И жизни нам будет мало

      Когда Эмма проснулась, Реджины уже не было. И только тепло внутри, оставшееся с ночи, и тепло на кровати, где еще недавно лежала жена. Девушка снова закрыла глаза, ощущая, как на лице против воли расцветает улыбка. Сейчас, этим утром, когда солнце заливало огромные окна в пол и комнату своим ярким теплым светом, Эмма действительно хотела верить, что у них получится. И пусть они обе пока что плохо знают друг друга и ничего не знают о жизнях друг друга, принцессе хотелось думать, что они с этим справятся.       В комнату негромко вошла Мэриан, и Эмма поняла, что пора вставать. Ей хотелось поскорее увидеть Реджину, поговорить обо всем, обсудить их дальнейшую жизнь. Но Мэриан всего лишь принесла новое платье и кувшин с ароматной водой.       -Я хотела бы увидеть Реджину, — она позволила смыть с себя следы ночи, но потом осторожно забрала мыло из рук служанки и взглянула в карие глаза. Но, если у жены они были приятного мягкого карамельного цвета, то у Мэриан слишком темные, опасные. Принцесса совершенно не доверяла этой женщине, но Королева, похоже, не разделяла ее мнение. — Где она сейчас?       -В приемной зале, Ваше Высочество, — спокойно отозвалась женщина. Она вела себя не так, как привыкла принцесса. Слишком уверена, слишком прямо смотрела и совершенно не боялась тех, кто мог ее уничтожить. — Но Вам лучше туда сейчас не заходить, у Ее Высочества совещание.       -Реджина — твоя королева, — Эмма вскинула голову, чувствуя острое желание заставить эту женщину подчиняться. — Все считают ее королевой, так чем ты лучше? -Она еще не коронована, Ваше Высочество, — все еще спокойно, слишком спокойно. Это спокойствие бесило Эмму, кровь закипала внутри словно лава в вулкане.       -Да как ты смеешь! — руки сами собой сжались в кулаки, но тихий голос жены враз успокоил, заставляя почувствовать себя виноватой.       -И имеет право, — Реджина спокойно подошла к супруге и служанке, но обращалась теперь только к Мэриан. — Ты можешь идти, Мэриан. И забудь все, что сказала моя жена, она просто очень перенервничала вчера. На утро ты свободна.       Женщина склонила голову и быстро вышла, оставляя Эмму и Реджину в обществе друг друга. Но они обе молчали, пока дверь покоев не закрылась с мягким звуком и на них не опустилась мягкая, но немного гнетущая тишина. Однако, Королева не спешила начинать разговор, хотя блондинка чувствовала, что виновата. Светлые волосы были убраны в высокий хвост и перевязан лентой, но все равно намок, а длинные пальцы Реджины быстро развязали ленту, позволяя волосам укрыть мокрую обнаженную спину.       -Она должна уважать тебя, — голос звучал тихо и как-то неуверенно, но не потому, что девушка считала себя виноватой. Скорее, она просто не знала, с чем связана вспышка той агрессии, что обрушилась еще совсем недавно.       -Она и уважает, — Эмма обернулась и увидела, что жена улыбается. — Не забывай, я умею читать мысли людей, если хочу этого. А ты ее чуть не убила.       -Нет!       -Да. Ты едва не ударила ее, Эмма, — длинные ногти зацепили подбородок и заставили тем самым посмотреть в глаза Королеве. — Я принимаю жестокость и понимаю ее, когда та действительно заслужена. Если бы Мэриан была предательницей или стала опасной для нас и королевства, я бы сама убила ее или бросила в подземелье, но пока она верна мне, ты не посмеешь коснуться ее.       -Я и не хотела, — принцесса чувствовала, что раздражение снова растет в груди, как оно поднимает из глубины и не могла понять, что происходит. — Я не понимаю…       -Это последствия магии, — Реджина коснулась губами плеча и снова улыбнулась. — Ты привыкнешь, но сейчас эмоции бьют через край. Нет промежуточных, если злость, то ярость, если радость, то ослепительное счастье. Сегодня я побуду с тобой, попробую помочь бороться с этим, но делать это постоянно не буду. Мне не нужно, чтобы моя жена стала сумасшедшей. Поняла меня?       -Я не дура, Реджина, — Эмма тоже улыбнулась, наблюдая, как удивление появилось на лице Королевы. — И у меня есть план, как тебе мне помочь.

***

      Они сидели в саду, и Эмма пыталась понять, как могла не замечать эту зелень раньше. Само пространство было небольшим, но здесь так по-особенному пахло, что хотелось дышать полной грудью, закрыть глаза и плыть в этом зеленом великолепии разных цветов, трав и деревьев.       Сад притаился внутри двора, где-то между основной башней, в которой жили они с Реджиной, сторожевой, где свет факелов горел круглые сутки, и невысокой, из черного кирпича, где занималась Реджина. Эмме туда вход был запрещен, потому она и не видела этот закованный в треугольник сад, словно распятый между тремя столпами Королевства.       Они устали, потому что с момента пробуждения прошло уже слишком много времени, а Эмме все не удалось понять для самой себя, откуда берутся такие странные эмоции. Яркие, сильные, пожирающие изнутри. Будто открылся какой-то клапан и из него хлынуло все то, что еще недавно было запечатано на миллион замков.       -О чем ты думаешь?       Реджина держала в руках фотографии со свадьбы, внимательно рассматривая каждую деталь и соприкасаясь с супругой разве что обнаженными плечами. Но Королеве сейчас было лишь простое кремовое платье без рукавов, и Эмма в очередной раз подумала, что всем остальным стоит увидеть ее жену именно такой. Кто в здравом уме подумает, что перед ним — Злая Королева?       -Одеждой людей не обмануть, они прекрасно знают меня в лицо, — брюнетка отложила снимки чуть в сторону, но все равно продолжила смотреть на них. Словно они ее завораживали, не позволяли сосредоточиться на чем-то другом. — А думаю я о тех, кто посвятил себя вот этому. Как можно обладать магией, но тратить ее на попытки запечатлеть людей в моменте? Какой в этом смысл?       -Это красиво. И намного быстрее, чем рисунок художника. Представляешь, как долго ему пришлось бы трудиться, чтобы сделать столько картин с нашей свадьбы.       -В картинах есть смысл, они отражают не только действительность, но и свое отношение к этой действительности. А что хранят эти снимки? Момент?       -Да, и именно этим они уникальны. У нас есть возможность увидеть тот момент, который мы пережили как бы со стороны, — Эмма повернулась к Реджине всем корпусом, осторожно беря за руку. Раньше только брюнетка касалась ее первой, но сейчас, в эту секунду, девушка верила, что может позволить себе подобное. — Ты выбрала одну сторону магии, они — другую, но это не плохо. У вас был выбор.       -У меня не было выбора, — принцессе показалось, что из нее вышибли дух. Одним ударом, одной фразой, сказанной с такой болью и горечью, что захотелось прижать к себе, обнять, зацеловать, лишь бы эта боль ушла из нее, оставила навсегда, позволив покою и миру поселиться в душе Королевы.       -Из-за Коры? — Реджина вскинула голову, явно намереваясь что-то спросить, но Эмма продолжила. — Я ничего не знаю о твоих родителях, просто слышала о них. Редко, но мои родители говорили, что магия в вашем роду передается от женщин и король Генри не владел силой.       -Твои родители слишком лживы, — яда в ее голосе хватило бы на роту, и принцесса неосознанно отпустила руку, чем вызвала еще больший гнев. -О, ты даже не способна держать меня за руку?       -Я…       -Ну конечно, ведь Снежка и Дэвид такие хорошие, мы для вас — тьма, ничего хорошего, ничего светлого. Как ты только можешь находиться в моем обществе?       -Реджина, я…       -Что ты? Ты — истинная дочь своих родителей! — они уже стояли, друг напротив друга, словно и не супруги вовсе, а враги, вынужденные находиться рядом. Но Эмма отшатнулась не от интонаций голоса, а от слов, которыми так пренебрежительно ее одарила жена. Слов, ударивших так больно, прямо по сердцу, когда казалось, что должно было вызвать обратную реакцию. Гордость, ведь когда-то она так их любила. Но сейчас это сравнение снесло что-то внутри окончательно, и девушка поняла, что вот он — ее гнев, ее тьма, такая притягательная и прекрасная, такая сильная, почти всемогущая. Вот ее спасение от всего, даже от самой себя.       -НЕ СМЕЙ! — магия хлынула из нее лавиной, потоком, освобождая и тело, и разум. Эмма не думала ни о чем, ничего не слышала, лишь позволяла всей боли, разочарованию, злости последних лет выплескиваться на Реджину. Она не видела яркого огненного купола, который выставила Королева, не слышала ее крика, только ощущала приятную прохладу. А потом все вдруг снесла лавина жара, и Эмма рухнула, как подкошенная.