Suit for a hero

      — Чудесная Ледибаг, — вопит из последних сил красная в пятнах героиня и подкидывает вверх свой талисман удачи. Сегодняшний бой был долгим, тяжелым и изматывающим, и Маринетт до смерти устала. Не только от боя, хоть он и был той соломинкой, что ломает спину верблюда. Проблемы все никак не оставляли Ледибаг в костюме и без. Проблемы, проблемы, проблемы. Проблемы дома, проблемы в школе, проблемы в отношениях. Проблема с Котом. И теперь вот это.       Великое исцеление не сработало. Опять. Ну не то чтобы совсем не сработало. Почти сработало. Но вот от этого «почти» считающей себя ответственной за город Ледибаг было настолько плохо морально, что было почти плохо физически.       Здания восстановились, но остались вмятины и трещины. Люди вылечились, но у некоторых еще остались синяки и переломы. Но хотя бы вроде бы все живы, и никто не пропал.        И вроде она даже не одна, и у нее есть поддержка. Героиня оглянулась. Стыдливая улыбка Кота, наглый взгляд Рены Руж, спокойная поза Карапаса, делано высокомерное лицо Квин Би. Почему же ей так горько?! Ей не надо было себя обманывать — она отлично знала причину. Черную как ночь и быструю как ртуть причину. Все было не так, все было не так как надо. Продолжается уже минимум месяц, кажущийся ей вечностью, и непонятно, что вообще с этим делать. Вот она — цена ее вспышки раздражения. Но вот почему это вылилось в такое?!       Ледибаг махнула рукой — ей было не до жеста победы, и не было того, кто ей был так сейчас… Она сглотнула. Ледибаг сопровождает временных героев до их улиц, забирает талисманы и исчезает во тьме парижской ночи. Пока-пока, герои Парижа. Вот наконец ее балкон, можно наконец поговорить с той последней, с кем она еще может поговорить.       — Пятна убрать. Тикки?       — Да, Маринетт?       — Тикки, ты как и почему опять не работает как надо?       Красная квами беспомощно развела руками.       — Маринетт, ты…       Несвязное бульканье вырвалось изо рта квами.       — Поня-я-тно, — протянула героиня. Квами вздохнула:       — Я не могу сказать. Скажу только, что мы обе виноваты, точнее не последнюю роль тут сыграла тайна личности, но, может, книга поможет тебе понять…       Маринетт раздраженно прошлась из угла в угол.       — Да кто ее вообще может прочитать? Там все зашифровано с китайского на китайский, вроде ключ Мастер Фу оставил, но я-то китайского не знаю, да и вообще где мне найти того, кому я могу доверять?       Тикки пожала плечами.       — А у тебя много знакомых, на кого ты можешь положиться, и кто знает китайский?       — Тикки, — почти в священном ужасе прошипела Маринетт, отлично понимая намек, — я же с ним даже говорить не могу. Да и, — Маринетт вспомнила и многократное «просто друг», и свидашки Адриана с Кагами, — не особо хочу.       — Ну, — квами еще раз пожала плечами, — реши, что тебе важнее. Твой негатив или все остальное. И потом в чем именно проблемa, Маринетт — не может говорить с Адрианом? Ладно. Ну, допустим. Но ведь ей и не надо. Надо-то говорить не ей. А Ледибаг.       Маринет вздохнула. Как Ледибаг она могла все. Она перевела взгляд на отдельно лежащую коробочку на столе. Точнее, с недавних пор, почти все.       Дурная, на первый взгляд, идея, высказанная ее квами, может, и не была такой дурацкой. И надо идти сейчас, пока она не поддалась сомнениям, слабости и не передумала…       Маринетт вскочила.       — Тикки…       — Маринетт, но не прямо же сей…       — Тикки, пятна!

***

      Недолгая прогулка по ночному городу привела ее к идеальному мальчику, к тому, о ком она мечтала и днем и ночью. К ее удивлению, балкон был занят. Прыжок, приземление, она на балконе, на котором уже стоит идеальный мальчик и взглядом, полным тоски, смотрит на ночной город. Нет, определенная доля грусти почти всегда была в его взгляде, но вот сейчас, собственно, кроме нее ничего и не было.       Маринетт неожиданно вспомнила, что последние недели Адриан выглядит… Каким-то не таким, как обычно.       Смертельная тоска во взгляде уменьшилась, взгляд стал почти нейтральным, и тоска в нем смешалась с небольшой долей интереса.       — Добрый вечер, м… Ледибаг. Что привело героиню Парижа на мой балкон? Если я правильно помню новости, нападение акумы было уже час назад, а они редко бывают одно за другим. К тому же, — он пожал плечами, — Аспик из меня вышел тоже так себе.       — Тоже? — зацепилась Маринетт за оговорку.       На лице Адриана на долю секунду мелькнуло что-то непонятное, но тут же исчезло, и он просто пожал плечами.       — Идеального сына из меня не получается. Хорошего бойфренда — никак, даже в перспективе. Великого фехтовальщика — тоже. Модельная карьера меня интересует слабо. В общем, не то чтобы сплошные неудачи, но и особых успехов как-то не видно. Так что неудивительно, что и супергерой из меня вышел не очень удачный.       Странный образ мыслей. Особенно, если для самой Маринетт Адриан Агрест выглядел ходячим символом удачи, богатства и красоты. Впрочем, для размышлений об этом сейчас не время. И для размышлений о плохом бойфренде. И для размышлений о карьере модели. Она сейчас и здесь пришла ради другого.       — На самом деле, мне нужна помощь в одном деле. Помнишь книгу из сейфа твоего отца?       — Пропавшую?       — Ну да. У меня есть ее копия, шифр и ключ к нему, но она на китайском, — Ледибаг пожала плечами, — в последнее время мои способности действуют странно, как будто в полсилы, и мне хотелось бы понять причину…       — А-а-а, — протянул Адриан. — Ну, хорошо. Помогу. Пошли внутрь и давай свои записи.       Ну, вроде неплохо. Энтузиазма, как раньше перед Ледибаг, Адриан не проявил, но гнать ее тоже не стал.       Адриан, стараясь не думать слишком много, что вот она здесь, рядом, и можно даже на нее спокойно смотреть, о том, как он дико соскучился по ее виду, и не было ли его спонтанное решение все-таки ошибкой. Ему повезло, что собственно текста о действии талисмана удачи было немного, и буквально после часа работы у него уже был примерный ответ.       Сначала Ледибаг стояла рядом с ним, потом села на диванчик, потом на нем заснула, потом он аккуратно ее уложил и накрыл пледом. Она была так близко и так неизмеримо далеко от него. И как бы он ни старался отвлечься, полностью его любовь так и не прошла. Он прочистил горло, привлекая внимание. Ледибаг проснулась, немного смутилась своему положению, но вот еще секунда, и она стоит рядом с ним, слушая его пометки.       — Если я правильно понимаю написанное, то проблем быть не должно. Талисман использует силу любви. Примерный перевод объяснений: «Нет силы сильнее, чем сила любви» или «Сила любви всегда сильна». Имеется ли в виду любовь к Ледибаг от владельцев талисмана, в первую очередь Кота, как основного партнера, любовь Ледибаг к народу, любовь самой Ледибаг — непонятно. Но, насколько я знаю, особых изменений в этом не было, несмотря на то, что, насколько я видел, сменился Кот. Разве это не тот Кот, которого ты хотела, Ледибаг? Он любит тебя, — непонятный, неуместный здесь горький смешок слетел с губ Адриана, но Маринетт была слишком поглощена собой, своим неожиданным озарением, чтобы ответить Адриану. Тот не дождался ответа и тут же продолжил: — Видимо, это так у всех Котов. Тебя же явно тяготил прошлый напарник, которого ты не менее явно не любила. Так что ничего не поменялось. Нет, есть еще вариант, но, — он покраснел и покосился на обтягивающий всю ее в том числе и живот, костюм, — но поздние сроки беременности обычно видны. А под твоим костюмом такое не скрыть.       Выражение лица Ледибаг сначала стало нечитаемым, а потом она подавила смешок.       — Ну, это очень вряд ли. Хоть мое имя и созвучно, я все же не Мария.       — Так что, — пожал плечами все с тем же деланным безразличием Адриан, — я не понимаю. Не писали же они в самом деле про взаимную любовь. Которой просто нет, — почти прошептал парень. В любое другое время Маринетт стало бы до жути интересно, о чем он думает, но он замолчал, и ее поглотили собственные мысли, собственное пришедшее в голову озарение. Молчание стало тяжелым и напряженным, и наконец она смогла его прервать.       — Спасибо. Я, наверно, пойду. Ты мне очень помог.       Адриан кивнул.       — Не за что, будут еще вопросы — заходи. Он проводил свою гостью до балкона. Ледибаг кинула йо-йо, вылетела с балкона и исчезла.

***

      Маринетт молчала. Молчала, пока летела домой. Молчала, пока приземлялась к себе на крышу. Молчала, пока заходила в комнату. Молчала, пока снимала трансформацию. Молчала, глядя на появившуюся Тикки. И только когда та поела, смогла наконец прервать молчание.       — Тикки, я дура, да? Почему я сама не поняла?       — Ты молодая девушка, Маринетт. Молодая красивая девушка, и не всегда у тебя было время… и желание правильно оценить ситуацию. Ты можешь упускать определенные вещи.       — Ты могла предупредить!       — Я не могла сказать прямо. А намеков было достаточно.       Маринетт упала на кровать и стала перечислять.       — Цвета мороженного после нападения Лединатора. Я так хотела видеть в намеках Адриана, что не увидела Кота. Даже после чудесного, пусть и короткого свидания. Темный Купидон. «Поцелуй Любви». Как можно было быть такой слепой и отвергать собственные чувства? Но, — Маринетт прислушалась к себе, чувства к Адриану немного запорошила пыль, но они там были.       — Тикки, но Адриана тоже… Тикки, я такая испорченная?       Тикки усмехнулась той усмешкой, что может себе позволить существо, прожившее несколько тысячелетий.       — Важно не это, Маринетт. Важно то, что тебе нужно вернуть Кота. Своего Кота.       — Два миллиона двести тысяч человек живут в Париже, Тикки. Два миллиона человек.       — А из них тебе нужен только один. Подходящие шансы для символа неудачи. Кот сможет. И рано или поздно придет к тебе.       — Но ведь, Тикки, — Маринетт показала на возвращенное сегодняшним временным Котом кольцо, — он больше не Черный Кот.       — Девочка моя, — усмехнулась символ удачи, — неужели ты до сих пор думаешь, что героя делает костюм?