Двуличие

2 года спустя Вытирание столов, жонглирование полупустыми керамическими чашками, подсчёт мелочи, парное молоко — вот составляющие моих будней в течение восьми часов пять дней в неделю. Моя работа в кафе "The Steam" в основном состояла из отмывания следов латте с блюдец и беготни, в надежде, что не пролью кипящую горячую жидкость на свою форму или ещё хуже — на кого-то другого. Вообще-то, мне нравилась моя работа. Я наслаждалась наблюдением за клиентами и разговорами с людьми. Кафе было небольшим, но находилось в очень оживлённом месте, час отдыха посреди рабочего дня был настоящим подарком. Я была ценителем чая эрл грэй, это место подпитывало мою зависимость, что было несомненно большим плюсом. Работа официантки — определённо не то, чем мне хочется заниматься до конца своей жизни — это временно, пока не поступлю в колледж своей мечты. Я закончила среднюю школу около года назад и планирую учиться дальше. Причина, по которой мне приходится убирать столы в кафе в родном городке вместо того, чтобы сидеть в комнате общежития, изучая то, что страстно люблю, заключалась в том, что я не была способна заплатить за осенний семестр и не имела портфолио, необходимого для зачисления. Моя страсть — фотография. С девятого класса я мечтала участвовать в выставках в Нью-Йорке и однажды открыть сеть фотостудий. Фотосъёмка — единственное занятие, где я чувствую себя свободной. Есть только ты, никто не говорит тебе, что делать. Все шаги по достижению мечты были чётко распланированы, и, если что-то не срастётся, ума не приложу, как быть дальше. Первым шагом было создание портфолио — сделано. Шаг номер два — надрывать задницу, чтобы накопить денег на первый взнос за обучение, начиная с зимнего семестра — сделано. Третий шаг — назначить встречу с деканом факультета фотографии, для рассмотрения заявления. Сегодня я собиралась завершить третий шаг из тысячи других шагов. Встреча в приёмной комиссии Нью-Йоркского университета была назначена на три. Они собираются рассмотреть мою заявку и портфолио, чтобы решить, смогу ли я приступить к обучению. Утренняя смена в кафе заканчивается в три, но коллега разрешила мне улизнуть в полвторого, так что у меня было время переодеться и добраться до университета. Я была так взволнована и очень нервничала. Не хочу драматизировать, но от этой встречи зависит моё будущее. Если не преуспею в этом шаге, то понятия не имею, что буду делать. У меня нет запасного плана. Было чуть больше часа, желудок скрутило в узел. До половины второго оставалось пятнадцать минут, я старалась успеть как можно больше, когда дело дошло до уборки. Я была благодарна, что Лиа согласилась прикрыть меня, чтобы уйти пораньше. Она знает, как важен сегодняшний день. Прямо сейчас я сидела на корточках за прилавком, аккуратно расставляя кружки и блюдца на полке. Мне действительно необходима эта программа. Этот колледж был очень претенциозен и строг в плане поступления, поэтому надеюсь, что я достаточно хороша для них. Просто нужно держать голову ясной и избегать любых отвлекающих… — Эйвин… — беспорядочные мысли прерывает мужской голос. Застываю на месте, прилавок скрывал меня от посторонних глаз. Голос сразу же кажется мне слишком знакомым, и это последний человек, которого я хотела услышать, особенно сегодня. Поднимаю голову, закатываю глаза, он не мог меня видеть, и делаю глубокий вдох. — Я же сказала тебе, не появляться на моей работе, — уверенно выпрямляюсь, точно зная, кто это был. Он сидит на высоком табурете у стойки в своей футбольной куртке, из которой не вылезал на протяжении всего обучения в средней школе, серые глаза встретились с моими. Сколько бы я ни просила его не беспокоить меня на работе, сегодня определённо был самый неподходящий для этого день. — Кто сказал, что я здесь из-за тебя? — лжёт парень, впрочем, как и всегда. — Лия может принять твой заказ, — указываю на девушку на другом конце стойки прежде, чем уйти, но парень останавливает меня, схватив за руку. — Ладно, хорошо! Я здесь, чтобы поговорить с тобой, — признаётся он, продолжая крепко сжимать моё запястье. — Райан, я не хочу говорить, — резко отдёргиваю руку. Ему больше не позволено прикасаться ко мне, никогда. — Ты не отвечаешь на мои сообщения, — парень хмурит брови, откидывая назад светлые волосы. — Интересно, почему? — в голосе звучит сарказм. — Пожалуйста, перестань мне писать, звонить, приходить домой и на работу. Серьёзно, хватит, — стараюсь говорить тихо, но требовательно. Признаюсь, честно — это было сложно. — Я делаю это только потому, что ты не хочешь выслушать меня, — шёпотом кричит Райан, сложив руки на прилавке. В воздухе витает запах одеколона, который я подарила ему год назад. — Мы расстались. Следовало подумать об этом раньше, а не почти год спустя, — стреляю в ответ, не в силах терпеть его выходки. Смотрю на настенные часы и вижу, что до половины второго осталось всего несколько минут. — Мне пора идти. — Куда это ты собралась? — спрашивает он, нахмурившись. — На встречу в приёмную комиссию, — бормочу я, не понимая, почему вообще отвечаю ему. — Давай я тебя подвезу, мы могли бы обсудить... — Пожалуйста, хватит, Ри. Просто... просто оставь меня в покое, — я подхожу к компьютеру за стойкой, чтобы сдать смену. Снимаю красный фартук и вешаю его на вешалку, подхватив сумку. Поначалу я планирую обойти стойку и выйти через главный вход, учитывая, что припарковала там машину, но понимаю, если пройду мимо Райана, он будет продолжать пытаться поговорить со мной. Так что собираюсь выйти через чёрный ход и прогуляться. — Эйвин, подожди, — парень вскакивает со стула, когда я достигаю служебного входа. — И перестань носить эту куртку. Ты не в школе, мы закончили её год назад, — качаю головой и покидаю помещение, не дожидаясь ответа. Возможно, стоило оставить своё мнение при себе. Впервые в жизни я холодна к нему, но он действительно испортил наши отношения, причинив мне боль. Я рассталась с Районом несколько месяцев назад, вскоре после окончания школы. Наши отношения были токсичны. Мы встречались в течение года, поначалу всё было здорово. Но сторона, которую я никогда не хотела в нём видеть, постепенно выходила наружу. Райан начал совершать отвратительные поступки, которые очень расстраивали. Было трудно забыть время, проведённое вместе, но теперь, когда всё кончено, он просто не может оставить меня в покое. Сейчас Райан уделяет мне больше внимания, чем, когда мы встречались. Суть в том, что парень хочет того, чего не может иметь. И теперь, когда меня нет, он не может с этим смириться. Расставание с ним не было лёгким, я через многое прошла и хочу, чтобы Райан позволил мне двигаться дальше. Я прохожу через служебное помещение, к выходу в дальнем углу, коричневая сумка болтается на плече. Мне следует сосредоточиться на делах, а не на мыслях о Райане. Толкаю тяжёлую дверь, выхожу в переулок, осторожно спускаюсь по ступенькам и иду к парадному входу. Рука ныряет в сумочку, чтобы достать жёлтую зажигалку и пачку сигарет, вытаскивая одну, зажав между губ. Я обещала себе, что не буду сегодня курить, но после неожиданной встречи не могу сдержаться. Знаю, это ужасная привычка. Раньше я имела привычку хрустеть суставами, теперь ей было курение. Это не происходит постоянно, только когда нервничаю. Последние две недели в этом не было нужды. Впервые в жизни мне довелось выкурить сигарету несколько лет назад с Мариссой на вечеринке, с течением времени это переросло в привычку. Когда моя жизнь стала более напряжённой, курение стало более частым. Разрыв с Райаном лишь усугубил ситуацию, увидев его сегодня, я напряглась. Я не курю сигарету за сигаретой и не выхожу на балкон по ночам. Планирую бросить в ту же минуту, как буду принята на учёбу, просто сейчас переживаю стресс. Признаться честно, я не пью и не курю ничего, что способно поднять настроение, это просто одна плохая привычка, от которой я ещё не избавилась. Одной пачки мне может хватить на месяц. Прикурив, жду, когда кончик начнет тлеть и убираю зажигалку в карман. Быстро иду к своей машине, надеясь, что Райан не увидит меня через окно и не начнёт преследовать. К счастью, я оказалась в салоне прежде, чем он успел выйти из кафе. Вставляю ключ в замок зажигания и выжимаю сцепление, чтобы завести машину. Поворачиваю ключ определённым образом — это единственный способ для запуска двигателя. Я действительно не понимаю, как работает эта система, всё, что мне известно, — то, что моя дерьмовая машина не запустится, если не пошевелить ключом в гнезде, провернув пару раз. Двигатель заводится, и я выезжаю с парковки. Кажется, что в минуту, когда машина начинает двигаться, мои мысли активизируются. Я пыталась успокоиться и не нервничать из-за предстоящей встречи, но ничего не могла с собой поделать. А что, если они увидят портфолио и посмеются надо мной? Или скажут, что я никогда не буду достаточно хороша для этой программы? О боже. Включаю радио и открываю окно, стараясь себя не накручивать. Ведь чем больше я об этом думаю, тем больше нервничаю, отчего хочется заплакать. Не смей рыдать, Эйвин. Ты должна войти туда уверенно и с позитивным настроем. Моя бабушка и Марисса — единственные, кто видел портфолио, и они думают, что оно прекрасно. Хотя, мне кажется, что они говорят это только потому, что заботятся обо мне. Мне нужен был взгляд со стороны, я была слишком труслива для этого. Но именно это и будет происходить на сегодняшней встрече, и я безумно напугана. Мою работу будут оценивать люди, которым плевать на меня, так что точно узнаю, подхожу ли я для этой индустрии. Выдыхаю дым, делаю последнюю затяжку и выбрасываю тлеющий окурок в окно. Быстро хватаю жвачку, лежащую в пустом подстаканнике, и отправляю её в рот, чтобы избавиться от неприятного запаха. Последнее, что мне нужно, чтобы от меня пахло табаком. Следовало подумать об этом прежде, чем закуривать, но, ничего не поделаешь. Мне предстояла небольшая поездка, в которой было опасно оставаться наедине с беспорядочными мыслями. Я много раз репетировала свою речь, и если продолжу отвлекаться, то отключусь. Нужно найти способ расслабиться и забыться на ближайший час. Включаю радио и делаю погромче, чтобы немного взбодриться, но вместо музыки попадаю на рекламу и новости. Ну, конечно. В моей машине ловит всего две радиостанции, одна из которых коммерческая, а другая — музыка, которую я ненавижу. — Итак, вернёмся к популярным новостям. Шерил, ты слышала о последнем скандале разгоревшемся прошлой ночью? — раздаётся отчётливый мужской голос. — Да, Рэй, кажется это связано с той британской рок-группой. — Совершенно верно. «Двуличие» переживает непростые времена, и это прямо перед мировым туром… — я перестала дышать, когда услышала знакомое название, глаза быстро метнулись к радио. — Точнее... у их солиста трудный период. Похоже, что Гарри Стайлс вновь оказался в центре внимания. Вчера вечером в известном баре Лос-Анджелеса он набросился на папарацци, когда они начали щёлкать камерами на выходе, без намерения останавливаться. — Я слышал, что он был крайне агрессивен. — О да, Стайлс разбил камеру об пол и набросился на фотографа с кулаками. Всё закончилось тем, что человека по имени Чарльз Мартин госпитализировали. У него перелом ребра, рассечение брови и ушиб глазного яблока. Журналисты говорят, что он собирается выдвигать обвинения против певца, который отказывается комментировать ситуацию. — Невероятно, но некоторые восходящие знаменитости просто не могут справиться с популярностью… Я выключаю радио, избавляя себя от подробностей. Выезжаю на шоссе в полной тишине. В течение двух лет «Двуличие» и Гарри Стайлс были всего лишь воспоминанием, и я упорно работала над тем, чтобы так оно и оставалось. Но было трудно находиться в неведении, когда ты только и делаешь, что слышишь о них по радио и в новостях. «Двуличие» было на пике карьеры. Два года назад они были малоизвестны, но их популярность продолжала расти. Сейчас они являются одной из самых обсуждаемых групп. Теперь речь шла не о маленьких концертных площадках в коротком туре по Америке, а о распроданных аренах и сотнях концертов по всему миру. Так что теперь «Двуличие» — всё, о чём я слышу, в особенности о Гарри Стайлсе. Тот, кто однажды позвал меня за кулисы, чтобы использовать для секса, а затем грубо послал, когда не получил то, что хотел. Этот сумасшедший парень, которым все восхищаются, был редкостным мудаком. Он использовал девушек как объект для удовлетворения собственных потребностей, совершенно не заботясь об их чувствах. Но в нашем безумном мире люди, подобные ему, становятся одними из самых известных знаменитостей. Если я не слышу песни группы, то я обязательно слышу новости о них. Я так старалась вычеркнуть «Двуличие» из своей жизни, но они просто продолжают преследовать меня. Новости о Гарри не заставили чувствовать себя лучше. Как сказала женщина по радио, некоторые восходящие знаменитости не умеют справляться с популярностью. С тех пор как Стайлс оказался на вершине, он не приносил ничего, кроме хаоса. Всё, что о нём слышно, кроме восхваления таланта и привлекательности, — то, что он постоянно ввязывается в пьяные драки и попадается с запрещёнными веществами, такими, как наркотики. Он действительно дерьмовый пример для подражания. В прошлом месяце я слышала, что он был брошен в тюрьму на трое суток за акт насилия. Кажется, в ближайшее время «Двуличие» должно отправиться в мировой тур, но я не знаю, как этот парень доберётся до последнего концерта, не будучи арестованным. Что действительно интересно, так это то, что независимо от того, сколько законов он нарушает, ему всегда всё сходит с рук. Три ночи в тюрьме были самым серьёзным наказанием, которое Гарри когда-либо получал. Некоторые из вещей, о которых я слышала, являются полным основанием для более длительного заключения: наркотики, участие в незаконных уличных гонках, вандализм, насилие. Каким-то образом этот человек выходит сухим из воды, как ни в чём ни бывало, продолжая выступления. Должно быть, дело в деньгах. Парень очень богат и его быстро выпускают под залог — но складывается впечатление, будто у него есть ангел, в любой момент готовый вытащить его из самого густого дерьма. Я искренне верю, что в конце концов Стайлс получит по заслугам. Оставшуюся часть пути я ехала медленно, так как услышанная новость, выбила меня из равновесия. Встреча назначена ровно на три, опаздывать было нельзя. Я была крайне недовольна, когда попала в пробку. Обычно шоссе свободно до четырёх, так как все находятся на работе, видимо, вселенная меня ненавидит. Каждая мучительная минута в пробке вгоняла в жуткую панику. Ничто не должно испортить этот день, я так долго этого ждала. Вывернув из транспортного потока, часы показывали без трёх три, до университета оставалось пять минут. Если я хочу приехать на встречу вовремя, придётся поднажать и преодолеть оставшееся расстояние за минуту. Когда я въезжаю на территорию университета, внутри всё сжимается. Моя машина, не привыкшая к такому обращению, резко тормозит перед зданием колледжа Лиги плюща. К счастью, я заранее изучила карту, чтобы знать, куда идти. Отстегнув ремень безопасности, наклоняюсь к зеркалу заднего вида, чтобы посмотреть на себя. Избавляюсь от контактных линз и бросаю их в футляр, лежавший на пассажирском сидении, хватаю из бардачка очки. Думаю, очки сделают меня умнее. Но, если бы я действительно была так умна, какой хочу показаться, я бы всё равно сняла линзы, после утомительного часа езды. Выскочив из машины, хватаю папку с заднего сидения и громко хлопаю дверью, чтобы убедиться, что она останется закрытой. Если этого не сделать, двери просто снова откроются; обожаю свою машину. Быстро смотрю на телефон, чтобы узнать время. — Вот дерьмо! — часы показывают без минуты три — это катастрофа. Единственное, что мне оставалось — бежать. Огромное серое кирпичное здание, казалось, уходило далеко в небо, но у меня не было времени полюбоваться его красотой. Я торопливо преодолевала безумное количество ступеней, изо всех сил стараясь не задыхаться. Моя выносливость равнялась нулю, и, честно говоря, я не была достаточно спортивна, чтобы бежать. Ко всему прочему, у меня астма. Астма и бег — не очень хорошее сочетание. Я взяла с собой ингалятор? Надеюсь, что да. — Чёрт, чёрт, чёрт! — шептала про себя на бегу. Добравшись до верха лестницы, я начинаю видеть звёзды в глазах, которые не предвещали ничего хорошего, но ничто не могло меня остановить. Спина вспотела, мне хочется передохнуть, но я всё ещё нахожусь снаружи. Подбежав к массивной дубовой двери, я распахиваю створки и залетела внутрь. Дверь чертовски тяжёлой. Как только я вваливаюсь в помещение, с раскрасневшимися щеками и влажной от пота кожей, сразу сталкиваюсь лицом к лицу с женщиной, сидящей за гигантским дубовым столом. Её рыжие волосы собраны в тугой пучок, а на переносице сидят маленькие очки. Пугающий внимательный взгляд мгновенно заставляет нервничать. — Эм… — убираю волосы с лица и приглаживаю их рукой, они были в полном беспорядке. Прищурившись, я уставилась на табличку с именем на столе. Джуди Прескотт. — Здравствуйте, Джуди, — прочищаю горло, нервно разглаживая одежду. — Мисс Прескотт, — женщина тут же меня поправляет. Дерьмо. Заправляю волосы за ухо, крепко сжимая в руке папку. Начало уже не задалось, нервы были на пределе. — Верно… прошу прощения, — быстро извиняюсь, сделав шаг вперёд, так что теперь я была прямо перед столом. — У меня назначена встреча с д... — Деканом приёмной комиссии? — она заканчивает моё предложение с суровым выражением на лице. — Прямо за той дверью, — женщина указывает налево. Я смотрю на высокую дверь, на которой расположена табличка с надписью «декан приёмной комиссии». Проглотив комок в горле, крепче сжимаю папку в руках. Почему я так взвинчена? — Спасибо, — бормочу я, чувствуя, как сжимается горло. Мисс Прескотт уставилась на экран компьютера перед собой, не говоря больше ни слова. Надеюсь, что декан не такая, как она, в противном случае вероятность, что я заплачу, резко увеличится. Робко подхожу к массивной двери, вытирая вспотевшие ладони о штаны. От этой встречи зависело моё будущее, я не могла не волноваться. Дверь была прямо перед моим носом, её поверхность отдавала финишным покрытием. Открываю дверь, зная, что больше нельзя терять ни минуты. Едва успев собраться с мыслями, встречаюсь взглядом с деканом, Гален Нортон. Она сидит, сложив руки вместе на большом письменном столе. Выбеленные волосы собраны в пучок. На вид ей за пятьдесят, на лице нет ни грамма косметики, за исключением ярко-красной помады. — Мисс Брукс, вы опоздали, — слышится строгий голос, как только появляюсь в кабинете, даже не успев отпустить дверную ручку. Я застываю на месте, взглянув на настенные часы позади её головы и вижу, что они показывают три минуты четвертого. Лёгкие перестают функционировать. Скажи что-нибудь, чёрт возьми, или упустишь свой шанс. — Мне очень жаль, — быстро извиняюсь, закрыв за собой дверь, подхожу к стулу, напротив её стола. — Я вышла с работы в полвторого, чтобы приехать пораньше, но трафик на шоссе… — Вы принесли аттестат о среднем образовании и портфолио? — резко прерывает декан Нортон, не желая слышать оправданий. Я продолжаю стоять рядом со стулом, раздумывая, стоит ли мне садиться. Пожалуй, постою. — О, конечно, — киваю, протянув ей свою чёрную папку, она была немного влажной в том месте, где я её сжимала. Женщина внимательно смотрит на меня, переводя взгляд на пустой стул. Это был намёк, чтобы сесть. Я знала, что должна была сесть. Плавно опускаюсь на сидение, всё ещё протягивая папку. Мои руки дрожали, думаю, она это заметила. Чем дольше она заставляла меня держать её, тем заметнее становилась дрожь. К счастью, она забрала папку, положила перед собой и открыла. Я закинула ногу на ногу, осторожно поправив волосы и очки. Её глаза изучали аттестат и обложку портфолио, не упуская ни единой детали, пока я беспокойно за ней наблюдала. Смотреть, как кто-то оценивает твои работы — безумно нервно. Я предпочла бы, чтобы женщина посмотрела портфолио без меня, чтобы не видеть её реакции. Отвожу взгляд в сторону, осматривая большой одноместный кабинет. Стена позади декана была сплошь заставлена книжными полками от пола до самого потолка. В стенах слева и справа располагались высокие элегантные окна, по три с каждой стороны. С одной стороны открывался вид на просторный двор, где можно видеть студентов колледжа, прогуливающихся со своими друзьями; как же сильно я хотела быть одной из них. — Оценки хорошие, самый минимум для поступления, но хорошие, — говорит женщина, заставляя снова посмотреть на неё. — С-спасибо. — У вас есть резюме? — она пристально смотрит на меня. — Резюме? — вопросительно выгибаю бровь. — Что-то, чем вы занимались вне школы. Работы и задания, связанные с фотографией, — уточняет мисс Нортон, отчего мой желудок переворачивается. — О... Я не знала, что это обязательное требование… — Нет, но это может помочь, — строго отвечает она. От холодного тона перехватило дыхание. — Я... я снимала для ежегодника каждый год, — отвечаю я, нервно хватаясь за штанину. — Внеклассные занятия меня не интересуют, — протестует декан. Что-то вне школы? У меня нет профессионального опыта съёмки, именно за этим я сюда и пришла, мне нужна эта программа. Застываю на месте, не зная, что сказать, судорожно вспоминая то, что могла делать не в школе, но на ум ничего не приходило. Я понятия не имела, что опыт работы в сфере фотографии был обязательным требованием для собеседования, которого я так долго ждала. От устрашающего взгляда в ожидании моего ответа желудок сильно свело, а руки трясутся, потому что я просто не могла сказать то, чего хочет эта женщина. Складывается ощущение, что она знает о моём стрессе, потому что её тонкие брови хмурятся. — У вас совершенно отсутствует опыт, верно? — спрашивает декан Нортон. Медленно киваю, не в силах вымолвить и слова. Она вздыхает и открывает портфолио, заставляя сердце упасть. Это был вздох разочарования, который означал, что она зря тратит время. Господи, и что мне теперь делать? Она начала листать страницы с моими работами, не говоря ни слова, как делала раньше. На каждую фотографию она тратит не более трёх секунд, окинув её быстрым взглядом, прежде чем перейти к следующей странице. Мои ладони влажные от напряжения, чувствую, что я уже упустила эту возможность. Я молча жду, пока декан рассматривает моё портфолио, руки всё ещё сжимают ткань над коленями. Дойдя до конца, она захлопывает книгу и отодвигает в сторону. Взгляд возвращается к моим глазам, я перестаю дышать в ожидании её слов. Мисс Нортон разочарованно вдыхает. — Послушайте, — начинает она. О нет. — У вас неплохое портфолио. Некоторые снимки достаточно хороши для поступления. Ваши оценки тоже хороши. Но, мисс Брукс, этот колледж на шаг впереди. Мы не принимаем сюда студентов с минимальными требованиями. Мы ищем тех, кто выходит за рамки участия в школьной программе. Ваша заявка скучна, опыт совершенно отсутствует. Мне нужно видеть, что вы можете ещё, что отличает вас от всех других кандидатов. Я не сомневаюсь в ваших навыках фотографии, потому что, как я уже сказала, снимки хороши, и вы выбрали правильное направление. Мне просто нужно увидеть больше, что-то, что скажет мне, что вы заслуживаете быть здесь, — моё тело оцепенело, я с трудом могла переварить услышанное. — Я действительно заслуживаю быть здесь, клянусь. Я знаю, что у меня нет опыта, но я никогда об этом не думала. Если вы примете меня в программу, то увидите, что я способна на большее, — говорю в свою защиту. — Я не могу полагаться на ваше слово, мисс Брукс. Самое большее, что я могу для вас сделать, это предложить стажировку, чтобы посмотреть, как вы справляетесь с задачами в течение двух месяцев. И по истечении этого срока решить, будете ли вы приняты в программу. — Я согласна на любое предложение, — хватаюсь за эту возможность. — Это ещё не значит, что вы будете приняты. — И всё же. Я могу отработать навыки, которые вы хотели бы видеть в течение этих двух месяцев. Обещаю, что не подведу вас. — Стажировка не бесплатна и потребует предоплаты, — добавляет она. Ой-ой. — Полной предоплаты? — Да, это всего лишь пробная двухмесячная стажировка. Сумма не такая большая, как за полный год обучения, поэтому мы не можем разбить её на несколько платежей, — эти слова заставляют меня нервничать. — И сколько это будет стоить? — бормочу я. — Пятнадцать тысяч, — она озвучивает сумму, у меня сводит живот. Я застываю, впитывая полученную информацию, в попытке подсчитать числа в уме. — Плюс сорок тысяч за полное обучение? — шепчу я. — Да. Это проблема? — спрашивает декан Нортон. Опускаю взгляд на колени, нервно заправив прядь волос за ухо. Конечно же нет. Всего-то пятьдесят пять тысяч, о каких проблемах может идти речь? — Э... Я не думаю, что смогу быстро достать такие деньги. Единственный способ, которым я могу заплатить за обучение — рассрочка и кредиты, — мне было стыдно признаться, что у меня просто не было денег на этот богатый колледж. Она выпрямляется в кресле, сложив руки на стол. Понятия не имею, что женщина собирается сказать, но действительно чувствую, что упустила свой шанс. — Мисс Брукс... Эйвин. Я действительно хочу, чтобы ты добилась успеха. Существует так много вариантов, которые помогут получить это место. Всё, что от тебя требуется — небольшой опыт работы, таким образом ты сможешь подзаработать и составить резюме, чтобы выделиться среди остальных. Ты не пробовала найти агента, который давал бы тебе небольшие задания? — её строгий тон заметно смягчился, наверное, ей было меня жаль. — Нет, — отрицательно качаю головой, — не думаю, что достаточно для этого подхожу. — Ну, никогда не знаешь наверняка, к тому же, у тебя есть портфолио, — продолжает она, всё это звучало как желание поскорее от меня отделаться. Раздражённо провожу рукой по волосам, чувствуя, что облажалась. — Я собираюсь кое-что сделать, то, что не часто делаю для кандидатов, — произносит декан, заставляя посмотреть вверх. Она повернулась к компьютеру и начала что-то печатать. — И что же это? — с любопытством спрашиваю я. Понятия не имею, чего ожидать, но уже взволнованна. — Я сведу тебя с одним агентом, он известен тем, что выбивает отличные вакансии для начинающих молодых фотографов. Если тебе удастся получить хороший опыт, я уверена, что в следующем году ты будешь принята в нашу программу, — говорит женщина, продолжая печатать. У меня ёкает сердце. — Вы это серьёзно? — взволнованно спрашиваю я, чувствуя себя польщенной. — Да, но это единственное исключение, — коротко отвечает женщина. — Вау, даже не знаю, как вас благодарить, — я немного оживляюсь, чувствуя, как сердце ускоряется в груди. — Ты получишь от него сообщение в течение нескольких дней, поэтому следи за электронной почтой, потому что он не привык ждать, — я с трудом понимала, что она говорит, потому что была сильно взволнована. — Большое вам спасибо. Обещаю, что не подведу, — я не могла усидеть на месте. — Рада, что мы пришли к соглашению. В следующий раз, когда ты вернёшься с опытом, я вновь рассмотрю твою заявку, — она отправляет письмо и поворачивается ко мне с лёгкой улыбкой. — Спасибо, — снова повторяю я, потому что это были единственные слова, вертевшиеся на языке. — Не упусти этот шанс, — она указывает на меня, — или ты это сделаешь или можешь забыть о программе. — Не упущу, это не последняя наша встреча, вот увидите.