Shape of song

– О... ты её знаешь? – изумился рыжий мальчик.       Ди глянул на него так, что Хэви вдруг замялся. – Не смей с ней общаться. Ясно тебе? – сквозь зубы прошипел блондин, нависая над младшим братом.       Хэви нахмурился. – Это уже мне решать! – Нет, не тебе! – вдруг вспылил Ди. Парень тяжело вздохнул и посмотрел на брата вновь, убирая выбившиеся пряди волос из хвоста назад, – Поверь, с ней водиться не стоит. Она – змея и самая последняя сука. Она не поленится потом унизить тебя и оставить посмешищем. Дружить с ней – всё равно, что добровольно зайти к голодному льву в клетку. – Ди замолчал, наблюдая за мальчиком. По нему было видно, как он задумался, как взвешивал все "за" и "против". – Ты меня понял? – через какое-то время и как можно более дружелюбно спросил блондин, смотря в зелёные глаза напротив, в которых читалась какая-то обида и доля сомнения. – Я тебя понял, Ди. – как-то нехотя и вяло согласился мальчишка, вставая из-за стола.       Блондин проводил взглядом брата до лестницы, а потом опёрся локтями на стол, утыкаясь лицом в ладони. Он не понимал, с чего вдруг так разозлился на Хэви. Действительно ли он переживал за брата или им двигало какое-то другое желание?

***

      Домна лежала на кровати и рассматривала фенечку. Она была грязной, где-то торчали ниточки, но от этого не казалась уродливой и несовершенной. Нежно поглаживая большим пальцем браслет, девушка вдруг улыбнулась.       Поднявшись с кровати, рыжеволосая направилась в ванную комнату, где под краном намочила фенечку и добавила совсем немного порошка. Провозившись с ней минут 15, Домна положила её на подоконник, предварительно открыв окно.       Она была из тех, кто мог заполучить что угодно, если только попросит. Дорогие украшения, брендовая одежда, "яблочные" гаджеты – лишь малая часть того, что она получала в подарок. Но ей никогда ничего не дарили просто так и что-то самодельное. "С этим мальчиком я на короткий миг почувствовала себя другой.", – вдруг подумала Домна и испугалась собственной мысли.       Девушка нервно хохотнула и посмотрела в маленькое зеркало рядом. – Да ты сходишь с ума, дорогая. – посмеялась над собственным отражением Домна.       Хотя даже если и так, но девушка и впрямь позволила себе маленькую слабину перед этим парнишкой. Он не видел в ней ту, кем она всё это время была, а малейшие показательные вещи игнорировал. В нём было что-то такое, что Домна видела и в себе, в своём внутреннем ребёнке, которого так давно заперла за семью замками. Может это и было глупостью, но на секунду Домна задумалась о том, что будет, если вдруг позволит себе общаться с Хэви.       Она глянула на лежащий на столе аккуратный конверт, который предназначался учителю музыки и его семье, каждый раз зачем-то приходившей на любой конкурс, в котором участвовала Грицюк. Девушку свело сомнением, но может... всё же попробовать?..

***

      Девушка заколола волосы на затылке и осмотрела себя в зеркале. Выглядела она как всегда строго, ничего лишнего, но это удручало. Домна глянула на подоконник, где лежала её маленькая "лисичка". Она быстро завязала её на руке и спрятала под рукавом пиджака. Вновь посмотрела в зеркало: ничего не изменилось, но почему-то казалось, что сейчас её вид приобрёл неестественную яркость.       Сегодня она шла пешком. На душе было какое-то тревожное чувство, но его девушка старалась отогнать от себя. Но вдруг... – До-о-омна! – внезапно прозвучал голос из переулка.       Грицюк остановилась и обернулась: это был Хэви. Она раздражённо фыркнула, но вместе с этим на сердце как-то потеплело. – Чего тебе... как тебя там?.. Хэви? – будто вспоминая имя, которое как раз-таки не выходило у неё из головы весь прошлый вечер, небрежно спросила она, но лицо мальчика озарилось широкой улыбкой. Девушка удивлённо раскрыла глаза: то есть его даже не задел её тон?..       Хэви опасливо оглянулся, а потом как-то стыдливо пробормотал: – А мне брат запретил с тобой общаться...       Домна вздёрнула рыжую бровку. – Почему? – Говорит, что ты ужасный человек и всё в таком духе. Но я так не считаю! Злые люди не приходят на помощь. – и мальчишка вновь лучезарно улыбнулся, когда заметил на её руке свою фенечку.       Девушка едва заметно смутилась и спустила рукав пиджака. Хэви хороший парнишка, хоть и наивный. Грицюк задумалась и остановилась, доставая что-то из сумки. Это было важное и решающее многое действие для девушки, но сомнениям она не поддалась. Хэви заинтересованно начал заглядывать внутрь. В руке Домны был конверт. – В эту пятницу у меня конкурс. Мне сказали передать это моему учителю музыки, но он в любом случае притащит себя и свою семью туда, так что... это тебе. Там пригласительные билеты на троих. Если твоя семья захочет, может придти. – вежливо предложила она, чувствуя, как сердце бешено заколотилось.       Глаза мальчика стали больше обычного. В порыве эмоций он неожиданно обнял её, и та встала в ступоре, не зная, что делать. – Спасибо! Я обязательно приду к тебе на выступление! – заверительно воскликнул рыжий мальчик.       Девушка, неожиданно для себя, улыбнулась, но, поняв это, закашлялась, пряча улыбку за кулачком. – Хорошо, хорошо, но... не делай так больше. – наигранно брезгливо попросила рыжеволосая и наконец отдала конверт, чувствуя, как внутри всё обрывается, открывая что-то новое.

***

      Многие уже зевали от скучной темы на уроке немецкого языка, что не скажешь о Домне. Она ловила каждое слово, выполняла задания быстро и без каких-либо трудностей. Ди же, глядя на неё, лишь больше раздражался. Такой её вид: возбуждённый, довольный, когда глазки блестят, а щёки наливаются кровью – неимоверно действовал на нервы. Каждый раз ему хотелось, чтобы она оступилась, разочаровала учителя, чтобы эта короткая и незаметная для остальных улыбка навсегда пропала с её лица, и девушка больше никогда бы не ответила на этом чёртовом уроке.       Но его коварные мысли прервала учительница. Ди фыркнул и наконец обратил внимание на старушку. – А что вы думаете о подвигах в современных реалиях? Многие считают, что в 21 веке рыцари совсем перевелись, но, может, вы способны на это? Домна, милая! Может, ты и начнёшь? Что ты думаешь об этом?       Девушка непонимающе посмотрела на мудрую сову. – Мне... мне нужно ответить? – как-то растерянно посмотрела Грицюк на старушку, вставая из-за парты. – Да, и, пожалуйста, на немецком. – ободряюще улыбнулась женщина, глядя во все глаза на рыжеволосую.       Домна самодовольно ухмыльнулась и перешла на другой язык: – Подвиг – всего лишь романтизация бессмысленных поступков, но не более. В наше время мы стали заботиться только о собственной шкуре, позабыв о других. Нам проще закрыть уши и глаза или вовсе не обращать внимание. Как там писал Булгаков? "Трусость – самый страшный порок"? И этот грех присущ всему людскому роду. Способен ли кто-то из нас на свершение подвига? – девушка скептически обвела взглядом класс, – Нет. Пока людьми правят страх и безразличие, рыцари не появятся, а это значит, что и подвигов не будет. Пожалуй, это всё, что я думаю.       И наступила звенящая тишина. Учительница, явно не ожидавшая таких слов от любимицы, смотрела на Домну во все глаза, а рот её забавно то открывался, то закрывался. А девушка... девушка выглядела самодовольной и продолжала стоять, смотря пожилой миссис Мур в глаза и не сводя со своего кукольного личика наглую ухмылку. Но Ди слова Домны не удивили: это было в её стиле – грубом, высокомерном, наделённым излишним пафосом. "Вот ты и попалась...", – хитро оскалился парень.       Он покачал головой и усмехнулся, и на него обратил внимание весь класс, включая Домну. – А сама веришь в то, что говоришь? – блондин ухмыльнулся, когда девушка обернулась к нему, а в глазах её читалось непонимание, – Говоришь, что в современном мире нет места благородию, что люди – трусы, а подвиги – бессмысленный поступок. Считаешь, что это всё бред, но не ты ли вчера прибежала по первому зову на помощь? Ты только строишь из себя независимую, но на деле кто ты? Лицемерная девчонка с манией величия и детской травмой. Кстати о травмах... как твоя щека? Не болит? – с вызовом зыркнул Ди в зелёные глаза.       Класс был в полном шоке, как и рыжеволосая девушка. Она смотрела на Ди с нескрываемым ужасом и ненавистью. Это был удар ниже пояса, который сломил девушку. – Да что ты знаешь... – зашипела она, но вдруг прозвенел спасительный звонок.       Домна и Ди продолжали смотреть друг другу в глаза, пока второй не хмыкнул и не направился к выходу. Все смотрели вслед блондину, а когда он скрылся, перевели взгляд на Грицюк.       Самый смелый, Грэйсон, сложил руки на крепкой груди и посмотрел на рыжеволосую девушку с высока. – Так значит наша принцесса не такая уж и сильная? – задал риторический вопрос парень, и кто-то из класса захихикал. Домна нахмурила брови. – А не заткнуться ли тебе, Грэйси, пока зубки на месте? – вдруг заступилась за Домну одноклассница – Оливия Пэйн. Парень сразу же замолчал и поджал губы, но однокласснице ничего не сказал. – То-то же. – промурлыкала Лив и повернулась к Грицюк. – Что бы у тебя и Ди там не случилось, не позволяй ему опускать тебя. – брюнетка закинула на плечо спортивную сумку и уже собиралась уходить, как вдруг защёлкала пальцами, будто что-то вспомнила. – И да, Доми, котёнок, не все люди трусы. Присмотрись получше. – и девушка помахала ручкой и наконец покинула класс.       И вновь Домна промолчала, чувствуя, как сердце гулко-гулко бьётся где-то в груди.

***

      Ди шёл по коридору. Учебный день закончился, и все уже стремились домой.       Все уроки Грицюк не подавала голоса, а если и отвечала, то только когда к ней обращался учитель. После того урока, Ди заметил, как ребята начали перешёптываться между собой, обсуждая то, что сказал парень, а Домна, хоть и старалась выглядеть, будто ей всё равно, была глубоко задета сказанным. Пару недель назад он бы даже обрадовался этому, но сейчас на своей подлой душонке он ощущал странный осадок.       Девушка бы даже не обратила на него внимание, если бы он не залез ей в душу. Этим "случайным" высказыванием Ди сломал её маску безразличия перед другими. Теперь все строят свои догадки, обсуждают и, возможно, смеются над ней.       Но плевать! Какая ему к чёрту разница до морального состояния этой девки? Она с восьмого класса портит ему жизнь, вечно смеётся над его стараниями, над отсутствием талантов. Что же плохого в том, если он немного подшутил над ней? Пожалуй, ничего.       Ди ухмыльнулся собственным мыслям, пока вдруг его не схватили за рюкзак и не заставили обернуться. Домна схватила его за воротник рубашки и прижала к стене. Парень раскрыл глаза, не ожидав такого поворота событий. – Что ты творишь?! – прошипел блондин, хватая за девичьи тонкие запястья, на одном из которых висела фенечка Хэви, что только больше выводило на эмоции. – Ты...       Но девушка не дала ему договорить, а только сильнее сжала в руках ткань рубашки. – Это ты что творишь! Думаешь, я не отвечу тебе, промолчу?! Какое ты имеешь право выставлять меня в таком свете?! – едва не срывалась на крик рыжеволосая девушка.       Ди глянул на неё: её щёки были красные от гнева, а в малахитовых глазах плясал злой огонёк. Парень усмехнулся и расслабил свою хватку. – Что ты смеёшься, придурок? – смотрела на него Домна, вжимая в стенку. Она была слабее и меньше его в несколько раз, но в уверенности в своих действиях не уступала. – А что не так, Домна? Я сказал что-то лишнее? – беззаботно спросил Ди, наклонив голову в бок.       Грицюк нервно хохотнула и оглянулась по сторонам. – Лишнее? – переспросила она, глядя в голубые глаза, – Лишнее?! Не притворяйся идиотом, Ди! Ты меня прекрасно понял. Ещё раз спрашиваю: какого чёрта ты позволяешь себе говорить такие вещи? – негромко и как можно спокойнее повторила она, но руки не отпускала.       Домна смотрела на него твёрдо и требовательно, что веселило блондина. – Ты такая дура, Домна. – засмеялся Ди и вдруг перехватил её руки. В следующую же секунду прижатой к стене оказалась рыжая. Вечно торчащая прядка волос Ди щекотала нос Домны. – Считаешь себя самой умной, крутой, но так панически боишься свою мать. Мне жаль тебя. – Засунь свою жалость знаешь куда! – фыркнула девушка, стараясь вырваться из мёртвой хватки блондина.       Парень расхохотался. – Вот как отвечает Домна Грицюк? С её-то острым язычком? Оказавшись в западне, не можешь ничего сделать? Ты всегда была такой: смелая, пока не попадёшь в ловушку, а когда капкан захлопывается, даже ногу себе отгрызть не можешь. – девушка попыталась пнуть его, но острую коленочку перехватили, зажав между ног, – А ведь Хэви свято верит, что ты не такое дерьмо, как о тебе говорят. Хах... даже браслет свой подарил...       Домна посмотрела на него, на одном дыхании прошептав: – Откуда ты его... – Откуда я его знаю? – вздёрнув бровь, переспросил Ди. – Не притворяйся идиоткой, Домна. – передразнил её парень с наглой улыбкой, но вдруг помрачнел. – Скажи ещё, что не знала, что он мой брат. Признаю: войти в доверие Хэви – самое умное, что ты сделала, но как жаль, что и я не такой дурак, каким ты, возможно, меня считаешь. Решила узнать через него что-нибудь обо мне? – беспристрастно задал вопрос он.       Девушка глядела ему в глаза, будто разыскивая в них что-то, но в них она ничего не видела, кроме ненависти к себе. – Отпусти меня... – потребовала Домна, но голос её звучал неуверенно. – Сначала ответь на вопрос. – Но я даже не знала, что он твой брат! – гаркнула она.       Он зацыкал язычком. – А ведь не хорошо врать... – Но это правда! – рвано выдохнула она.       Вдруг Ди разозлился и сжал её запястья, отчего девушка охнула, зажмурив глаза. – В последний раз спрашиваю, Домна, и тебе лучше ответить: что ты хочешь от него? – но девушка промолчала: то ли на зло, то ли от того, что действительно нечего было сказать... Блондин хмыкнул, ожидая ответа, но потом вдруг догадался: – Дружба? Грицюк, ты серьёзно? – Ди откровенно засмеялся. Домна опустила взгляд вниз, и Ди отпустил её, отходя назад. – Ты ещё более жалкая, чем я думал. Раскрой глаза, Домна! Кому ты нахрен нужна? Думаешь, что святая душа моего братца примет тебя? Зря надеешься. Я сделаю всё, чтобы ты исчезла из моей и его жизни. Наблюдай, как будет меняться его отношение к тебе, но ты ничего не сможешь с этим сделать. – он склонился над её ухом, обдав горячим дыханием бархатную кожу на шейке. – Ты останешься совсем одна. – и он отпрянул, подхватил рюкзак и ушёл прочь, даже ни разу не оглянувшись.       Домна смотрела в пол, чувствуя, как органы внутри сжимались. Её руки, тело будто сковал холод, отчего девушка изредка вздрагивала. Она не хотела слушать его, она не хотела соглашаться с его словами, но... он был прав.       Девушка подняла стеклянные глаза, видя, как парень скрывается за углом. Ноги казались ватными, а в голове все мысли испарились. Неужели она проиграла?       Спустя какое-то время способность двигаться вернулась. Домна покачнулась и дрожащими руками подняла сумку с пола. Браслет неприятно давил на запястье. Холодными пальчиками она стянула его с себя и сжала в ладони, тяжело и надрывно выдыхая.       Зачем он так... Зачем нужно было говорить такие вещи... Она ведь ничего не сделала!       Двери в школу были открыты из-за жары, но по небу бродили грозные чёрные тучи. "Раскрой глаза, Домна! Кому ты нахрен нужна?".       В горле стоял странный комок, который не хотел развязываться, дыхание спёрло. Нервы сдавали... девушка остановилась, начиная часто дышать. – Нет, Домна... нельзя тебе слабину показывать... ты сильнее, чем кажешься... ну же! – шипела себе под нос Грицюк, сжимая в районе сердца ткань блузки.       Слёзы душили. Девушка подняла голову на звук, шедший с улицы. Это был осенний дождь, который ещё не отошёл от августовского тепла, но не стал холодным, как в октябре. Домна грустно и тяжело вздохнула – зонт-то она как раз и не взяла...       Она вышла из школы, и ливень накрыл её. Ей было совершенно наплевать, что дорогие костюм и сумка намокали. По щеке скатилась солёная слеза... Потом ещё. И ещё. Домна тихонько хныкала, утирая рукавом тёмно-зелёного пиджака глаза. – Ненавижу... тебя... Ненавижу... ненавижу себя... – шептала Грицюк, медленно спускаясь по ступенькам школьной лестницы.