Капитан баскетбольной команды — горничная

— Да угомонись ты, наконец! — не выдерживает Мин, в очередной раз отпихивая от себя чужие цепкие руки, — Отъебешься ты когда-нибудь или нет? — Что-то этот разговор мне напоминает, — хихикает Тэхен, ни на минуту не ослабляя атаку. Юнги обиженно сопит, уперевшись спиной в стену и переходя в глухую оборону. "Что-то напоминает"? Хах. Может, то, что он твердит этому прилипале каждый ебаный день? Но сегодня страдания Юнги перешли на принципиально новый уровень. Ким, падла такая, с какого-то черта решил, что теперь имеет право лапать его двадцать четыре на семь! А он не имеет! Не имеет же? Точно не имеет. Засранец. Уж точно не на тренировке! Хотя бы! Юнги чертыхается, когда, задумавшись, пропускает атаку и уже через секунду оказывается в крепких тэхеновых объятиях. Он буквально кожей чувствует ахуевшие взгляды остальных ребят (оставалось только молиться о том, что тренера в зале сейчас нет). Лицо и шея предсказуемо краснеют, и Юнги жмурится, утыкаясь носом в шею Кима и шумно сопя. Девчонки на трибунах, которые во время того, как парни сражались (не на жизнь, а на смерть, блять), жужжали взволнованно, сейчас притихли все как одна и шушукаются между собой тихо-тихо, стреляя в него разгневанными взглядами. Юнги как раз отлично их видно из-за кимова плеча. Он закатывает глаза и незаметно показывает тем средний палец. Подавитесь, сучки. Когда объятия затягиваются, Мин не выдерживает и впечатывает кулак в кимов расслабленный живот. Тот сгибается немного, ослабляя хватку, и Юнги отходит с независимой миной, усиленно делая вид, что не его сейчас зажали около стены как сопливую девчонку. Самое обидное заключается в том, что Юнги, как суровому капитану, нужно было контролировать тренировку, но с каждым разом это становится все сложнее и сложнее. Ким отвлекал если не специально, то одним своим видом заставлял витать в облаках. Мин фыркает, в очередной раз отводя от паршивца взгляд и клятвенно обещая себе, что больше не будет отвлекаться. Через каждые минуты две-три обещание стабильно нарушается, но Юнги правда старается.

***

Юнги, сидя дома на кровати, тупо пялится на несчастный пакет уже минут пятнадцать, все не решаясь открыть его и узнать, что за идиотская мысль взбрела в голову его вроде-как-парню. А то, что она идиотская, Мин даже не сомневается. Последнюю неделю Тэхен вел себя еще более странно, чем обычно, так что объемный пакет, который вручил ему Ким с горящими глазами и громким "Подарочек для тебя, хен! Только открывай в одиночестве, хехе", удивил его не слишком сильно. Но открывать все равно было страшно. — Ого, оппа, что это такое? — Юнги вздрагивает, чуть отшатываясь в сторону, когда неожиданно слышит голос сестры прямо над ухом. Неужели настолько задумался, что не заметил, как она вошла? Парень опять переводит взгляд на несчастный пакет и еле успевает перехватить его и непонятно зачем спрятать за спину до того, как загребущие ручки младшей доберутся до него. Мало ли что Ким туда запихнул. Психика Юнджи ему еще дорога. Мин надувает губы, но после пяти минут безрезультатных уговоров сдается и убегает в гости к подружке. Юнги же посылает все к черту и, пока не передумал, рвет клейкую ленту, не дающую узнать содержимое таинственного пакета, случайно повреждая и сам пакет. И в ту же секунду охуевает, вскрикивая и рефлекторно откидывая его на другой конец комнаты. Содержимое, следуя законам физики, выскальзывает из порванного пакета и падает на пол. На смену ахую приходит злость. Юнги стискивает зубы с такой силой, что на секунду боится, что они рассыпятся в пыль. Этот... идиот... с-с-сука. Платье. Этот кусок говна реально подарил ему ебучее платье. Горничной. Ему. В порыве почти оглушающего гнева Юнги вскакивает с места, хватает костюм и, скомкав его, кидает в самый темный и пыльный угол шкафа. Хотя хотелось, если честно, сжечь его к хуям собачьим. Только спустя какое-то время Мин замечает на полу одиноко валяющийся листок. Злость все еще клокочет внутри, но парень все же вдыхает-выдыхает пару (десятков) раз и, чуть успокоив расшалившиеся нервы, поднимает записку. "А вот и подарок !!! Та-даа !! Красивое, правда? Я очень долго его выбирал, так что надеюсь, тебе понравилось кккккк Хочу увидеть тебя в нем в следующие выходные <33 И если подготовишься, я покажу тебе, что такое настоящее удовольствие хехе P.S. Перед тем, как ты выкинешь мой подарок и разорвешь записку, напомню, что ты мне должен <33333 Надеюсь на тебя, маленький хен ^3^" Юнги сам не замечает, как его пальцы сжимаются, безжалостно сминая лист бумаги в кулаке. Его выражение лица почти не меняется, но в мыслях он уже четвертовал чертового Кима раз десять. Вот скажите, что такого он сделал, что ему в бойфренды досталось это? Разве это, блять, справедливо?! И не надо говорить, что он сам согласился! Это не играет никакой роли. Просидев почти неподвижно со злой рожей около часа, Юнги печально вздыхает, но поднимается с места и идет навстречу к этому чудищу. Чертов придурок прав — Юнги ему должен. Черт бы побрал его злоебучую гордость, которая не позволяет ему послать Тэхена нахуй, наплевав на все долги! И кто тянул его за язык, когда он говорил парню это треклятое "Спасибо, Ким. Должен буду"? И почему тогда он не заострил внимания на ярко вспыхнувших при этих словах глазах Кима? Блять. Около месяца назад у него на работе возникла форс-мажорная ситуация. Все официанты кроме Мина не смогли выйти на смену. Миссис Кан рвала на себе волосы и посыпала голову пеплом, порываясь вообще не открывать кафе в этот день. Найти хотя бы одного нового сменщика на субботу в пятницу вечером для не слишком крупного предпринимателя было не очень-то и просто. Тем более, что на такую... эм, специфическую работу парни соглашались больше от отчаяния. Но Юнги очень не хотелось терять этот день, так как на выходных всегда больше всего клиентов и они оставляют больше чаевых. Но так же Юнги прекрасно понимал, что в одиночку с таким потоком он точно не справится. Тут-то на сцене этого театра абсурда (в который постепенно превращается вся жизнь Мина) появился сами-знаете-кто. Юнги даже не думал (а стоило бы), что если он мельком упомянет возникшую неприятную ситуацию в обычном разговоре с парнем в какао в пятницу вечером, утром следующего дня этот рыцарь недоделанный примчится ему на помощь. Открыться пришлось чуть позже из-за того, что нужно было смотаться Тэхену за костюмом дворецкого, но миссис Кан была готова целовать Киму ноги. Ни один костюм горничной из тех, что у них были, на Кима не налез, да и выглядел парень в подобном наряде мягко говоря нелепо, так что они втроем сошлись на обычном костюме-тройке. Миссис Кан была в невероятном восторге. Как и все клиентки, чуть не сошедшие с ума. И Юнги их в принципе понимал — у самого коленки подкашивались от вида Тэхена в костюме с простой маскарадной маской и уложенными назад кудрями — но слюнки-то подберите! И на мужика чужого не заглядывайтесь! Вот где у людей совесть, спрашивается? В итоге весь день Юнги проходил мрачнее тучи, желая повырывать патлы каждой фифе, что пыталась флиртовать с его уже-почти-точно-парнем. Когда долгий, муторный день подошел к концу, Юнги почти не чувствовал своего тела — людей было еще больше, чем обычно, а учитывая, что были только они вдвоем... в общем, пиздец. Но и чаевых было чуть ли не в трое больше (интересно, из-за кого), а Кан обещала заплатить двойную отплату за эту смену, так что жаловаться было почти не на что. И именно тогда, в раздевалке, Юнги, чувствующий как уставшее тело пульсирует, требуя отдыха, и, что уж тут скрывать, испытывающий благодарность, и произнес ту роковую для него сейчас фразу. Буду должен. Ага, теперь он должен напялить на себя этот ужас, чтобы позабавить Кима. Охуенно, ничего не скажешь. И не надо говорить, что он и так его надевает постоянно. Это для работы, а значит — не считается! И что он там говорил про подготовку?.. В том самом смысле подготовку?! Ну уж нет! Юнги скорее удавится нахуй, чем сделает это. С выражением высшей степени брезгливости на лице Мин достает из шкафа слегка помятое платье. И выпадает в очередной раз. В каком сексшопе Ким купил это?! Юнги чувствует, как щеки краснеют от стыда, когда он представляет, что наденет на себя это... нечто. Присмотревшись внимательнее, Юнги понимает, что платье удивительно похоже на то, что было надето на нем на рисунке Тэхена, на который он наткнулся какое-то время назад. Мало того, что юбка была типа... ультракороткой (серьезно, Мину кажется, что из-под нее будет видно его трусы. Это вообще нормально?), так еще и всяких отвратных рюшечек было в разы больше, чем на его привычном (уже почти любимом, реально) рабочем. Далее Юнги с кислой миной замечает белые полупрозрачные чулки, крепящиеся к кружевному поясу с помощью подвязок. Он реально готов был переодеться в горничную, но не в шлюху же! Это уже перебор.

***

И что же. Он все равно здесь. В чертовой ванной чертового Ким Тэхена с чертовым нарядом потаскухи в трясущихся руках. Он действительно, действительно собирался просто швырнуть в наглого ублюдка эту ебучую пародию на одежду и с независимым видом еще и врезать пару раз по нахальной роже. Но как только он встретился с Тэхеном лицом к лицу вся уверенность и злость исчезли, оставив заикающегося и каждую секунду краснеющего парня один на один с плотоядно ухмыляющимся Кимом. В итоге он просто мышкой шмыгнул в ванную, запираясь там и пару минут потратив на то, чтобы успокоить бешено стучащее сердце. Несмотря на то, что в-встречаются они с Кимом уже почти полтора месяца, ничего кроме редких поцелуев у них не было. Тэхен не напирал, а Юнги скорее бы язык проглотил, чем сам предложил что-либо такое. Поэтому сейчас парень чувствовал, что находится на грани потери сознания. Еле как втиснувшись в этот ужас и беззвучно матерясь каждую секунду, Юнги застыл посреди просторной ванной, переводя дух. Чулки он затолкал за раковину, поклявшись никогда не надевать это говнище. Только спустя пару минут он рискнул кинуть взгляд в зеркало и тут же смущенно отвернулся, закусывая губу и поправляя подол короткой пышной юбки. Дерьмо. — Хен, ты долго там? Я устал ждать, — с легкой издевкой кричит Ким, мгновенно заставляя Юнги разозлиться. Сейчас он точно ему врежет! Пока желание не улетучилось, Мин раскрывает дверь, но не успевает даже рот открыть, как чужие руки подхватывают его, заставляя обвить талию Кима ногами. Юнги хватается за чужую крепкую шею, вскрикивая от неожиданности, — Выглядишь очаровательно, Юни, — низким голосом шепчет он прямо Мину в ухо, опаляя чувствительную кожу горячим дыханием. Юнги ежится, пытаясь отстраниться, но никакой возможности вдохнуть полной грудью нет. У парня кружится голова, в нос забивается запах одеколона Тэхена, и он хнычет, чувствуя спиной мягкий матрац. Юбка-предательница с каждой секундой задирается все выше, но поправить ее не дают кимовы руки, осторожно перехватившие его запястья. Юнги кривится, пытаясь хотя бы сомкнуть колени, но тут уже мешает горячее тело, находящееся между них. — Тш-ш-ш, маленький хен, просто доверься мне, — перед глазами все расплывается и Юнги с удивлением смаргивает слезы, отчего-то выступившие на глазах. Тело постепенно наполняется истомой, и парень чувствует, как начинает возбуждаться. Ким гладит его бедра, ловкие пальцы забиваются под кромку плавок и Юнги снова пытается закрыться, все так же терпя поражение. — Стой... Тэхен, с-стой. Я-... я хочу сам, — собрав в себе остатки сил, Юнги отталкивает руки Кима, натыкаясь на его растерянный взгляд, и хватается за бляшку ремня. Раз уж потерпел поражение, нужно принимать его и нести знамя позора с достоинством! Не собирается он как в прошлый раз лежать бревном и получать все удовольствие. Юнги понимает, что его финт стоил того, уже совсем скоро, когда смотрит на охуевшее лицо Кима, после того, как он (почти) без заминки все же расстегивает чужие штаны и обхватывает ладонью уже наполовину твердый член. Тэхен запрокидывает голову, издавая невероятно звучный и томный стон, от которого член самого Юнги бесстыдно дергается. Он начинает водить ладонью по стволу в медленном, дразнящем темпе, уделяя много внимания покрасневшей крупной головке. Мин еле сдерживает недовольный фырк — чужой член хоть не критично, но все-таки довольно заметно был больше его собственного. Как же бесит-то, а. Есть ли у этого чудика хоть какие-то недостатки, исключая, пожалуй, только то, что в прошлой жизни он был мегалипучей жевательной резинкой? Не сдержавшись, Мин все-таки проезжается ногтем по головке, заставляя Кима заскулить и откинуться на подушки. На чужой возмущенный взгляд Юнги просто показывает парню язык, даже не думая ослаблять хватку. Детский сад, ей-богу. Однако после тэхенова взгляда на его рот желание смеяться резко пропадает. Юнги смущается, опуская взгляд на кимов член в своей ладони, и, поддавшись мимолетному порыву, наклоняется, бесстыдно слизывая языком выступившие капли предэякулята. Тэхен стонет громко, вскидывая бедра вверх, и проезжается головкой по минову подбородку. Что же, не так плохо, как Юнги ожидал. Он хмыкает, внезапно вновь почувствовав уверенность, и погружает в рот головку, твердо удерживая чужие бедра, так и норовившие дернуться, и начиная посасывать ее. Тэхен хнычет что-то бессвязное, вплетая длинные пальцы в его волосы и, видимо, неосознанно пытаясь насадить его глубже. Юнги вспоминает все порно, что посмотрел за время, что они типа-встречаются, и, выпустив горячую плоть изо рта, смотрит на парня как можно более невинно: — Хочешь трахнуть мой рот, господин? — шепчет он хриплым от возбуждения голосом и снова высовывает язык. Тэхен же почти рычит и, перетянув к себе на колени, впивается в губы грубым поцелуем. — Ты даже не представляешь как, детка, — голосом настоящего змея-искусителя шепчет он, после принимаясь по-животному жадно вылизывать его рот. К таким поцелуям Юнги все еще не привык, поэтому просто широко раскрывает губы, высовывая язык. Тэхен урчит, углубляя поцелуй до максимума и сжимая в ладонях минову задницу. Юнги булькает, впиваясь ногтями в широкие плечи и непреднамеренно проезжаясь ягодицами по крепко стоящему члену, — Ты же послушался меня, хен? Юнги чуть отстраняется, растерянно смотря на Кима, а потом в голове щелкает. Ха-ха. Ну. Он же не рассчитывал, что реально будет этим заниматься. Ха-ха. Ким, видимо, понимает все по его лицу, потому что поджимает губы недовольно и качает головой. — Дрянной мальчишка, — Юнги уже хочет привычно возмутиться (он тут хен вообще-то!), но изо рта вырывается только какой-то непонятный мявк, когда Тэхен размахивается несильно и шлепает его по заднице. Он хнычет, утыкаясь в кимову шею (и обещая себе, что еще отомстит за это унижение), и парень тут же начинает ласково поглаживать ладонью пострадавшее место. И Юнги реально только сейчас понимает, что трусов на нем уже нет. И когда, спрашивается, успел? — Но ничего, я ожидал этого. Получишь вместо полного пакета бета-версию, — Ким неожиданно мило хихикает и Юнги закатывает глаза. Вот же клоун. И как его угораздило?.. Тэхен поднимает одну из подушек, доставая из-под нее презерватив и бутылек смазки, и Юнги невольно напрягается. — А это... обязательно? — спрашивает он настороженно, и Тэ, падла такая, кивает с довольным видом. Юнги ежится невольно, усаживаясь голым задом на кимовы бедра и закрывая все стратегически важные места изгвазданной юбкой. Долго прятаться не получается, потому что уже через минуту Тэхен тянет его на себя, заставляя встать на колени, максимально прижавшись к чужому раскаленному телу. Юнги чувствует, как юбка задирается, а потом ко входу прижимается палец в презервативе. Холодный лубрикант заставляет покрыться мурашками, и Юнги стискивает ладонями кимовы многострадальные плечи, жмурясь. Однако Ким медлит, просто размазывая смазку по кольцу мышц. Когда Юнги уже хочет возмутиться, Тэхен все же надавливает сильнее и, преодолевая легкое сопротивление, проникает внутрь на всю длину, до самой костяшки. Мин шипит, судорожно сжимаясь вокруг длинного тонкого пальца. Несмотря на презерватив, он прекрасно чувствовал каждую фалангу. Через пару минут к первому добавляется второй, и Юнги длинно вибрирующе стонет, прижимаясь грудью к парню ближе и выпячивает задницу, несмотря на то, что ощущения пока не самые приятные. Но он же не слабак какой-то и не кисейная барышня, в конце концов! Тэхен нашептывает ему на ухо успокаивающие глупости, мягко поглаживая поясницу. Когда в него входят уже три пальца, из глаз брызгают слезы, и Юнги хныкает, сжимаясь. Ким тут же обхватывает его чуть опавшее возбуждение ладонью, заставляя Мина чертыхнуться сквозь зубы. Постепенно он заставляет себя расслабиться и чувствует, как Тэхен начинает выписывать кистью круги. "Ищет простату" — только Юнги думает об этом, как нутро будто обжигает кипятком. Он почти подскакивает, пытаясь уйти от слишком неожиданного удовольствия, но Тэхен крепко удерживает его одной рукой на месте. Спустя пару мгновений он уже опрокидывает дезориентированного Мина на спину, нависая сверху. Юнги дышит тяжело, но под распаляющим жадным взглядом все же разводит ноги в стороны, открываясь. Тэхен ухмыляется довольно и, потянув вниз верхнюю часть платья, открывает грудь. И тут же припадает к ней губами. Мин хныкает, когда снова чувствует пальцы у своего ануса, а затем мягкие губы присасываются к соску. Простата до обидного быстро находится снова, заставляя Юнги буквально захлебываться стонами. Внезапно Ким давит большим пальцем в какую-то точку близко к мошонке, одновременно с этим прикусывая сосок и особенно сильно надавив на простату, и Мин, не выдержав обилия чувств, кончает с тихим хрипом, закатывая глаза. Бедра подрагивают, ни в какую не соглашаясь сдвигаться. Тэхен заботливо утирает слюну из уголка его рта и ласково чмокает в губы. Юнги вяло переводит на него взгляд и видит, что член парня все еще стоит. Он куксится, пытаясь подняться, чтобы закончить все побыстрее и вырубиться, но Тэ останавливает его, легонько надавливая ладонью на грудь. — Но я хотел, — начинает было Мин, но Тэ только улыбается широко и шепчет, дьявольски улыбаясь: — Не напрягайся, Юни, — он чмокает его в обе щеки, а когда Юнги, сдавшись, почти засыпает, урчит на ухо, — Должен будешь.