Artificial violet

Белые стены палаты с просторным окном. Посередине — кровать, на которой лежит паренёк с фиолетовыми волосами. У него перевязана голова и шея. Рядом с ним, на стуле — высокий омега, из глаз которого текут слёзы. Со стороны может показаться, что он — лечащий врач, потому что одет омега в белый халат. Но это совсем не так. — Вы можете сказать как долго он ещё будет без сознания? — спрашивает мужчина у омеги-доктора, что заполняла сведения о больном. — Не волнуйтесь, с ним всё в порядке. В скором времени он очнётся. — Спасибо большое… — глаза мужчины опустились на бейджик, прикреплённый к халату девушки. — Мидори. Надеюсь, что всё будет именно так. Неожиданно в палату врывается взбешённый альфа, и приятный аромат фиалки смешивается с шалфеем. — Чимин! — альфа подбегает к кровати, но путь ему перекрывает омега. — Если что, Юнги, — раздражённо говорит он. — Это всё из-за тебя. Порт в Пусане, значит? — Это… Чжи Чан? Он сделал это с Чимином? — широко распахивая в недоумении глаза, спрашивает Юнги. — Именно. Этот мерзавец и его дружки избили Чимина до полусмерти! Юнги не в состоянии что-то говорить. В голове лишь мысли о том, что он виноват во всём этом. Он — монстр, из-за которого пострадал невинный омега. Именно омега, а не бесчувственная железка, которую ему подсунули вместо Минни. Только дурак не догадается, что тут что-то нечисто. Он почувствовал запах, исходящий от Чимина. Лесная фиалка. Успокаивающий аромат, который окутал комнату, сводит с ума альфу. Омега такой же прекрасный, как и раньше. Правда, он стал бледнее. Всё это из-за него. Из-за Юнги. И альфа это прекрасно понимает. Хочется кричать от боли в груди, биться об стену, виня себя во всех грехах этого мира. Но пока ещё трезвый ум понимает, что от этого Чимин не очнётся. В палату, которая буквально утопает в аромате омеги, вбегает альфа. Его чёрные волосы растрепались, испуганный взгляд падает на койку. — Чонгук? — удивлённо спрашивает Мин, уставившись на вновь прибывшего. — Подонок, — шипит Чон, отталкивая Юнги от кровати. — Чимин-а…ты…ты слышишь меня? Чонгук взял в руки хрупкую ладонь омеги, но тот отдёрнул её, переметнувшись на другой край кровати. Чимин был без сознания, а то, что им управляло — инстинкты. — Пожалуйста, господин Чон, — подала голос Мидори. — Этот течный омега не будет принимать ни одного альфу. Это природа фиалок. — Как…не будет? — шокировано переспросил Чонгук, отстраняясь от Чимина. — Понимаете…фиалки во время течки очень остро реагируют на, так сказать, чужих альф. Чимин сейчас хоть и без сознания, но реакции у него такие же. Только его истинный может дотрагиваться до него. А, я так понимаю, у него нет… — Юнги… — стонет Чимин во сне, протягивая руки к стоящему с опущенной головой альфе. Тот моментально реагирует, подбегая к кровати. — Нет! Он может получить серьёзные травмы! Не трогай его! — воскликнул Джин, пытаясь остановить Юнги, но тот будто лишился слуха. А доктор остановила Сокджина, отрицательно мотая головой. Мин упал в объятья омеги, уткнувшись носом ему в шею. — Что ж, господин Мин, верно? — спросила доктор, записывая что-то в свой бланк. — Кажется, вы его истинный, — Мидори тепло улыбнулась, прижимая папку к груди и наблюдая за милой картиной. Юнги никогда за всю жизнь не чувствовал себя счастливее, чем в этот миг. Все споры и ссоры отошли на второй план, когда его омега обвивал его шею руками. — Юнги? — знакомый слабый голос слышится над его головой, и альфа отстраняется. Чимин смотрит на него в недоумении, удивлённо хлопая ресницами. — Минни, это всё…это всё из-за меня…я… — Юнги плачет, роняя слёзы на белые простыни. А Пак тепло улыбается, обнимая его снова. — Ничего…со мной всё в порядке, видишь? Ты ни в чём не виноват, — Чимин гладит его по голове, вдыхая родной запах. Пак не помнит как он сюда попал и откуда здесь Юнги, но сейчас это совершенно не важно. Ведь рядом с ним его альфа. — Чимин? — смущённо подаёт голос Чонгук, и только сейчас омега обращает на него внимание. — Чонгук…привет, — улыбается Пак, махая рукой. — Как у тебя дела? — Я так сильно испугался за тебя, — взволнованно проговорил брюнет, подходя ближе к Чимину. — Мне позвонил Джин, и я приехал так быстро, насколько мог. — Спасибо, что волновался за меня. Я правда это ценю, — Юнги сидел рядом с омегой, раздражённо наблюдая за действиями другого альфы. — Раз уж рядом с тобой Юнги…я, пожалуй, пойду. — Сейчас пациенту нужен отдых, все, кроме его альфы, выйдите, пожалуйста из палаты, — сказала доктор, и Джин с Чонгуком удалились. — Чимин, — мягко сказала Мидори, обращаясь к омеге. — Тебе же не больно, когда Юнги прикасается к тебе? — Нет, ничуть, — спокойно ответил Пак, сжимая руку альфы. — Желательно, чтобы вы, господин Мин, были с ним во время течки, — предупредила доктор. — Голова сильно болит? — Не сильно, но побаливает. — Я сейчас тебя послушаю, — девушка сняла с груди фонендоскоп. — Вдох…выдох… Стандартная процедура осмотра, и доктор убедилась, что его можно выписывать уже через неделю. Мин был этому несказанно рад, да и Чимин тоже. Вскоре, доктор ушла, оставив их наедине. — Минни, ты пострадал из-за меня, — начал Мин, но омега перебил его. — Хватит уже, Юнги. Я простил тебя уже сто раз, — Пак гладит альфу по щеке, заглядывая ему в глаза. — Я правда не виню тебя. — Ты самый лучший омега, которого я встречал. — А ты самый лучший дракончик, которого я встречал, — Чимин накрыл губы альфы своими, наслаждаясь вкусом шалфея на губах. — Я тебя больше никогда не отпущу. — Я никуда и не убегу, папочка. — А знаешь, что самое лучшее, до чего я когда-либо догадывался? — Чимин отрицательно мотает головой, чувствуя, как к горлу подступают слёзы. — Ты не робот. Моя мечта сбылась, Минни.

***

Солнце встало из-за горизонта, ослепляя лучами огромное панорамное окно комнаты, что раньше было завешано чёрными шторами. Юнги просыпается от этого света, и, к своему удивлению, не видит Чимина рядом с собой. Мин надевает тапочки и плетётся на кухню. Альфа тянет носом воздух, улавливая вкусный запах блинчиков. — Моя принцесса готовит для меня? — улыбнулся Юнги, подходя сзади к сосредоточенному на готовке омеге. — Боже, напугал, — охает Чимин, но целует в щёку парня, голова которого устроилась на его плече. — Вроде уже месяц вместе живём, а ты всё время удивляешься, что я готовлю завтрак. — Каждый раз мне кажется, что это сон, — садясь за стол, говорит Юнги. — Ты сегодня ко скольки? — К десяти, но Чонгук уже там. Мне можно чуточку опоздать. — Ох, Чонгук, наверное, ждёт тебя. Давай тогда быстрее кушай, мне тоже нужно сегодня по делам. — По делам? Опять? — нахмурился альфа, смотря на часы. — Не сердись, милый. Мину позвонили, и он очень понятно разъяснил Чонгуку, почему опоздает. Чимин как всегда дал ему обед с собой, поцеловал и отправил на работу. Они живут вместе уже около месяца, с того момента, как Пака выписали. Целую неделю они не спали ночами, наслаждаясь друг другом. Но потом Намджун заставил Чонгука и Юнги работать, потому что «можно завять, если всю жизнь сидеть дома и ничего не делать». Оба они директора в компании Джуна и работают довольно неплохо. Парни нашли общий язык и сдружились. Мин распустил свою мафию по просьбе Чимина. Но вот уже как две недели омега пропадает где-то целыми днями, и Юнги начинает это бесить. Альфа ни разу не спрашивал куда он уходит, и не мог подозревать любимого в измене. Хотя эта мысль, всё же, посещала его голову, но Мин одёргивал себя. Но всему когда-нибудь приходит конец. То же касается и его терпения. — Чимин пропадает куда-то всё время, — раздражённо говорит Юнги Чонгуку, бросая папки с документами на стол. — Ясно как белый день, что он тебе изменяет, — крутясь на стуле, равнодушно тянет Чон, рассматривая листы с договорами. — Ты же знаешь, что он никогда не будет мне изменять. — С чего ты взял? — поднял глаза на Юнги Чонгук. — Ты теперь работаешь, времени столько для постели нет. Ты ему надоел. Эти слова эхом отдавались в голове Мина ещё целый день. И, когда он пришёл вновь в пустой дом, окончательно убедился в правоте друга. Юнги бросил на диван сумку и сел за стол. Ждать долго не пришлось. Пак вяло снял кроссовки и устало сел на диван, откинув голову. — Чимин? — омега вздрогнул, ведь Юнги никогда его так не называл. Да и заметил он его не сразу. — О, Юнги. Привет. Ты рано, — слабо улыбнувшись, он подошёл к альфе и потянулся за поцелуем, но тот увернулся. — Где ты был? — в лоб задал вопрос Мин. — Я…у Джина. — Ты так и не научился врать, Чимин. Я прекрасно знаю, что был ты не у Джина, — Юнги выглядел настолько злым, что Пак начал его бояться. Он отступил, запнувшись. — Юнги, я… — Что, ты?! Ты пропадаешь всё время, целыми днями вне дома! Где ты был, чёрт возьми?! Ты думаешь, я не пойму куда ты убегаешь всё время?! — Юнги кричал. Кричал на Чимина. Его голос отдавался эхом о стены дома, а омега зажался в угол, готовый расплакаться. — Я пашу с утра до ночи, как проклятый, а твоя награда — измены?! Говори блять! — Я…я не изменял тебе! С чего ты взял, что я способен на такое! — На тебе запах другого альфы! Если я не трахаю тебя с утра до ночи, это не повод убегать к другим! — Ты не так понял, Юнги! — Что я не так понял?! Что ты — шлюха?! Это было последней каплей. Чимин расплакался, падая на пол. На него кричит некогда дорогой ему человек. Но последнее слово, что он сказал, режет сердце сильнее сотни ножей. Как он мог подумать такое? — Альфа, которым я пахну — это врач! — Чимин встал, вытирая рукавом слёзы. — Я беременный, Юнги! Я ходил на узи и не говорил тебе, потому что хотел сделать сюрприз! А ты устроил скандал! Мин закрыл рот рукой, замолкнув, а омега оттолкнул его, направляясь в свою комнату. Осадок на душе остался настолько сильный, что даже тошнит. Или, может, это просто токсикоз? Передумав идти в свою комнату, Пак побежал в туалет, потому что тошнило его не по-детски. Десять минут Чимин стоял над туалетом, проклиная всё и вся, а Юнги не мог найти себе места, поэтому, альфа постучался в ванную. — Минни? — Уходи, — Чимина уже не тошнит, но он всё ещё зол на Юнги. Омега сидит на крышке туалета, скрестив руки. — Прости, я…я сказал это, потому что был зол. Прости, прости пожалуйста. Я знаю, что я очень плохой парень, но позволь мне извиниться перед тобой. — И что ты сделаешь? — С меня клубничное мороженое. Чимин слишком любит Юнги, чтобы злиться на него. Поэтому он выходит из укрытия и сладко улыбается. — Две порции, — снисходительно говорит он, давая руку альфе, который тут же её целует. — Да, моя королева. — Уже королева? — Ты родишь мне наследника. Так почему бы тебе не стать моей королевой? — Хорошо, дракончик, — хихикает Чимин, обнимая парня. — А я всё ещё злой дракон? — улыбается Мин. — Вот именно, не дракончик, а уже дракон. Отец семейства. Оба рассмеялись, закрепляя перемирие сладким поцелуем.