Губы со вкусом вина

Привычка просыпаться с рассветом заложилась у Регины очень давно. Это и в работе повара отличный плюс, и в личной жизни, как оказалось, тоже. Едва начало светать, как в царство Морфея постучалась головная боль. Женщина открыла глаза и тут же зажмурилась, сжимая прохладными пальцами виски. Потихоньку в голове все вставало на свои места, и она начала вспоминать события этой ночи. И чем больше шатенка вспоминала, тем сильнее хотела провалиться сквозь землю. — Твою мать! — Тихо прошипела Регина, только сейчас заметив руку, лежащую на ней поверх одеяла. Пардон, тяжелую руку, придавившую ее к кровати. Она медленно повернула голову в сторону ее обладателя, опасаясь, что увидит какого-нибудь... Собственно, все оказалось не так плохо, рядом беззаботно спал медведь Зуев. Все ещё хуже... Это же Зуев, местный алкоголик и ловелас, плюс ко всему ещё и ее начальник... Они отлично провели время, что ж, взрослые люди, могут себе это позволить, подумала шатенка и аккуратно спустила руку с себя. Зуев резко захрапел, знатно испугав женщину. Она пару минут лежала неподвижно, боясь разбудить, но решила все-таки уйти до его пробуждения... Регина аккуратно встала с кровати и взглянула на спящего мужчину, который казался ей сейчас плюшевым. Резко повела плечом, прогоняя эти мысли, никаких розовых соплей... Женщина судорожно начала искать свои вещи, но дело не увенчалось успехом, так как ее платье самым неожиданным образом лежало под Зуевым. — Да и черт с тобой... — раздраженно бросила Регина, надев первое, что попало под руку. Это был темно-синий махровый халат и, судя по надписи, лично этого медведя, от которого разносился ненавязчивый аромат приятного мужского парфюма. За все время работы в этом отеле она поняла, что никто, кроме неё, в такую рань не просыпается. Спокойно прошмыгнув за дверь, она побежала к лестнице, успев представить, как застревает в лифте в одном лишь халате, а потом становится отличным поводом для сплетен. Выбегая из комнаты, она совсем забыла, что апартаменты Льва Глебовича совсем рядом... — Лев Глебович... — испугалась девушка, когда чуть-ли не врезалась в него... Первым, что попалось ей на глаза, оказались бутерброды в его руке. И для кого она лично готовит пп?! — О, шефулька-стервулька... — он видит ее осуждающий, как ему кажется, взгляд, — а это не мне... — Будем считать, что я этого не видела...— указывает она на его поздний ужин или же ранний завтрак. — Теперь и я вместе с Юрием буду следить, чем вы питаетесь, иначе от диет не будет проку! Теперь она замечает его оценивающий взгляд. — И от кого сбегает такая прекрасная гурия? — почему-то в груди у него зародилось странное чувство, похожее на ревность. Стервулька и симпапулька занимают в его сердце особое место. — Я... — она впервые не знала, что сказать... — Завтра сделай себе выходной. Тьфу ты, — махнул он рукой, — уже сегодня. Что-то ты бесишь меня, стервулька, ой как бесишь... — он улыбнулся, замечая ее растерянность. — Да пофиг мне, иди... — Лев Глебович, никто не должен знать... — начала она. — Что ты в халате по коридорам бегаешь? Да это никому не интересно... — успокоил мужчина, — Все, шуруй... — она кивнула и побежала к лестнице. — Зуев? — Лев в недоумении посмотрел в спину удаляющейся фигуры. Он трёт глаза, думая сначала, что причудилось. — Вот прохвост! — на халате золотыми нитками вышито «Зуев» с золотой короной сверху...