И расступится сумрак жёлтый

      - Мы сбились с курса, - сказала Фреда, напряжённо вглядываясь в ветровое стекло.       - Приборы говорят, что всё в порядке, - отозвалась Лелли, не поднимая головы от экранов. – Как ты думаешь, кому я скорее поверю – тебе или им?       Фреда сощурилась, опуская со лба на лицо авиаторские очки.       - Своим глазам? – предположила она.       Лелли устало вздохнула, взглянула вперёд по курсу и… нет. Своим глазам она как раз не поверила.       - Твою мать! – вслух сказала она. – У нас впереди пять тысяч миль над пустыней Мохаве. Откуда тут горы?       Лелли снова бросила взгляд на экран навигатора – мигающая точка «Нарвальей Принцессы» мирно двигалась по загруженному в бортовой компьютер маршруту. Без отклонений.       Может, мираж?       Она подняла к глазам собственные очки, висевшие у неё на шее. Ещё одна умная штучка фирмы «Осбальдистон-Каннинг»: в них были дополнительные выдвижные линзы с функцией увеличения – почти что не хуже бинокля.       Не мираж.       Не фата-моргана, не облако. Чёртовы горы.       Там, где их быть не должно.       Причём не едва различимые на горизонте – куда ближе.       Лелли захотелось себя ущипнуть. Быть такого не может! Она бы заметила их раньше. Она не покидала кресло пилота всё утро, а элементы ландшафта не умеют подкрадываться исподтишка.       Хмурясь, Фреда вытащила из ящика в приборной панели бумажную карту. В ней не было нужды с самого начала пути – она вообще лежала там исключительно как страховка на случай неполадок в бортовой системе навигации.       - Дай мне компас, - попросила Фреда.       Лелли едва нашарила его в глубине кармана – уже скорее просто талисман, чем инструмент, без которого никуда. Наверняка к концу века люди вообще забудут, что это за штука такая…       Стрелка компаса крутилась вокруг своей оси, как глупая псина, пытающаяся поймать собственный хвост, и не думала показывать на север.       - Он сломался, - сказала Лелли, тупо глядя на её бешеный бег.       Фреда протянула руку:       - Дай посмотреть.       Знаешь что, подруга? То, что это ты у нас механик со стажем и разбираешься во всех этих чёртовых штуках, для которых я даже названий не знаю, не значит, что я не могу понять, когда чёртов. компас. не. работает!       Лелли закатила глаза, но компас всё-таки отдала.       - Антигравы барахлят?       Лелли, может быть, ничего и не смыслила в революционных изобретениях «Осбальдистон-Каннинг», но «Нарвалья Принцесса» как-то использовала магнитные поля. Хотя бы это она понимала, а остальное – не её работа.       - Если бы панели ЧКЗП не работали как надо, мы бы уже лежали внизу, - сказала Фреда. – И я проверяла их сегодня утром. И вчера утром. Каждым утром.       - У тебя есть объяснение получше? – фыркнула Лелли.       Фреда отложила компас и снова вгляделась в зубчатый гребень гор.       - Нужно было чаще пить кофе с ребятами из отдела стелс-технологий, - пробормотала она.       Лелли уставилась на неё. Вообще-то, Фреда ей даже нравилась. Уж точно больше, чем кто-либо другой, с кем Лелли встретилась за время работы на фирму. Она казалась умной девушкой.       - Ты правда думаешь, что умные дяди из «Осбальдистон-Каннинг» проложили нам курс над секретной базой «Осбальдистон-Каннинг»?       Фреда проигнорировала её сарказм.       - Секретные базы бывают не только наши.       Лелли помолчала, осмысляя её слова.       Полигон террористов? Штаб-квартира советских шпионов?       - Давай в обход, - предложила Фреда, явно думавшая о том же самом.       Лелли с сомнением посмотрела вперёд. Скорость летательных аппаратов, работающих на принципе частичной компенсации земного притяжения, пока оставляла желать лучшего, но горы стали заметно ближе.       - Не верю, что в Америке может существовать что-то, о чём наши боссы не знают, - сказала она.       - Но…       - Они не построили бы наш маршрут над чем-то опасным. И уж не знаю, как ты, а я не хочу, чтобы у меня вычли из зарплаты за опоздание!       Газеты живописали их с Фредой полёт как радостное путешествие первооткрывателей, полное веры в прогресс и в лучшее будущее. Ещё бы, первый дальний перелёт на летательном аппарате с ЧКЗП, да ещё и с полностью женским экипажем! Торжество равноправия и технологий! На самом деле, в контракте с «Осбальдистон-Каннинг», который им пришлось подписать, были жёстко обозначены штрафы за нарушение графика и отклонения от курса. Может быть, Фреде и было всё равно, в конце концов, она работала в фирме механиком на полной ставке и не пропала бы так и так, а вот Лелли...       Ей нужны были эти деньги.       - Посчитай, сколько из неё вычтут, если над этими горами нас собьёт система ПВО, - сказала Фреда.       Там, за пустыней, ждал Лос-Анджелес. Не какой-нибудь захолустный городок – их большая поворотная точка. Экватор путешествия, пик, зенит, где их уже ждут сотни репортёров с фотоаппаратами наперевес, толпы восторженных зевак… и ещё кое-кто.       Опаздывать в Лос-Анджелес точно нельзя. Никак.       Бортовой компьютер тревожно запищал, предупреждая, что впереди преграда. Нужно было или сворачивать, или набирать высоту. Если бы Лелли не сделала ни того, ни другого, управление взял бы на себя автопилот. По-честному, он мог бы пролететь без неё вообще весь путь, но с самого первого дня она упрямо вела «Нарвалью Принцессу» сама – как её учили. Глупо, конечно, но она была бы проклята, если бы не доказала, что хоть чего-то сто́ит.       Хотя бы себе.       Не глядя на Фреду, Лелли сказала:       - Я поднимаюсь.       На всякий случай она подняла судно на куда бо́льшую высоту, чем нужно было, чтобы просто махнуть через горы – а вдруг внизу правда кто-то есть? К счастью, при всём своём несовершенстве – технологию предстояло ещё развивать и оттачивать – панели ЧКЗП в обшивке «Нарвальей Принцессы» позволяли ей на время становиться легче пёрышка, пусть даже на вид она куда больше походила на жирного кита или безнадёжно заблудившуюся субмарину.       Горы поднырнули под нос «Принцессы» и скрылись у неё под брюхом. Лелли заметила, что горная цепь по обе стороны от неё загибается внутрь – как будто затем, чтобы замкнуться кольцом где-то там, вдали, образовав гигантскую котловину…       Наполненную странными жёлтыми облаками.       - Что за чёрт? – сказала Фреда, подаваясь вперёд, чтобы лучше видеть, и Лелли не смогла с ней не согласиться.       На часах не было и пяти пополудни, для заката было рано, да этот оттенок и не выглядел как закатное золото, он был какой-то… больной, противный, как пена в кипящем котле прокисшего супа, одного взгляда на который хватает, чтобы начало тошнить. Туманная завеса укрывала всё за горами так плотно, что было не разглядеть ничего там, под ней, и Лелли, сжав губы, рискнула спуститься пониже, так, что «Нарвалья Принцесса» скользила над са́мой границей непонятной дымки, килем вырывая из неё неряшливые клочья.       Неужели этот туман – до самой земли? Может, это…       И тут что-то врезалось в них снизу.       Судно тряхнуло, всё в кабине, что не было закреплено, полетело на пол; Лелли и сама отправилась бы следом, если бы папа на своей машине с детства накрепко не вбил в неё привычку пристёгиваться, потому что если ты не был пристёгнут во время аварии, тебе не выплатят страховку. Тревожно и бестолково заголосила сирена систем безопасности. Стряхивая с себя шок, Лелли потянулась к панели управления, чтобы поднять судно повыше, но не успела:чудовищная сила ударила «Нарвалью Принцессу» лоб в лоб.       Фреда вскрикнула; Лелли завизжала отборным матом, так высоко, что её услышали бы только собаки. Ветровое стекло, специально изготовленное так, чтобы не разбиваться на большие осколки, расцвело паутиной трещин, а за ним…       - Какого хера?! – выкрикнула Лелли. – Там же ничего нет!!       - Радар что-то видит! – Фреда хлопнула ладонью по мерцающему зеленоватому экрану. Лелли успела разглядеть, что на нём и впрямь высветилось что-то непонятное, какая-то форма размером чуть ли не с саму «Принцессу»…       Второй удар в ветровое стекло пробил в нём дыру, и в неё тут же, клубясь, хлынул туман. Лелли моргнула, с опозданием в полсекунды осознавая, что он режет глаза – как дым костра, только в сто раз хуже, зажмурилась, натягивая очки; какой-то инстинкт, не иначе, вовремя велел ей задержать дыхание.       - Лейлия!       Фреда сунула ей в руки респиратор. Вообще-то, они предназначались на случай пожара, и Лелли не знала, остановят ли их фильтры ядовитый газ, но думать было некогда. Поняв, что от экипажа толку нет, автопилот попытался уклониться от следующего удара сам, но, что за невидимый враг ни атаковал «Нарвалью Принцессу», она безнадёжно проигрывала ему в манёвренности. Неумолимая тяжесть навалилась на корабль сверху, так, что затрещала обшивка, и даже вся сила антигравитационных панелей не могла поднять этот новый вес. Лелли почувствовала, как её желудок ныряет куда-то в бездну, как на русских горках, когда пол у неё под ногами ухнул вниз.       «Принцессу» безжалостно, грубой силой продавливали сквозь жёлтый туман. Поначалу она пыталась вырваться, как утопленный под воду поплавок, но потом свет в кабине вдруг мигнул – наверное, сгорели какие-нибудь предохранители, или что в этих чёртовых машинах ломается прежде всего, – все экраны и датчики на приборной панели погасли разом, как обесточенный город, на который ты смотришь с высоты…       И «Нарвалья Принцесса» вспомнила, что она – груда металла и пластика, а не облако в небесах, и стала падать.       Её встретили и приняли в свои объятия невидимые в тумане деревья. Их чёрные, скрюченные ветки замедлили её падение, но ненамного – они ломались под ней, как спички. По пути вниз «Принцесса» разбила нос об узловатый ствол, и лобовое стекло наконец не выдержало и вылетело из рамы целиком; хоть мама всё детство таскала Лелли в церковь по воскресеньям, она не верила ни в какого бога, поэтому не знала, кому возносить хвалы за то, что их с Фредой не выкинуло из кабины вместе с креслами.       Впрочем, разницы не было никакой, потому что за считанные секунды свободного падения Лелли успела очень ясно осознать: их сейчас размажет. Так, что не останется и мокрого места.       Фреда рванулась, расстёгивая ремень, не дающий ей дотянуться, ударила кулаком в прочной кожаной перчатке по защитному стеклу над большой красной кнопкой, вдавила её в панель – «Нарвалья Принцесса» содрогнулась, так судорожно, что на миг Лелли была уверена, что корабль вот-вот развалится на куски, и –       – плюхнулась на землю.       Удар всё равно получился такой, что Лелли показалось, что её копчик провалился в череп, и сила столкновения наверняка доломала все хрупкие части в брюхе «Принцессы». Но если бы не аварийный аккумулятор, позволивший панелям ЧКЗП последним отчаянным усилием замедлить падение…       Лелли могла думать о Фреде всё, что угодно, но её способность соображать быстро только что спасла им жизнь.       Жёсткая посадка сбила Фреду с ног, но она мигом вскочила, потирая ушибленный лоб, и схватилась за ручку багажного люка в полу. Тот не поддался; Фреда расставила ноги, крепче упираясь ими в пол, и потянула снова. Наверное, это то, чему тебя учит работа с машинами весом в десятки тонн, которые, если зазеваешься, запросто оторвут тебе руку или обе: самой Лелли хватало реакции разве что на то, чтобы прятать сигареты от матери, вошедшей без стука, и то она подозревала, что, будь Ма чуточку поумнее, этот трюк бы с ней не прошёл. Вот и сейчас – оглушённая, Лелли ещё сидела, бессмысленно глядя перед собой, а Фреда, едва различимая в густом, едком жёлтом тумане, наконец сумела совладать с заклинившим люком и вытащить из него рюкзак. Мысли Лелли наконец нагнали сорвавшийся с цепи ход событий: это был рюкзак с аварийным запасом, как раз на случай крушения – консервы, спички, фонарик и прочая ерунда…       Лелли выбралась из кресла, едва не рухнув на пол – так дрожали колени, – и схватила Фреду за плечо.       - Куда? – выдохнула она.       Респиратор изменил короткое слово почти до неузнаваемости, но Фреда поняла. Резко кивнула на выбитое лобовое стекло.       Куда она так спешит? Летательные аппараты с ЧКЗП не должны взрываться при крушении. Они летают на солнечных батареях, не на каком-нибудь керосине – чему взрываться?       Пол у них под ногами вздрогнул.       Как будто рядом с «Нарвальей Принцессой» приземлилось что-то большое.       Фреда загнанно глянула куда-то в туман, закинула рюкзак на плечо и, не тратя больше времени, поспешила к выходу у «Принцессы» в хвосте.       Лелли замешкалась всего на секунду, но этого хватило, чтобы увидеть в дыре на месте лобового стекла неясные фигуры.       Сюда шли люди.       Тогда до неё наконец дошло полностью.       Их сбили. Значит, кто бы это ни был, они не друзья.       Лелли только и успела, что схватить из багажного люка аптечку. Фреда справилась с ручным открыванием дверей, и они с Лелли вывалились в милосердно принявший их туман за миг до того, как люди один за другим стали забираться в «Нарвалью Принцессу» через выбитое окно.       Их было с полдюжины, хоть Лелли и не взялась бы утверждать наверняка. Она ничего уже не могла сказать точно. С утра будущее казалось ни разу не простым, но донельзя понятным: они с Фредой доберутся до Лос-Анджелеса и повернут оттуда обратно в Вашингтон, а когда их путешествие закончится, Лелли заберёт свои деньги, и, если ей повезёт хоть немного, родители в Нью-Йорке больше никогда её не увидят. Сколько она ни искала, она не могла найти в этом плане пункт «разбить собственность фирмы «Осбальдистон-Каннинг» о полигон для испытания химического оружия», и её мозг буксовал впустую, не в силах понять, что дальше.       Фреда схватила её за руку, потянула за собой, и Лелли покорно позволила ей это, прижав к груди аптечку.       Города и леса, которые они пролетали в своём путешествии, окутывала юная листва раннего лета, даже в пустыне Мохаве и то зеленели уродливые юкки, а здесь – Лелли вдруг поняла, что деревья здесь голые, как зимой, и только тогда осознала кусачий, мигом забравшийся под одежду холод. Промёрзшая земля ощущалась твёрдой под подошвой, и кое-где в ямках между корней скопилась сухая, серая снежная крупа.       Лелли даже не пришло в голову задуматься, как же так.       В неё вцепилась одна мысль: прятаться негде. Кусты торчали из земли бесполезными пучками прутьев, в ровной земле не было видно ни норы, ни оврага. Одна надежда, что те, кто сейчас у «Принцессы» внутри, решат, что незадачливый экипаж выбросило за борт во время падения, но даже если так, разве они не захотят найти тела?..       Фреда затащила Лелли за дерево с толстым, в три обхвата, стволом. Убежище было такое себе, но вариантов получше Лелли не видела.       Прижавшись к мёртвой бугристой коре, Фреда высунулась из-за ствола, пытаясь что-то разглядеть. Зачем, если жёлтое марево делало «Нарвалью Принцессу» неразличимой уже в трёх десятках шагов? Лелли прислонилась к дереву спиной, обнимая аптечку, как тонущий – мачту, закрыла глаза и постаралась сосредоточиться на том, чтобы дышать. В маске даже это было не так-то просто, а падать в обморок она была не намерена.       Когда у кого-то под ногой совсем рядом хрустнула ветка, она подумала, что это Фреда.       А потом чья-то твёрдая, сильная рука схватила её за плечо.