Эйфория

      Не понятно, для чего и с какой целью создавалась наша планета. Под каким предлогом она согласилась принять таких ничтожных созданий как люди, которые только и делают что губят ее. Начиная с самого начала, будь то Библия или наука, человечество так и норовит перейти черту и переписать законы природы в свою пользу, что не всегда получается.       Сколько бы общество не пыталось исправить ошибки прошлого, всегда появляются новые, и это всё наваливается как снежный ком, подминающий под себя поколения и поколения, не давая выкарабкаться из этой пучины хаоса и разрухи.       Нашу планету будто выкинули, словно ненужную тряпичную куклу, на съедение муравьям, возомнившим себя богами и гениями. Так о каком мире вообще может идти речь? В обществе где процветают секты, насилие, убийства, дискриминация в любом виде. В обществе, где люди только и могут что прятаться за спинами друг друга, подставляя под удар своих сородичей, не может существовать такого понятия как «мир». Чтобы достичь идеала, понадобится не один век.       Существует лишь немногое количество людей, понимающих весь этот ужас и бред, что надолго вбили политики и активисты в голову ничего не понимающим жителям Земли. Такие люди не пытаются держаться вместе, не пытаются воспротивиться уже устоявшейся системе.       «Ненормальные», «чокнутые», «странные». Так называют этих людей зачастую, просто потому что не хотят принять правду, не хотят посмотреть на мир с другой стороны. В школах таких людей называют «аутсайдерами», а по жизни «отшельниками» и «одиночками». Такова уж их судьба. Пока «обычные» люди поймут хоть что-то, пройдет вечность.

***

      Шум дождя разрывает на куски тишину, обволакивающую комнату. Ветер ещё еле покачивает деревья, а ветки постукивают в стекло, так и просясь пробраться внутрь, когда слышится негромкий раскат грома, сопровождаемый белыми отблесками, раскинувшимися по пасмурному небу. Противный писк будильника разносится по всей спальни, лишая последней надежды на беспокойный сон. Заткнуть железяку не помогает даже брошенная с яростью подушка. Мышцы отдают резкой болью, притягивая за собой все отвратительные воспоминания за прошлый день. Раздается ещё один раскат грома с молнией, но уже ближе. Это заставляет приподняться на локтях и осмотреть своё место пребывания, насколько это позволяют слипшиеся ото сна глаза.       Дождь начинает усиливаться, а ветер воет всё сильнее и сильнее. Последние попытки провалиться в сон, рухнули, и Сонхва, нёсший всё это бремя, медленно встает, неторопливо пересекая комнату, и закрывает окно, оставляя его на проветривание. Юркий ветерок пробирается под футболку, заставляя поёжиться. Так лучше. Так слышно капли дождя и запах свежести. Так чувствуешь себя живым.       На часах время 9:37. Звук урчащего живота возвращает к жестокой реальности, где каждый смертен. Жаль, что нельзя отключить потребности человека. С такими мыслями Сонхва спускается на первый этаж, в поисках хоть какой-то еды. Помирать с голоду пока не входило в его планы.       Холодильник встречает серостью и пустотой внутри, оставляя неприятный отпечаток в изголодавшейся душе. Чёрноволосый будто внутрь себя заглянул. Там так же пусто и серо. На столе лежит упаковка от растворимого кофе. Видимо мать оставила, убежав на работу впопыхах. Отсутствие главы семейства сильно сказывалось на ней в последнее время. Но не на Сонхва. Он уже перетерпел все эти страдания человеческой души. Будучи «странным» с самого детства, ему хватило лишь обреченного вздоха, означавшего что-то вроде сочувствия, и на этом его терзания закончились. Он не винил ни автомобиль, ни пьяного водителя. Значит так было нужно. Значит так распорядилась судьба. Отец оказался слабым по всем параметрам. Поэтому жизнь просто вычеркнула его из списка «нужных» людей. И если мать не прекратит убиваться по этому поводу, закончит также.       Из раздумий выводит свист нагретого чайника, за окнами непривычно тихо. Дождь кончился, смыв всю усталость и былые страхи. Но ненадолго.       Быстро допивая заваренный кофе, Сонхва решает прогуляться пока позволяет время. Завтра он отправится в тюрьму, под названием старшая школа, созданную только для того, чтобы загубить все надежды и мечты детей, еле начинающие пробиваться сквозь толстую корку льда. В этом и есть смысл общества — не давай другим, непохожим на тебя, реализовывать свои идеи.       Кружка отправляется в раковину, а чёрноволосый проходит через всю кухню в коридор, накидывая на себя тонкую кофту и натягивая лёгкие кеды.       Запах только закончившегося дождя приятно разносится по воздуху, а холод проносится под одежду, заставляя рой мурашек пробежаться по коже. Ветерок приятно треплет чёрные, как смоль, волосы. Пак думает о своём, направляясь по направлению к главной улице, совершенно ничего не замечая. Когда-нибудь эта невнимательность и отрешенность его погубит.       Проходя мимо темного переулка, Сонхва краем глаза замечает группу людей, столпившихся вокруг чего-то маленького. Подойдя чуть ближе, он понимает что это подростки, примерно одного с ним возраста, на вид лет шестнадцати. Двух он даже узнает в лицо. Во главе стоит некий Ким Хонджун, вальяжно облокотившись об стену дома, а за ним, наблюдая за всем эти, расположился ещё один человек. Сон Минги. Пак хоть и не был психологом, но не трудно было догадаться, что это ему совсем не по душе. Будто что-то внутри его съедало. Наверное, совесть, если она у него еще осталась. Возможно Сон и не был плохим человеком, но если он продолжит позволять кому-то втаптывать его бренное тело в рыхлую землю, от него так же избавятся. Как и от отца Сонхва. Жизнь никого не щадит. Этот безжалостный механизм имеет свою систему отбора, и пока никому ещё не удалось его познать.       Интересно, чем этим придуркам так не угодил щупленький пацан, лежащий сейчас на асфальте и истекающий кровью. Был бы Сонхва «обычным» человеком, без раздумий побежал бы на помощь. Но он не такой. Ему чужды страдания таких, как они. Помогать людям, которых не любит жизнь, не в его приоритетах. Не то, чтобы жизнь любила Пака, скорее он не любил её. В этом заключалось маленькое, но значительное различие. Постояв так ещё пару минут и мысленно посочувствовав бедолаге, чёрноволосый разворачивается и идет по направлению к своему изначальному пути, бросив в последний раз взгляд на страдальца. Это не его вина. Сонхва не будет думать об этом долго. Нет.       Солнце уже заходит за горизонт, и на площадке, куда пришел Сонхва, даже не имея не малейшего понятия зачем, уже становится холодно. Промерзший воздух заставляет сильнее кутаться в тонкую кофту, что едва могла согреть. Вибрация в кармане заставляет отвлечься от своих темных мыслей.       На экране телефона высвечиваются два уведомления, что уже много для обычного дня Пака. Первое от матери, уже пришедшей домой с работы и, вероятно, очень уставшей. Ничего нового и выходящего за рамки. Сухо и просто, как и обычное общение с ней: «Приходи, уже темнеет. Ужин готов». Быстро написав ответ, юноша возвращается к в второму сообщению.       Оно от Юнхо. Единственного человека, после самого себя, которому доверяет Пак Сонхва. Рассказывать об их дружбе не придется долго. Это было случайное знакомство.       Будучи очень пугливым и неуверенным в себе ребенком, Юнхо часто попадал в неприятности, из которых трудновато было вылезать. Зато теперь у него есть человек, который поможет ему в этом деле.       Это был обычный день в младшей школе. По окончанию которого маленького мальчика со светлыми волосами закрыли в раздевалке старшеклассники. Сколько не уговаривал себя Юнхо, не паниковать не получалось. Он уже хотел начать плакать и кричать о помощи, как вдруг за его спиной раздался тихий голос:       — Не кричи. Тебе все равно не откроют, — блондин резко оборачивается, молясь всему чему только можно, чтобы этим незнакомцем не оказался какой-нибудь мертвый мальчик из фильма ужасов.       — Кто ты?! Прошу не трогай меня! — из тени выходит мальчик, чуть ниже Юнхо ростом, и светловолосый выдыхает в облегчении. — А ведь мама говорила мне, что монстров не существует…       — Ты подумал что я монстр? — незнакомец садится на пол, поджимая под себя ноги.       — Нет… Прости, просто я испугался…       — Нет. Ничего страшного, мне понравилась твоя реакция, — и Юнхо весь расцветает, так же как и расцветает улыбка на лице мальчика, минуту назад напугавшего блондина до смерти.       — Я Чон Юнхо, — протянутая вперед рука слегка подрагивает от только что пережитого ужаса.       — Пак Сонхва, — впервые за всё время Сонхва не отталкивает, а принимает знак внимания со стороны другого человека.       Эта дружба завязалась необычным способом. Наверное, поэтому она такая крепкая. Юнхо ни на шаг не отходит от своего друга, даря ему самые тёплые объятия и улыбки, а Сонхва, в свою очередь, очень ценит эти знаки внимания, запоминает каждое взаимодействие Юнхо с ним и делится всем со своим другом.       Воспоминания вихрем проносятся в голове Пака, оставляя за собой приятное ощущение спокойствия. Он не видел Юнхо почти все лето и просто не мог дождаться встречи с ним. «Привет! Готов к завтрашнему?».       Хотелось вывалить все свои проблемы на друга все и сразу, но Сонхва понимал, что начинать общение так, после долгой разлуки не стоит. Только начинающееся набираться сообщение вмиг стирается. Вместо долгого и занудного всплеска эмоций остается лаконичное:

«Да.»

«Отлично! Тогда я зайду за тобой завтра в 7:30. Постарайся не умереть к моему приходу»

«Хорошо. Постараюсь.»

«До встречи!»

«Ага»

      Дисплей телефона гаснет и Пак собирается домой. Дождь снова накапливается, а мокнуть совсем не хочется.       По дороге домой юноша всё-таки решает заглянуть в ту подворотню, где несколько часов назад так жестоко издевались его одноклассники. Никого там не обнаружив, что было бы очень странно, если бы нарушители порядка оставили жертву на месте, чёрноволосый возвращается к своему маршруту, напоследок оглядев местность.       Ступени. Дверь. Ключи. Дом встречает пустотой и оглушающей тишиной. Не удивительно, ведь матери завтра снова на работу. Жить-то на что-то надо. Кофта и кеды летят куда-то в сторону, а Сонхва проходит вглубь дома. Что и следовало ожидать: ужин уже остыл. Ничего страшного, Пак обойдется без него. Поднявшись по лестнице наверх, к себе в комнату, юноша наконец спокойно выдыхает. Единственное место, где он мог расслабиться, было тут. В его комнате. Мать даже и не пыталась заходить сюда, обговорив эти негласные правила с сыном на уровне интуиции. Этому Сонхва был несказанно рад.       Забравшись на кровать и поджав под себя ноги, Пак заваливается на спину, просто пялясь в потолок. Телефон утратил свою надобность еще очень давно, сейчас он был нужен для общения с Юнхо и редко с матерью.       Думать о завтрашнем дне не хотелось совсем, но мысли сами лезли в голову. Старшая школа, как не крути, представляла куда большую опасность чем младшая и средняя вместе взятые. Запирание в туалете и испорченные бутерброды в портфеле заменят куда более серьёзные издевательства. Может и стоило рассказать Юнхо обо всем этом, но зная его, он обязательно начнет заступаться, а втягивать друга в свои проблемы совсем не хотелось. Может, вы скажете что настоящие друзья так не делают, но и настоящие друзья не позволять своему другу быть под угрозой лишь потому что тебе тяжело. К тому же, Сонхва не было тяжело, по крайней мере снаружи. Он терпел и надеялся что привыкнет к нападкам со стороны других. Но кажется это произойдет не скоро. И в ближайшее время он окажется на месте того парня в подворотне.       Нет, пока что он не собирается ничего рассказывать. Да и к тому же, вряд ли Сонхва будет кому-то нужен. Может, про него вообще забудут. Не стоит забивать себе мозг такими пустяками. А пока холодный, успокаивающий душ, не повредит. С этими мыслями Пак резко встает с кровати, так что голова готовится улететь куда подальше, и прихватив сменную одежду направляется в ванную.       Душ и правда помогает. Холодная вода, скатывающимися мокрыми дорожками, смывает весь негатив прошедшего дня, позволяя спокойно вздохнуть полной грудью. Сонхва выползает из душа, сразу натягивая длинную футболку на мокрое тело, и, выключая свет, выходит из ванной комнаты.       Кровать встречает его радушно, будто славная мягкая долина, окутывая теплом и лаской и зазывая за собой в царство Морфея. Юноша и не сопротивляется, отдаваясь целиком и полностью. Завтра его ждет тотальный пиздец, а пока можно насладиться последними каплями тишины и спокойствия.       Ветер за окном разбушевался не на шутку, а дождь будто и не прекращался вовсе. Погода как бы говорит и предупреждает о чём-то не очень хорошем. О чём-то, что изменит жизнь.