А поцелуй на прощание?

      Нет, ну Антон, конечно, не то чтобы офигел, он скорее всего просто охуел и чуть ли со стула не упал от такого заявления. Надо же было такое сказать подростку, который ещё и по Вам сохнет, ну Арсений Сергеевич, вы что совсем уже рехнулись? — П-простите, что? — ещё раз переспросил Шастун, пытаясь убедиться, что ему это точно не показалось. — Антош, ты что оглох? Я спрашиваю, а поцелуй? — по-доброму усмехнувшись, произносит учитель обыденным тоном. Ну да, предлагать своему ученику поцеловать себя — это дело простое и нехитрое, а вот прочувствовать то, что он после этого предложения ощущает — кому это вообще надо? — Вы чё, серьёзно? — нахмурился парень, вжимаясь в спинку стула. Мужчина не сдерживается и заливается тихим смехом, при этом глядя на Антона, как на дурачка. — И чё Вы, блин, ржёте? Мне вот, например, совсем несмешно! — ещё больше сдвигая брови к переносице, начинает возмущаться парень. — Шастун, ну ты реально чудо! — во всю хохотал Арсений. — Ну просто чудо из чудес! — Вам, между прочим, должно быть стыдно! — заливаясь румянцем, произносит Антон, пытаясь вместить в свою «предъяву» всю скопившуюся в нём злость. Получилось, честно говоря, не очень. — Это за что же мне должно быть стыдно? — спросил мужчина, вопросительно выгибая бровь. — То есть предлагать своему ученику Вас поцеловать — это нормально по-Вашему? — вопросом на вопрос ответил Шастун, скрещивая руки на груди. — Ну это же шутка, Тоша! — виновато улыбнувшись, произнёс Арсений Сергеевич. — Ладно, закрыли тему, а то мне уже страшно становится. — Страшно? — усмехнулся парень. — Ну да, вдруг ты меня сейчас реально поцелуешь, из-за того что шутку не понял! — наигранно испугавшись, учитель закрыл лицо руками. — Да идите вы в жопу с такими шутками, Арсений Сергеевич! — Антон, ещё сильнее засмущавшись, отвернулся от учителя, показательно делая расстроенный вид. — Ладно-ладно! Я больше не буду, правда! — учитель закончил смеяться и встал со стула, присаживаясь на корточки около парня. — Ну Антоша, прости, я же не знал, что тебя такие шутки могут обидеть и засмущать.       Шастун аккуратно развернулся, устремляя свой взгляд на сидящего перед ним мужчину. Сейчас бы ему так хотелось, чтобы дебильная шутка его учителя оказалась вовсе не шуткой, а реальностью… — Шасту-у-н, ты чего завис? Ну так что, мир? — Арсений снова по-доброму улыбнулся, и, немного согнув руку в локте, протянул её для рукопожатия. — А? Да-да, мир! — Антон и Арсений сошлись в приятном рукопожатии, но тут мужчина резко притянул Шастуна в пусть и недолгие, но такие крепкие и мягкие объятия, что парень буквально растаял, стараясь обхватить руками всю спину учителя, заставляя того немного удивиться этому порыву. — Ой простите…       Антон снова немного засмущался, потому что понял, что позволил себе немного больше, чем требуется от простого дружеского рукопожатия. — Всё нормально, — заверил его учитель, улыбнувшись. — Так, я чуть не забыл самое главное! — Мм? — парень удивлённо посмотрел на мужчину, пытающегося быстро что-то найти в своей школьной сумке. — О, нашёл! — просиял Арсений, достав какую-то небольшую коробочку. — Это тебе, чудо!       Учитель протянул Антону эту самую чёрную коробочку. Парень сразу же открыл её, и перед его взором предстал красивый кожаный браслет с металлической вставкой в виде открытой книги. — Прости, это единственное, что выглядело более-менее адекватно, — потирая затылок, произнёс мужчина. — Тебе хоть нравится? — Очень! — честно ответил Шастун. — Правда, очень нравится! Арсений Сергеевич, спасибо большое!       На самом деле, парень был фанатом различных побрякушек типа браслетов и колец, но многие в его школе считают, что это странно, когда парень увлекается, по их мнению, «женскими штучками», поэтому Антон редко надевал на себя больше двух браслетов и одного кольца за раз. Браслет, подаренный учителем, Шасту понравился. Ну вот прям до жути понравился, поэтому, даже не стараясь сдерживать свои эмоции, парень бросился на шею мужчине. Арсений, не ожидая такой бурной реакции, сильнее обхватил Антона, боясь что они могут упасть. — Ого, Тоша, я вижу, что браслет тебе очень понравился, но так резко будь добр больше не напрыгивай на меня, не то в следующий раз мы с тобой будем лежать на полу! — прижимая этого милого пацана ближе к себе и улыбаясь во все свои тридцать два зуба, сказал мужчина. — Хорошо, — тихо произнёс Антон, утыкаясь носом в шею своего учителя. «Надо прекращать поддаваться своим эмоциям!» — говорил Шастуну его здравый смысл. «Вам никогда не быть вместе!» — кричало подсознание, но парень старался крепче обнимать и больше вдыхать его запах. Да, вот такой вот Антон Шастун романтичный дурак, и никому ничего с этим не поделать!

***

      Спустя десять минут Антон и Арсений снова сидели за столом и просто болтали на абсолютно различные темы начиная учёбой и заканчивая любимой маркой машины. Если посмотреть со стороны, может показаться, что они не учитель и ученик, а чуть ли не лучшие друзья. Парень старался как-то бороться со своими эмоциями, и иногда у него это даже получалось! А Попов… а что Попов? Он сидел и рассказывал уже шестую по счёту интересную историю из своей жизни (такое ощущение, что он в кино живёт, ну честное слово, как можно было на спор спрыгнуть с третьего этажа, при этом отделаться всего лишь растяжением ноги и ссадинами с синяками?! Шастун мог только позавидовать такому везению ), пытаясь не задумываться о том, «зачем же он всё-таки возится с этим подростком?» — Арсений Сергеевич, мне что-то это… плохо в общем, — наконец сказал Антон, уставший терпеть своё ужасное состояние. Его начало тошнить ещё минут пятнадцать назад, но парень подумал, что «само пройдёт». Не-а, нифига не прошло. — Плохо? Что такое? Тошнит? — испуганно спросил мужчина. — Да, тошнит. И голова кружится, — честно признаётся Шастун, опрокинув голову на спинку стула. — Так, Тоша, где тут у вас аптечка? — Вон в том шкафчике, — показывает парень на дальний навесной шкафчик. Арсений быстро достаёт небольшую сумочку с лекарствами и находит там подходящее лекарство. — Вот, выпей таблетку «Церукала»*, тебе должно стать легче, — сказал мужчина, ставя перед Антоном стакан воды. — Ага, мне поесть просто надо, — усмехнулся парень, не ожидая, что произнесёт это вслух. — Ой… — Антон! Ты скажи-ка мне, мой дорогой, когда и что ты последний раз ел? — нахмурившись, задал вопрос учитель. — Честно — не помню. Недавно, вроде, ел бутерброды, — пожал плечами Шастун. — Ты что, совсем дурак? Ты вообще знаешь, сколько весишь? — начинал злиться Арсений. — Знаю, семьдесят два килограмма, — гордо задрав подбородок, произнёс парень. — Какие семьдесят два? С твоим ростом надо весить минимум восемьдесят! Ты понимаешь, минимум! Шастун, ты что, хочешь меня в могилу свести? — создавалось такое ощущение, будто Попов сейчас просто «взорвётся» от заявления Антона. — Да ладно Вам, сейчас я поем и легче станет, — виноватым голосом произнёс парень, опуская голову вниз, понимая, что учитель прав — он реально слишком худой для своего возраста и роста. — Нет Антоша, не «сейчас я поем», а сейчас же! За столом сиди, сейчас разогрею тебе что-то! — практически ругался Арсений. — Но я могу и сам… — Шастуну не дали договорить. — Сиди, блять, за столом! — рыкнул на него мужчина. Антон на полном серьёзе очень испугался такого тона, поэтому решил не испытывать судьбу, а сидеть и ждать.       Спустя три минуты перед парнем стояла полная тарелка супа (оказывается, мама и его успела приготовить), стеклянное блюдце с овсяным печеньем и зелёный чай. — Арсений Сергеевич, я столько не съем, Вы с ума сошли? — у Антона в прямом смысле глаза па лоб полезли от того, сколько в него хотел впихнуть его учитель. Ну, в смысле еды! — Нет, Антош, это ты с ума сошёл, а не я! Ешь, я сказал! — сев, мужчина сцепил руки в замок и опустил на них голову, наблюдая за парнем. — Я не смогу! — упрямо настаивал на своём Шастун. — Если ты сейчас же не начнёшь есть, я тебя как маленького ребёнка с ложечки кормить начну, понял?! — сказал Попов, упираясь на спинку стула, начиная ухмыляться, заранее зная, что с такими условиями парень точно захочет есть сам. — Ну и пожалуйста, кормите! — честно, Антон и сам не сразу понял, что он ляпнул. — Ой, ну то есть…       Арсений очень сильно удивился, но не показал виду, а лишь взял столовую ложку парня и зачерпнул немного супа. — Тогда открывай рот, — сказал учитель, приставляя ложку поближе к губам Антона. — Арсений Сергеевич, ну я же… — Шастун не успел договорить, потому что мужчина быстро впихнул ложку ему в рот и так же быстро высунул её, заново наполняя супом. Шастун проглотил бульон и вмиг стал жутко красным, что конечно же не укрылось от глаз учителя. — Господи, Тоша, почему ты снова такой красный, как рак? — посмеивался старший. — Я же не поцеловал тебя в конце концов! — Лучше бы поцеловали, — грустно усмехнулся парень, замечая, как Арсений поперхнулся воздухом. Кажется, он сказал это громче, чем планировал. Блять. — Антон, ты меня пугаешь, — пытался отшутиться учитель. — Ты за словами-то следи, не то мало ли люди шуток не понимают. Или это не… — Да шутка! Это шутка! — крикнул Антон, стараясь исправить ситуацию. — Арсений Сергеевич, давайте забудем это и я сам поем? — Хорошо, — легко согласился мужчина, принимая прежнее положение «наблюдателя».       Антон честно съел весь суп и выпил весь чай. На печенье его слава Богу не хватило. — Арсений Сергеевич, в меня больше ничего не влезет! — опустив руки на живот и опрокинувшись на спинку стула, произнёс Шастун. — Зато ты наконец наелся и я за тебя спокоен! — улыбнулся учитель. — Давай я тебе помогу сейчас до комнаты добраться, и ты приляжешь? — А Вы? — сдвинув брови домиком, спросил парень. — А я домой, наверное, поеду, у меня огромный завал по работе, — устало объявил мужчина, понимая, сколько ему ещё предстоит разобрать различных бумаг и документов. Антон выдавил из себя только жалкое «угу», а почему? Да потому что парень никто Арсению, понимаете, никто, чтобы попытаться хоть как-то его остановить и заставить остаться, и эта мысль с каждым днём всё больше и больше разбивала юное сердце подростка, ещё полностью не познавшего такое чувство, как любовь… — Тоша, вставай.       Шастун аккуратно поднялся со стула, и Арсений сразу же принялся помогать ему, обхватив парня за спину. Антону было до дрожи приятно даже от такого небольшого тактильного контакта с его учителем, поэтому он старался максимально сконцентрироваться на этом мягком объятии мужчины.

***

      Наконец усадив парня на его кровать, Арсений ненадолго растерялся, не зная куда себя деть.

Он не хотел уходить.

Он боялся, что с этим мальчишкой без него может приключиться всё что угодно.

Он думал, что это просто банальная забота.

— Ну, Тоша, я тогда пошёл? — больше задавая вопрос, чем утверждая произнёс мужчина. — Арсений Сергеевич, останьтесь пожалуйста, — практически полушёпотом попросил Антон, удобно устраиваясь на диване. — Антош, у меня правда очень много работы и… — А я кажется люблю вас…