Пыльный чердак

      Агата полезла в пыльный угол чердака, нагибаясь, чтобы убрать доски. Нам нужно было подслушать разговор, но вместо этого я думаю о другом. Её юбка задралась, и у меня не получалось отвести взгляда. Что такого сделала эта девчонка, чтобы я мог думать о ней с первой встречи почти что только в этом плане?       Она всегда отвергает меня, даже когда я предлагаю помощь, не прося ничего взамен. Порой кажется, что она извращённей меня, но пытается это скрыть. Только об этом и может думать, когда я рядом.       Но сегодня я не уйду отсюда, не получив сладенького.       Я подошёл к ней со спины, обнимая рукой за талию. Она вздрогнула и повернулась ко мне вполоборота. Но не стала пытаться убрать мою руку — это заставляло меня довольно ухмыляться внутри. — Что ты делаешь? — спросила Агата, сдвинув брови к переносице. Когда она недовольна, её губы непроизвольно вытягиваются, складываются бантиком. Я заметил это в первый же раз, когда она кричала на меня. — А что ты хочешь? — прошептал я ей на ухо, перебираясь ладонью к её груди.       Харрис вздрогнула в моих руках. Я ухмыльнулся, прикусывая мочку её уха — она вздрогнула ещё раз. Пока Агата не начала протестовать, я спустился губами к её шее. Хотя, беспокоиться было не нужно — девушка была не в состоянии оттолкнуть меня, и я это чувствовал. — Что ты хочешь, котёнок? — я спросил снова, настойчивее кусая её за нежную кожу. — Хочу... всякого! — со вздохом ответила Агата, откидывая голову на моё плечо. Я усмехнулся. — Чего всякого?        Она повернулась ко мне лицом, приоткрыв рот от возбуждения — моя ладонь сжала её грудь. Я чувствовал каждый миллиметр её кожи даже через ткань платья, но, признаюсь, был бы не против снять его сейчас же. — Ну... разного...        Не отрывая рук от груди, я мягко погладил кончик её носа губами. Не целовал, слегка прикоснулся, дразня. Мне нравилось так делать, когда мы оказывались близко друг к другу. — Чего разного, Агата? — я снова усмехнулся, смотря, как на её лбу проступают едва заметные морщинки от недовольства. — Почему я должна произносить это вслух?! — шёпотом прикрикнула Харрис, пытаясь выбраться, но я удержал её на месте, прижимая к себе сильнее. — Ты можешь ничего не говорить, если ничего не хочешь. — Я... — она медленно вздохнула и быстро выдохнула. — Хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне...        Было приятно слушать её, но это не совсем тот ответ, которого я хотел. Слегка склонив голову набок, я поймал своими глазами её взгляд. — Как ты хочешь, чтобы я к тебе прикоснулся?        Её щёки запылали, а сердце под моей ладонью начало биться в два раза сильнее. В комнате становилось всё жарче, и я был уверен, что от волнения пульс в ушах забился не только у меня. — Ты... поцелуешь меня. Для начала, — томно прошептала Агата, слегка прикрыв глаза.        Я не торопился целовать её. Перевёл взгляд на её губы, изучая их. Я так долго хотел этого, ведь все прошлые разы, когда она позволяла мне чуть больше, чем мои пошлые шутки, я ни разу не прикасался к её губам. Возможно, она думала, что я дразнил её. Но на самом деле я дразнил себя.        Агата, не выдержав, чуть двинулась вперёд к моим губам. Не так быстро. Я отпрянул на долю сантиметра, не позволяя начать поцелуй. Из её рта вырвался короткий протестующий звук, и я, не выдержав, впился своими губами в её.        Я не стал тратить время на прелюдии — раздвинул губы, по-хозяйски проникая языком в рот. Мне было необходимо показать ей, что, несмотря на то, кого она считает своей парой, она всегда будет моей.        Я развернул её к себе и прижал к стене чердака, не убирая руки с её груди, а другой придерживая за шею. Лёгкие болели от нехватки воздуха, но мне не хотелось отрываться от мягких губ.        Раздался жалобный стон, просящий о большем. Щёки Агаты покрылись ещё большим румянцем. Я усмехнулся, прикусил её губу и отстранился. Не смотря на моё возрастающее с каждой секундой возбуждение, мне хотелось продолжить игру.        Мои руки оказались у её головы, я прижимал её к стене, закрыв все пути для отступления. — Я поцеловал тебя, — прошептал я ей в губы. — Что дальше? — Ну почему я должна произносить это всё вслух? — захныкала Агата. — Потому что я так хочу. Что дальше, Агата?        Она молча смотрела на меня несколько секунд, прикусив губу, но после не выдержала и прошептала: — Прикоснись ко мне... руками.        Я снова помедлил. Хотелось рассмотреть её в полумраке чердака, запомнить, как робко она смотрит, просит. Притянув Агату к себе за поясницу, я провёл рукой по её шее — мурашки покрыли бледную кожу. — Я хочу... тебя... всего...        Не удержавшись, я, поддавшись эмоциям, тихо рассмеялся. Она настолько же мила, как и сексуальна. — Прямо здесь? На пыльном чердаке за каким-то буфетом? — поспешил объяснить свои эмоции я, потому что девушка смущённо сжалась в моих руках.        Она снова прикусила губу, а после приоткрыла рот, чтобы возразить, но я не дал ей этого сделать — развернул, заставив опереться руками о стену.        Всё это время я усердно игнорировал своё возбуждение, но Агата потерлась своими ягодицами о бугор в моих штанах, и делать это стало в разы сложнее. — Не торопись, — прорычал я, кусая её за шею. — Не дергайся. — Эй! Но ведь я командую! — возмутилась она. — Ага. Командуй-командуй, — я усмехнулся, накрывая её грудь ладонями.        Харрис, почувствовав прикосновение, тут же охнула, получив ещё один укус в шею, который был сильнее предыдущего. — Александр! — Ты будешь очень тихой, моя горячая, иначе будешь наказана, — прошептал я ей на ухо, сжав соски сквозь ткань платья, заставляя её извиваться и тихо хныкать от желания.        Возбуждение было трудно контролировать, но я не собирался переходить черту так рано — время от времени грубо вжимался пахом в её ягодицы, кусал и целовал плечи.        Медленно, дразня, я опустил руку между её ног, поглаживая. Агата пискнула, и мне пришлось шлёпнуть её по бедру. — Молча, котёнок, молча, — зашептал я. — Нельзя, чтобы нас услышали. Ты ведь не хочешь, чтобы все узнали, чем мы с тобой занимаемся?        Она слегка повернула ко мне голову, закусив губу и жалобно смотря. Прекрасный вид. — Красиво, давай ещё жалостливее.        Я отодвинул край её трусиков и слегка дотронулся до клитора, поглаживая, но Агата чуть не рухнула на пыльный пол. Быстро перехватил её поперёк груди, прижимая ближе к себе.        Она тихонько ахнула, но тут же прикусила губу, зная, что за этим может последовать наказание. Мои пальцы продолжали ласкать её клитор, слегка надавливая.        Оставив поцелуй на шее, я сунул один палец в неё, начиная двигать им. Изредка изо рта Агаты вырывались стоны, но я тут же кусал её за нежную кожу — стены в этом доме очень тонкие.        На подоле платья образовалось небольшое мокрое пятно, когда я добавил ещё один палец. Ноги Агаты дрожали, и, если бы не моя рука, держащая её поперёк груди, девушка уже давно свалилась бы на пол.        И вот, она задышала сильнее, впившись ногтями в мою руку, которая ритмично продолжала двигаться. Она начала двигать своей ладонью, направляя меня и показывая темп. Я невольно усмехнулся. Самостоятельная, однако, девушка. — Я предлагаю тебе кончить, котёнок, — прошептал я, кусая её мочку уха. — Сейчас же.        На секунду я увидел, как на её лице показалось возмущение, но она тут же закатила глаза в наслаждении. Сжала свои ноги, из-за чего мне было трудно двигать рукой, но я продолжал, пока Агата не вытянулась, как струна. Она приподнялась на носках, хватаясь за мои плечи, открыв рот в немом стоне.        Я продолжал держать её, смотря, как Агата, раскрасневшаяся и тяжело дышащая, пытается прийти в себя. Она встала на ноги, и я поцеловал её за ушком. — Тебе лучше? — усмехнулся я, гладя её ладонью по животу. — Я больше не такой невыносимый? — Эм... да... — сказала она. — Чудесно.        Я отстранился, и она обернулась, вглядываясь в выражение моего лица. — Я... мы... — начала медлить Агата, но я её прервал. — Зря волнуешься, котёнок. Давай, приходи в себя, и займёмся делом. — Эй! Это что... всё?! — прикрикнула она, видимо, помня о том, что лучше не шуметь. — А тебя что, хватит ещё на пару раз? — усмехнулся я.        Она тут же вспыхнула, явно представляя в своей милой головушке, как будет душить меня подушкой, но потом перевела взгляд на бугор в моих штанах.        Усмехнувшись, она подошла ко мне, и смотря в глаза, села на колени. Я хотел отодвинуться, но она взяла меня за ноги чуть выше колена, и не дала этого сделать. — Что ты делаешь, Агата? — нахмурился я. Это в мои планы не входило. — Моя очередь, — видимо, теперь в списке на день появится и этот пункт.