Капитан баскетбольной команды — горничная

Впервые за этот учебный год Тэхен спокойно просыпается по будильнику, потому что за ночь вполне выспался, успел вчера потусить с Чимином, и даже дописал высасывающий из него все силы уже на протяжении недели проект по истории Кореи. Во всем теле как будто чувствуется приток сил, настроение просто зашибенное, и парень буквально порхает по квартире, чувствуя себя как на съемках рекламы майонеза — широченная улыбка, будто приклеенная стойким клеем, упрямо лезет на лицо. И причина этому одна — Мин Юнги. Мин Юнги — третьекурсник и его сонбэ — с малой долей преувеличения был грозой если не университета, то их факультета уж точно. Не то чтобы его прям боялись или вроде того (они же не в американском подростковом сериале), но... опасались? Сам Мин Юнги вроде не делал ничего такого, но все однокурсники Тэхена (не говоря уже о первашах) испытывали по отношению к нему какой-то странный трепет. По слухам (Тэхен был младше на год, поэтому видеть этого не мог), Юнги на парах почти всегда спал, на обед в столовку ходил крайне редко, а хоть немного энергичным был только на баскетбольной площадке. Сам Ким еще на первом курсе записался в секцию баскетбола, поэтому этот пункт мог подтвердить достоверно и точно. На площадке Мин больше напоминал тигра, когда как вне ее — ленивого объевшегося кошака. Все в команде, несмотря на его рост (Юнги был ниже самого низкого почти на пару сантиметров), парня уважали, и были согласны с тренером — Юнги должен быть капитаном. Но сам Мин Юнги не соглашался ни в какую, никак не комментируя такую категоричную позицию. Но буквально полгода назад или около того, Мин внезапно сам подошел к тренеру и сказал, что согласен стать капитаном, если еще предлагают. Тэхен хорошо помнит, как тогда улыбнулся тренер, который, кажется, относился к парню, как к родному сыну. Самому Киму было как-то плевать, кто у них капитан. Ему просто нравилось играть в свободное от учебы время, вот и все. Никаких амбиций, никакого желания превратить хобби во что-то большее или вроде того. Да и Мин Юнги не вызывал у него таких чувств, как, например, у его бро Чимина, или Бенквана с первого курса. Парень как парень. Ничего особенного. Правда, с момента, как Мин Юнги стал капитаном, их отношения с Тэхеном (если это можно назвать отношениями) слегка поменялись. Если до этого они друг друга в упор не замечали, то теперь он, Юнги, постоянно срывался на Тэхене по пустякам. Они собачились по любому поводу и даже без него. Тэхен бы не сказал, что капитан относится к нему как-то по-особенному — Юнги гонял без продыху всю команду, как будто готовил их к международным соревнованиям, но только Тэхен не оставался в долгу и постоянно огрызался на чужие колкие замечания, чем неизменно вызывал целую волну негодования в маленьком капитане. Но остановить себя было очень сложно, даже несмотря на то, что Мин часто наказывал его десятками дополнительных кругов, приседаний, отжиманий и далее по списку. Почему-то было очень весело выводить спокойного, собранного сонбэ из себя. Единственное, что Тэхену безумно нравилось в Мин Юнги — это его губы. Именно они напоминали Тэхену, что он, вообще-то, бисексуал. Он даже пару раз представлял во время дрочки, как впивается поцелуем в этот маленький, сладкий розовый рот. Как раз эти самые губы и позволили Тэхену пару дней назад в миленьком официанте-горничной узнать угрюмого, но как оказалось не менее миленького третьекурсника. Это событие непонятным образом Тэхена очень сильно воодушевило. Ему не терпелось увидеть Юнги. Он не знал, о чем они должны говорить и должны ли вообще, но сладкое предвкушение скорой встречи все равно буквально чувствовалось на кончике языка. Тэхен улыбнулся своим мыслям, закрывая квартиру, и начал спускаться по лестнице, пританцовывая и легко насвистывая какой-то прицепившийся мотив. Тренировки у баскетболистов были четыре раза в неделю, исключая среду, так что сегодня вечером Тэхен собирается с утроенной силой бесить капитана.

***

Юнги скрипит зубами, всеми силами сдерживаясь, чтобы не придушить чертового поганца, который прямо сейчас нагло лыбится прямо ему в лицо. Вот же паскуда. Юнги сжимает кулаки, незаметно, но отрезвляюще впиваясь себе в ладони короткими ногтями, и почти что рычит. Никто за спиной Мина не шепчется, прямо в лицо ничего не говорит, на университетском форуме тоже ничего, так что Юнги делает вывод, что Ким никому ничего не рассказал. И, возможно, парень был бы ему самую малость, но благодарен, если бы. Если бы этот ублюдок так на него не пялился! Ну это где видано вообще? Юнги ему уже раз сто замечание сделал, но Тэхену плевать. Младший даже чуть в стенку не впечатался из-за этого. И Юнги правда очень жаль, что не. К окончанию тренировки Юнги забивает на чужие странности, предварительно назначив Киму сто отжиманий вместо пятидесяти. Ибо нехуй его бесить. Парень послушно отжимается, а вот со стороны трибун Мин слышит возмущенные возгласы и фыркает, показывая наглым девицам оттопыренный средний палец. Еще одна причина, почему Юнги Ким Тэхен раздражает, это его фанклуб, состоящий чуть ли не из сотни девушек, которые с упрямством мулов продолжают приходить на все их тренировки и мешать своими вздохами и ахами. Сколько бы Юнги не пытался от них избавиться, все бесполезно. Тренер только махал рукой, советуя не заниматься ерундой. Мин опять чувствует, что вскипает, поворачиваясь обратно к Киму. Эта сука даже в такой ситуации умудряется выглядеть горячо. Юнги закатывает глаза, стараясь не смотреть на чужую спину, обтянутую потной футболкой, которая почему-то притягивает взгляд словно магнит. Тренировка подходила к концу, и остальные ребята уже собирались переодеваться. Юнги махнул рукой, отпуская их. Потом посмотрел на девиц, ловящих каждый кимов вздох. Выгонять их, пока тут был Тэхен, было более чем бесполезно, так что Мин просто сел прямо на пол рядом с парнем, подперев ладонью щеку. До чего ж хорош, засранец. — Может, сжалитесь все-таки, капитан? — тяжело дыша, произнес парень. Юнги улыбнулся. — Нет уж, Ким. Наказание есть наказание. Давай-давай, всего двадцать раз осталось. Тэхен застонал, опускаясь грудью к полу в очередной, восемьдесят первый раз, а по спине Юнги внезапно побежали мурашки — до того голос Кима был низким и даже немного... возбуждающим?.. Мин встряхнул головой, отгоняя наваждение. Да что с ним творится, боже? Хваленая харизма Кима никогда на него не действовала, он вообще вспоминал про него только тогда, когда в зал набегали его фанаточки. Ким Тэхен был хорош собой, умен, имел отменное чувство юмора, его семья была состоятельной, и вокруг него всегда было много девушек, друзей и так далее. То есть, он был полной противоположностью Мин Юнги. Мин не думал, что у них есть хоть что-то общее, поэтому предпочитал игнорировать его, как и всех остальных. Юнги в принципе нельзя было назвать особо общительным. Единственный человек, которого он может назвать другом — это Чон Хосок. Хотя с ним у Мина тоже не было особо ничего общего, кроме детства и любви к музыке, этот человек, казалось, мог найти подход абсолютно к любому. За своими мыслями Мин не замечает, что Ким уже закончил отжимания и теперь сидит рядом с ним, опять буквально сканируя своими невозможными глазами. Мин проглатывает саркастическое замечание, и поднимается с пола. Тэхен поднимается тоже, вытирая подолом футболки пот с лица и оголяя тем самым подтянутый живот. Юнги же чуть не сносит волной визга. Он почти рычит, а эта паскуда смеется заливисто, откидывая голову назад, и подмигивает девчонкам. Стоит ли говорить о том, что это их не успокоило? — Все, тренировка окончена, так что катитесь отсюда. Чтобы когда я вышел, вас тут уже не было, — кричит Юнги, подталкивая Кима в спину к раздевалке. Девчонки возмущаются, называя его грубияном, на что Мин снова закатывает глаза. Это, блять, невыносимо, — Я ясно выразился? — девушки нехотя соглашаются, крайне медленно поднимаясь с мест и провожая Кима сияющими взглядами. Юнги силком затаскивает милашничающего Тэхена в раздевалку, громко хлопая дверью. И так каждый ебанный раз. Юнги чувствует себя вымотанным до предела, семидесятилетним старцем. Почему он вообще все еще здесь? Парень оборачивается, натыкаясь взглядом на полуголого Тэхена и спешно отворачивается прежде, чем успевает осознать свои действия и как они будут выглядеть со стороны. За спиной слышится насмешливое хмыкание. Вот же сука. — Сонбэ, — Юнги вздрагивает от неожиданности, потому что голос раздается над самым ухом, и буквально шарахается в сторону, разворачиваясь и упираясь спиной в стену. Ким нависает сверху, опять растягивая пухлые губы в улыбке, и тянет, — Пойдешь со мной на свидание? — Чего? — хрипло выдает Мин, пытаясь просочиться сквозь стенку. Вот дерьмо. Ким наклоняется ниже, выдыхая горячий воздух прямо Юнги в лицо. Смотреть ниже из-за отсутствия футболки на младшем совсем не хочется, поэтому парень отводит взгляд в сторону, думая о том, почему он тупо стоит вместо того, чтобы просто въебать заносчивому мальчишке, который зажал его у стены, как стеснительную школьницу. Чертовщина какая-то. Когда между их лицами остается жалкий сантиметр, Юнги будто просыпается от прострации, пытаясь парня от себя оттолкнуть и бормоча проклятия, но существенно сдвинуть его не получается. Ким обхватывает его лицо ладонями и притягивает к себе. Юнги рефлекторно жмурится и чувствует, как чужой язык пытается проникнуть в его рот, мычит, а потом размахивается немного и заезжает лбом Тэхену прямо в переносицу. Парень стонет болезненно, отпуская его. Юнги облизывает губы, наблюдая за тем, как из пострадавшего носа начинает идти кровь. Так тебе и надо, собака. Он хочет молча собраться и сразу уйти, но внезапно проснувшаяся совесть (ну почему именно сейчас?), в последний момент мешает. — Какого хуя, Ким? У меня, в отличие от тех девиц, трусики от твоих выкрутасов не намокают, — хмуро говорит Юнги, даже не пытаясь парню помочь. Тэхен молчит, слизывая кровь с верхней губы, — Че сосаться полез, спрашиваю? — шипит Мин, отворачиваясь и начиная переодеваться, чтобы избавиться от странного ощущения неловкости. — Просто захотелось, — отвечает спустя какое-то время Ким с улыбкой, — Ты так и не ответил, Юнги-сонбэ. Пойдем? Он тупой? Нет, скажите, он тупой?