Меледа памяти

Ван Цзи казалось сегодня прекрасным всё: от серых стен знакомого сердцу участка до пешеходного перехода, часть разметки которого давно съело время. Он ощущал, будто ждал этого часа всю свою жизнь. Все прожитые им дни словно были подготовительными репетициями вплоть до того самого момента, как он встретил свою любовь. И вот, спустя год счастливых встреч и радостных мгновений вместе, Ван Цзи, наконец-то, решился сделать предложение. Он уже присмотрел дом, в котором они будут проводить свою жизнь вместе, и даже выбил на работе две недели отпуска, чтобы как следует одарить заботой и любовью свою вторую половинку во время медового месяца. И вот теперь, Ван Цзи был в этом полностью уверен, уже ничто не могло омрачить сегодняшний день. Поправив галстук и накинув, как полагается, пиджак, он аккуратно вынул с заднего сиденья букет цветов, захлопывая по пути дверцу автомобиля. Левый карман брюк чуть оттягивала коробочка с кольцами, но эта тяжесть лишь сильнее грела Ван Цзи душу, заставляя мягко улыбаться. Тугая дверь ресторана с тихим шелестом закрылась за ним и хостес, радушно поклонившись, провела его к забронированному столику. Присев, едва справляясь с внезапно возникшим волнением, Ван Цзи огляделся. Стрелки часов на небольшой колонне в центре зала лениво плелись к цифре шесть. Как и ожидалось, он прибыл раньше назначенного времени. Несмотря на то, что опаздывать было не в его стиле, Ван Цзи знал, что из-за работы в последнее время часто задерживался. А совсем недавно так и вовсе не смог явиться на ужин с родителями. Но его любимая никогда не осуждала его за это. Она лишь понимающе качала головой и мило улыбалась. Она была всем для Ван Цзи. И впредь огорчать её он больше не желал. Разумеется, умом он понимал, что уходить с работы во время или присутствовать каждый раз на семейном ужине всё равно не сможет, но при этом в нём также росла некая уверенность, что это было отнюдь не главное в семейной жизни. Ведь каждую секунду своего свободного времени он готов отдать лишь ей. Своей будущей любимой жене. — Принести вам воды, пока вы ожидаете? — улыбнулась хостес, аккуратно выкладывая на стол меню. — Да, пожалуйста, — кивнул в ответ Ван Цзи, и глубоко вздохнул. Его взгляд вновь невольно заскользил по залу. Этот ресторан он тоже выбрал неспроста. Ровно год назад в здании напротив он вместе с ещё тремя своими сослуживцами больше суток просидел в одноместном номере, отслеживая начало сделки по продаже антикварной коллекции. Сейчас он уже с трудом мог вспомнить, как именно называлась та серия открыток конца восемнадцатого века, но до сих пор помнил, как было душно и жарко в той маленькой квартирке, где их заставили безвылазно сидеть взаперти. Дело было в том, что информатор не знал точное время встречи вора с заказчиком. Он даже день не мог обозначить, путаясь между семнадцатым и восемнадцатым числами. Потому всё, что им оставалось, это просидеть всё это время, внимательно следя за своим окружением. И вот, когда преступник был уже пойман, и вся команда Ван Цзи готова была возвращаться в участок, случилось нечто совершенно неожиданное. Фургон, который им делегировали в качестве транспортного средства, был наглухо обложен с двух сторон машинами. Так что выехать с узкой обочины на дорогу не было ни единого шанса. И вот именно тогда, когда уставший, раздраженный Ван Цзи вошёл в этот ресторан и громко спросил, чья именно машина перегородила им выезд, он и встретил её. Ван Цзи улыбнулся внезапному воспоминанию и вновь посмотрел сквозь широкое окно ресторана на здание напротив, находя глазами именно тот номер хостела, в котором они тогда провели мучительные двадцать четыре часа. Обычно после таких отсидок он чувствовал себя просто отвратительно. Без возможности выспаться и принять душ, когда вся одежда пропитывалась неприятным запахом жаренной картошки фри и кукурузных чипсов; всё, о чем он мог думать— это забросить поскорее задержанного в участок и отправиться домой. Но в тот момент, увидев смущенное лицо девушки и её небесно голубые глаза, полные раскаяния и неловкости, он уже никуда не хотел спешить. — Позвольте поставить цветы в воду? — хостес указала на букет по левую руку Ван Цзи, но он в ответ лишь покачал головой. — Не нужно. — Как скажете, — мягко поклонившись, хостес вновь ушла. Стрелки часов всё ещё мучительно медленно близились к шести вечера. Но чем меньше оставалось времени до долгожданной встречи, тем сильнее поднималось в его груди волна радостного беспокойства. И вот, возле стойки хостеса появилась она. В лёгком бледно-розовом платье, что так бесподобно смотрелось на её светлой коже, она обернулась в его сторону и мягко улыбнулась. И в этот самый момент Ван Цзи почувствовал, что для тревоги в его сердце больше нет места. — Привет, — сжимая в руках сумочку, она убрала прядь волос за ухо, и, позволяя себе помочь придвинуть стул, села напротив. — Ты сегодня рано. — Не хотел опаздывать, — Ван Цзи вновь вернулся на своё место, протягивая девушке букет цветов. — Это тебе. — Как мило, — её губ вновь коснулась тёплая улыбка. — Есть повод? — Он нужен? — Ван Цзи опустил руки на колени и одарил свою спутницу внимательным взглядом. Со стороны могло показаться, что он спокоен и собран, но внутри него словно метался тайфун. — Обычно да, — пожав плечами, она бросила кроткий взгляд на Ван Цзи, и, открыв меню, без интереса забегала по строчкам глазами. — Как дела на работе? — Хорошо. — Просто хорошо? — она приподняла брови, выглядывая из-за меню. — Обычно когда я задаю тебе вопрос о работе, ты словно рапорт зачитываешь. А сегодня просто «хорошо»? — Обычно, — Ван Цзи стиснул пальцы на левой руке, чувствуя неловкость, — ты не любишь, когда мы говорим о моей работе. — Ммм. И не поспоришь, — она перелистнула страницу меню, переходя к разделу напитков. — Это слышится немного эгоистично из твоих уст, — она вновь подняла взгляд на Ван Цзи и усмехнулась. — Но согласись, твоя работа — тема не из приятных. Особенно за ужином. — Почему? — нахмурился Ван Цзи, искренне не понимая, что в его работе могло быть нелицеприятного, на что девушка лишь весело усмехнулась. — Почему? — она смешно вздернула бровь. — Ты действительно не понимаешь? Ван Цзи в ответ лишь покачал головой. — Правда? — она с секунду внимательно смотрела на мужчину, после чего аккуратно закрыв меню, уложила поверх него руки. — Ван Цзи? — Я же не работаю как брат в отделе особо тяжких, — не выдержав столь пристального взгляда, он открыл своё меню, слегка рассеяно пробежавшись взглядом по первым строкам главных блюд. — Спасибо и на том, — она устало вздохнула и, поймав на себе осторожный взгляд Ван Цзи, выпрямилась, откидываясь на спинку стула. Её взгляд сам собой скользнул за окно. Там, на залитой солнечным светом улице, не спеша прохаживались люди. Рабочий день большинства уже подошёл к концу и, зная, что завтра наступает череда выходных, никто не спешил домой. Все заботы и приготовления неведомой силой откладывались на другой день. И ей тоже хотелось таких будней. Рутины, когда после тяжелого рабочего дня она идёт не торопясь домой. И по пути ей совершенно не одиноко. Ведь рядом есть тот, кто всегда поддержит её, поможет в трудную минуту и приободрит, если нужно. — Джу Мин, — голос Ван Цзи отвлёк её от мыслей, заставив вновь вернуться к их ужину. Она подняла глаза на своего спутника, встречаясь взглядом с пронзительным взором его холодных светло-карих глаз. Скажи ей кто ранее, что из всех оттенков именно этот цвет будет ассоциироваться у нее с зимней стужей, она бы ни за что не поверила. — Тебя что-то тревожит? — Нет, — она хотела было улыбнуться, но ей хватило лишь одного внимательного взгляда Ван Цзи, чтобы слабый намёк улыбки растаял на её губах. — Да, — Джу Мин тяжело вздохнула, словно готовясь к прыжку в воду и, опустив на секунду глаза, вновь подняла те на своего спутника, набираясь решимости. — Ван Цзи. — Да. — Давай расстанемся. Слова эхом отразились в голове Ван Цзи, с трудом доходя до его сознания. Он и рта не успел открыть, как Джу Мин заговорила вновь. — Я понимаю, что это неожиданно с моей стороны, но послушай… И Ван Цзи слушал. Плотно сжав челюсть, он жадно ловил каждое её слово. Но чем дальше та говорила, тем меньше он понимал сказанное ею. Джу Мин говорила спокойно и тихо, словно пересказывала сценарий к очередному фильму, с которым ей требовалось работать, освещая тот как с хорошей стороны, так и с плохой. Она кротко улыбалась время от времени, и всё так же, как и в их первое свидание, кокетливо прятала прядь волос за ушком. Но теперь всё это уже не радовало Ван Цзи. Опустив руки на колени, он плотно сжимал пальцы в кулаки и всё никак не мог ответить сам себе на один-единственный вопрос: «Почему?» Почему это решение всплыло именно сегодня? Почему желание расстаться вообще смогло появиться? «Почему…?» Джу Мин никогда не была в его глазах девушкой, что будет таить обиду и терпеть. Она была милой, веселой и достаточно волевой. И потому слышать сейчас то, как она больше не в силах терпеть его вечные задержки на работе и закрывать глаза на то, что он уделяет внимание своим коллегам больше, чем ей, было для него делом странным. — Ты никогда не говорила, — начал было Ван Цзи и впервые за долгое время запнулся. Слова словно сами не желали складываться у него на языке. — Что? — поняв заминку по своему, она вновь улыбнулась. Но улыбка её скорее была горькой, чем веселой. — Что мне тоскливо без тебя? Что я не хочу в выходной день, просыпаясь утром, видеть, как ты сидишь на кухне за ноутбуком и разбираешь очередное дело? — Да, — на выдохе согласился Ван Цзи. Не зная, чем занять свои руки, он обхватил вмиг похолодевшими пальцами стакан с водой, делая глоток. — А что бы от этого изменилось? Ты бы перестал гоняться за преступниками и начал строго разделять работу и дом? — она пристально посмотрела на Ван Цзи, взгляд которого сейчас был устремлён куда-то в сторону. — Не думаю, — Джу Мин покачала головой. Она чуть слышно выдохнула и, протянув руку через стул, коснулась руки Ван Цзи кончиками пальцев. — Это не плохо. Любить свою работу и жить ею — это не плохо, — она покачала головой, заглядывая тому в глаза. — Просто именно мне это не подходит, — её рука соскользнула на стол и спустя ещё одно короткое мгновение, она уже поднялась на ноги, собираясь уходить. — Прости, Ван Цзи, — её губы вновь тронула грустная улыбка и, словно боясь, что передумает, что вновь повернёт обратно, Джу Мин решительно зашагала прочь из зала. «Прости, Ван Цзи» — эхом, словно отголосок давно забытого чёрно-белого кино, прозвучал в его голове давно забытый голос. Ван Цзи потёр пальцами лоб, решительно не понимая своей ошибки. «Прости, Ван Цзи» — и снова эти ненавистные ему слова появились в его жизни. Он думал, что больше уже никогда не услышит этого. И никогда не увидит, как женский силуэт, что был ему бесконечно дорог, медленно отдаляется от него. Ван Цзи глубоко вздохнул и, рассеяно проведя рукой по коротким волосам, метнулся взглядом за окно. Джу Мин уже успела скрыться за поворотом, но будь та всё ещё здесь, он уже знал, что вернуть её теперь не в его силах.

~~~~~***~~~~~***~~~~~***~~~~~

Взгляд серых глаз Вэй Ина на секунду метнулся на потемневшее небо за окном и тут же молниеносно вернулся на компьютерный экран. Часы безжалостно бежали вперёд, ни на секунду не желая задержаться. Сегодня вообще Вэй Ину казалось, что время было против него. С самого утра и по сию минуту, как бы он не торопился, он постоянно не успевал что-то доделать. Вот и сейчас, едва дописав письмо для декана своего факультета, Вэй Ин даже не успел его отправить, как уже нужно было заняться скачиванием и распечаткой карты и при этом уложиться минут в десять, молясь при этом, чтобы их старенький принтер не заел на самом нужном моменте. Отправив, наконец-то, письмо, он открыл окно мэссенджера и нажал на скачку файла. За его спиной вновь раздался удар о стену, но привычный к такому меланхоличному после тяжелого дня поведению соседа, Вэй Ин даже не вздрогнул. — До сдачи проекта ещё целый месяц, — устало донеслось до него с кровати позади компьютерного стола. Цзян Чэн, одногруппник, сосед и, по совместительству, друг Вэй Ина, лежал на своей постели изможденным телом. Закинув ноги на невысокую железную спинку кровати, он то и дело меланхолично кидал теннисный мячик в стену, ловко ловя всякий раз, как тот отлетал обратно. Час назад Цзян Чэн сдал один из самых трудных своих проектов, над которым работал почти три месяца. И теперь, обессиленный, наблюдал за тем, как его друг рыскает на просторах интернета в поисках адреса какого-то клуба и по пути, судя по звуку, пытается убить и без того на ладан дышащую клавиатуру. — Я помню, — не отрывая внимательного взгляда от экрана, бодро откликнулся Вэй Ин, продолжая барабанить по клавишам. Он знал, о чём именно сейчас хотел заговорить Цзян Чэн, но пререкаться с тем у него сейчас не было ни времени, ни желания, и потому, ловко изобразив непонимание, он вновь попытался скачать присланнын ему файлы и внутренне возликовал, когда тот, наконец-то таки, сдвинулся с места, пусть и с четвертой попытки. — Так выбери себе другое направление, — широко зевнув, Цзян Чэн метким броском вновь попал точно в тёмное пятно на противоположной стене и так же ловко поймал мяч обратно в руку. — Напиши статью по одной из десяти стандартных тем и успокойся уже. — Я уже выбрал, о чём хочу написать, — упрямо игнорируя очередную попытку Цзян Чэна его «вразумить», Вэй Ин поднял с края стола вырезку из газеты и помахал ею в воздухе. — Вот. Видишь? — Я имел ввиду нечто… — Цзян Чэн нахмурился и, чуть пожевав нижнюю губу, договорил, — нормальное. — А это что? Ненормальное? — усмехнулся Вэй Ин. К счастью, он перестал мучить компьютер и, пустив на печать пару файлов, медленно крутанувшись на стуле, развернулся к своему соседу лицом. — Цзян Чэн, это весьма нормально: писать статьи об украденных произведениях искусства. — Писать— да, но не искать же ещё и вора, — развёл руками Цзян Чэн, но приметив на лице друга издевательскую ухмылку, отказался от своей длинной заготовленной тирады, тяжело вздохнул и вновь отправил мячик в стену. — Ахаха, А-Чэн! — Вэй Ин залился весёлым смехом. — Я кто, по-твоему, детектив? — У меня много есть для тебя определений, но ни одно из них не даёт гарантий, что ты снова не вляпаешься в какую-нибудь передрягу, — пробурчал тот в ответ и, чуть смазав по стене, упустил мяч куда-то под стол. — Чёрт! — Когда такое было? — нахмурился Вэй Ин, выгребая из своей сумки конспекты и пару учебников. — Я боюсь, если начну перечислять, у меня не хватит пальцев на обеих руках, — издевательски повертел кистями Цзян Чэн. — Пф! Да брось, — прыснул Вэй Ин. Аккуратно уложив на дно сумки пару объективов для фотокамеры, он забросил поверх свой ежедневник и оглядел стол. — Я просто хочу взять интервью у сотрудника музея. — Интервью, — передразнил друга Цзян Чэн. — Слово-то какое пафосное. Не забывай, что ты ещё студент и за это самое «интервью» тебе никто не заплатит. — Зато я напишу самую лучшую статью и займу первое место, — не желал сдаваться Вэй Ин, хотя у самого и мысли о первом месте не было. Он отлично понимал, что с его писательским талантом ему и в тройку лучших не войти. — Ты и без того не в хвосте плетёшься, — резонно подметил Цзян Чэн. Обессиленный после тяжёлого дня, он вновь широко зевнул и сладко потянулся, поудобнее укладываясь на кровати. За последние два дня ему удавалось выкроить на сон от силы часов пять, и теперь, закрыв огромную прореху в зачётном листе, его неумолимо клонило в сон. — Я слышал от декана, что тебя рекомендуют в стажеры в «ДаблТи», — Цзян Чэн скосил взгляд на вмиг напрягшуюся спину друга. — И что? — продолжая ковыряться в сумке, проворчал Вэй Ин. Ему не очень нравилось говорить на эту тему. — И что? — вновь передразнил того Цзян Чэн. — Это крутой журнал. Один из тройки лучших. И тебя берут туда авансом на стажировку, а ты говоришь: «И что?». Совсем ку-ку? — Меня берут туда не потому, что я пишу хорошие статьи. Им просто понравились мои фотографии. — Да какая разница! — тряхнув головой, Цзян Чэн перевернулся на бок, устало прикрывая глаза. — Если твои фотки нравятся им больше твоей писанины, смирись с этим и просто займись тем, что у тебя выходит лучше всего. — Цзян Чэн. — Ммм? — чуть нахмурившись, тот приоткрыл глаза, уже с трудом борясь с накатившей сонливостью. — Вот напишу отличную статью, и ты неприменно возьмешь свои слова назад. — Ага, щас, — проворчал Цзян Чэн, пряча лицо в подушке. — Держи карман шире. — Поспорим? — Я с тобой спорить не буду. — Ну, Цзян Чэээн. — Вали уже, — махнул тот рукой в сторону двери и, спрятав голову под подушкой, едва слышно пробормотал. — И свет выключи. — Зануда. — Сам такой, — скорее по инерции проворчал сквозь навалившийся сон Цзян Чэн и тихо засопел. Показав другу язык и закинув сумку на плечо, Вэй Ин бодрым шагом выскочил вон из комнаты. На самом деле, что бы не говорил Цзян Чэн, сегодняшняя встреча вовсе не была никаким расследованием недавней кражи в центральном городском музее. Просто-напросто Вэй Ину удалось найти контактные данные одного из сотрудников учреждения, что работал в тот день, когда произошло преступление. И всё, что он хотел, это рассказать в своей статье историю кражи одной картины от лица «очевидца». И ничего более. Вэй Ину вообще не очень нравилась будоражащая кровь жизнь репортера, охотящегося за сенсациями криминального мира. Писать об убийствах и громких преступлениях, выискивая всевозможные факты законным и не очень методом, было не тем занятием, что пришлось бы Вэй Ину по нутру. Хотя большинство людей из его окружения совершенно точно думали иначе. А вот писать о чём-то обыденном, превращая это «что-то» в интересное для читателей, было как раз таки тем, что Вэй Ина привлекало. И живопись была из их числа. И вот как-то так получилось, что краже были подвержены не только антиквариат и ювелирные украшения, но и картины современников. Одной из которых и оказалась та самая, о кой изначально и хотел написать свою статью Вэй Ин. Серия картин, что с недавних пор плотно засела в его голове, была необычайна в своей обыденности. С одной стороны, на каждой из них изображались ничем не приметные садовые цветы. Покрытые утренней росой, они, безусловно, были красивы. Но не более того. С другой же стороны, за всей своей простотой в них проглядывалось нечто необычное. Словно каждая из них несла какой-то пресловутый смысл. Истинность которого требовалось разгадать. Ранее Вэй Ин уже встречал на страницах журнала фотографии этих картин, но ещё никогда не мог увидеть их в живую. В силу того, что картины принадлежали современности, большая часть их хранилась в частных коллекциях. А те, что выставлялись в галереях, были за много миль отсюда. Потому, лишь прознав, что в городском музее будет выставлена на пару недель одна из картин Ксяоми Руйлинг, Вэй Ин тут же поспешил посетить выставку. И каково же было его удивление, когда буквально спустя два дня после того, как ему удалось увидеть картину, в новостной сводке появилась информация, что та была украдена. Статья, в которой рассказывалось об инциденте, была не более двух столбцов, но, несмотря на это, она почти сразу бросилась в глаза Вэй Ину. Но во всей этой истории его больше всего интриговало не то, что у полиции почти не было улик, и преступникам удалось уйти незамеченными. Отнюдь. Это как раз таки и не было чем-то особенным. Заинтересовало же Вэй Ина то, что среди всех экспонатов была украдена именно эта картина. А ведь в зале, насколько он помнил, было ещё много произведений искусства, цена которым десятикратно превышала стоимость работы Ксяоми Руйлинг. — Привет, Вэй Ин! — внезапный голос заставил молодого человека вынырнуть из собственных мыслей. — Привет! — улыбнулся одногруппнику Вэй Ин, пожимая тому на ходу руку. От резкого разворота рюкзак почти было соскочил с его плеча, но он ловко поправил лямку, вновь закидывая свою потрепанную жизнью сумку на спину. — В эту субботу ты с нами? — не сбиваясь с пути, парень развернулся, идя спиной вперёд и всё так же продолжая смотреть на Вэй Ина. — Ли из сто пятой обещал что-то особенное придумать. — Ты же знаешь, я всегда «за». — Отлично! Тогда до завтра! — До завтра, — махнув другу на прощанье, Вэй Ин зацепился взглядом за часы на своём запястье и, тихо чертыхнувшись, резко рванул с места в сторону лестницы. Запрыгнув в автобус, лишь чудом того не упустив, Вэй Ин занял дальнее место и, выудив камеру из сумки, принялся просматривать фото с выставки. Сколько бы он не посмеивался над словами Цзян Чэна, а на какую-то долю тот всё-такие был прав, когда говорил, что писать статьи было делом не для Вэй Ина. Даже сейчас, держа путь на встречу с предполагаемым очевидцем происшествия, вместо того, чтобы заняться наброском вопросов для интервью, он снова и снова рассматривал фотографии картины, что ему удалось сделать на выставке. Бережно проведя по кромке дисплея пальцем, он крутанул режимник, увеличивая фото. На картине, что ему посчастливилось узреть, были изображены сиреневые пушистые ирисы с ярко жёлтыми язычками. В исполнении Ксяоми Руйлинг цветы казались весьма живыми и свежими, а капли росы, что являлись отличительной характерной чертой каждой картины, были словно наполнены изнутри собственным миром. В своём стремлении изучить картину как следует Вэй Ин попытался было увеличить фото ещё сильнее, но в этот момент автобус наехал на лежачего полицейского, и от внезапной тряски он мазанул пальцем по кнопке, перематывая ленту сразу на несколько снимков вперёд. Теперь с экрана камеры на него смотрел чуть подвыпивший Цзян Чэн и весело улыбающийся Не Хуайсан, часть волос которого были выкрашены синей тушью. Вэй Ин невольно улыбнулся. Он ещё помнил тот день, как будто это было вчера. Тогда они и ещё пятеро человек из их группы, в очередном желании расслабиться и как следует повеселиться после череды экзаменов, затеяли игру в фанты. Вопросы были глупые, желания смешными, но повеселились они тогда всё-таки знатно. Хотя за синие пряди волос Не Хуайсан потом неслабо так получил от старшего брата. Улыбнувшись своим воспоминаниям, Вэй Ин спрятал камеру обратно в сумку и, проведя по чуть запотевшему стеклу ладонью, огляделся. Студенческий городок давно уже остался позади и улицы, бегущие вперёд, теперь всё больше пестрели разноцветными вывесками и широкополыми рекламами. В этой части города Вэй Ин был редко. По большей части заведения, что располагались здесь, были не из дешёвых, потому студентов, учащихся по стипендии, встретить здесь было практически невозможно. Выудив из кармана распечатку, Вэй Ин снова сверил адрес, прикидывая в уме, какая из остановок будет ближе. Но пока он пытался разобраться в наспех скаченной карте, где именно ему нужно выйти, автобус чуть притормозил на перекрестке, пропуская авто по главной улице, и с тихим шипением остановился. — Конечная! — проворчал ленивым голосом водитель, и Вэй Ин вздрогнул. — Как так? — нахмурившись, он вновь пробежался по карте глазами, не понимая, где ошибся. — Ааааа, — поджав губу и мысленно треснув себя по лбу, он соскочил со своего места и выпрыгнул из автобуса, чуть поворачивая назад. Клуб, в котором, по его сведениям, обычно проводил вечера пятницы сотрудник того самого музея, оказался зажат между двумя высотками. Его вывеска, потерявшаяся под козырьком первого этажа, блекло подмигивала прохожим, ненавязчиво приглашая зайти внутрь, а с цокольного этажа, словно из-под земли, отголосками доносилась музыка. Остановившись в двух шагах от входа, Вэй Ин огляделся. Это место, несмотря на квартал и улицу, не принадлежало к числу дорогих, но и дешёвым не было. Прежде чем решиться приехать сюда, Вэй Ин успел пробежаться по нескольким сайтам, вычитывая отзывы об этом клубе, но даже так, стоя перед ним сейчас и уже точно зная, что заведение не считается плохим, он всё равно чувствовал лёгкую нервозность. — Ну что ж, Вэй Ин, вперёд! — приободрив самого себя, он поправил сумку на плече и, сделав шаг вперёд, толкнул дверь.

~~~~~***~~~~~***~~~~~***~~~~~

Впервые за долгое время у Лань Ван Цзи не было желания работать. Он вообще не понимал, зачем вернулся из ресторана в участок. Сегодняшнее несостоявшееся предложение руки и сердца настолько выбило его из колеи, что он, не ведая, что делает, по инерции просто оставил всё как есть и вернулся на свой пост. Ему не хотелось идти домой, он не мог сосредоточиться на работе, и всё, что ему оставалось, это опустошенно осесть в рабочее кресло и попытаться, пусть и медленно и не спеша, придумать, как жить дальше. — Ван Цзи, а ты разве не отправился домой? — рядом с соседним столом остановился высокий мужчина. Пак Джи Ён, пожалуй, был для Лань Ван Цзи не просто коллегой. Оглядываясь на всё пережитое ими за время службы, их можно было смело назвать близкими друзьями. — Мгм, — сухо кивнул Ван Цзи в ответ, продолжая смотреть мёртвым взглядом куда-то перед собой. — А чего вернулся? — Дела, — бесцветным голосом бросил Ван Цзи. На самом деле, он не думал сейчас ни о каких делах. Слова Джу Мин настолько выбили его из колеи, что займись он в данный момент работой, то не продвинулся бы ни на йоту. И, словно прочтя его мысли, Пак Джи Ён, тихо хмыкнув, переспросил: — Дела? — сложив руки на груди и окинув Ван Цзи взглядом сверху вниз, он устало вздохнул. — Может, составишь мне компанию? — Ммм? — Ван Цзи поднял взгляд на своего коллегу. — Помнишь о недавней череде краж картин? — получив короткий кивок в ответ, Пак Джи Ён продолжил. — Так вот. Уже неделя, как мы поймали тех ребят, возомнивших себя Робин Гудами. А пару дней назад из центрального музея пропала очередная картина. И знаешь, что мы нашли на месте преступления? — Что? — чувствуя, что потихоньку приходит в себя, уже более заинтересованно спросил Ван Цзи. — На месте картины была прилеплена наклейка с героями Уолт Дисней. А это было, — Пак Джи Ён изобразил пальцами кавычки, — визитной карточкой наших горе-преступников. — И ты думаешь, мы не тех взяли? — высказал своё предположение Ван Цзи. — Возможно, — медленно кивнул тот в ответ. — Либо те, кто стащил картину пытаются выдать свою кражу за чужих рук дело. Ван Цзи на минуту задумался. Он не участвовал в этом расследовании. Но четко помнил, что о таких вещах, как наклейки на месте преступления, прессе они не говорили, а это значило лишь одно. — Возможно, они сообщники. — Бинго! — щёлкнул пальцами Пак Джи Ён. — Ну, либо у них один заказчик. Шумно выдохнув, Ван Цзи прошелся кончиками пальцев по лбу. В словах его коллеги явно был смысл. — Хорошо. А в клуб тебе зачем? — О! Как раз об этом, — Пак Джи Ён подхватил со своего стола папку и, протянув ту Ван Цзи, жестом попросил открыть. — Я покопался немного в кадрах и нашёл кое-что интересное. Название компании, что занималась перевозками картин, в двух местах совпадает. И есть одна подозрительная личность, что дежурила накануне кражи в центральном музеи. Так вот, за ним я сегодня и хочу присмотреть. — А я тебе нужен для того, чтобы… — Ван Цзи захлопнул папку и посмотрел на своего коллегу. — … составить мне компанию, раз уж ты здесь. Знаешь же, что я, как и ты, тоже не любитель этих шумных сборищ. Лань Ван Цзи посмотрел на Пак Джи Ён со всем присущим ему скепсисом. — Ой, да брось! — махнул рукой детектив. — Всё лучше, чем торчать здесь в пятничный вечер, — и, не желая слышать возражений, махнул в сторону двери. — Пошли. Развеешься.

~~~~~***~~~~~***~~~~~***~~~~~

Клуб встретил Вэй Ина приглушённым светом и громкой музыкой. Для вечера пятницы здесь не было много людей, но это отнюдь не упрощало ему задачу отыскать среди гостей нужного ему человека. Выудив из кармана семь долларов, Вэй Ин забрал у бармена бутылку пива и, усевшись в дальний конец стойки, принялся высматривать нужного ему человека. Вопреки всему прошедшему дню, время словно замерло на месте. За час с лишним, что Вэй Ин просидел в ожидании, он успел выпить две бутылки пива, весело пообщаться с парой ребят и ненавязчиво отшить одного неудачливого ухажера. И вот когда, наконец-то, в клуб явился парень из музея, Вэй Ин облегченно выдохнул и поспешил закончить задуманное им на сегодня. — Добрый вечер! — бодро запрыгнув на соседний стул, Вэй Ин широко улыбнулся. Из-за громкой музыки он с трудом смог разобрать ответное приветствие, но склоняться к уху собеседника, с которым и знаком-то по сути не был, счёл сейчас чем-то из ряда вон выходящим. В любой другой ситуации ему было бы всё равно. Но сейчас ему требовалось вести себя как профессионал. А те, наверняка, не касаются своими губами чужих ушей во время взятия интервью. — Вы Чен Ми Сон?! — как можно громче уточнил Вэй Ин, на что мужчина лишь нахмурился и с подозрением посмотрел в ответ. — Я знаю, что вы сотрудник центрального музея! — продолжая улыбаться, прокричал Вэй Ин. И в этот самый момент, как назло, музыка в зале стала ещё громче. — Чего вам нужно?! — осторожно поинтересовался мужчина, но слова его лишь частично дошли до слуха незадачливого журналиста. — Ван… Кто?! — не понял Вэй Ин, но, решив, что не стоит тратить ни секунды, сразу перешёл к делу. — Я знаю, что вы были в день кражи в музее, и хочу узнать у вас, — чуть поморщившись от усилившихся басов Вэй Ин, запнувшись, продолжил, — хочу узнать у вас, как всё было! — Да с чего вы взяли? — Чен Ми Сон от возмущения соскочил со стула. — Кто вы такой вообще?! — Чего? — вся эта обстановка начала походить на сцену из третьесортного комедийного кино. Но чем дальше шёл разговор, тем отчетливее Вэй Ин осознавал, что сотрудник музея его явно не так понимал. Из-за шума и музыки часть слов словно растворялась в какофонии звуков. И в предчувствии, что ещё немного и вся его затея вылетит в трубу, Вэй Ин схватил Чен Ми Сона за рукав и жестом показал на выход из клуба. И это была его первая и главная ошибка за весь вечер. Резко вырвавшись из хватки Вэй Ина, Чен Ми Сон отпрянул назад, сбивая с ног танцующую рядом девушку. И практически в ту же секунду получая сильный удар по лицу от её парня. Драка, столь стремительно разворачивающаяся на глазах Вэй Ина, завораживала и пугала его одновременно. — Ты кто такой?! — Да как ты посмел?! — Ах ты козёл! Поправив сумку на плече, Вэй Ин аккуратно сделал пару шагов назад. В другой раз он бы может быть и влез в начавшуюся драку, но сегодня с ним были дорогостоящие линзы для камеры, и повредить те ему ой как не хотелось. — Кто-нибудь, вызовите уже охрану! — прокричал кто-то из зала, но, увлечённые дракой, никто не спешил звать вышибал. — Да вызовите полицию уже, в конце концов! — Не нужно, — Вэй Ин мог поклясться, что голос, раздавшийся за его спиной, был не громче обычного, но прозвучал так, что, казалось, его услышал каждый в этом зале. — Полиция, — быстро показав удостоверение, мужчина бросил краткий взгляд на Вэй Ин и вновь заговорил. — Прошу вас проследовать с нами. Вновь переведя взгляд на зачинщиков драки, Вэй Ин едва удержался от того, чтобы не рассмеяться. Картина, представшая перед ним, уже не требовала каких-либо ещё вмешательств. Те двое, что сцепились в драке, были уже успокоены вторым прибывшим на шум слугой правопорядка. Грубо приложенные лицом к барной стойке, они навряд ли могли сейчас не повиноваться сказанному полицейским. — И ты тоже, — Вэй Ин не успел и шага сделать, как его плечо сжала стальная хватка. — Я? — он указал пальцем себе в грудь, перепроверяя, правильно ли расслышал, и от короткого кивка полицейского сердце его испуганно ёкнуло. — Зачем? — прав был Цзян Чэн, когда говорил, что ничем хорошим его идея не закончится. Не желая попасть в ещё большие неприятности, Вэй Ин закрутился на месте. — Вы ошибаетесь. Я здесь не причём. — Вот в участке и разберёмся, — отчеканил Ван Цзи и, не желая больше ничего слушать, грубо развернул своего задержанного и, словно тот ничего не весил, повёл на выход.

~~~~~***~~~~~***~~~~~***~~~~~

С каждой убегающей вперёд минутой Вэй Ин чувствовал, как сердце его начинает бешено колотиться. И дело было вовсе не в том, что он уже давно опоздал к началу комендантского часа в общежитии, или в том, что его заперли в каком-то кабинете и уже больше получаса не выпускают, а его переполненный пивом мочевой пузырь вот-вот был намерен лопнуть. Нет. Дело было вовсе не в этом. Вэй Ина до чёртиков пугало то, что, возможно, о случившемся узнают в деканате и его лишат стипендии. Так как он учился последний год, за отчисление можно было не бояться. Да и его оценки оберегали Вэй Ина от такого исхода. А вот лишить денег его вполне могли. И это для студента из другой страны было куда хуже, чем провести ночь на улице. Но вот, наконец-то, ключ в замке повернулся и в комнату вошёл тот самый полицейский, что и поймал его в клубе своей железной хваткой. — Итак, — мужчина присел на стул напротив и пробежался взглядом по студенческому в своей руке. — Вэй Ин, верно? — Да, — кивнул тот в ответ, пристально глядя на полицейского. Несмотря на свой своенравный характер и природное любопытство, Вэй Ин ещё никогда прежде не попадал в полицейский участок. И все его представления о сотрудниках Нью-Йорка складывалось из кинофильмов и тех толстячков, что восседали в дежурных будках недалеко от светофоров на улицах города. И потому, увидев напротив себя высокого подтянутого мужчину, что явно перепутал кабинеты, когда сдавал в школе экзамены и со своими внешними данными попал не туда, Вэй Ин на пару минут потерял дар речи. — Очень хорошо, — отложив документы в сторону, полицейский выпрямился и так же открыто, как и Вэй Ин, посмотрел ему в лицо. — Меня зовут Лань Ван Цзи. Я детектив в отделе расследования хищений культурных ценностей. Вэй Ин в ответ лишь кивнул. Удостоверившись, что молодой человек не намерен говорить, Ван Цзи продолжил. — В связи со случившимся сегодня в клубе «Таф Хауз», находящемся между пятой авеню и западной сто пятнадцатой улицей, у меня к вам есть пара вопросов. Скажите, вы… — А можно мне, — выпалил не в силах больше терпеть Вэй Ин, — в туалет? Ван Цзи замолк на полуслове и, чуть откинувшись на спинку стула, вновь одарил своего допрашиваемого нечитаемым взглядом. — Понимаете, офицер… — Детектив, — поправил того Ван Цзи. — Простите. Детектив, — потерев руки, и не переставая постукивать носком кроссовок о пол, Вэй Ин неловко улыбнулся. — Я выпил две бутылки пива, и мне… ммм… нехорошо. Ван Цзи тихо выдохнул и кинул взгляд на часы. Стрелки уже перевалили за одиннадцать вечера, но ему было откровенно плевать на время. Было немного странно ощущать, что ещё вчера он бы наверняка спешил домой, но сегодня… Сегодня всё разом изменилось. Ван Цзи вновь перевёл взгляд на раскрасневшегося Вэй Ина. Парень не походил на преступника. Впрочем, как и вся добрая половина всех тех аферистов и лгунов, что он видел каждый божий день. Вэй Ин был высоким, жилистым парнем с азиатской внешностью. Возможно, немного более худой, чем того требовалось, но все же весьма симпатичным. — Детектив? — снова подал голос Вэй Ин, чувствуя, что его уже начинает подташнивать. — Хорошо, — сдался Ван Цзи. Вэй Ин ещё никогда не чувствовал себя настолько морально вымотанным. На всю беседу с детективом по поводу произошедшего в клубе, у него ушло не больше пятнадцати минут. Но даже этого хватило для того, чтобы понять, что Лань Ван Цзи— самое удивительное и в то же время ужасное, что когда-либо происходило с Вэй Ином. Этот мужчина совершенно точно был человеком своего дела. И Вэй Ин, глядя на него, поражался тому, насколько можно быть лаконичным в своих словах и поступках, и при этом не оставлять недопонимания. — Есть где переночевать? — поинтересовался у Вэй Ина Ван Цзи, выводя того из участка по окончанию допроса. Попрощавшись с Пак Джи Ёном, что оформив драчунов, отправил тех со штрафом по домам, он с интересом наблюдал за действиями студента. Ему всё ещё не верилось, что тот приехал в клуб лишь для того, чтобы собрать сведения у сотрудника музея для проектной статьи в университете. Слишком это было подозрительно. — Ммм… — замялся Вэй Ин, сжимая в руках лямки от сумки. — Не совсем. — Не совсем? — нахмурился Ван Цзи, не понимая, как это может быть. — Ну, то есть, — начал было придумывать Вэй Ин, но под строгим взглядом детектива сдался и на выходе честно ответил: — Нет. Лань Ван Цзи выудил из кармана телефон и провел пальцем по экрану. Часы показывали полночь, а насколько он помнил, комендантский час обычно длился с одиннадцати вечера до шести утра. А это значило, что парню ещё целых шесть часов не куда было податься. — Всё в порядке, — словно прочтя его мысли, улыбнулся Вэй Ин. — Я немного пройдусь до общежития, а там неподалёку есть круглосуточный пит.стоп. Там и подожду утра. — Немного пройдёшься? — прищурился Ван Цзи. — Дорога отсюда до колумбийского университета займёт пешком почти три часа. — Ну, вот как раз и убью время, — наигранно бодро кивнул Вэй Ин. Ему настолько сильно хотелось поскорее распрощаться с этим неулыбчивым детективом, что уже было всё равно, если даже придется пройти пешком до дома аж до самого Китая. — Нет, — покачал головой Ван Цзи. — Так не пойдёт. — Почему не пойдёт? — ахнул Вэй Ин, но прежде чем он успел придумать новую причину, почему его стоит отпустить и никуда не сопровождать, Ван Цзи уже взял ключи от машины и уверенным шагом направился на парковку, жестом требуя следовать за ним. Ночь для Вэй Ина предстояла быть долгой.