Весенняя палитра

Маленькая Мири обошла вокруг церквушки, чтобы посидеть в одиночестве. Ей нравилось единство с Богом, а прихожане заставляли её смущаться. Церковь была их семейным «делом», но несмотря на это, Мири не привязывала свою веру к зданию с крестом. Сегодня она была расстроена, потому что её отец опять уехал из города, взяв с собой одну из сестёр Мири. Он частенько бывал в отъезде, но никогда не брал Мири с собой, в отличие от других девочек. Дойдя до лавочки, скрытой в тени деревьев, она остановилась, обнаружив, что её любимое место уже занято. — Кто ты? — наконец спросила она, позабыв о приличиях. Мири была слишком заворожена маской незнакомца, похожей на голову ворона, и ей хотелось поскорее узнать, для чего это, — и зачем тебе маска? У тебя шрамы? — Я из семьи заклинателей смерти, — заговорил он, и по его голосу Мири поняла, что это просто мальчик, — нам нельзя дружить. — Почему нельзя? — удивилась девочка, присаживаясь рядом. Мальчик в маске совершенно не пугал её, — в заповедях ничего такого не запрещается. Странный собеседник ничего не ответил, только чуть слышно усмехнулся. Покачав головой, он встал и пошёл прочь, не глядя на Мири. Обида смешалась с любопытством, и девочка во что бы то ни стало решила разузнать про заклинателей смерти. Когда они встретятся снова, Мири не станет задавать глупых вопросов, и они смогут нормально поговорить. Перебрав всю литературу в церковной библиотеке, Мири уже было решила, что мальчик обманул её, выдумав заклинателей смерти, но решила проверить книги в подвале. Там их семья хранила те тома, что были неугодны Богу. Среди них Мири наконец нашла ту самую книгу, в которой и прочла про заклинателей. Они были сродни Божьего суда, только на земле. Заклинатели приходили к тем, кто совершил зло, но ушёл от людского правосудия. После такого посещения греховные люди умирали. Читая страницу за страницей, Мири понимала, что ей необходимо встретиться с тем мальчиком снова. У неё было к нему столько вопросов! И возможных ответов, которые он мог искать и не находить, ведь с заклинателями никто не общался, кроме таких же, как они. Но повстречаться с ним было не так-то просто.

***

Прошло несколько лет, прежде чем Мири встретила заклинателя смерти снова. Девушка всё чаще гуляла вдали от церквушки, предпочитая гулкому помещению с двумя рядами массивных лавок поле, где в полуразрушенных заросших бетонных коробках развлекала себя молодёжь. Особенно она любила приходить сюда, когда отец уезжал с одной из сестёр Мири. Девушка всеми силами старалась не гневаться на него, поэтому отвлекалась от неприятных мыслей, слушая музыку, которая доносилась здесь до её ушей. Мири смотрела на развлечения ровесников издалека, не позволяя себе участвовать в подобном, ведь она была дочерью церковных людей и монашкой, о чём ей напоминала неизменная ряса. Но сегодня музыки не было: какие-то подростки, на вид постарше Мири, стреляли по бутылкам и банкам. Девушка стояла, скрытая деревьями, прислонившись к стволу, и наблюдала издалека, когда почувствовала чьё-то присутствие позади себя. Обернувшись, Мири увидела заклинателя смерти — чёрная одежда и странная маска, такая же чёрная. — Опять ты, — вздохнул заклинатель, и Мири затаила дыхание. Она так долго ждала этой встречи, что уже перестала на неё рассчитывать, — ну и что ты здесь делаешь? — А ты? — с вызовом ответила Мири, памятуя об их предыдущем диалоге и стараясь не сглупить. — Видишь вон того парня? Слева, — подойдя ближе, заклинатель показал рукой, облачённой в чёрную перчатку, на одного из стреляющих, — он убил свою мать, но ему это сошло с рук. Я пришёл за ним. — Это… неправильно. Только Бог может наказывать за грехи. Другие не вправе этого делать. — Смирение и всепрощение, да? — усмехнулся юноша, — я и не рассчитывал, что ты поймёшь. Двое вдруг обнаружили, что стало тихо: компания успела закончить своё стрельбище и уйти. Заклинатель тихо чертыхнулся. — Как тебя зовут? — решила спросить Мири. — У меня нет имени. Таких, как я, обычно зовут Смерть. — Смерть… Смееерть, — растягивала девушка на языке так и эдак, подбирая более подходящее звучание, — Дез! Буду звать тебя так. Будто сокращение от Дезмонда! В ответ нареченный Дез лишь покачал головой. Поскольку все разошлись, парень с девушкой, не сговариваясь, решили подойти к импровизированным мишеням. Мири пнула в траве что-то тёмное, с пятнами старой ржавчины, и поняла, что это не старая труба, как ей показалось вначале, а ружьё. Первым порывом было отойти подальше, но девушка сдалась своему любопытству и взяла находку в руки, тут же почувствовав себя очень странно: монашка с оружием наперевес. Ствол ощутимо тянул вниз, и Мири сходу провела параллель с ответственностью, которую на себя берёт держатель оружия. — Научить тебя стрелять? — вдруг спросил Дез. — Это ни к чему, — нахмурилась Мири, опуская оружие и прислоняя его к шершавой стене со следами от пуль, — если Бог посчитает нужным, он меня защитит. — А если нет? Ты не станешь защищать себя сама? Мири не нашлась, что ответить, опустив взгляд. Она верила в Бога и его защиту, но не была уверена, что сможет довериться судьбе, если окажется в опасности. Поэтому Дез покачал головой и пообещал научить Мири стрелять, но в другой раз и из другого оружия. Так началась череда их частых встреч.

***

После того, как Дез показал Мири, как постоять за себя, настал её черёд, поэтому они договорились встретиться на безлюдном пляже у воды. Девушка пришла первая и уселась прямо на песок, удобно подогнув под себя ноги. В руке она держала чётки. — Зачем мы здесь? — удивился пришедший заклинатель, — будешь учить меня молиться? — Садись, — Мири похлопала по песку рядом с собой и протянула своему другу бусы, — держи. Это, конечно, не чётки, но бусины помогут тебе настроиться на нужный лад. Просто закрой глаза, слушай волны, расслабься и ни о чём не думай. И, не дожидаясь ответа Деза, Мири закрыла глаза. Заклинателю не оставалось ничего другого, кроме как повторить за девушкой. Он честно старался придерживаться её инструкции, и хотя у него мало что получалось, процесс ему скорее понравился. Они некоторое время просидели на берегу молча, каждый варился в своих мыслях, а затем Мири произнесла: — Ты, наверное, часто думаешь о смерти, когда приходишь забирать чью-то жизнь. Не боишься, что кто-то заберёт твою? Я считаю, что только Бог вправе решать, кто и когда должен умереть. Ты не думаешь со страхом о его решении насчёт тебя? — Мы сами дизайнеры своей катастрофы. Заклинатель смерти решает, когда умирать другим. Но он также вправе выбрать и свою смерть. — Это неправильно! — от возмущения Мири подскочила так резко, что песок полетел во все стороны, — никто не может это решать! Никто! Несмотря на их крепкую дружбу, она всё же оставалась странной — монашка и заклинатель смерти никогда не могли понять друг друга до конца. Поэтому зачастую Мири возмущалась, но Дез никогда не спорил с ней, лишь ухмыляясь и качая головой. По крайней мере, девушка старалась его понять. Другие же либо боялись таких, как он, либо попросту ненавидели. И лишь изредка люди желали его появления. — Мне пора, — выдохнул Дез, поднимаясь, — нужно ехать. — Я с тобой, — вдруг заявила Мири, и заклинатель не стал спорить. Они ехали молча. Мири смотрела в окно машины на мелькающие пальмы и думала о своём отце. Представляла себя на месте сестёр, как они могли точно так же смотреть в окно машины, только более радостно, ведь это было небольшое путешествие с отцом, которого была лишена Мири. Она заговорила, только когда машина остановилась неподалёку от казино, на относительно безлюдной стоянке. Кроме мужчины, поедающего гамбургер, на ней никого не было. — Что он сделал? — спросила она, — ты же за ним приехал? — У него игорная зависимость и тотальное невезение, — отвечал Дез, — он сдаёт в аренду своих дочерей, чтобы расплатиться с долгами, а потом играет снова. И так по кругу. Мири в очередной раз поразил голос Деза, в котором практически отсутствовали эмоции. Каждый раз он забирал жизни у тех, кто по его мнению заслуживал этого, и ни разу в его голосе не было слышно ни злости, ничего. — Можно мне поговорить с ним? — в отличие от заклинателя, Мири была полна бушующих внутри эмоций. Ей хотелось понять, как можно так поступать со своими дочерьми. Хотелось, чтобы этот мужчина встал на путь истинный, а Дезу не пришлось забирать его жизнь. — Возьми пистолет, — поставил условие Дез, открывая бардачок и протягивая Мири оружие, — он может быть опасен. Девушка поняла, что спор бесполезен, поэтому молча взяла пистолет и, спрятав его в складках своей рясы, вышла из машины. Мужчина, увлечённый своим бургером, даже не обернулся на хлопок двери. Впрочем, он находился в отдалении и мог его не расслышать. С каждым шагом Мири подходила ближе, и ей всё больше виделось что-то знакомое в фигуре этого человека. Наконец он обернулся, и девушка замерла, не в силах сделать ни шага. Оба были поражены, но только Мири не жевала гамбургер и имела возможность заговорить первой. — Всю свою жизнь я думала, что Бог по какой-то причине меня обделил. Думала, это наказание, и смиренно принимала его. Как же я была глупа, если не разглядела, что Бог меня не наказывал, а уберегал, — голос Мири звучал смешано, трудно было понять, плачет она или смеётся, но девушка старалась говорить твёрдо. Сзади послышался хлопок, и мужчина в ужасе смотрел Мири за плечо. — О, не волнуйся, заклинатель не заберёт твою жизнь. Сегодня это сделаю я. Раздался выстрел, и Мири завороженно смотрела, как растекающаяся лужица крови медленно подбирается к её ботинкам. — Я защитила своих сестёр, — сказала она подошедшему Дезу, — потому что Бог этого не сделал. — А как же смирение и всепрощение? — с ухмылкой уточнил заклинатель. — К чёрту.