Путаница с розовыми нотками

      В ту ночь воздух был холодным и влажным. Дрю Амелл только отпросилась с работы в «Пончиках от Дункана», местной городской забегаловке, известной своими сэндвичами, кофе, и конечно же пончиками. На самом деле то, что Дункан поместил в название только часть о пончиках, неспроста — несмотря на свой грубый фасад, мужчина такой же мягкий, как это лакомство. Именно поэтому он души не чает в Алистере, и мирится с шалостями Сэры. Большинство старших Стражей и ветеранов такие же — серьезные снаружи, и полнейшие добряки внутри. Может именно из-за этого он отменил ей сегодняшнюю ночную смену. На замену согласился выйти Том, процитировав приглянувшеюся ему старую фразу о молодости и жизни на полную катушку, которую, вероятней всего, он вычитал на какой-то приветственной открытке. Такого рода фразы всегда подписывались именем «императрицы Селины» или «Цитры», или хрен знает ещё кого, хотя доказательств их причастности к этому вовсе не было. Но, похоже, сама суть «цитаты известной личности» вызывала доверие. Слова должны были вселять вдохновение, а не быть правдивыми. И Тому это нравилось. И Дункану тоже, раз уж он так легко согласился перенести ей смену из-за концерта.       На удивление, для Серого Стража он был слишком спокоен.       — Итак, ребят, а где тут хот-доги продают?       Ладно, возможно позвать Алистера с собой было условием ее отгула. Они с Дунканом сильно сдружились, а у Дрю как раз завалялся лишний третий билет. Кузен Гаррет не смог пойти из-за свидания, его близняшка тоже не горела желанием. Варрик настоял, что он слишком стар, для того чтобы не спать после семи вечера, Андерса и с собаками не сыщешь в Тедасе. Натаниэлю нужно было присутствовать на благотворительном ужине, устроенном его семьей, Веланна ненавидела ее всем нутром, а Сигрун, скорее всего, не согласится прийти, если не будет Веланны. Сэра же каким-то образом умудрилась стать персоной нон грата в месте проведения концерта. Неудивительно. А Йован… это Йован.       Так что остался только Алистер, который не особо ладил с другим членом их сегодняшней компании.       — Хот-доги? Где по-твоему мы находимся, на футбольном стадионе? — губы Морриган растянулись в усмешке.       — Может, появятся, если сильно хлопну в ладошки и поверю, — и да, он, взрослый, рослый мужик, демонстративно хлопнул. Морриган закатила глаза и буркнула себе под нос. Что-то нецензурное.       Дрю засунула руки в карманы.       — Билеты у всех?       Стоя вместе, они выглядели той еще компашкой. Морриган, такая прекрасная и изящная, выглядела бы даже нежной и хрупкой, если бы не начес и косуха. Дрю в таком же стиле, но более пригодном для работы. Черные пряди собраны в лощеный конский хвост, никаких цепей или серег с кафами — только обычная футболка, джинсы и черная кожаная куртка. Алистер, в своей голубой рубашке поло и светло-синих джинсах, казалось, очутился здесь по ошибке. И, оказавшись самым высоким из троих, маячил не хуже бельма на глазу.       Дрю задумалась, что эта сцена выглядела почти комично.       Они договорились встретиться перед входом в здание за час до начала шоу. Несмотря на столь ранний час, перед ними уже собралась приличная очередь. Длинный узкий проход, через которые толклись люди, не был приспособлен для такой большой толпы. Местом проведения стала эта богом забытая конура на окраине города, куда ходил Огрен на свои собрания анонимных алкоголиков, хотя разница между АА-встречами и концертами была колоссальной. Первые прекращали употреблять вещества, вызывающие зависимость, вторые — предоставляли к ним доступ. Тем не менее, этот центр соцзащиты выглядел обветшалым. Бледно-голубая краска местами посыпалась, оголяя панели из древесины. Картин, статуй и растений тоже кот наплакал, но может в этом и была соль. Ничего не должно отвлекать от музыки.       И разумеется, здесь не продавали никаких хот-догов.       — Ну конечно же я взяла билет, — фыркнула Морриган как раз в то время, когда Алистер помахал своим, выудив его из кармана.       — Клево, — сказала Дрю. — Давайте тогда займем очередь, пока она не стала больше.       Толпа уже начала сгущаться, делая очередь больше похожей на балаган. Это в разы уменьшало личное пространство и чувство тактичности. Кто-нибудь частенько заезжал кому-то локтем, и у Дрю перехватывало дыхание каждый раз, когда назревала потенциальная драка, но до настоящего мордобоя дело так и не доходило.       Она даже не знала, что сказать о себе, потому что как раз таки и ждала этого самого мордобоя.       — Я уже сожалею, что ты уболтала меня, — прошипела Морриган, озираясь на окружающих словно загнанный в угол зверь.       — Эй, я думала, тебе нравится… — Дрю взглянула на помятую листовку и прочла: — «Экспериментальный энтропик нью-вейв». Что бы это ни было.       Пришлось прищуриться, чтобы прочитать надпись, потому что все эти туши в толпе загородили ей свет. Помощи не способствовали и их тени.       Морриган тяжело вздохнула.       — Они кастуют энтропические заклинания, транскрибируя в звук, чтобы усилить эмоциональную подачу. И да, я такое слушаю.       Разумеется, слушает, учитывая то что девушка блестяще окончила курс энтропии во время их учебы в колледже Чародеев. К тому же, направление звучало претенциозно и сложно — оба качества, которыми Морриган обладала в избытке. За это Дрю ее и обожала.       — Звучит в духе магии крови, как по мне, — встрял Алистер.       — Возможно, если ты веришь всей той пропаганде, которую вам навешали на уши в церковной школе, — огрызнулась Морриган, скрестив руки на груди.       — Пардон, но меня отчислили из церковной школы…       — Так, успокоились, — как обычно, вмешалась Дрю. — Мы здесь чтобы повеселиться, а не поссориться.       — Ага, ты ей это скажи, — сказал Алистер, кивком указывая на закатившую глаза Морриган. Амелл была уверена, что у девушки язык так и чешется указать, на каком этапе развития находится уровень его иронии.       — Я говорю вам обоим, — исправилась Дрю, — потому что вы мои друзья, я люблю вас, и убью без сожаления, если испортите мне единственный выходной.       Хоть эти два сапога и прекратили ругаться, они по-прежнему продолжили бросать друг на друга колкие взгляды. Прямо как дети, собравшиеся бросаться ручками и карандашами за спиной учителя. Порой их подобное поведение ее очень бесило. Но сейчас Дрю была довольна. Веские слова — лучший способ усмирить эту парочку.       Внезапно, в глазах Алистера отразился целый спектр эмоций. Он прижал ладони к заднице, ощупывая задние карманы.       — Дерьмо!       — Да, Алистер, это именно то место, откуда оно выходит. — Дрю склонила голову набок.       — Да нет же, мой бумажник! — вскрикнул Алистер. — Его нет!       Дрю с Морриган переглянулись. Тяжело описать их взгляд, он образовался за годы их невербальных сигналов, что только они и могли их понять. Они переглядывались так, когда Гаррет решил купить себе дракончика на черном рынке. Они переглядывались так, когда кто-то действительно согласился выйти замуж за Огрена. И переглядывались каждый раз, когда Йован принимал свои важные жизненные решения. Столько времени прошло, но некоторые вещи остались неизменными.       Наконец, Дрю переключила внимание на Алистера.       — Я помогу найти его. Две головы лучше, чем одна, — подчеркнула она и лучезарно улыбнулась подруге: — Скоро вернемся.       Она ушла до того, как Морриган смогла заявить о своем неодобрении. Нет нужды тратить попусту время на болтовню, когда можно потратить его с пользой. Схватив парня под руку, Дрю потащила его через толпу, движение которой напоминали волны бушующего океана.       — Итак, Ал, где ты в последний раз его видел? — Движение толпы может стать проблемой в поиске бумажника.       — Не помню… — Его голос звучал отдаленно и едва различимо из-за гама окружающей их разношерстной толпы. — О-о-о, это бесплатные футболки?       — Алистер, — прорычала девушка, но Алистер не услышал. Поток людей захлестнул парня, умыкнув с собой в одну сторону, а ее — в другую. Дрю попыталась протиснуться сквозь идущих в другом направлении товарищей, но ее хватка на руке друга ослабела. И вскоре девушка осталась одна. Она оглянулась и, не узнав никого из окружающих зевак, снова крикнула: — Алистер?       Никакого ответа. Дрю подумывала позвонить ему, да вот вряд ли парень взял с собой на какой-то вшивый концерт рабочий пейджер.       Везенье висельника — в первый же выходной потерять человека.       Дыхание перехватило, когда Амелл поняла всю абсурдность ситуации. Она осталась одна. Одна в толпе. Мама была права. Нет, нельзя идти на поводу у эмоций, особенно когда по венам не текло обжигающее спиртное.       Прищурившись, она проверила время на часах.       — Время еще есть, — напомнила себе Дрю, хоть и не услышала собственных слов из-за шума, и попыталась успокоить дыхание. Сейчас можно думать только над тем, как выбраться из этого потока. С локтями она принялась прочищать себе путь на выход, но такой порыв вряд ли можно считать успешным. Наконец Дрю добралась до края толпы, где народу было не так много.       Тогда-то это и случилось.       Внезапно, ее толкнули плечом вперед. Она налетела на кого-то. Было сложно понять на кого из-за царившей в толпе суматохи… Все, что она увидела — грудь под майкой с принтом черепа и роз.       — Какого х…       Она была выше ее на пару дюймов, девушка склонилась к Дрю.       — Дело срочное, — произнесла она, — баллончиком огреешь позже.       И после незнакомка накрыла ее губы своими. Полными, пухлыми и мягкими. Но сухими по контуру. Вдруг девушка принялась посасывать ей губы. Если бы Дрю тогда смогла подумать, то сказала бы себе, что это просто губы. Это просто человек, и у всех есть губы. Ничего особенного. Но, Создатель, если у всех есть губы, то почему ей так приятно касаться именно этих?       Это самый страстный поцелуй, который у нее когда-либо был.       Потом появился язык. Сперва он проверил восставшие между ними границы. Едва ощутимое ощущение, будто бы дразнящее. И когда Дрю ответила, эти границы рухнули. Она ощутила ладонь на щеке, и, не мешкая, притянула целующую к себе за бедра. Обе стремились к большему контакту, большей стимуляции, к большему и большему.       Но затем к Дрю вернулось самообладание. Она здесь не за этим, ей все еще нужно найти… что-то. Озадаченная таким размахом событий, Амелл отпрянула. Она не вырывалась из объятий, вот только внезапная нахалка-то не стремилась убрать руки. Отчего-то в этой незнакомке у нее заколотилось сердце, беснующееся негодование не затмил и факт того, что девушка оказалась привлекательной.       Ее рыжие волосы были достаточно коротки, чтобы намекнуть на явную андрогинность внешнего вида обладательницы. Пряди весьма ухоженные, если судить по их блеску в тусклом свете уличного освещения. То, как незнакомка запустила в них пальцы, выглядело идеально просчитанным для вызова низменных инстинктов. Рука задрана вверх настолько, чтобы подчеркнуть ее крепкие мышцы, а взъерошенные волосы — сконцентрировать взгляд на лице. И, о да, ну и лицо. Создатель, да этой девушке впору быть моделью! Нет, даже лучше — флагманским якорем во время шторма. Стоит такая, понимаете ли, сильная, крепкая и сногсшибательная.       А потом взяла, и ни с того ни с сего засосала ее. Будто бы это все плевое дело, и Дрю не человек — так, безделушка, стоящая тут для мебели. Да как она посмела?! Мало того, что не спросила, так еще и в глаза не глянула! Насупившись, Дрю отпихнула негодяйку.       —..хрена, дамочка. Нельзя просто так взять и… — Она не могла подобрать подходящие слова. — Так, просто стой, где стоишь.       Девушка подняла руки, словно сдаваясь.       — Прости. Мне не стоило… Мне нужно было спугнуть ее, — оправдалась она, перекрикивая гомон толпы, и Дрю услышала нотки акцента. Он звучал чужеземно, но Амелл не могла описать его точно. Может орлесианский или неваррский. Но точно не ферелденский. Девушка задумалась, насколько известными были выступающие сегодня группы, раз поглазеть на них люди съезжались со всех уголков Тедаса. Возможно, стоило толкнуть кому-то выигранные в лотерее билеты втридорога. Самые лучшие идеи всегда приходят под конец.       Не то чтобы Дрю Амелл имела дурную славу за свои не самые логичные жизненные выборы.       — Кого? — Незнакомка уже не слушала, она отвернулась от нее к толпе и решила закурить. Дрю попыталась было отследить ее взгляд, да без толку. Магичка решилась на маленькое заклинаньице, поджигая огонёк на пальцах и привлекая к себе внимание — весьма безрассудное использование ее магической лицензии.       Наконец, на полных губах расцвела улыбка.       — Неважно, главное что сработало. — Грубиянка немного наклонилась, и девушка оказалась окутана сильным запахом табачного дыма и ароматом цветочных духов. — Я Лелиана, а ты?       — Друссила, — она прикусила губу, голова шла кругом от ударивших в нос запахов, — но все зовут меня Дрю.       Она с интересом наблюдала как курит рыжая. Ее взгляд задержался на полных губах, девушке пришлось переключиться, и она встретилась взглядом с Лелианой. Весь ее мир сконцентрировался в голубых глазах.       Длинный, непрекращаемый зрительный контакт.       Прошло пару минут, прежде чем она поняла где и почему находится. Еще позже девушка вспомнила о Морриган с Алистером. Как и о гордости. Чтобы осознать потерю последней потребовалось больше времени, чем хотелось бы.       — Что же, Дрю, — Лелиана усмехнулась, и Дрю не была уверена, застучала кровь в висках из-за возмущения или… — Это у тебя привычка такая, пялиться?       Нет, это явно из-за возмущения.       Насупившись, Дрю скрестила руки на груди. Расстояние между ними было слишком близкое, и одновременно недостаточно близкое.       — А у тебя — целовать случайных незнакомцев?       Лелиана открыла было рот, чтобы возразить, но потом закрыла и попросту кивнула. Снова затянувшись сигаретой, она ответила:       — Один-один. — Подтрунивая, девушка вскинула брови. — Для справки, ты поцеловала в ответ.       Ох, так она всезнайка.       — Предложение с баллончиком все еще в силе?       Лелиана рассмеялась.       — Конечно, если останешься после первой группы. Я знаю парня, который знает парня, кто может провести тебя за кулисы.       Но, Дрю задумалась, разве не они так говорят? Что есть кузен, сказавший как-то привет кому-то из техгруппы, и вуаля — тебя рады видеть! Дрю знала, что обычно это пустой треп, чтобы манипулировать наивной богатенькой шпаной. Тем не менее, это предложение вызвало в ней интерес. Если Лелина и не брешет и вправду сможет провести за сцену, то Морриган будет просто писаться кипятком от счастья и перестанет доставать Алистера. А тот, по цепочке, не будет сраться с девушкой по поводу магии. Тогда-то и подруга не будет чудить что попало, лишь бы поспорить. И втроем ребята смогут в кои-то веки насладиться мирным вечером.       Она в душе не ведала, где те находились, но если эти два оболтуса еще не поубивали друг друга, то у нее еще был шанс спасти ситуацию.       Лучше так, чем признать ошибку.       — Где тогда тебя найти?       — Буду ждать у бара, — Лелиана снова нагло усмехнулась. Ох, так она поняла, что Дрю уже все для себя решила?       — Может, я буду там, — протянула Дрю. — А может, и нет.       — Какой толк в нерешительности? Взрослая женщина должна знать чего хочет. — Дрю хмуро окинула местность взглядом, будто бы столь уклончивый ответ не был виной рыжей. Да и кто она такая, чтобы осуждать ее?       — Я знаю, чего хочу, — заявила Дрю, шагнув вперед.       Сперва рука Лелианы с сигаретой замерла на полпути ко рту. Девушка моргнула раз, потом еще раз. Медленно один из уголков ее губ приподнялся.       — Ох? — Она снова затянулась.       Дрю поняла, что поторопилась с суждениями. Они болтали о выборе спиртного в баре. Да и какие вообще коктейли они там подают? Или, может, вовсе и не смешивают, а подают чистыми, наливая прямо из бутылки в рюмку.       — Я… ну… — Дрю сложно назвать выпивохой, но ситуацию срочно нужно исправлять. — Виски?       Мельком взглянув на нее, Лелиана отвернулась. Судя по ее внезапному молчанию, Амелл похоже ляпнула не то, вот только сложно понять что именно. Похоже у ее компаньонки другие предпочтения в напитках.       — Тогда виски, — наконец-то сказала она и, повернувшись, добавила: — Еще свидимся, Дрю.       Когда девушка уходила, она изо всех сил старалась не пялиться на покачивание ее бедер. Лелиана может и выделялась в толпе, в основном благодаря копне ярких волос и высокого роста, но даже и она в конце концов растворилась среди безликой массы. Теперь же Дрю оглядывалась по сторонам, понимая, что народу стало вдвое меньше. С одной стороны их банда будет тесниться в дальнем уголке концертного зала, а с другой — Амелл быстрее сумеет добраться до своих друзей.       Она нашла их у входа, Морриган стояла, скрестив руки на груди, а Алистер рьяно жестикулировал.       — Дубина ты, — услышала Дрю. — Просто держи рот на замке и больше ни с кем не разговаривай. Я найду ее сама.       Заприметив Дрю, Алистер вскинул руку и помахал бумажником.       — Уже не нужно, Морриган. Она вернулась! Дрю, представляешь, я нашел свой бумажник. Он был в уборной.       У Морриган будто бы гора с плеч упала.       — Ах, уже вернулась, пропажа. Теперь мы можем зайти, да?       — Ни за что не поверите, что произошло, — занизила голос Дрю. — Только что меня поцеловала какая-то девчонка, а потом пригласила нас за сцену!       — Звучит как будто бы из фильма! — Глаза Алистера широко распахнулись, и теперь напоминали два округлых блюдца.       А вот Морриган, наоборот, прищурилась на части с закулисьем.       — Звучит, как будто бы такое сделает только полный чудак.       — Чего-о? — воскликнул Алистер. — Я думал, ты фанатка.       — Именно, — согласилась Дрю. — Что если ты сможешь так встретиться со своими кумирами?       — Дрю, что если она сказала это только чтобы залезть тебе в штаны? — воспарила Морриган. — Я думала у тебя мозгов побольше, чем у таракана.       — Я уже взрослая, Морриган. И могу позаботиться о себе, — огрызнулась она, услышав нотки нравоучения. Ради всего святого, Морриган ей не мать. — И если это брехня, то я быстро все пойму, а если правда, то ты заберешь свои слова обратно, когда они проведут нас за сцену.       Алистер пихнул Морриган локтем под бок, ощутив прилив несносного энтузиазма:       — Ага, дареному коню в зубы не смотрят.       Морриган уже в третий раз закатила глаза и, нахмурившись, отвернулась. Дрю покачала головой, удивляясь, чего это с ней происходит. Обычно лучшая подруга мигом поддерживала всевозможную аферу Дрю, особенно если сама получит с этого пользу.       К тому же они не могли тратить время еще больше — концерт мог начаться в любую минуту.       — Нам лучше зайти, — предложила Дрю. — Может, все еще удастся занять хорошие места.       После предъявления билетов вышибале они попали внутрь. Зал уже оказался битком забит фанатами, одетыми в футболки со своими любимыми исполнителями, а некоторые из них стояли с диким гримом на лице. Хоть еще оставалось немало народу на улице, здесь уже было тесно. Благо все не настолько плохо, как думала Дрю. Зал простирался от маленькой входной двери до сцены, находившейся между лестницами, которые вели на второй этаж. Оборудование было уже расставлено, отчего пустая сцена выглядела еще более пустой. Возможно, дело в прожекторах, разноцветный свет которых заливал сцену подобно солнечным лучам.       Коротко оглянувшись, она увидела в углу импровизированную барную стойку. Похоже, раньше это была стойка для регистрации — увесистый деревянный стол в окружении пластиковых стульев. Бармен уже подготавливал напитки посетителям, поярусно наливая яркие жидкости в маленький стеклянный стакан.       — Всем дарова, мы, как и вы, рады нашему сегодняшнему концерту, — раздался эхом голос ведущего.— Давайте все вместе громко: Да-а!       Толпа взревела аплодисментами и окриками. Казалось, будто бы разнообразные голоса слились в сплошную какофонию, и до чего же волнующе ощущать себя частицей этой громадной общей сущности. Даже Алистер оценил.       — И первым выступает маленькая группка из Денерима, «Певчая Птица»! — От криков рядом стоявших у нее заложило уши, и Дрю была уверена, что после это концерта она точно оглохнет. Остальные же посетители оказались более сдержанными, и поприветствовали группу не так рьяно.       Судя по улыбке Морриган, это одни из ее любимых. И Амелл поняла, что улыбается сама.       Пришлось встать на носочки, внезапно проклиная свой рост, чтобы хоть что-то разглядеть (а она-то думала, что достаточно рослая). Девушка увидела очертания трех членов группы. Первый, коренастый коротышка, другой, высокий и долговязый, а у третьего торчали острые уши. Амелл пришлось раздвинуть какую-то сладкую парочку, чтобы получше рассмотреть музыкантов. Ей было как-то до лампочки на их ругательства. Если не можешь смириться, что тебе заехали локтем под ребра, надо было сидеть дома, а не идти на концерт. Нет, все внимание Дрю сосредоточилось на артистах и их инструментах.       И когда Дрю удалось разглядеть солистку, то она едва не опешила.       — Быть не может.       — Как поживаете, народ? — поздоровалась с толпой Лелиана, сверкая довольной улыбкой над микрофоном.       Погодите-ка… Трусики Андрасте, она что, подмигнула?