Прошлое, настоящее и будущее.

Гостиная освещалась лишь маленькой настольной лампой, которая расположилась на столе подле горы медицинских карт и стопкой книг разной тематики, на самом верху лежала книга с сказочным названием «Хоббит». Мужчина, сидевший за столом, вздрогнув от промерзлого ветра, который сочился сквозь старые оконные рамы крепче сжал ручку в руке, продолжая исследовать диагнозы написанные в одной из карт его подопечного. Спина мужчины была сгорблена, а рука немного подрагивала, самый теплый свитер казалось потерял всю способность держать хоть какое - то тепло, потому - то его обладатель то и дело вздрагивал как только до него доходил сквозняк. Блондинистая голова была вжата в плечи, потому что по закону подлости свитер был без горлышка и выше ключиц не поднимался. Казалось бы мужчина поглощен изучением карт, но было все совсем наоборот, блондин был погружен в свои мысли, от которых он пытался хоть как то отгородить себя, но, увы, у него это никак не получалось. Его мысли сводились только ко одному – к тишине. Тишине квартиры 221Б по Бейкер - стрит. Как бы блондин хотел сейчас, что бы кто то бурчал, говорил, орал в конце концов. Но нет, квартира отзывалась только тишиной. Тяжелый вздох непроизвольно вырвался из легких и вновь повис в тишине квартиры. А тишина блондину не нравилась, нет, он конечно любил тишину, но не сейчас. Эта тишина подтверждает факт – его здесь нет и не будет больше как бы блондин не вздыхал. Шерлок Холмс мертв. И Джон Ватсон это совершенно точно ненавидел. «Да кому нужны эти факты?» - кричало сердце мужчине, но тут же осеклось, - «Ему были нужны.» Апатия снова ввалилась в сознание Джона и тут же была изгнана оттуда. Джон Ватсон теперь трудоголик. Кто бы мог подумать? Решение было простое – больше работы, меньше заботы. Ватсон всегда пытался оттолкнуть мысли о друге работой. И у него как это ни странно получалось. Но уже вот долгих 6 месяцев Джон не мог найти себя, он чувствовал себя потерянным, побитым жизнью и оскорбленным. Пропало то чувство, которое окружало его, когда они с Холмсом бегали по ночному Лондону, и Джон мог поспорить, то чувство никогда больше не посетит его. Чувство, что все правильно и все на месте. Ведь уже ничего не на месте. Он продолжал жить на Бейкер - стрит, сидеть в кресле, пить чай, но перестал вести блог, он вообще начал презирать это слово. Зевнув, Ватсон отложил карту очередного больного и помассировал переносицу пальцами, пытаясь предугадать будет ли сегодня ему сниться смерть друга или же приснится Афганистан, который снился ему не реже. Немного подумав, отставной военврач нашел пульт и включил телевизор в тоже время садясь на своё излюбленное кресло посчитав, что часом раньше – часом позже он ляжет спать – не важно. По телевизору зарябили каналы переключаемые врачом и тихий рокот разлился по гостиной, а Ватсон слегка нахмурившись подумал, что не хватает только чашки чая в руках. Встав, он прихрамывая отправился на кухню. Налив чайник, щелкнул включателем и стал ждать пока он вскипит. Открыв холодильник он увидел там простые продукты: молоко, сыр, колбаса. Никаких голов или пальцев. Вообще, Джон всегда думал, что если нормальный человек заглянет в холодильник и увидит там «эксперименты» Шерлока, то посчитает, что они каннибалы какие - нибудь, поэтому он всегда старался, чтобы никто не увидел, то что там творилось – миссис Хадсон была не в счет. Закрыв холодильник, он повернул голову и на полке около холодильника видит пепельницу, ту самую, которую стащил Холмс. Вспоминая это Джон не заметил как вскипел чайник, то есть он намеренно не замечал, он думал, что ещё много раз бы сказал Шерлоку: «Я бы тоже так смог!» и ухмыльнулся бы своей самой что ни наесть хитрой ухмылкой. Ватсон нехотя откинул воспоминание и налил себе чая кинув в него немного мяты и, взяв пару конфет, пошел на свое место. Сев, он снова испустил тяжелый вздох, ведь коробочка с чаем была почти пустой, а до зарплаты ещё пару недель, да и военная пенсия не позволяет «разгуляться в чистом поле». Отхлебнув чая, он поставил чашку на близ стоящую тумбочку и вновь погрузился в воспоминания. Детство. Когда - то давно Джон обещал отцу не сдаваться, он даже вспомнил почему обещал, соревнование по легкой атлетике, он пришел вторым. Отец провел рукой по его волосам и мягко сказал: «Ничего, в следующий раз ты всем им задницы надерешь, главное – не сдаваться!» и он не сдавался. И победил. Он не сдался и поступил на медицинский, хоть и он и не прошел сразу. Он не испугался и вторгся в Афганистан. Он выжил. Он не сдавался. А сейчас получается сдался? Мда, Ватсон, твоё слово видимо ничего не значит. Мирное шипение телевизора усыпило Джона и он заснул. На часах было 3:03, а за окном шел такой привычный обитателям Великобритании дождь. Ватсона разбудил прерывистый стук в дверь, когда стук прекратился так же неожиданно как и начался, то Джон подумал спросонья, что «Показалось…». Ан нет, ночной посетитель постучался ещё раз, только настойчивей чем в первый и Ватсон уже был точно уверен: «Нет, не показалось.» Открыть кроме Джона было не кому – миссис Хадсон уже как 3 дня жила у своей сестры за границей Ватсон, кряхтя, встал с кресла и пошел открывать. Отодвинув задвижку и щелкнув ключом в замке он открыл дверь. И… Обомлел. На пороге 221Б по Бейкер - стрит стоял сам Шерлок Холмс. Представьте чувства бедного Ватсона, у которого в голове было только «Что за?», тут пришло осознание – а может глюк? Других объяснений Джон просто не нашел. Глюк был насквозь промокшим и как ни странно умеющим говорить. А сказал он следующее: - Ты еще долго будешь держать меня под дождем?! – В привычно грубой манере обратился к нему Шерлок. – Я понимаю, что 4 часа ночи, но спать стоя? Джон, ты превзошел мои ожидания! – Кто как ни Шерлок знал все тонкости сарказма и прекрасно им пользовался? - А… Пр.. Проходи. – Заикаясь проговорил Джон отходя в сторону открывая проход. - Ну, спасибо, что ж. – Шерлок был не в духе, но язвить не прекращал. Они молча поднялись на верх. - Налей чая. – Колкость ушла и в голосе Шерлока проскальзывала усталость. Джон недолго думая поплелся на кухню ставить чайник и, щелкнув кнопкой вернулся обратно. - Значит… Вернулся? – С подозрением спросил Ватсон. - Да. - И умер… Оу… Значит, ты вовсе не умер? - Да. - Значит, уверен, что вернулся? - Да. - А если выгоню? – Односложные ответы начали подбешивать Ватсона. - Зачем? – Приподняв брови удивился детектив. - Хотелось бы, чтобы ты первый ответил на этот вопрос. – Чайник щелкнул и Джон ушел наливать чай. Налив напиток, он поставил их на кухонный стол и снова пошел расспрашивать детектива. - На какой вопрос? – Состроил дурочка Холмс ожидавший, что Ватсон его, точнее из него всю дурь в первую же минуту выбьет, а не примется расспрашивать и тем более поить чаем. - Зачем, Шерлок? Зачем надо было ставить этот спектакль? – Прикрикнул Джон, стараясь подавить раздражение. - Ты про крышу? – Беззаботно осведомился Холмс. - Мне кажется… Или твои серые клеточки поубавились после того как ты долбанулся головой об асфальт, – Съязвил Джон. - Ты не прав. - А я всегда не прав, Шерлок! – Крикнул вконец разозлённый безразличием Шерлока Джон. - Не пра – а – авда, Джон! – Сказал Шерлок, но видя, что Джон вскипает от негодования тихо, но отчетливо проговорил. – Тебя могли убить. - Что? – Удивился Ватсон скося глаза на кудрявую все ещё мокрую голову. - Таковы были условия… Или умираю я. Или умираешь ты, Лейстред и Миссис Хадсон. – Четко проговорил Шерлок. - Значит ты? - Да. - А кто тебе? - Молли. – Перебил Шерлок, предугадывая вопрос Ватсона. - Что ж… - Ватсон растерянно опустился в кресло – Я… Не знаю, что тебе сказать. – И то было правдой, в голове Ватсона была одна лишь мысль «Живой!» - Извини. – Тихо сказал Шерлок и это слово повисло в тишине, а Джон посмотрел на Шерлока как не на Шерлока вовсе. - Шерлок, а у тебя точно все в порядке с головой? – Спросил Джон ставя ударение на слово «все». - Не знаю. – Шерлок пожал плечами и вскочил с дивана, на котором до сего момента сидел и поскакал на кухню ища свой обещанный чай. Джон же застал его роющемся в холодильнике. - Джо – о – о – он! Где голова? – Хмуря брови во спрашивал недовольный детектив. Тут в мозгу Ватсона что - то щелкнуло, щелк был очень похож на щелчок вскипевшего чайника и Шерлок, который уже достал джем из холодильника и уже сидел и преспокойно намазывал его на хлеб почувствовал, что то неладное и неладное пришло в виде хука с права от Джона. Скула, по которой пришелся удар, начала нещадно жечь. В этот момент он не мог смотреть на Джона и просто отвернул голову и тут же услышал шаркающие шаги и с удивлением повернул голову смотря как Ватсон уходит наверх, к себе в комнату. Дойдя до лестницы Джон обернулся и зашипел: - Если завтра утром тебя здесь не будет – найду и закопаю заживо! Понял? - Понял. – Вякнул Холмс с опаской глянув в глаза друга, они устало смотрели на детектива и безмолвно просили: «Будь живым и завтра». Ещё пару секунд Джон смотрел на Шерлока, а потом развернулся и пошел в свою комнату. Шерлок же остался на кухне и отпив немного чая тихо проговорил: - Буду я здесь, буду, куда же я от тебя денусь? На прикроватной тумбочке стояли часы, стрелки показывали 7:03. Джон растерянно смотрел в потолок, он уже ничего не знал наверняка. Только одно. Шерлок Холмс жив.