы до хруста. воздушно-капельным передала мне всё, потому что стало наплевать. скрутился клубочком вокруг неё, закрывая в коконе. глажу по голове, мысленно призывая перестать плакать. позволяю пару раз долгие чмоки в макушку. пожалуйста. перестань плакать, т/и. когда моя футболка на груди насквозь промокла от слёз – она успокоилась. удобно устроившись на моих чуть согнутых ногах, она размеренно дышала, изредка шмыгая носом. одной рукой я придерживал её за поясницу, а пальцами другой она игралась, в попытке успокоиться. ну какая к чёрту дружба, боже. да она у нас закончилась еще на выпускном, когда я слюни пускал на её платье, пока та давила мне ноги, неуклюже танцуя медленный танец. я уже едва помню когда в последний раз смотрел на неё как на подругу. а она. она упорно продолжает ходить на свидания, говоря мне, что в этот раз – парень попался, что надо. я. я парень, что надо. кусаю губы до посинения, не желая выпускать слова, что так и рвутся сейчас из-зо рта. она лежит у меня где-то на ключице, щекоча дыханием шею. не надо. стой. — я настолько не достоин, т/и?