Глава четырнадцатая
22 июня 2020 г., 12:58
***
Мысли смешались, по телу прошла волна холода, и забрака заколотило. Пришлось свернуться и постараться согреться хотя бы собственным дыханием. Мол даже слегка удивился, что он не может восстановить замерзшее тело с помощью Силы. «Видимо, она выпила не только тепло, но и Силу, — подумал забрак, растирая обнаженные плечи, для чего пришлось сесть. — Иокаста. Кто бы мог подумать, что я повстречаю существо из легенд. И где остальные? Капитану явно грозит превращение в «сына», а вот что будет с Асокой — неясно. По текстам Иокаста не жалует не только экзоток, но и женщин в целом». Тело стало потихоньку теплеть, Сила возвращалась к забраку, но он еще раз растер плечи, согреваясь окончательно. «Мне кажется, что Мать решила держать меня здесь и питаться моими силами до тех пор, пока я не отброшу свои металлические копыта, — усмехнулся про себя Мол. — Думаю, надо что-то придумать и дать отсюда дёру. Неприятно осознавать себя пищей».***
Сознание и на этот раз вернулось быстро, и Рекс открыл глаза. Перед взглядом появился совсем другой потолок, а не тот, что он увидел в первый раз. Клон сел и огляделся. Лежал он на голом полу, и мышцы спины разболелись от жесткой «постели». Вокруг была небольшая комната, ярко освещенная панелями по периметру. Мебели внутри не было, что насторожило клона. Рекс встал, и тут же что-то звякнуло у его правой ноги. Клон опустил глаза и увидел, что он бос, а на щиколотке у него массивный стальной «браслет», от которого в центр комнаты вела металлическая цепь и крепилась к штырю, вбитому в пол. Капитан ухватился за цепь руками и попытался выдрать ее из крепления, но, как и в прошлый раз, рассчитана конструкция была минимум на трандошанина. Рексу не хватало ни веса, ни физической силы освободиться. Немного зудело место укола, и капитан почесал шею, неприятное ощущение почти прошло. «Что она мне вколола? — поинтересовался у самого себя Рекс. — Я нормально себя чувствую, только спина ноет. Что вообще за сумасшедшая тётка?» Клон сел на пол около стены, опираясь на нее левым плечом. Все казалось каким-то странным, нереальным. «Ну кому может понадобиться обычный клон, хоть и ЭРК? Нас по галактике миллион бегает. Или дело тут не в уникальности? — думал Рекс. — Меня продали в рабство? Что вообще здесь происходит?!» Решив обследовать помещение, капитан поднялся на ноги и обошел комнату по периметру. Оказалось, что он может дойти только до трех стен: до четвертой не дотягивалась цепь, и это явно что-то значило — скорее всего, там находился выход, хотя его не было видно невооруженным взглядом. Рекс снова сел на пол у стены, откинул голову назад и закрыл глаза. В голове все еще была неслабая мешанина из воспоминаний, и неожиданно для себя он понял, что не может вспомнить имен забрака и тогруты. Клон распахнул глаза, силясь припомнить, как звали его спутников, и, к ужасу Рекса, это не получалось. Лицо тогруты он помнил хорошо, и ему казалось, что их нечто связывает, но что — вспомнить не мог. Забрак же казался размытым красно-черным пятном, к тому же враждебно настроенным. В груди будто заворочался клубок змей от понимания, что он забывает нечто очень важное, а перед взором стояла молодая тогрутка, которая слишком искренне улыбалась ему в какой-то, казалось, прошлой жизни. От этой улыбки все согревалось внутри и вызывало необычное для клона чувство. В голове будто что-то вспыхнуло и заломило виски. Рекс сжал голову руками, стараясь унять внезапно накатившую боль. — Зачем же ты борешься? — раздался уже знакомый голос, и капитан увидел, что в центре комнаты стоит Иокаста собственной сумасшедшей персоной. Рекс вскочил на ноги, на мгновение позабыв о боли. — Что вы сделали со мной?! — прорычал клон. — Почему я забываю моменты из жизни?! — Мой драгоценный сын, — женщина мягко улыбнулась, как улыбаются неразумному чаду, — ты забываешь то, что тебе не надо помнить. Твою прошлую, ужасную жизнь, где ты испытывал чувства к экзотам, считая их товарищами. Твоих приятелей больше нет, или они уже на другом конце галактики. Возможно, они вместе сбежали и бросили тебя. Я никогда так не поступлю. Рекс замер: он как-то не рассматривал такой вариант развития событий, но в груди было точное осознание, что это не так. Насчет забрака он сомневался, но юная тогрута не бросила бы его. Ни за что на свете. Так как любила его. — Вы лжете, — неожиданно зло для самого себя произнес Рекс. — Асока никогда бы так не поступила! Имя тогруты неожиданно вспыхнуло в сознании, и клон даже не сразу поверил, что не мог его вспомнить. Иокаста же холодно прищурилась, видя, что ее блокада дала трещину. — У меня было много сыновей, — ровно произнесла женщина, — и я знаю, как бороться с такими непокорными, как ты, Рекс. — Вы уже посадили меня на цепь! — Поверь, это меньшее, на что я способна. Я сломаю твое тело и твою душу, клон, — спокойно, констатируя факт, ответила Иокаста. — Ты станешь моим сыном, или то, что от тебя останется, я скормлю ворнскрам в подземелье. Подумай хорошенько, насколько ты хочешь подобной участи. — Клоны не боятся смерти. — Именно поэтому она настигнет тебя в самый последний момент, — Мать вспыхнула золотым светом и пропала, оставив Рекса наедине с его мыслями.***
Асока лежала на грязной койке в местном медпункте, стараясь поменьше дышать: ранения дико болели, а когда она заикнулась про бакту или хотя бы колто, врачи просто проигнорировали ее слова. Да, девушке обработали раны и перевязали, но в отсутствие заживляющих веществ она проваляется на больничной койке довольно приличное количество времени, которого у нее не было. Асока ужасно волновалась за Рекса и даже немного за Мола. Как тогрута ни старалась, она не могла с помощью Силы отыскать обоих спутников, но уверенность, что они где-то здесь, присутствовала. Больше ее удивляло отсутствие Мола, словно забрак потерял свои немалые способности и выпал из Силы. А, возможно, погиб. И Асоке даже не хотелось думать, что выжила только она одна. «Рекс, где же ты? — думала девушка, глядя в потолок. — Только останься жив. Я тебя очень прошу. Я не смогу без тебя. И никогда себе не прощу того, что не сказала тебе самое важное…» Девушка шмыгнула носом и утерла его тыльной стороной ладони. Слезы сами навернулись на глаза, и Асока попыталась их вытереть, но они лились безостановочно, еще больше раня душу. «Говорят, что после слез легче, — опять попыталась вытереть лицо Асока. — Надо собраться с силами и сбежать отсюда. Да вот незадача — мне сложно даже просто встать с койки». Неожиданно у нее в сознании нарисовался образ Мола, который сидел в какой-то глубокой каменной яме, со всех сторон окруженный силовыми полями. «Жив рогатый! — порадовалась за забрака тогрута. — Ну, значит, и Рекс где-то здесь».
