Призрак

Алина прижимала дрожащие красные ладони к горящему лицу, по которому стекали солёные реки слёз. Всё тело её мелко тряслось; она по-прежнему сидела на коленях с распущенными волосами и не поднимала глаз на Соню, видела лишь, как нервно она теребила свои тонкие пальцы и полы невесомого платья. Лёгкий холод прошёлся по огненным рукам младшей: Софья открыла её заплаканное личико цвета кумача и сжимала запястья, ласково заглядывая в глаза. ─ Давай мы обе забудем, что я сейчас сказала, и всё будет по-прежнему? ─ сипло предложила Алина, мысленно ругая себя за неожиданное откровение. Повисло молчание. ─ А если… я не хочу забывать? Младшая широко распахнула глаза и уставилась на Соню, пытаясь узнать, правильно ли она услышала и поняла. ─ Только… Как бы ты не пожалела о том, что хочешь связать свою судьбу со мной. ─ Она уже связана с тобой. ─ И как долго ты молчала? ─ Теперь мне кажется, что всю жизнь. Соня осторожно и трепетно поцеловала Алину и прижала к себе. Голубая ткань платья намокла ─ розоволосая продолжала плакать, но теперь уже от счастья. Она согревала своим дыханием ледяное тело Софьи, а та оттаивала сердцем, впервые за двести лет ощущая тепло и едва уловимое наслаждение. ─ Получается, мы ─ пара? ─ чуть слышно прошептала Алина. ─ Получается, да. Откуда-то снаружи раздался настойчивый стук в дверь. ─ Чёрт… Кажется, это ко мне, ─ расстроилась Алина. ─ Не печалься, мы же ещё увидимся! Олешева впервые в новом году переступила порог между двумя мирами и рухнула на пол без сил. Сейчас у неё вышло бы изображать больную гораздо лучше, чем вечером, но не до того ей было. Взяв себя в руки, она подползла к двери и открыла её. Вся семья ввалилась в комнату девушки с пакетами в руках. ─ Алиночка, мы зашли посмотреть, в порядке ли ты, а у тебя дверь была заперта, ─ начала мама. ─ Короче, Алин, с Новым годом тебя, ─ промямлил брат. ─ Я же говорил, что она не спит, ─ шепнул он в сторону. ─ Мы тебя очень любим и от всей души поздравляем, ─ отец решил тоже вставить свои пять копеек. ─ Прими наши скромные презенты, вот… С Новым годом, ура! Все четверо обнялись, родители ушли вниз ─ продолжать праздновать, а Филипп ненадолго задержался. ─ Слушай, сестрёнка, я тут заметил, что ты историей увлеклась, я там, короче, тебе книгу подарил. Полистал и увидел, что там есть первые владельцы нашего дома. Надеюсь, ты оценишь. Алина бросилась на шею брату, рассыпаясь в благодарностях. Тот поспешил ретироваться, посмеиваясь над чудаковатой сестрёнкой. Девушка включила свет и резво пролистала толстую книгу, на которой значилось: «История старообрядчества. XIX век», замирая от предвкушения. Глаза ухватились за знакомый портрет в середине тома, и Алина принялась читать о Сониной семье с удовольствием, во сто крат превосходящим все её ощущения от «Войны и мира». Рядом с портретом стояла пометка: утерян. ─ Сомусева Софья Борисовна, убита семнадцати лет в собственном доме на почве религиозной ненависти. Похоронена на староверческом кладбище города Реж Свердловской области. Дом Сомусевых не является объектом культурного наследия вследствие неоднократных трансформаций внешнего и внутреннего облика здания, ─ читала Алина. Рано утром она мышкой выскользнула из дома и направилась к берегу пруда. На одном из чудом уцелевших надгробий ей удалось различить милое имя. Она положила цветы к памятному кресту и долго беззвучно плакала. Собрала пивные бутылки и окурки в мусорный пакет и поплелась обратно.

***

─ А ты уверена, что хочешь этого? Это может быть опасно. А вдруг ты не готова к такому опыту? А что родители скажут, если за таким застанут? Меня бы выпороли, это точно. ─ Сонь, не переживай, у меня достаточно окрепшая психика, ─ нервно усмехнулась Алина. ─ Ты только расскажи, что да как, а то я никогда раньше этим не занималась. Родителям абсолютно безразлична эта тема, так что меня-то уж точно не выпорют. ─ Ну смотри мне… Тебе понадобятся два зеркала: одно ─ вот это, второе тебе нужно повесить прямо напротив. Ещё свечи принеси и воды, на всякий случай, мало ли что не так пойдёт. Чем же собрались заняться две юные красавицы в этот тёмный январский вечер? Металлический тазик с водой и четыре свечи заняли своё место у зеркала; Алина пыталась получше приладить на противоположную стену второе и, наконец, ровно закрепила его. Распустила волосы и стала всматриваться в зеркальный коридор. ─ Покажи мне своё прошлое. Едва с её губ сорвались эти слова, как она почувствовала, что летит в бездну. Хоп! ─ и она стоит в той же комнате, убранной совершенно иначе. Рядом с ней Соня, держит её за руку. ─ 1968 год. Чудаки-хозяева любят патефон, хранят его в этой комнате и приходят сюда потанцевать. Поворачивается ручка двери, и двое мужчин несутся к устройству на перегонки, споря, какую пластинку поставить. В конце концов комната наполняется знаменитой 'Let it snow' в исполнении Фрэнка Синатры, и молодые люди весело приплясывают под неё. Алина недоумённо смотрит на Софью, прыгающую по комнате вместе с ними. ─ Не бойся! Это воспоминания! они тебя не видят! ─ рыжеволосая манит девушку к себе, приглашая подурачиться. За окном валит снег, мужчины страстно целуются. Играет 'Strangers in the night', и Алина, играя роль галантного кавалера, приглашает Сомусеву на медленный танец. Две пары порхают по комнате, не видя друг друга, но совершая одни и те же движения. Вальс вечен. Розоволосая благодарит свою даму за танец и долго нежно целует. ─ Бедняга Серж умер через двадцать лет на руках у мужа. Жаль его, мог ещё пожить. ─ Который из них Серж? ─ Тот, что пониже и посветлее. Второй ─ Юрайя, но я про себя звала его просто Юрой. Девушки вернулись к зеркалу и шагнули в новую неизвестность. ─ 1910 год. Здесь живёт та же семья, что приобрела дом после смерти отца. Смотри, какие милые дети! Это их классная комната. Тут занимаются двое младших, старший ─ гимназист, живёт в пансионе в Екатеринбурге, домой приезжает на праздники. Вот и сейчас приехал. В комнате стояла маленькая ёлочка, украшенная яблоками и орехами, маленькими стеклянными шарами, трое детей ─ два мальчика и девочка ─ носились из угла в угол, весело визжа. Наконец, старшему это надоело, он взял с полки книгу про животных, усадил младших и стал читать им вслух. Те присмирели и внимали каждому слову. ─ Прям как мы с тобой, ─ ласково шепнула Алина. ─ Мы так же тихо сидим. Соня погладила девушку по голове и чмокнула в макушку. ─ Золотце, давай-ка назад, ─ мягко сказала она. Алина нехотя подошла к зеркалу. ─ Мы же ещё вернёмся? ─ Конечно, если ты пожелаешь. И обе вновь исчезли в зеркальном коридоре.