Deserve Better

— Смотрите, кто вспомнил про нас, — с нескрываемым удивлением протянул Бинь, увидев Ибо на пороге комнаты. — Мы уже думали, что ты не придёшь. — Я могу уйти, — Ибо пожал плечами. — А вы расходились вообще? Или так и торчите здесь всё время? — Мы к семинару готовились. А ты где всё это время был? С профессором своим опять болтался? Или с тем психом? — Ты про Сюаня? — уточнил Ибо. — Он не псих, просто строгий преподаватель, который требует от учеников понимания предмета. Тем более это спецкурс, и если ты не тянешь компьютерную безопасность, просто не выбирай его. Есть каллиграфия там, традиционная поэзия или ещё что. Всегда можно выбрать что-то попроще. — Ничего себе! — присвистнул Бинь. — Быстро он тебя на свою сторону переманил. А чем соблазнил хоть? Пообещал замолвить за тебя словечко перед профессором? — Не надо мне никаких словечек! — Ибо нахмурился. — У меня просто есть свои глаза и свои мозги. И я лучше буду им доверять, чем всяким слухам. Про Цзаньцзиня, то есть про учителя Чжу, тоже всякое говорят. И что у него спонсор есть в ректорате, который его прикрывает, и что в театре у него кто-то есть, что он выгоняет студентов, что у него любимчики есть… — Да нет у него любимчиков! Занимайся нормально — будешь любимчиком, — отозвался Ли. — Но я понял, о чём ты. — Так мы идём вообще? — Чжочэн выглянул из тесной ванной и окинул Ибо цепким взглядом. — Или ты так пойдёшь? — Мне нужно пять минут, — Ибо вытащил из шкафа вещи и уже взялся за дверную ручку, как вдруг ему в голову пришёл закономерный вопрос, который, кстати, должен был заинтересовать его куда раньше, не будь все его мозги заняты романом с Чжанем и поисками маньяка. — Подождите, а кто тренировку вести будет? — А у нас много вариантов? — не уловил Чжочэн. — У нас вообще нет вариантов, — Ибо нахмурился. — Цзаньцзинь… Учитель повредил ногу, он ещё не скоро сможет с нами заниматься. — Найдут кого-нибудь, — Бинь легкомысленно пожал плечами. — В конце концов, учитель Чжу не единственный хореограф в Академии. И раз нас не предупредили об отмене, значит, найдут кого-то, кто проведёт занятия. — Ладно, я быстро, — Ибо закрылся в ванной и спешно принялся переодеваться. Идти на занятие к другому педагогу не хотелось, но он заставлял себя действовать, чтобы не раздражать и без того не слишком радостных друзей. — Готов? — когда Ибо вышел из ванной, его друзья уже нервно топтались на пороге, будто им пятки жгло. Пришлось торопиться и перебирать рюкзак под двумя напряжёнными взглядами. Третий взгляд, любопытный, принадлежал Ли, и тот явно интересовался приключениями Ибо куда больше, чем предстоящей тренировкой. Когда Ибо уже забросил рюкзак на плечо и сунул в карман пропуск и ключи от комнаты, Ли не выдержал: — А ты спросил про кольцо? — Спросил, — Ибо кивнул, краем глаза заметив, как тут же насторожились и застыли Чжочэн и Бинь. — И что? — Ли как будто не замечал, какой эффект произвёл его вопрос, и улыбался Ибо тепло и дружелюбно. — И всё, — Ибо усмехнулся, а потом оттянул ворот футболки и вытащил наружу цепочку с висящим на ней кольцом. — То есть, — опешил Бинь, — он отдал тебе своё обручальное кольцо? — Оно не обручальное, — Ибо покачал головой. — Это на память. — На память о чём? — Чжочэн нахмурил брови, не слишком улавливая смысл этого действия. Зачем вообще кому-то нужно было отдавать своё кольцо? — Не о чём, а о ком, — Ибо перехватил кольцо и поднёс к глазам, чтобы убедиться, что выгравированная изнутри надпись никуда не пропала. — Можно мне посмотреть? — попросил Ли, и Ибо не нашёл как отказать. Ему не хотелось никому показывать эту надпись, но, с другой стороны, это могло бы убедить друзей, что у него с профессором Сяо всё было серьёзно и по-настоящему. — Ладно, — снимать кольцо с цепочкой с шеи Ибо не стал, поэтому Ли подошёл вплотную и прочитал гравировку: — Белый пион? Лондон, 5 августа? — Там серьёзно так написано? — поразился Чжочэн. — Ты сейчас не выдумываешь? — Я бы такое не выдумал, — Ли убрал руку и отступил. — Тебе же не нравилось, когда тебя называли пиончиком или конфеткой, помнишь? — Помню, — Ибо кивнул. — Но когда это он делает… — Ему ты разрешаешь, — Бинь хмыкнул. — Знаешь, я всё ещё не одобряю этот твой скоропостижный роман… И я думаю, что тебе трудно будет с профессором встречаться так, чтобы вся Академия не была в курсе. Но теперь я хотя бы спокоен, что он тебе голову не морочит. — Почему ты так уверен? — удивился Чжочэн. — Может, он это кольцо два дня назад сделал? Или вообще сегодня придумал эту гравировку? — Кольцо у него с самого начала было, — Бинь криво улыбнулся, а потом не слишком бережно взял Ли и Чжочэна за шиворот и вытолкал из комнаты. Ибо решил не нарываться и вышел сам, правда, чуть не забыл закрыть за собой дверь. А Бинь между тем продолжал развивать свою мысль: — Вы тогда ещё даже на пары не ходили, прогуливали. Насчёт гравировки, конечно, я не знаю, но она не похожа на свежую, видно, что кольцо долго носили. — Мне начинает казаться, что вы и рады были бы, вляпайся я в какие-нибудь неприятности, — заметил Ибо, которого такой интерес к его личной жизни уже порядком утомил. Он спрятал кольцо под футболку и по очереди взглянул на каждого из друзей: — Давайте я познакомлю вас, может, так вы перестанете думать, что он меня использует. — Давай позже, — Чжочэн поморщился. — Я не уверен, что хочу видеть преподов после пар. Мне их в Академии хватает, чтобы ещё в общежитии с ними лбами сталкиваться. — Можешь приходить к нам в комнату, если профессор придёт навестить своего пиончика, — хмыкнул Ли, лихо прыгая через три ступеньки. — Вот ещё! Пусть в отеле номер снимут! — Чжочэн скрестил руки на груди, дав понять, что ни одного преподавателя на территории их комнаты не будет. Разве что через его труп. Но Ибо и сам не горел желанием выставлять свои отношения напоказ. Да, он не видел смысла в том, чтобы скрывать от друзей нечто настолько важное, но и обрушивать на них все подробности он тоже не торопился. Ему было достаточно того, чтобы Чжочэн, Бинь и Ли приняли его выбор и смирились с ним. Одобрения и поддержки Ибо не ждал, потому что сам себе признавался в том, что едва ли с восторгом отнёсся бы к подобной идее со стороны Чжочэна. — А о чём вы разговариваете? — а вот Ли, похоже, был всерьёз заинтересован в этом романе и получал искреннее удовольствие, расспрашивая Ибо о разных мелких деталях. — Или вы пока не разговариваете? — он многозначительно подвигал бровями, и Ибо фыркнул. Наверное, было бы здорово, если бы они смогли сейчас зайти дальше пары поцелуев. Но едва ли в ближайшее время это было возможно. Ибо не строил фантастических образов и идеальных планов, но он точно знал, что не хочет, чтобы им кто-то помешал. Поэтому общежитие как возможное место для углубления отношений и перевода их на качественно новый уровень он даже не рассматривал. — Разговариваем, — Ибо на всякий случай оглянулся, чтобы убедиться, что рядом с ними не было лишних ушей. Не хотелось бы услышать альтернативную версию этой истории от однокурсников. — Просто у нас не очень много времени было. — Разве? — не поверил Бинь, оглянувшись тоже. — Серьёзно, ты пропустил сегодня весь день. А до этого, если ты не соврал Чжочэну, а он нам, вы были на свидании… — Что толку, что меня сегодня не было, — Ибо махнул рукой. — Чжань же на пары пошёл, преподаватель не может просто взять и не пойти. — А ты что делал? Ты в самом деле с учителем Чжу был? И с этим, как его… — Да, в самом деле, — Ибо кивнул. — Цзаньцзиню нельзя сейчас напрягать ногу, поэтому за ним нужно присматривать. Но с этим Сюань бы и сам справился. Надо было ещё видео просмотреть… Так что я не особо продуктивно день провёл… — Если ты сейчас так кокетничаешь, то я тебе врежу, — предупредил Бинь, но Ибо взглянул на него с искренним удивлением: — С чего бы? — С того, что это мы непродуктивно день провели. Сидели на лекциях и писали конспект того, что уже тысячу раз записали до нас. А ты сидел с преподом и смотрел камеры наблюдения. А сейчас ты нам здесь рассказываешь, как это было… — Бинь поморщился. — Если ты нашёл себе новую тусовку, то хоть не выделывайся перед нами. — Да я не выделываюсь, — Ибо всё ещё не мог определиться, обидеться ему прямо сейчас или ещё немного потерпеть. В какой-то мере он даже понимал чувства Биня. Наверное, он и сам не обрадовался бы, если бы кто-то из его друзей вдруг прильнул к другой компании. — Просто мы убили на это всё утро, а толку никакого. Да, видна фигура какая-то на краю кадра. Но лица не видно, одежды не разобрать… — А ты хотел, чтобы он тебе паспорт показал? — фыркнул Чжочэн, и Ибо испытал чувство, схожее с дежа вю: Хаосюань спрашивал у него то же самое. — Чжочэн, я тебя умоляю, я же не идиот. — А вы за оба дня посмотрели записи? — вдруг тихо и серьёзно спросил Бинь, а Ибо приложил ладонь к лицу, мгновенно усомнившись в том, что только что так уверенно сказал Чжочэну. — Что, нет? — Нет, конечно, — Ибо вздохнул. — Этих камер в нашем парке… Причём мы же сначала на карту их переносили, чтобы рассортировать записи… Но, если честно, я как-то не подумал, что надо было и другие дни поднимать. То есть когда-нибудь я бы додумался до этого… — А какие другие? — не понял Бинь. — Сегодняшняя ночь нужна и та, когда Фейюй отхватил. Только мы же не знаем точно, когда это было. — Были ещё, — Ибо обернулся снова. — Как минимум один был, Ван Цзяэр. Я такого не знаю, он с искусствоведения был… Но его Цзиян знал. — Он тоже забрал документы? — уточнил Чжочэн. Ибо поманил друзей к себе и произнёс шёпотом: — Он покончил с собой. — Зачем? — поразился Ли. — Я понимаю, конечно, что такую ситуацию врагу не пожелаешь. Но есть же психологи, есть всякие другие врачи. Тот же Фейюй… Пусть он даже танцевать не будет, но ходить, даже спортом каким-то заниматься… И нормально жить. — Фейюй пока жив, насколько я знаю, — Ибо вздохнул. — Я ещё раз говорю, я с этим Цзяэром незнаком, поэтому не знаю, что он был за человек. Цзиян с ним тоже не дружил особо, но он был на похоронах, так что это всё точно… — А что не точно? — Ли тоже покрутил на всякий случай головой, явно заразившись подозрительностью от Ибо. — Не точно — это про аборт… — Тихо! — Бинь прижал палец к губам, вынуждая всех замолчать и указывая на толпу студентов, уже собравшихся снаружи здания. — Давайте обсудим после тренировки. — Если она вообще будет, — Чжочэн облизал губы и прищурился. — Не нравится мне это сборище. Уже в раздевалке все должны быть… — Привет, народ, — Ли взял на себя роль парламентёра и выдвинулся вперёд. — А что никто не заходит? Или сегодня не будет ничего? — Если бы отменили тренировку, написали бы. — С чего её вообще отменять? — Так учитель же ногу сломал, говорят… — Тогда его вообще долго не будет… — Накрылись соревнования, получается. Если препода поменяют, мы с ума сойдём… Ибо прислушивался к голосам и мысленно закатывал глаза. Он знал, что ничего из этого не имело отношения к реальности, но признаваться и становиться эпицентром всеобщего внимания он категорически не желал. С куда большим удовольствием Ибо собирался любоваться удивлением на лицах однокурсников, когда через неделю-другую Цзаньцзинь, то есть для них учитель Чжу, конечно, явится на занятия. — Так чего мы здесь стоим? — так и не дождавшись ответа на свой вопрос, снова заговорил Ли. — К ночи теплее не становится, может, переодеваться пойдём пока? — Сказали здесь подождать… — Сначала объявление какое-то будет… — Не нравится мне это, — коротко резюмировал Бинь, а Ибо прислушался к своим внутренним ощущениям и понял, что склонен с ним согласиться. Сегодня ему вообще хотелось держаться подальше от тренировочного зала, но это нежелание было куда сильнее и острее, чем вчерашнее, когда он силой тащил себя на лекцию по философии. Там у него хоть объективные причины были: нелюбовь к Димедролу, а после — нежелание идти смотреть на нового лектора, от которого пребывал в таком восторге Бинь. — Господа студенты, прошу минуточку внимания, — звонкий женский голос прозвучал над головами, и Ибо машинально вскинул голову, чтобы заметить, как сначала побледнел, а потом покраснел Чжочэн. — Цзыи? — вслух удивился Бинь, а Ли пожал плечами: — Она же староста. Кто ещё будет всякую важную информацию доносить? — Мог бы и куратор, — Бинь бросил быстрый взгляд на Ибо, но тот демонстративно отвёл взгляд и всем своим видом изобразил заинтересованность в словах Мэн Цзыи. — Господа студенты! Вынуждена расстроить вас, но сегодня тренировки не будет. Также на неопределённый срок отменяются все тренировки и занятия позже семи вечера. Не рекомендуется… Ибо посмотрел на друзей, мол, вы же понимаете, что что-то происходит. Бинь сделал кислое лицо и одними губами прошептал что-то, что Ибо разобрал как «слушай, блять, потом поговорим». Пришлось напрячься и слушать дальше. Внятными объяснениями администрация Академии не заморочилась, и Ибо был искренне уверен, что это она зря. Любые неясные и пространные сообщения порождали вопросы, подозрения и предположения, которые при правильном обращении превращались в домыслы, слухи и сплетни. Ибо даже представить было сложно, куда могла завести студентов их фантазия. — Ой, могли бы и поинтереснее что-то придумать, — пробормотал Бинь, когда Цзыи спрыгнула с крыльца, как будто трибуну покинула. — Какой смысл? — Зато наши сейчас придумают сто тысяч миллионов вариантов, — Ибо вздохнул. — Они бы ещё комендантский час ввели. После семи вечера в учебных корпусах не оставаться, в библиотеке не задерживаться, в беседках не собираться… — И ради этого, как я понимаю, не жалко даже тренировки похерить. А потом, когда мы пролетим на соревнованиях, мы же будем крайними. Мы, потому что облажались, и учитель Чжу, потому что не научил и вообще ногу сломал не вовремя, — Чжочэн вздохнул. — Может, подойти к Цзыи спросить… — Может, — кивнул Бинь. — Как только ты решишь, чего ты больше хочешь: подойти к Цзыи или спросить. — Иди в задницу, — Чжочэн покраснел снова, но углубляться в спор не стал, а действительно попытался протолкаться поближе к старосте, расспросить которую, похоже, желала вся группа. — Что будем делать? — тихо спросил Ибо. Ему сейчас хотелось рвануть в общежитие к Чжаню, но он сдерживал себя и старался рассуждать логически. Даже если Чжань и рад был его видеть, это не значило, что Цзаньцзинь с Хаосюанем нуждались в компании ещё одного человека на ночь глядя. Им бы самим не помешало разобраться, как ночевать втроём на двух узких кроватях. С соседом Цзаньцзиня они, похоже, не ладили, раз вариант с ночёвкой в его комнате даже не рассматривался. — Не представляю даже, — Бинь покачал головой. — У меня вообще нет ни одной идеи, с какой стороны подступиться. И нужно ли нам в это лезть, если будет какое-то расследование. — А будет ли? — Ибо никак не мог себя в этом убедить. — Они уже давно должны были начать работать. Ещё когда первое нападение случилось. А после третьего здесь полицейских и экспертов должно быть больше, чем студентов. — Думаешь? — Ли почесал лоб. — Я уверен, — Ибо старался держать Чжочэна в поле зрения. — Как минимум администрация должна была заменить камеры на более качественные. Либо натыкать их через каждые десять сантиметров. А полицейские должны были переписать всех, кто был в Академии, откатать у всех пальчики… — Зачем у всех? Разве у них нет подозреваемых? — У подозреваемых можно было и анализ ДНК взять. Дела же с изнасилованием, могли и биологические следы остаться, — Ибо вздохнул. — Но тут другая проблема: некому брать. Такое впечатление, что полиция даже не в курсе, что здесь происходит. Реально сюжет городской легенды напоминает. Типа есть в Академии проклятая дорожка, и тех, кто по ней идёт, настигает чёрная фигура с битой… — Что-то я не припомню городских легенд с изнасилованием, — Ли вздохнул. — Чжочэн там решил прописаться? Я уже замерзать начинаю. — Надо было одеваться теплее, — Бинь вздохнул. — Не могу я его отрывать от дамы, хоть и понимаю, что он эту даму притомил до смерти. — Да ладно, Чжочэн милый. — Чжочэн, когда хочет понравиться, ни хрена не милый, — Ибо догадался, на что намекал Бинь. — Он становится просто невыносимым. И шутит как придурок, и комплименты делает дебильные. Мы же это тысячу раз видели. — И что? — Ли пожал плечами. — Девчонкам, похоже, такие нравятся. Если она его до сих пор не погнала, значит, её это впечатляет. Чэн Сяо же тоже… — Что? — Ибо напрягся и взглянул на друга огромными круглыми глазами. — Что она тоже? Её тоже впечатлял наш Чжочэн? — Упаси бог, — Ли передёрнул плечами. — Как тебе это в голову пришло? К тому же разве ты не заметил бы девушку в вашей комнате? — Я не так часто там был, если честно, чтобы кого-то заметить, — Ибо нахмурился. — Но я как никогда рад ошибиться. Так что там про неё? — Ибо избегал называть девушку по имени в толпе, чтобы не привлекать к разговору излишнего внимания. — Она встречалась с парнем из нашей общаги, — Ли был явно уверен в том, что говорил. — Я несколько раз встречал её вечером в коридоре. Её парень через комнату от нас живёт. — И как он? — Ибо напряжённо думал о том, чем им могла помочь эта информация. — Ты видел его сегодня? — Видел мельком, — Ли задумался. — На парах он точно был. Но я не знал, что на него надо внимательно смотреть. — Да не на что там было смотреть, — заметил Бинь. — Я знаю, о ком ты говоришь, он вёл себя как обычно. Странно, конечно, но чёрт его знает, может, у них такие высокие отношения... Всё, народ, остальное обсуждение предлагаю перенести под крышу, потому что уже даже я околел. Не понимаю я, как ты стоишь в одной футболке, — Бинь обхватил себя руками и вздрогнул. Ибо холода не чувствовал, но, скорее всего, только потому, что не думал об этом, погружённый в размышления о маньяке. Но всё равно не удержался: — Меня любовь греет. — Не беси меня, — Бинь отмахнулся. — Я пойду заберу нашего рыцаря… — Подожди, — Ибо покачал головой. — Пойдём все вместе. Предложим проводить Цзыи до общежития, Чжочэн же сам не догадается. — Ты думаешь, надо провожать? — Я думаю, в семь вечера и даже в десять ей точно ничего не угрожает, но лишняя звёздочка на фюзеляже ему не повредит. Потом будут внукам рассказывать, как дедушка Чжочэн беспросветно тупил, не зная, с какой стороны подступиться к бабушке Цзыи. — Или как дедушка Чжочэн прибил своих лучших друзей, когда они выставили его перед бабушкой Цзыи идиотом, — хмыкнул Ли. — Но реально пойдём, холодина уже зверская. Если бы я был маньяком, я бы сегодня остался дома. А вы не считали, кстати, может, между его появлениями есть какая-то закономерность? — Не считали, — Ибо покачал головой. — Хотя бы потому, что я не знаю точных дат, когда произошли прошлые нападения. Про Фейюя мы узнали постфактум, про Цзяэра тоже… А в списке, что Сюань вытащил из базы данных Академии, и вовсе одиннадцать фамилий. — Сколько? — Бинь не смог скрыть своего удивления. Он даже обернулся, чтобы посмотреть на Ибо, и тут же споткнулся. Ибо подставил ему руку, чтобы поддержать, и повторил: — Одиннадцать. Но Цзань сказал, что не все оттуда могут быть жертвами. Этот список сначала нужно проверить, а потом уже ориентироваться на него как на источник информации. — И когда ты собираешься это делать? — шёпотом поинтересовался Бинь, заметив, что к ним приблизились ребята из их группы. — Я не собираюсь. Это Сюань сейчас делает, а Цзиян ему помогает. Сюань шарит в компьютерах же, он уже программку какую-то написал, они там по социальным сетям собирают информацию, упоминания, обновления… — Звучит жутковато, — признался Ли, который до этого внимательно слушал каждое слово. — Но это реально может сработать. Мы же не можем сами бегать по Академии и спрашивать, мол, а вы не знаете… — Так набегать можно что угодно, — Ибо скривился. — Утром же сегодня обсуждали, что Чэн Сяо чуть ли не беременна была. Представь только, что бы нам про остальных рассказали? Мы бы в жизни не разобрались, что правда, а что кому показалось. — Ты думаешь, в соцсетях всё правда? Там тоже можно написать что угодно. Вплоть до того, что твой парень — Саудовский принц, который подарил тебе на помолвку нефтяную вышку, — справедливо заметил Бинь, но Ибо его довод не смутил. — Там не всё правда, но оттуда можно вытащить главное: кто жив и в порядке, а кто травмирован, пытается уйти от реальности… Или вообще уже ушёл. Понятно, что какие-то пробелы всё равно останутся. Но их будет гораздо меньше. — Ладно, посмотрим, что получится у этого твоего Сюаня. — Я уверен, что у него классно получится, — Ибо улыбнулся краешком рта. — Когда я уходил, с ним Цзиян сидел. И ему очень сильно хотелось Цзияна впечатлить… — Просто поверить не могу, — Бинь покачал головой. — Цзиян такой приятный парень, в общении лёгкий. А про этого препода я как вспомню… — Ты же с ним не общался! — И не горю желанием. Чжочэн! Нам что только что сказали? Чтобы после семи никто на территории кампуса не болтался. Поэтому предложи даме руку — и мы проводим её. — Спасибо, — Цзыи улыбнулась почему-то строго Чжочэну. — Мне очень приятно. — Я бы сказал, мы ему сейчас целое созвездие обеспечили, — подвигал бровями Ли. — Надо будет ему сказать, чтобы на свадьбу не забыл пригласить. Бинь тут же замотал головой: — Чур, ты и говоришь! Я не хочу так глупо умирать.