Почти пара

      Уроки давно кончились, и знали бы вы, какая очаровательная погода стояла за окном. Это апрель — время цветения вишни и тёплого солнца. Но Бакуго даже до этого дела никакого. Он дежурный в этом месяце.

«И отлично,»

— невольно думалось парню, пока его рука с мокрой тряпкой резкими движениями скользила по пыльной от мелков поверхности доски, —

«меньше видеть эти довольные морды. Сопливые парочки.»

      Он грубо уронил тряпку на прикрученную к доске подставку для мелков. Из головы никак не лез тот факт, что дежурным его назначили не одного, а горбатиться приходится в одиночку! Он мог понять, если бы это был Денки, но Момо... Хотя и Денки он бы не спустил это с рук.       Уже приблизительно десятая минута пошла с того момента, как Кацуки начал убирать класс. В абсолютном одиночестве. Он вот-вот уже всё сделает сам, а Момо так и не явилась!

«Чёртова... Женщина!»

      Он с твёрдой решимостью громко хлопнул дверью, открывая её, и взял курс на поиски той самой Момо, которая бесстрашно не пришла выполнять свои обязанности. Кацуки даже не было дела, что Момо, по обыденности своей, организована, собрана, тактична... Не видел в её неявке странности. Его разрывала злость, и думать о чём-то, кроме хорошей взбучки, которую устроит девушке, он не мог.       Да, ему было совсем не лень искать её по всем этажам школы. Гордость не позволит ему дежурить в одиночку, когда предполагается работа в паре. Его твёрдые шаги могли бы проломить бетон — настолько он был взбешён. Какая-то девчонка заставила его убирать весь класс одному! Она точно поплатится за это. Именно так решил Бакуго, пылая негодованием и даже не предполагая, что может случится в следующий момент.       Взрывному парню не пришлось идти далеко. Уже через пару-тройку метров он услышал женские голоса. Два женских голоса и, судя по интонации, они были взволнованны. — Он не сделает первый шаг, Урарака, — своим высоким голосом пролепетала Момо, — тебе придётся собрать мужество в кулак! — И стать смелее... Знаю, — девушка тяжело вздохнула, продолжая нерешительным голоском говорить скороговоркой. — Но вдруг я просто не нравлюсь ему? Вдруг он специально меня не подпускает к себе? Вдруг... Вдруг..?

«Да кого это, чёрт возьми, волнует!»

      Скрепя зубами, он стремительно подходил ближе, слушая их до боли в животе противную любовную драму. Не по своей воле стал слушателем, но не станет же Бакуго затыкать уши, словно ребёнок. Он вот-вот настигнет свою цель, ещё пара шагов. Но следующие слова девочек остановили его, не дав завернуть за угол, где они увлечённо обсуждали насущное. В небольшом ступоре парень даже прислушался к стремительно развивающейся беседе. Он был неприятно удивлён услышать своё имя в подобном разговоре. — Урарака, послушай! Мидория просто стеснительный мальчик. Поверь мне, с ним придётся попотеть! То ли дело Бакуго, он не станет тянуть ко... — А при чём..! — ошеломлённая такой переменой в разговоре, Очако с немым вопросом подняла глаза на подругу, искозив лицо в гримасе недоумения, — почему ты упомянула его, Момо? Ведь... Разговор шёл о Деку, никак иначе... — и тут запнулась, сконфуженно поведя плечами, — ...наверное. — Что значит наверное, круглолицая?! — зубы снова заскрипели. Его неимоверно раздражала перспектива быть втянутым в этот любовный клубок, пусть и стороной. Он пулей выскочил из-за угла, повышая голос в своей распущенной манере, чем заставил девушек пискнуть от неожиданности. — Бакуго-кун..! — Очако тут же засуетилась, молниеносно заливаясь краской стыда и поднимая руки, словно сдаётся. — Бакуго-кун! К-как неожиданно, Бакуго-кун! — удар на себя приняла Момо, любезно улыбаясь, но всё же подрагивая от лёгкого ужаса, — ты всё слышал? Я просто привела пример! Ведь... Ведь вы с Деку такие разные! Как масло и вода, понимаешь? — она старательно оправдывала свои ранее сказанные слова, но нутром чувствовала, что это бесполезно. Бакуго весь трясся от ярости. Снова сравнили с этим отбросом! — Если не исправишься сейчас же, я убью тебя, бесполезная! — он в мгновение преодолел расстояние между ним и Очако, угрожающе нависая над ней, из-за чего та интуитивно закрылась руками, словно щитом, — «наверное»?! — Ох! — Момо только могла обеспокоенно прикрыть рот пальчиками, надеясь, что всё обойдётся. — Д-да... Я... Я не то совсем сказала..! — девушка в панике пыталась исправиться, но дрожащий голос не давал ей сосредоточиться, но и не только он... — т-ты ведь, Бакуго, тут совсем не при чём! То есть... Да! Точно совсем никак не относишься к... К этому делу, Бакуго!       Беспрерывно подрагивая под гнётом свирепого дыхания, Очако вдохнуть боялась. Она бы с радостью провалилась под плинтус прямо сейчас! Кацуки в порыве гнева приблизился к ней настолько близко, что она отлично чувствовала тепло, исходящее от него. Дикое, животное... Абсолютно не такое, как от Деку. Совсем... От его близости Очако начинала нервничать, отчего покраснения на пухлых щёчках не сходили. Она не решалась открыть глаза, в страхе представляя насколько сейчас может быть страшное лицо у Бакуго. Обычно она видит его в гневе на расстоянии, но и оттуда он вселяет немой ужас. Самого Кацуки это не трогало. Ему хватило оправданий Уравити, и он сделал шаг назад, уже менее раздражённый, принимая во внимание, что эта нервная девчонка ничего дельного больше не скажет. Уравити приложила ладошку к груди, свободно выдыхая свой страх. Парень словно постепенно сдувался, когда услышал желаемое. Недовольно цокнул, вальяжно закинул руки в карманы школьных брюк, отступил. Тяжёлый взгляд из-под хмурых бровей перешёл к Момо. — С какого хрена ты всё ещё здесь?! — в мимолётной тишине снова раздался оглушительный крик парня, — да я убирался целых десять минут... — его надменный взгляд нагнетал и без того накалённую атмосферу, — один! — Да! — Момо тут же выпрямилась, поддаваясь страху, — прости, Бакуго-кун! Можешь идти домой, я дальше сама справлюсь, честное слово.       Тут она потянулась к Очако, намереваясь взять за руку, утащить с собой, что казалось само собой разумеющимся, и они обе пулей скрылись за углом, откуда недавно на них выпрыгнул Бакуго.       С его губ тут же слетел раздражённый звук. Словно на прощание. Ему было по пути с девочками. Всё-таки чтобы пройти к выходу нужно идти в ту сторону, откуда парень только недавно пришёл. Он быстро завернул за угол, размашисто шагая за спинами одноклассниц, которые успели отойти довольно далеко. Мысли Каччана занимали две вещи: как бы не встретить на улице глупого задрота и превзойти Всемогущего. Ему и дела не было до какой-то там романтики, которой с головой были охвачены те две будущие героини модельной внешности, что уже скрылись за косяком двери ведущей в класс. — Ох, Очако-сан, — Момо, только вошедшая в свой класс, тут же приметила одиноко стоявшую на одной из парт школьную сумку, — наверное Бакуго-кун забыл, пока был здесь, — задумчиво протянула она, приставив указательный пальчик к подбородку. — И правда, — воскликнула Уравити, подбегая к сумке. Её негласным долгом всегда было и останется помогать своим друзьям, — надо быстрее отдать ему, пока он не ушёл!       Девушка спешно схватила лямку, машинально вешая её себе на плечико и, уверенно семеня, выбежала из кабинета, надеясь, что Кацуки всё же ещё в академии. И, к её счастью, это было действительно так. Блондин как раз проходил мимо кабинета, неся за собой присущую ему тяжёлую атмосферу.       Урарака так сильно хотела отдать сумку Бакуго, что совершенно не приметила парня, как только выбежала из проёма, и неожиданно уткнулась носом в его твёрдое от вечного напряжения плечо. — Круглолицая! — мгновенно взъелся парень, слегка покачнувшись в сторону от удивления и грозно глядя на её макушку. — Ой! — тихо взвизгнула та, не сразу осознав, что врезалась в объект своих поисков, и поспешила поднять на него глаза, радостно улыбаясь, словно удовлетворённый ребёнок, — как хорошо, что ты ещё здесь! Вот, возьми, — она мягко протянула ему сумку, суетливо снимая с плеча, — ты чуть было не ушёл без неё, Бакуго..       Очако мило улыбалась ему, розовея в щеках от неловкости молчания, ведь Кацуки не говорил ни слова уже почти пол минуты, и между ними воздух начинал сгущаться и тяжелеть. Она прекрасно понимала что к чему. Диалог между ними — это что-то космическое. В последний раз они общались... Никогда. И только сейчас, заглядывая в его отречённый взгляд она это поняла и почувствовала вину перед ним. Она неловко вжала голову в плечи, отодвигая корпус назад, и отвела взгляд, всё ещё держа в руках его сумку. Она не знала, почему тот не возьмёт эту тяжёлую вещь из её рук, хотя могла догадаться. Бакуго тоже чувствовал это напряжение между ними. Которое бывает между двумя знакомыми, которые плохо знают друг друга, но обязаны поддерживать разговор. И если приглядеться, то в его глазах читалась некая неловкость, которая свойственна только ему. — Прости, — решив разбавить обстановку, девушка слегка грустно произнесла это.       В полном неведении дальнейших событий она чувствовала, как тело приятно покалывает в предвкушении. Так долго говорить с Кацуки ей не приходилось никогда! Это даже немного пугало. А может даже и не придётся больше заговорить с ним! Хотя для девушки это было из ряда вон выходящим. Они ведь одноклассники! Почему же беседовать им приходится так нечасто и сложно? А точнее, и вовсе не приходится. Но почему она так радуется? Хоть этого и не видно снаружи. Может, потому что он уделил ей внимание? Наглый, эгоистичный, не в меру гордый, думающий лишь о героях, нелепых соревнованиях, но не о личной жизни. Такой парень, который не то, чтобы завести друзей, даже девушками не интересуется. И сейчас уделяет ей внимание, но всё такой же холодный к ней.       Наконец он протягивает руку навстречу, еле поддевает лямку сумки, словно остерегаясь коснуться руки девушки.

«Пытается осторожничать?»

— ошеломлёная своей мысли Очако оживляется, почти впихивая в грудь парня эту несчастную сумку. — Ошалела? — грубо, но без лишней эмоциональности почти спокойно упрекнул парень, закидывая лямку сумки через голову. Его сухой голос звучал устало, будто ему не хотелось тратить энергию на какую-то девчонку, — перестань извиняться. Выглядишь глупо. — А?       Девушка подняла голову, но уже не увидела перед собой Бакуго. Он успел бесшумно покинуть её поле зрения на пару мгновений, отойдя в сторону и направляясь к выходу. Она с лёгкой грустью проводила его задумчивым взглядом. Что-то упустила? Но если да, то что? Брови невольно спустились к переносице. А затем метнулись на лоб! Он ведь слышал их разговор! А с какого момента? Что он знает? Очако вот-вот взорвётся от незнания! Резкое волнение заставило её теребить пальчики. — Бакуго-кун, Бакуго! — вновь став той оживлённой девочкой, Очако обеспокоенно окликнула его, не решаясь догнать. — Отвали, круглолицая! Домой иду, не видишь, — огрызнулся тот, оставляя бедную девочку один на один со своими переживаниями.       Вот она, старая «дружеская» атмосфера между ними...