Москва любит

Только ты не отпускай и держи крепче, Мы пройдём всё и будем вместе вечно. — Отпусти — Джиган, Юлия Савичева

… тоже по молодости шкодили много. Всё обижали друг друга. А потом поняли, что в пустую тратили время.

      Часто люди отказываются меняться, но это противоестественно. Они цепляются за то, каким всё было раньше, вместо того, чтобы взглянуть на это по-новому. Цепляются за воспоминания того, чтобы думать о настоящем. Несмотря на обстоятельства, люди продолжают верить, что всё вокруг постоянно. Перемены постоянны. Но как они воспринимают эти перемены — зависит от них самих. Это может быть похоже на смерть или на второй шанс, данный им судьбой. Если они разожмут пальцы, ослабят хватку, примут это — почувствуют прилив адреналина. И именно тогда у людей появится этот второй шанс, именно тогда они смогут родиться заново!

… с тобой я не чувствую себя раненым и оставленным

      Нурлан нащупал у себя в кармане бумажку, которая издала мягкий шелест от его прикосновения. Он засунул руку в карман, чтобы вытащить её оттуда. Брюнет развернул её, расправляя на своем бедре. Это было старое фото, которое он нашел, роясь в вещах. Он не помнил, чтобы брал её с собой, когда уходил, но по какой-то причине он чувствовал необходимость сохранить кусок фотобумаги, найдя. Дата на обратной стороне была указана от 15.04 2019 года. Это был год, когда Лёшу призвали в армию, а фото было сделано до того, как в дверь постучали. 15 апреля 2019 года, г. Москва, Восточный Административный округ, район Сокольники       Было ленивое воскресенье, а у Нурика позавчера появилась новая карта памяти для его фотоаппарата. Лёша купил её для него, чтобы парень мог себя чём-то занять помимо учёбы, пока Щербаков не жалует его своим присутствием и чаще пропадает на работе. Нурлан всегда был радостным, когда получались новые фотографии, поскольку он любил снимать всё вокруг. Это делало его счастливым, заставляло широко улыбаться, а Лёша любил, когда он мог заставить Нурлана улыбнуться. Было жарко, все окна в квартире были широко открыты, и они оба были без футболок. Волосы Нурлана путались у него на лбу, а Лёша убирал их при каждом удобном случае. Нурлан мог засмеяться и сорваться с места за мгновение до того, как вернуться обратно, и слегка поцеловать в губы Лёшу.       Они были в квартире целый день, как будто бы в какой-то дымке. Лёша взял на какое-то время чёрный фотоаппарат и сфотографировал Нурлана, чувствуя себя таким же воодушевлённым. У него и в мыслях не было, что Нурлан фотографировал его все время, пока он не слышал звук затвора камеры и выскакивающей оттуда фотографии, которая ему, кстати, понравилась. Сабуров тут же забрал из рук Лёши фотографию и написал год с обратной стороны, а после того, как Лёшу призвали в армию, он сказал ему, чтобы тот хранил её всегда. И смотрел на неё каждый раз, когда бы у него был шанс.       В ответ на него посмотрели пара карих глаз. Нурлан из последних сил сдерживался, чтобы не подойти к нему, чтобы снова не обнять, не вдавить в стену и не истерзать собой этого мальчика, который последние полчаса изводил его своими нескончаемыми вопросами.

***

      Нурлан разгладил края фотографии большими пальцами, глядя на себя как будто молодого.       Молодого, который был влюблен и намного счастливее, потому что он мог просыпаться каждое утро с Лёшей. Мог целовать его в любое время, когда хотел в этой уютной атмосфере, которая была у них дома. Завтракать и смотреть вместе телевизор, зависать в социальных сетях и гулять в парке их района. Смеяться вместе.       Он с трудом сглотнул, сворачивая фото и убирая его обратно в карман. На небе ни облачка, а в голове — шторм. Мыслей о дальнейшей жизни даже не возникает, поэтому он решает присоединиться к тем людьми, что волочат своё существование по обочине жизни, терпеливо дожидаясь часа, когда он смог бы составить компанию Алексею. Его Лёше.       Всего четыре буквы, но столько боли и нежности сокрыто в человеке, который носит это имя. Носит в себе куда больше чувств, чем кто бы то ни был. Но, как ни странно, Москва любит, когда людям, живущим в ней, больно. Москва всегда встречала чужаков и провожала своими грязными многолюдными вокзалами, переполненными трамваями. В трамвае сталкивались москвичи и приезжие, рабочие и госслужащие, студенты и пенсионеры. Здесь можно было услышать новости, запомнить свежий анекдот или узнать свежие сплетни. Москва любит путать мозги, внушать ложные чувства и довольствоваться малым. Для глаз Нурлана город был похож на чудовищный пряник, пестро раскрашенный, припудренный опаловой пылью и рыхлый. Когда говорили о красоте, Сабуров предпочитал осторожно молчать, хотя давно заметил, что о ней говорят всё больше и тема эта становится такой же обычной, как погода и здоровье. Он был равнодушен к общепризнанным красотам природы, находя, что закаты солнца так же однообразны, как рябое небо морозных ночей.       Нурлану было дело только до него… до его рук, ног, несильно широких плеч и изумительно красивого лица с голубыми, как сапфиры, глазами. С ним дышалось легко, свободно, и хоть солнце ещё не взошло, а пряталось где-то за высокими домами, оно угадывалось в игре золотистых бликов, пробегающих по оконным стеклам, по тонкому утреннему ледку лужиц на асфальте. Нурлан, державший его за руку, не мог оторвать глаз от этого неограненного драгоценного камушка. Щербаков молча терялся в собственном чувстве безграничного счастья.