Шарф

      — Руэри, будь добр, веди себя… пристойно, пока меня не будет, — Эдвард в последний раз окинул сосредоточенным взглядом гонщика, на удивление смирно сидевшего на табурете, и вышел из ангара.       Рори тяжело вздохнул. Сегодняшний день был невыносимым: на улице с утра лило как из ведра, и из-за этого не удалось опробовать улучшенный паромобиль на трассе. Нет, дождь совершенно не помешал бы, однако у Эдварда на этот счет было иное мнение, и с этим приходилось считаться. Поэтому оставалось лишь бесцельно слоняться по ангару в тишине, слушая звон инструментов и скрип шестеренок, которые вставали на предназначенные им места.       К вечеру погода сжалилась, и Эдвард ушел, сославшись на неотложные дела и оставляя Рори в одиночестве следить за ангаром. На сложный механизм, расположившийся на столе, нельзя было даже дышать — если с ним что-то случится… нет, об этом даже думать не хотелось, потому что в последний раз, когда Рори был недостаточно аккуратен, пришлось ночевать на улице до тех пор, пока механик не сжалился. Хотя, что более вероятно, к жалости это не имело никакого отношения: была нужна лишь грубая физическая сила, чтобы заменить одну из частей паромобиля.       Нет уж, проверять не хотелось.       Сидеть на одном месте надоело, Рори вскочил на ноги и с ужасом уставился на слегка пошатнувшуюся на столе конструкцию. Металлическая ладонь взметнулась к лицу, закрывая рот и не давая судорожно выдохнуть. Сердце с силой стукнулось о ребра.       — Пронесло, — с облегчением произнес он, расплываясь в улыбке и выпрямляясь. Оставалось только быстро собраться и покинуть ангар — все равно строгий механик не узнает, он же опять, кажется, ушел слушать свою певичку. А сегодняшний вечер мог бы оказаться очень даже интересным, ведь милая Энни обещала снова заглянуть в бар! И это был отличный повод выгулять новый прекрасный шарф, который Эдвард привез ему из соседнего городка, куда ездил за недостающими деталями.       О, этот восхитительный шарф, который так подчеркивал яркие глаза и мужественные черты лица… Рори не мог дождаться, когда сможет покрасоваться им перед завсегдатаями в баре у Дэнни — он предвкушал, насколько насыщенным комплиментами будет вечер!       Выскочив из ангара, Рори поскользнулся на маленькой предательской луже, расположившейся как назло возле порога, и, судорожно взмахнув руками, врезался в тяжелую дверь. С возмущенным грохотом она захлопнулась, на миг даже оглушив неуклюжего гонщика. Чтобы прийти в себя и отдышаться понадобилось всего нескольких секунд, и вот уже настроение вновь подскочило вверх — Рори был готов к любым приключениям.       Но он не был готов к тому, что кто-то — или что-то? — резко дернет его обратно и впечатает в железную дверь. Рори моргнул несколько раз, приходя в себя, и скосил взгляд на то, что его держало. Разноцветные глаза распахнулись от ужаса, смешанного с изумлением: край его восхитительного шарфа застрял в двери!       — О-о-о… нет-нет-нет… только не шарф! — он вскрикнул, дернувшись, но тут же замер, едва только раздался треск ткани. Нет, он не мог позволить себе порвать этот великолепный шарф.       Нужно было срочно что-то придумать.       Рори сосредоточенно нахмурился и задумчиво пожевал губу. Кажется, грубой силой тут не помочь, поэтому придется воспользоваться мозгами! Вот оно! Он легко докажет Эдварду, что не он один в этом ангаре умный. Расплывшись в широкой улыбке, гонщик уставился на то место, где дверь зажала шарф.       Прошла минута. Потом еще одна, за ней еще… уголки губ медленно начали опускаться, а еще через некоторое время рыжие брови поползли к переносице. Рори хмурился. Эта проклятая щель не давала никакой подсказки о том, как высвободить оттуда ценную ткань.       — О, Рори, мой милый!       Неожиданный голос заставил гонщика дернуться. Но, не растерявшись, он тут же принял как можно более непринужденную позу, опираясь о дверь.       — Тетушка Салливан, как я рад вас видеть! — он обезоруживающе улыбнулся. — А я тут… воздухом решил подышать. Эдвард попросил меня присмотреть за ангаром, пока его не будет.       — О, какой ты ответственный мальчик, Рори, — старушка, проживавшая через несколько домов от них, подслеповато сощурилась, рассматривая его. — Тогда хорошего тебе вечера! Не скучай!       — И вам тоже, тетушка! — он подмигнул и с облегчением выдохнул, следя за тем, как миссис Салливан неторопливо направилась дальше по своим делам. Не хватало еще того, чтобы кто-то заметил, что он застрял!       Едва только старушка скрылась из виду, Рори тут же обмяк и попытался дотянуться левой, человеческой рукой до узла на шарфе: его просто нужно снять. Это же элементарно! К глубочайшему разочарованию, от этих неловких движений непослушный узел затянулся лишь туже, будто грозя придушить гонщика за столь бесцеремонное отношение к Его Шарфейшему Величеству.       — Черт тебя побери! — сквозь зубы выругался Рори, схватившись за шарф другой, механической рукой. Но его тут же пришлось выпустить: металл грозил порвать мягкую ткань, о чем та сообщила недовольным треском. Кажется, все складывалось совсем не в пользу гонщика. Рори: 0. Шарф: 2.       Нужно было обязательно выбраться из этой передряги до того, как Эдвард вернется. Срочно, надо срочно что-то придумать!       — Рори, я так рада тебя видеть!       — Да что вам тут в ночи… медом намазано, что ли? — недовольно пробормотал гонщик, но вновь принял эффектную позу, слегка выгнув спину и запрокидывая голову. На губах появилась очаровательная улыбка: перед ним стояла красотка Лили. Однако надолго, увы, она не задержалась: обменявшись с ним несколькими ни к чему не обязывающими фразами, она лукаво улыбнулась и ушла, взмахнув юбкой. Рори оставалось лишь проводить ее тоскливым взглядом: если бы не шарф, то кто знает, чем все могло бы закончиться…       Но нет, отвлекаться было нельзя.       Следующие полчаса Рори упорно воевал с шарфом, который так и не думал поддаваться. Потом он с ним тихо, но отчаянно ругался. Потом пытался воззвать к его разуму и уговаривал отпустить его. Скоро в голосе гонщика зазвучали жалобные нотки.       Впрочем, шарф оставался непреклонен.       С губ слетел тяжелый вздох. Рори принял поражение, опустив плечи и устало прислонившись к двери. Кажется, оставалось только ждать Эдварда в надежде, что тот смилостивится и все-таки вызволит незадачливого гонщика из цепких, удушающих объятий шерстяного мучителя. И когда же он, наконец, вернется?! Неужели какая-то там певичка ему важнее доброго, верного друга, попавшего в беду?! О, как несправедлив этот мир…       — Руэри?       Знакомый голос заставил Рори вздрогнуть и выпрямиться, моргая: кажется, он успел задремать в этом неудобном положении. На улице было темно и холодно — сколько уже прошло времени?       — О, Эд… — Рори неловко улыбнулся, просеивая рыжие волосы сквозь пальцы и стараясь не встречаться взглядом с застывшим возле него механиком.       — Что ты тут делаешь? — Эдвард скрестил руки на груди, всматриваясь в ссутуленную фигуру, прижимающуюся к металлической двери.       — Я… э-э-э… вышел подышать свежим воздухом… — пробормотал Рори, рука которого невольно взметнулась к застрявшему в щели шарфу, полностью выдавая его.       Темные брови слегка приподнялись, и на лице Эдварда застыло выражение отстраненного любопытства. Даже уголки губ слегка дернулись вверх: похоже, он находил эту ситуацию крайне забавной.       — Как будто я не могу выйти ненадолго из ангара. Я же не в тюрьме, — тут же ощетинился гонщик, пытаясь принять как можно более непринужденную позу. Впрочем, затекшее от неудобного положения тело слушаться отказывалось, и даже эти движения выглядели довольно неуклюжими.       — Я вижу, — очень медленно произнес Эдвард, продолжая пристально смотреть на него. — Я очень не хотел бы мешать твоей… прогулке, Руэри, но я устал. Позволишь мне пройти? — он качнулся вперед и плавным, даже немного демонстративным движением открыл защелку, которая, как оказалось, упала, когда дверь с силой захлопнулась.       Эдвард мягко, но уверенно потянул дверь на себя, заставляя Рори отодвинуться. Шарф выскользнул из щели, снисходительно хлопнув гонщика по руке, и механик невозмутимо прошел в уютное тепло ангара.       Рори застыл, изумленно глядя перед собой.       — Черт побери, защелка… как я мог про нее забыть?!