И жизни нам будет мало

      -Почему Мэриан обращается к тебе так, будто ты — принцесса? — они стояли внутри церкви, и Реджина усмехнулась, понимая, что Эмма пытается отвлечься всеми силами. Еще вчера она в предвкушении долго говорила о том, как благодарна будущей супруге за право Нила, лучшего друга, присутствовать на церемонии в качестве гостя, а сегодня принцесса не сказала ей ни слова. — И почему ты позволяешь ей это?       -Я не коронована, — она увидела, как в полумраке распахнулся от удивления, и поняла, что ей нравится видеть Эмму удивленной. — Было не до того. Конечно, для всех остальных я — законная Королева, так и есть, но в моем доме принято короноваться лишь в 28 лет. Видимо, мои предки считали эту дату священной или думали, что в 28 мы становимся мудрее. Не знаю.       -А я и не знала…       Но дальше принцесса ответить продолжить не смогла. Началась служба, но Эмма не прислушивалась. Сердце билось гулко где-то в горле, кровь прилила к голове, ладони вспотели. Она видела, что Реджине, кажется, все равно, она абсолютно спокойно, в то время как девушка с трудом сдерживала острое желание развернуться и бежать, как можно дальше.       Реджина осторожно коснулась ее ледяных пальцев и сжала их покрепче, словно давала понять, что рядом, что все хорошо. Принцесса прикрыла глаза, чувствуя, как струна внутри постепенно распрямляется, давая возможность вдохнуть.       -…Опуститесь на колени и позвольте возложить на ваши головы диадемы…       Он говорил что-то еще, но ни одна женщина толком не слушала. Эмма была бледна, но она даже представить не могла, что на самом деле испытывает Реджина. Она сжимала руку жены, стараясь казаться абсолютно отстраненной, будто этот брак — и не ее вовсе. Но это была ложь, искусство держать эмоции под контролем.       Они стояли на коленях, пока тяжелая диадема ложилась на голову, становясь противоположного цвета волосам. И Реджина вдруг поймала себя на мысли, что Эмме очень идет черный и то, как черная хрустальная капля ромбом опускается на открытый лоб. Конечно, Королева прекрасно знала, что ее жена красива, но никогда не рассматривала ее до этого момента как действительно супругу. Но теперь, глядя на правильные черты лица, на бледность кожи и белые локоны хотелось лишь одного — узнать Эмму поближе. Вот только это желание скорее пугало, чем радовало. В памяти еще были свежи воспоминания от бесконечных предательств тех, кто занимал место в сердце Королевы.       Реджина осознала, что церемония завершилась и подняла их обеих, потому что Эмма все время завороженно смотрела на языки пламени за спиной священника, боясь даже повернуть голову в сторону супруги. Ей было страшно, но этот страх смешивался с нетерпением и ожиданием.       Как только женщины поднялись, все остальные преклонили колени. Завораживающее зрелище заставило принцессу распахнуть глаза и впитывать каждую секунду этого события. Взгляд светло-голубых глаз встретился с взглядом Нила и его улыбка была лучшей наградой за выдержку. Друг рядом, тот, кто всю жизнь провел бок о бок, кто видел и взлеты, и падения. А главное, он был тем, кто никогда ей не врал.       -Мы должны идти, — теплое дыхание обожгло кожу и та моментально покрылась мурашками. Эмма лишь кивнула на это, стараясь сосредоточиться на том, как выглядит. Достаточно ли прямая спина? холоден ли взгляд или она напоминает испуганного зверька? Как они смотрятся вместе с Реджиной?       И только когда за ними захлопнулась дверь, Эмма позволила себе выдохнуть. А Реджина была красива в своем красном платье с глубоким вырезом, кудрями, разбросанными по плечам и диадемой, полной копией той, что украшала голову принцессы.       -Готова?       -К чему? — вопрос вырвался непроизвольно, и девушка тут же опомнилась, понимая, как глупо он прозвучал и видя улыбку на лице Реджины. — Ой, извини. Да, я готова. Что нужно делать?       -Дай руки, — блондинка покорно протянула ладони и их руки соприкоснулись. Эмма невольно закрыла глаза, ощущая толпу мурашек, моментально покрывших кожу и чувствуя, как что-то горячее поднимается изнутри, топит собой все эмоции и чувства, оставляя лишь одно желание. Губы невольно приоткрылись, и девушка не удивилась, когда их накрыли чужие, но мягкие и сладкие на вкус.       Реджина выпустила руки жены, завершая ритуал, но прижала ее крепче с тела, моментально находя шнуровку на платье. Целоваться с Эммой было потрясающе, она не сдавалась, как некоторые любовники брюнетки в прошлом, скорее наоборот. Девушка будто боролась за первенство, словно верила, что может победить. И Реджине нравилась эта игра.       Она справилась с платьем, касаясь голой кожи и отмечая, какая та горячая. Или это руки женщины слишком холодные. Но контраст заставил блондинку выгнуться, всем телом прижимаясь к жене и разрывая поцелуй. Глаза распахнулись, и на миг каждая из них подумала, что этот брак будет прекрасным доказательством тому, что по расчету — не всегда плохо. Но уже через мгновение эти мысли покинули головы, давая полный простор желанию и долгу.       Женщина осторожно запустила пальцы второй руки в голову, вытаскивая из прически невидимки, позволяя локонам рассыпаться по спине. Бледно-голубые глаза смотрели наивно, но сейчас Реджина видела в них отражение собственного желания. И от того, как это выглядело, женщине хотелось закричать.       Эмма осознала, что упала на кровать только тогда, когда Реджина нависла над ней и одежда исчезла, обнажая тела. Девушке казалось, что она распята, что весь мир сузился до этого дня, этой минуты, этого момента, в котором она ощущает лишь жгучее желание и надежду на то, что наслаждение не закончится.       И только внутри что-то разлетелось на миллион осколков, она поняла, что означает увидеть звезды. Потому что под веками стало так ярко, будто сотни огней горели. А потом она ощутила тепло не только внутри, но и снаружи, потому что из Реджины вырвалась магия, окутала их обеих и обдала жаром.       -Я рада, что ты моя жена, — прошептала блондинка, лежа на руке Реджины и думая, что та уже спит. Вот только теплая улыбка, осветившая мягкие черты лица стала ей ответом.