Instead of Life

Стоило пальцу нажать на курок - Мозг получил бесполезный урок Другой пистолет сразу врезался где-то Тебе в спину, это - последний звонок. Слот – Пуля Наверное, в прошлой жизни я страсть как любил скорость, потому как сейчас, вдавливая педаль газа и сжимая руками руль дорогой машины, принадлежащей Донхэ, я испытывал такой восторг и такое удовлетворение, какие мне не доводилось чувствовать за всё то время, проведённое на земле в обличье демона. Пусть даже вся моя «демоническая сущность» проявлялась лишь в том, что я мог слышать больше, чем нужно, видеть лучше, не испытывать сонливости, а ещё быстро регенерировать, что я обнаружил у себя совсем недавно, когда резал на кухне овощи и случайно полоснул себе лезвием ножа по пальцу. На удивление, боли вообще практически не было, а слезшая кожа сразу же отшелушилась, уступая место свежей розовой ткани, затянувшей тонкий порез прямо на глазах. Первое время я сокрушался мыслями, вроде: «И это всё?..», но затем понял, что и этих моих небольших «способностей» более чем достаточно. По сути дела, они мне были даже и не нужны, не говоря уже о том, что я отдал бы всё на свете за возможность спать каждую ночь. Но такая роскошь, увы, мне предоставлена не было, поэтому я и видел уходящего Реука, а потом прибежал на крики Донхэ. Донхэ, которого я, поддавшись какому-то непонятному порыву, осмелился сегодня поцеловать. Разумеется, от объяснений и всего прочего меня избавил звонок сообщившего плохие новости Кюхёна. Когда я вкратце объяснил опешившему и явно не соображающему хозяину квартиры сложившуюся ситуацию, он промямлил что-то вроде: «На Ёнгука можно положиться…», а затем неизвестно откуда вытащил связку ключей с брелком, на котором красовался логотип «BMW» и протянул мне. Когда я забрал ключи от машины и оторопело уставился на парня, тот уже отвернулся к окну и, вытащив из лежащей на подоконнике пачки сигарету, пытался подкурить от дрожащего в его руках огонька, испускаемого красивой блестящей «Zippo». Негласно мы решили оставить тему только что произошедшего поцелуя на лучшие времена, чему я был только рад, потому как давать какие-либо вразумительные ответы (и получать по морде) я на данный момент был не в состоянии. Пытаясь отбросить все ненужные мысли и пляшущие перед глазами воспоминания о поцелуе, я уверенно вёл машину, лихо лавируя на дороге и чудом избегая пробок. Хотя, какие пробки могут быть в без малого час ночи?.. - Я обиделся, - голос внезапно появившегося дьявола заставил меня вскрикнуть от неожиданности и, резко крутанув руль, съехать на обочину. - Твою ж мать, - отдышавшись, выругался я, - нахрена так делать?! - Я тебя о том же спросить собирался! – обиженно буркнул красноволосый, надув затем губы и скрестив руки на груди. Честно говоря, думать о причине его недовольства мне не особенно хотелось, а уж, тем более, учитывая тот факт, что я догадывался, в чём она заключается. - Вот не до тебя сейчас, честно, - отмахнулся я, намереваясь вновь вырулить на дорогу и, руководствуясь GPS-навигатором, доехать-таки до клуба, на задворках которого меня ждал Кюхён. - Неужели, тебе настолько жаль этого мальчика-нарика, что ты бросился его спасать посреди ночи? – с плохо скрываемой иронией поинтересовался дьявол. - Ещё не факт, что он попал в беду и его придётся спасать, - фыркнул я. - Как знать, как знать… - дьявол задумчиво пожал плечами. - Может, свалишь уже? Мне дальше ехать нужно. - И всё равно ты будешь моим, - с деланной обидой проворчал красноволосый, а затем исчез. До упомянутого Кюхёном клуба я добрался без приключений и испытал огромное облегчение, увидев на заднем дворе сидящего на бордюре парня. Подъехав поближе, я остановил машину и торопливо выбрался из тёплого салона. - Ты как вообще? – поинтересовался я, хотя это и было чистой формальностью, так как по одному только виду Кюхёна было понятно, что ему сейчас очень и очень хреново. Волосы сильно растрепались на ветру, лицо было бледным, как полотно, а сигарета в его пальцах дрожала. Стоило ему поднять на меня взгляд, как я непроизвольно сглотнул и закусил губу. Эти пронзительные тёмно-карие глаза сейчас казались совсем чёрными, и в них было столько боли и тихой ярости, что, казалось, дай только повод, и их обладатель за пару секунд разорвёт тебя в клочья. Видимо, огромных усилий ему стоило сейчас вообще просто оставаться на месте и ждать меня, вместо того, чтобы, очертя голову, броситься за своим любимым и размазать по стенке каждого, кто хоть пальцем дотронулся до его сокровища. Меня всё подмывало поинтересоваться: «А с чего вдруг резкая паника, ведь ещё ни чего не известно». Но конечности, честно говоря, были мне дороже любопытства. Однако спрашивать не пришлось: о интересующей меня проблеме Кюхён заговорил сам. - Это всё было просто грёбаной ловушкой, - тихо произнёс парень, - Рохос-старший хочет отомстить за смерть брата, а Сонмин ему в этом помогает… Упомянув имя так называемого «двойного агента», Кюхён вздрогнул и с силой швырнул окурок в сторону. - К счастью, - продолжил он уже более спокойно, - вычислить местоположение труда не составило, потому как Мин оставил один из старых телефонов при себе. Так что я отследил его, и теперь осталось только дождаться Ёнгука… Кстати о птичках. – Кюхён замолчал и посмотрел куда-то за моё плечо, загадочно ухмыляясь. Повернувшись, я увидел лихо выруливающий из-за поворота чёрный «Хаммер», направляющийся, видимо, в нашу сторону. Под моим заворожённым взглядом, внедорожник, грозно сверкая ксеноновыми фарами, описал дугу и резко затормозил, оставив следы шин на асфальте. Одновременно с громким хлопком, оповещающим о том, что из салона кто-то вышел и закрыл за собой дверь, Кюхён поднялся с бордюра. Выглядел он чуть более приободрённым, нежели несколько минут назад. Ёнгуком оказался высокий парень с каштановыми волосами. В принципе, внешне он ничем особенно не выделялся – ни лицом, ни стилем одежды. В моей голове проскочила неопределённая мысль о рэперах, носящих такие же, как и у него, мешковатые широкие штаны камуфляжной расцветки, чёрные борцовки, огромные белые кроссовки и массивную бижутерию. Не наблюдалось у «нового знакомого» только последней из перечисленных деталей: куча тяжёлых цепочек не свисала с него неподъёмным грузом. И лишь хорошенько приглядевшись, можно было заметить тоненькую неброскую ниточку серебра на шее парня и свисающий с неё маленький крестик. Быть может, как я уже заметил несколько мгновений назад, он внешне ничем особенным и не выделялся, но улыбка, с которой он приветствовал нас, была до того заразительной, что я еле-еле уговорил себя просто снисходительно кивнуть, а не стоять, как идиот, расплываясь в улыбке и пялясь на этого парня. И уж точно эта белоснежная улыбка, которую можно было бы назвать даже милой, ни разу не вязалась с низким грубым голосом, который поверг меня в шок, стоило Ёнгуку заговорить. - Привет, ребята, приехал, как только смог, - поздоровался он. Судя по такой фамильярности, Ёнгук по меньшей мере был со мной и Кюхёном в очень хороших отношениях. Хотя, по идее, глупо было и раньше не догадаться об этом: из всех, к кому можно было бы обратиться за помощью, Кюхён выбрал именно этого парня. - Нашёл плейс*, куда они Реука завезли? – обратился Ёнгук к Кюхёну, который сразу же кивнул, закуривая очередную сигарету. Вообще, судя по моим наблюдениям, курил парень довольно-таки нечасто: в день у него, в отличие от смолящего как паровоз Донхэ, уходила примерно одна-другая сигарета. Но вот на данный момент сигареты, по видимому, являются единственным, что хоть как-то удерживает Кюхёна от истерики, успокаивает нервы, ставшими сейчас оголёнными проводами. - Тогда загружайтесь – поедем на моей, - Ёнгук махнул рукой в сторону Хаммера. Машину Донхэ, не без сожаления, пришлось оставить на стоянке около клуба. Однако езда в салоне огромного внедорожника Ёнгука, пусть и на пассажирском сиденье, доставляла не меньшее удовольствие, чем вождение красавицы-немки, принадлежащей Хэ. Направлялись мы, кстати говоря, к какой-то старой, давным-давно закрывшейся текстильной фабрике, здание которой находилось чуть ли не за чертой города. Разумеется, по всем законам жанра нужный нам район был не самым респектабельным в Сеуле и, я бы даже сказал, что он скорее даже полузаброшенный, судя по обветшалым пятиэтажным домам, по изредка попадающимся детским площадкам с ржавыми скрежещущими качелями и по практически полному отсутствию людей на улицах. Многие фонари были разбиты, некоторые не горели просто так, и, в общей сложности, на целую улицу приходилось по три-четыре тусклых оранжевых шарика света. Так что, если бы не разрезающие тьму ксеноном фары, в этом месте было бы совсем уж жутко из-за сходства с какой-то зоной отчуждения. Мой «новый знакомый», который вёл машину, попутно разговаривая по телефону со снайпером, который должен будет прикрывать нас с чердака соседствующей заброшенной пятиэтажки, оказался практически из одной с нами касты. Вот только занимался парень оружием и его продажей. Себя же я чувствовал сейчас идиотом, изредка поддакивающим и качающим головой, как китайский болванчик. - В общем, - произнёс Ёнгук, нажав на какую-то кнопочку на держащейся на его ушной раковине мини-гарнитуре, - Дэхён сказал, что Реука держат, скорее всего, в подвале. Сколько народу внутри, сказать трудно, но снаружи, на входе в подвал, стоят двое. И ещё три человека по периметру. Одно радует – машины Рохоса не видно, поэтому охраны не так много… пока что. - Есть возможность подъехать как можно ближе и остаться незамеченными? – спокойно поинтересовался Кюхён. - Сейчас будет, - кивнул Ёнгук и снова надавил на кнопку: - Дэхён, как там? Хорошо, мы заезжаем. - В общем, он убрал охрану с периметра, нам остались только те, что внутри. Разбирайте оружие, мы почти приехали, - оповестил Ёнгук и в очередной раз крутанул руль, сворачивая с асфальта на покрытую сухой пожелтевшей травой обочину. Буквально через пару минут мы уже подъехали с тыла к зловеще возвышающемуся в свете фонарей зданию. Сжимая пистолет правой рукой, левой я открыл дверь со своей стороны и, стараясь сильно не шуметь, вышел из машины. Кюхён с Ёнгуком проделали то же самое, и затем мы осторожно двинулись за последним: ему по связи давал указания наблюдающий за ситуацией сверху снайпер. Учитывая то, что у каждого из нас троих было огнестрельное оружие (Кюхён вообще автомат прихватил), мы могли преспокойно двигаться в открытую, однако эффект неожиданности должен подействовать лучше, чем дерзкое «напролом». Даже зная, что впереди нас ждут только двое охранников. Пока что только двое, ведь никто из нас не знал, сколько их там, внизу. Здание пришлось обходить. Да, подъехали мы сзади, но это было в целях предосторожности на случай, если мы не успеем смыться до того, как заявится Рохос, а зайти, по словам Дэхёна, лучше всего было с главного входа. Так получится тише – не придётся бить окна раньше времени и не создавать лишнего шума. И вот незапертая дверь тихо отворилась перед нами и мы, один за другим, прошмыгнули в помещение, освещаемое лишь светом луны и фонарей сквозь разбитые окна. Ёнгук шёл первым, держа в каждой руке по пистолету с заранее привинченными к ним глушителями, за ним двигался я, последовав его примеру и взяв себе пистолет, спрятав заведомо ещё один во внутренний карман куртки, и замыкал нашу процессию Кюхён с автоматом наперевес. Перед тем, как завернуть за очередной угол, Ёнгук жестом приказал нам остановиться. Тут же я понял, почему: из-за стены раздавались голоса – видимо, охранники о чём-то переговаривались. Никого не предупредив, Ёнгук резко вырулил из-за угла и, расставив руки в стороны, выстрелил из обоих пистолетов сразу. Точное попадание: оба охранника завалились на стену и медленно сползли по ней на пол, заливая свои лица кровью из зияющих дыр во лбах. - А вот теперь быстрее, - тихо сказал Ёнгук. А Кюхёну, видимо, только этого и надо было: резко дёрнув на себя железную дверь и прошипев сквозь зубы: «Ну держись, падла», парень бросился вниз по лестнице, держа перед собой автомат, готовый в любой момент расстрелять любого, кто причинил вред его сокровищу. Мы, естественно, сразу же последовали за ним и вскоре оказались в довольно-таки просторном подвальном помещении с бетонным полом и веющим со стен холодом. Я сразу же почувствовал, что что-то не так, что тут есть какой-то фактор, отличающий это помещение от привычного мне мира. Но этот фактор то ли явно не хотел, чтобы о нём знали, то ли просто сдерживал свою энергетику, мешая тем самым распознать её, однако результат от этого не менялся: я не мог понять, что это такое и откуда у меня необъяснимое странное ощущение. Кроме нас троих, в помещении было ещё пятеро человек: трое мужчин-мулатов, похожих друг на друга как три капли воды, подвешенный за кисти рук на свисающие с потолка цепи, израненный, но, слава Богу, живой Реук и стоящий рядом с ним миловидный парень с симпатичным лицом и чёрными как смоль волосами. Когда он повернулся к нашей внезапно появившейся троице, ощущение того, что что-то явно не так, усилилось в десятки раз, и я, дабы не запороть всю операцию, достал второй пистолет из кармана и направил оба «ствола» на двух из трёх стоящих рядом и тоже успевших достать оружие близнецов. Ёнгук последовал моему примеру и держал на мушке третьего мулата, а Кюхён, как будто не замечая ничего вокруг себя, переводил взгляд с брюнета на Вукки и обратно. - Здравствуй, Кю, - приторно улыбнулся брюнет. - Сдохни, сука продажная, - прошипел Кюхён, и раздалась первая серия выстрелов. * плейс (англ. place) - место (хрен знает, может, кто-то в танке :D)