Я тебя держу

      Интересно сколько раз человека метафорически можно разбить на части, прежде чем он окончательно сойдет с ума? Воспоминания, словно бусины нанизанные на нитку сознания, уж точно останутся с ним навсегда. Черт бы подрал эту сыворотку, которая превратила его и так неплохую память в эйдетическую. Особенно события приносящие щемящую боль, от которой хотелось потереть грудь, хоть и инфаркт, конечно, ему не грозил, помнились особенно хорошо. Он, например, отлично помнил мамино лицо, хоть и не видел его уже очень-очень давно. Отлично помнил тот пасмурный день на фронте, когда ему сказали, что Баки числится теперь без вести пропавшим, что его семье будет отправлена похоронка, хотя это событие больше приправлено злостью, чем болью, он тогда держался за эту злость, как за последнюю ниточку, не дававшую скатиться во тьму. И нашел, господи-боже, нашел-таки Баки.       Потом, уже в этом новом мире, узнал, что Баки жив, что был жив все это время — вот так, как не заслуживает никто, тем более лучший человек на свете для него, для Стива. Он до мельчайших подробностей помнит тот момент, когда с Зимнего Солдата спала маска. А теперь Баки вот он, жив, почти здоров, только потерял свою ненастоящую руку, но только хочет лечь в свой саркофаг, и Стив не то чтобы не в состоянии его отговорить, просто у него нет таких прав. Кто он такой, чтоб решать за Баки? У того и так слишком долго не было своего мнения.       Но эти воспоминания самые болезненные, Стив не знает, как сможет это пережить. Пока весь этот дурдом с Тони длился, он был почти рад, что у него нет ни одной спокойной минуты, чтобы просто сесть и задуматься. Вспомнить. Хотя бы вот сейчас, Баки в душе всего минут десять, а Стив смотрит на закатное небо над Вакандой и разваливается на части и совершенно не знает, как собрать себя обратно, чтоб друг не понял, что с ним что-то не так.       Стив влюбился, пожалуй, впервые в жизни, до разжижающихся мозгов. Ноги в желе превращались от одного взгляда, стоило только углядеть силуэт в конце коридора и все, в голове пусто, а внутри все мелко дрожит. А потом Брок подошел сам и без всяких расшаркиваний, сказал мол, я вижу, как ты смотришь, может сходим куда-нибудь? И Стив тогда наконец-то, первый раз с того чертового поезда, вновь почувствовал себя целым, был так всепоглощающе счастлив, что казалось ноги при ходьбе земли не касаются и, как оказалось, не видел ни черта дальше собственного носа. Не замечал, что был всего лишь заданием, конечно, только слепой бы не заметил, что у Стива мыслительный процесс сбоит и искрит все вокруг, когда Брок подходит слишком близко, а Гидра никогда слепотой не отличалась.       Он бы сейчас даже, пожалуй, с удовольствием обнулился, лишь бы не помнить, как Брок с утра, еще до первой кружки кофе, спотыкается выходя из спальни, как курит, выпуская дым через ноздри, как улыбается, не скалится, как обычно, а улыбается ему, Стиву. Не помнить, какими мягкими ощущались его волосы под пальцами, какой гладкой и горячей ощущалась его кожа под ладонями. В глазах защипало, Стив зажмурился и прижался лбом к прохладному стеклу окна, Брок его предал, перечеркнул все хорошее, что было, только Стив все равно его любил, любил до сих пор. Почему он не сказал, не поделился? Стив бы все сделал, чтоб его вытащить. А теперь поздно, Брок Рамлоу мертв и больше никогда.. Стив зажмурился сильнее, больше никогда..       Он бы его простил, простил за все, Брок не виноват в том, что не любил его, Стив виноват в том, что не видел все, что было на поверхности. Стив бы отпустил его, пусть бы уехал, жил в другой стране, штате, городе, да где-угодно, лишь бы жил. Вода в душе перестала течь, Стив повернулся и потер лицо ладонями, нужно было собраться, у Баки и без него проблем достаточно. - Ну, что, мелочь, последнее прощание? – спросил Баки, запрыгивая на кушетку, даже с одной рукой, все у него получалось ловко. - Не прощание. – голос звучал хрипло, словно Стив вот-вот расплачется, он откашлялся и попробовал снова. – Не прощание, это ведь на время, пока я не найду способ избавить тебя от кодов.       Баки всегда чувствовавший его, как никто другой, нахмурился. - Я ж не умираю, Стив, полежу немного, все будет хорошо.       Стив опустил ладонь на его живое плечо, сжал и заставил себя улыбнуться. Баки не знал про Брока, пусть так и останется, не из-за осуждения нет, друг всегда знал про Стива все, что только было можно и про ориентацию, конечно, тоже. Стив и сейчас помнил, как переживал и, что таить, боялся, когда говорил ему это, а потом спрашивал будут ли какие-то проблемы с их дальнейшим общением, а Баки ответил, что Стив, как был занудой, так и остался, не при чем тут ориентация, пусть любит кого хочет, а потом еще долго дулся, когда Стив сказал, что Баки не в его вкусе. Стив улыбается и качает головой, Баки, такой Баки, Стив бы все отдал, чтоб тот снова стал счастливым. - Чего ты так ехидно лыбишься? – щуриться Баки. - Да, вот вспомнилось вдруг, как ты обиделся, когда я сказал, что ты не в моем вкусе. – Стив смеется уже всерьез. - А что? Это между прочим обидно было, я так-то красавчик! – притворно возмущается Баки.       Плечо Баки под ладонью вдруг напрягается до каменной твердости. - Решил сбежать от проблем? – звучит от двери.       Стив не слышал ни шагов, ни звука, с которым открывается дверь, он резко оборачивается, в паре метров незнакомая девушка, стоит, сложив руки на груди, а за ее спиной.. Стив физически ощущает нехватку кислорода, и насильно давит всколыхнувшуюся надежду, этого не может быть. Да только вот он стоит, привалившись спиной к закрытой двери, опустив глаза в пол. - Привет, Джим. – говорит незнакомка. Стив, обернувшись, видит, как у Баки дергается кадык, когда он с трудом сглатывает. - Привет, Мир. – хрипит он. - Что решил лечь в гроб, как чертова Белоснежка? – Брок за ее спиной ухмыляется. Она поворачивается к ему, разводит руками. – Что? Мне понравилось сравнение.       Глупое сердце Стива пускается в галоп, значит он и правда жив, не один Стив его видит, слава богу, он уже подумал, что у него все-таки поехала крыша. - Что ты здесь делаешь? – спрашивает Баки и нет, Стиву вроде не кажется, его голос дрожит. - Пришла спасти мою принцессу. – девушка садится в кресло, закидывая ноги на спинку. Баки сжимает челюсти так, что проступают желваки – злится. – Ладно-ладно. – она поднимает руки. – Пришла предложить помощь. В прошлый раз ты отказался, но может согласишься сейчас.       Стив хочет вмешаться, хочет спросить – А не познакомишь нас? – или что-нибудь, но голос не слушается, а еще вроде как не может перестать смотреть на Брока, который в свою очередь, смотрит куда-угодно, но только не на Стива. - Я Миранда. – наконец незнакомка берет все в свои руки, она подходит к Стиву, протягивает руку, Баки тут же оказывается между ними, Миранда закатывает глаза. – Да неужели, Джим? – Баки не двигается. – Что если я пообещаю? Я обещаю не причинять вреда твоему Стиву, только лишь оставляю за собой возможность защищаться, если он нападет первым.       Плечи Баки немного расслабляются, он отходит в сторону, кивает Стиву, мол можно. Стив немного не понимает, что происходит, Миранда на вид во много раз меньше него, почему она должна причинить ему какой-то вред и как вообще может это сделать? - Стив Роджерс. – он жмет протянутую руку. – Может объясните мне, что происходит? - Вот теперь я, в принципе, тебя понимаю. – она поворачивается к Броку. - Мир, не надо. – отвечает тот. Его голос делает со Стивом что-то страшное.       Она ухмыляется ему через плечо, садится обратно в кресло. - Что дальше, Джим? Собираешься спрятаться от проблем в своем стеклянном гробу и ждать, пока твой супергерой найдет тебе лекарство? Так его нет. Я могу помочь. Я обещала, что не буду вмешиваться без твоего согласия, вот я спрашиваю. Позволь мне помочь?       Стив не может удержаться, просто не может, он даже разговор почти не слышит, ему нужно убедиться, он делает пару шагов, уже протягивает руку, как Миранда вырастает между ним и Броком. - Не надо, Кэп. Он еще не совсем себя контролирует. - Ты сделала его таким, как ты? – спрашивает Баки. Она дергает плечом. - Он умирал, что мне нужно было сделать? Бросить его? Он как-никак мой родственник.       Баки вопросительно вскидывает брови. - У меня была сестра, от нее пошел наш род, он последний оставшийся. – она морщится, словно признаваясь в своей слабости, Стив уже совсем ничего не понимает, это неожиданно злит. - Да что происходит? Кто-то мне уже объяснит? – взрывается он. - Джим? – говорит она. - Миранда – вампир. Ей уже.. 514? - 523. – говорит она. - 523 года. – послушно повторяет Баки.       Стиву хочется рассмеяться, боже, ну что за бред, он не успевает высмеять эту версию, как мгновенно оказывается у противоположной стены, Мир прижимает его к ней, держа за горло. - Миранда! – кричит Баки, он тут же отпускает его, скалится, глаза меняют цвет, по венам от самых глаз бегут темные полосы, у нее отрастают клыки, Стив неожиданно цепляется за одну мысль. - Б.. - он обрывает сам себя, - Рамлоу теперь такой, как ты? – она кивает, улыбаясь. – Это что, какая-то разработка Гидры? - Да, чтоб тебя! – она уходит обратно в свое кресло. – Может тебя это удивит, Капитан, но мир не вертится вокруг тебя, Щита и Гидры. Там за окном, - она машет рукой куда-то в сторону джунглей, - просто люди, они живут обычной жизнью, со своими проблемами. Мне 523 года, Роджерс, тогда твоей Гидры и в помине не было. - Она не моя. – Стив сжимает зубы. Она сказала, что может помочь, нельзя злиться. – Ты сказала, что можешь снять коды? - Да. – кивает она. – А что это идея, Джим может не согласиться, но ты можешь его уговорить. Вампиры обладают способностью внушения, я говорю что-то, а он слушается, потому что просто не может иначе, противостоять не выйдет. Он будет свободен. - Какова цена? – спрашивает Стив. - Я уберу твою зависимость, - говорит она Баки, - потом ты сможешь вернуться в Нью-Йорк, а я очень постараюсь как можно меньше попадаться тебе на глаза. - Ты не уйдешь? – спрашивает Баки, и Стиву кажется, что в его голосе звучит надежда на отрицательный ответ. - Я не могу. – она пожимает плечами. – Дело то в том, что со Старком и Фьюри я уже поговорила. - Ты обещала не вмешиваться в мою жизнь без согласия. – хмуриться Баки. - Я и не вмешивалась. – скалиться она, именно в этот момент очень напоминая Брока. – Старк теперь переживет ваше возвращение, то есть он, конечно, все помнит, лучшими друзьями вам не быть, но убить тебя он больше пытаться не будет, он тебя простил и твоего Стива тоже. Ты ведь не думаешь, что целый Капитан Америка сможет сидеть тут, охраняя твой сон? Его охрененная задница, обтянутая синим костюмом, рано или поздно понадобиться миру, теперь он может вернуться без оглядок. С Фьюри так просто не вышло, знает слишком много и, по некоторым причинам, не поддается внушению, пришлось договариваться. - Что ты ему обещала? – хмуриться Баки. - Выполнять конфиденциальные поручения. – она откидывает голову на спинку. – Взамен ты сможешь вернуться, тебя признают военнопленным, пройдешь экспертизу и сможет участвовать в миссиях своего товарища. Брока, кстати, уже восстановили, по решению суда он признан невиновным, уже приступил к исполнению своих обязанностей.       Стив хмурится, предавший один раз, предаст снова, Стив его любит, но он не идиот, поворачиваться спиной нельзя. Он вдруг понимает, что вокруг тихо, а Мир смотрит прямо на него. - Вот оно, - скалится она, - то лицо, когда не знаешь любить кого-то или ненавидеть. За тобой интересно наблюдать, держи лицо, Капитан, а то у тебя на нем все мысли написаны. Хочешь помогу забыть? На секунду он сомневается в правильном ответе, Стив не может сосредоточиться, все еще хочется подойти, коснутся, почувствовать биение жизни, он одергивает себя, это другой человек, это тот, кто предал тебя, твой Брок погиб тогда в лифте, смотря тебе в глаза, умер еще там. - Ты же не вмешиваешься вроде? – устало спрашивает Баки. - Мое человеколюбие распространяется только на тебя. – улыбается она. - Зачем ты это делаешь? Ты же ненавидишь зависимость. Она встает и подходит к нему на расстояние вдоха. - Ты же знаешь ответ, так зачем спрашиваешь? – Баки на секунду отводит взгляд, словно не может больше смотреть так близко. – Так что? - Что взамен? – спрашивает Стив. - Ничего. Я помогаю, и мы уходим, я и Брок возвращаемся в Нью-Йорк. Вы оба можете дальше жить так, как вам хочется, но я настоятельно советую вернуться домой. - Ладно, я согласен. – кивает Баки.       Миранда склоняется ближе к лицу Баки, говорит. - Ты больше ни от чего не зависишь, - Стив со своего места видит, как у того расширяются зрачки. – Никакие слова больше не властны над тобой, ты сам себе хозяин. Нужно слушаться только приказов Капитана. Стиву не нравиться формулировка, он тут же обещает себе ничего не приказывать Баки. Тот встряхивает головой, едва она отстраняется, улыбается несмело. - Все? - Почти. – говорит Миранда. Распахивает входную дверь и кричит куда-то, - Скажите королю, что все готово. - Т`Чалла в курсе? – хмурится Стив. - Конечно, как бы мы сюда еще попали. - Что ты пообещала ему? – тихо говорит Баки. - Ничего, что не смогла бы выполнить. Мне нужно зачитать код, чтоб король убедился, что все закончилось, тогда мы сможем уехать. - Код будешь читать ты? – хмурится Стив, идея ему откровенно не нравится. - А ты знаешь русский, Роджерс? – нет, конечно, он не знает.       Миранда зачитывает коды, Баки сидит на кушетке, нахмурившись, Стив ловит себя на том, что от напряжения весь взмок, он поворачивается и ловит, направленный на него взгляд Брока, тяжелый и какой-то больной, Стив разучился понимать, что это значит, он обязательно подумает об этом потом, сейчас важен Баки и только. - Солдат? – аккуратно спрашивает Стив, когда коды зачитаны. - Да разбежался! – улыбается Баки.       Стив чувствует такое облегчение, словно с него сняли камень размером с башню Тони и, конечно, тут же обнимает друга, слава богу, он в порядке. Миранда смотрит на Т`Чаллу. - Свою часть ты выполнил, спасибо тебе за это. Теперь моя очередь. – она берет пустой стакан, Стив точно помнит в нем была вода, он снова почти в ужасе наблюдает, как ее глаза меняют цвет, как отрастают клыки, она прокусывает собственное запястье и подставляет стакан под ручеек крови. – Пусть выпьет это. – она протягивает Т`Чалле стакан. – Через пару минут будет в порядке. Один из его людей при смерти, никто не может понять, что с ним, - говорит она, как только тот покидает помещение, - вампирская кровь излечит все, что угодно. Эта сделка закрыта. Мы возвращаемся в Америку, приезжайте, как будете готовы. Король обещал готовность твоей руки через пару недель.       Стив смотрит, как она подходит к Баки, медленно убирает ему волосы от лица, как тот замирает, неосознанно выпрямляясь. - Спасибо. – шепчет Баки.       Она тянется и целует его в лоб, куда-то над бровью. - До встречи, Джим.       Стив долго смотрит на закрывшуюся дверь, не вполне успешно гася в себе желание бросится следом. Жив, Брок жив, и теперь, вернувшись, придется каждый день напоминать себе о том, что у него нет никаких прав, этот человек чужой, тот, кто просыпался рядом со Стивом по утрам безвозвратно мертв, ничего нельзя исправить и вернуть, надо просто научится держать себя в руках, это он умеет, самоконтроль всегда был сильной стороной. Только вот Брок одним своим видом, не прилагая никаких усилий всегда разбивал его к чертовой матери. Ничего, главное он жив, и главное помнить, чем все это кончилось в прошлый раз.