Темные Лорды и их темные тайны

Когда Гарри попадает летом 1942 года в Лондон, он не видит различий со своей реальностью, поэтому воодушевленный собирается устраиваться преподавателем в Хогвартс, рассчитывая, что так он лучше всего справится со своей миссией. Когда у него начинается лихорадка, Гарри все сваливает на простуду и выпивает бодроперцевого. Когда ему становится лучше, и он начинает ощущать странные запахи, исходящие от людей в Косом переулке (от кого-то, конечно же, приятные, а от кого-то, напротив, раздражающие), он начинает что-то подозревать. А когда он наконец-то замечает большое количество однополых пар для такого времени, до него наконец доходит, что нужно проверить, куда он попал. Гарри скучает по Гермионе. Но Гермионы с ним нет, так что приходится самому искать ответы на вопросы. По обрывкам информации в виде газетных статей и подслушанных разговоров, он понимает, что примерно и где искать, и находит. Гарри узнаёт, что этот мир не отличается от его собственного, кроме маленькой детали - половой принадлежности. После долгого анализа Гарри понимает, что это не про трансгендеров, а школьные учебники анатомии разъясняют ему здешний факт о пестиках и тычинках. Так Гарри узнает об альфах, омегах и бетах. После такого открытия Гарри прошерстил историю магглов и волшебников. Насколько хватало его скудных знаний - история не особо отличалась. В данное время, например, так же шла Вторая Мировая война у магглов в Европе, а волшебников терроризировал Гриндевальд. Значит, будущее будет аналогичным, за редким исключением, пришёл к предварительному выводу Гарри. Ранее он предусмотрел своё возвращение через год при определенном астрономическом явлении, когда временное пространство особенно искривлялось. Однако теперь, после того, как он оказался в другой реальности, а не другом времени, Гарри осознал свою ошибку в расчётах (во время учёбы в Хогвартсе нужно было выбрать арифмантику) и не представлял, какие расчеты должны быть, чтобы вернуться. Во-первых, ему нужна была мощная библиотека, во-вторых, ему необходима была помощь специалиста-арифманта. И то, и другое он найдёт в Хогвартсе, так что даже если он захотел бы оставить проблему здешнего Волдеморта на здешнего Гарри Поттера, ему все равно нужно в Хогвартс. Гарри решил проблему средств к существованию ещё у себя: перевёл деньги из хранилища в Гринготсе в золото и драгоценности, упаковал их в мантию-невидимку и взял с собой, а поддельные волшебные документы приобрёл здесь. Теперь его звали Генри Дельфино, маглорожденный американец британского происхождения, 26 лет, бета, холост. С аттестатом Ильвермони возникли кое-какие трудности, но и те были решены, так что Гарри подал пакет документов как соискатель на место преподавателя ЗОТИ в Хогвартс. Заплатив кому нужно, чтобы за него замолвили словечко, Гарри твёрдо намеревался заполучить эту должность, поэтому после собеседования с директором Диппетом, он получил сову с приглашением на работу в Хогвартс. Большой зал такой же, как в его время, только на детях мантии более свободного кроя, а Альбус Дамблдор молодой и, что самое важное, живой. Гарри все время косился на него, впрочем, это было удобно, так как их места были соседними. Дамблдор заметил его внимание, и его глаза сверкнули за очками-половинками. - Альбус, профессор трансфигурации, - представился он, - вы здесь уже неделю, а мы так и не познакомились лично, - улыбнулся он и протянул руку для рукопожатия. - Г... Генри, Генри Дельфино, сэр, - Гарри торопливо ответил на рукопожатие, - не сочтите моё внимание за грубость, я о вас много слышал, вы - великий человек, профессор. - Вы меня смущаете, я не сделал ничего выдающегося, - рассмеялся Дамблдор, - и вообще, зовите меня Альбус, мы теперь коллеги. - Я уверен, большинство ваших свершений ещё впереди, - сказал Гарри, проигнорировав последнее замечание, так как никогда не сможет обращаться к директору по имени. Кубок с напитком дрогнул в руках Дамблдора, глаза подернулись дымкой тяжелых дум, он отвернулся и замолчал. Гарри удивился, но ничего не сказал и принялся дальше рассматривать зал, избегая взглядом один из факультетских столов. Некоторые дети также рассматривали его в ответ и перешептывались. После распределения первокурсников по традиции директор изрёк свою приветственную речь, напомнил правила и представил ученикам Гарри: - У нас изменения в преподавательском составе. Наконец-то найден подходящий кандидат на место профессора Вилкост, которая давно хотела покинуть должность, так что теперь преподавателем защиты от тёмных искусств будет профессор Дельфино, не смотрите, что он так молод, - по залу прокатились смешки, особенно с грифиндорского стола, - он очень искусен, и у него есть большой опыт преподавания, поэтому прошу любить и жаловать, - послышались сдержанные хлопки, Гарри поднялся, чтобы слегка поклониться и посмотрел туда, куда избегал смотреть все это время. Он глядел прямо на него, и, когда поймал взгляд Гарри, улыбнулся и начал аплодировать вместе со всеми. Сердце Гарри словно остановилось, а затем забилось с утроенной силой, в легких резко закончился воздух, и он на ватных ногах медленно опустился на стул, направив остатки сил на то, чтобы отвести взгляд. - Как вы? Выглядите бледным, - поинтересовался Дамблдор. - Все нормально, - хрипло ответил Гарри, - просто страх сцены. - Понимаю, - сказал Дамблдор. Зря он сюда сунулся, костерил себя Гарри, он не сможет видеть его каждый и ничего не делать. Он уже знал, что будет следить за ним, как когда-то за Драко, потому что думал, что Драко что-то замышляет. Он будет цепляться к нему, ненавидеть его, изводить его и этим изводить себя. Гарри сжал кулаки под столом и почувствовал, как огненный жар поднимается из его груди по шее, лицу и оседает в голове, откуда по сосудам разносится по всему телу. Это снова была лихорадка, кости свело, нос забился, и ко всему добавилась тяжесть в животе. Гарри дождался окончания ужина и, выловив колдомедика, попросил нужные зелья. Когда обессиленный Гарри заснул, содрогаясь в лихорадке, ему приснилась улыбка Тома Реддла, приклеенная на его утонченном лице и не затрагивающая глаз. Улыбка превратилась в оскал, лицо обезобразилось, исказилось, красивые темные глаза налились краснотой, кожа натянулась на костях черепа и побелела, нос втянулся, и перед Гарри предстал Волдеморт, восседающий во главе слизеринского стола. Он также аплодировал Гарри Поттеру и ухмылялся.