Ин и Ян

      Сяо Синчэнь уже больше минуты молча изучал текст пришедшего сообщения, снова и снова пробегая глазами по экрану телефона. На лице даочжана читалась легкая озадаченность человека, который так-то спокойно относился к разного рода неожиданностям, однако конкретно эта, казалось, не вписывалась в его картину мира.       — Похоже, на завтра у меня все-таки нет никаких дел, — неуверенно сказал он, отходя от своей задумчивости. — Сун Лань попросил отменить встречу, у него… к нему вдруг приехали родственники. И, кажется, задержатся они надолго.       — Надолго — это насколько? — якобы без особого интереса спросил Сюэ Ян.       — Он пишет, что месяца на два-три… Может быть, дольше, — Сяо Синчэнь нахмурился. — И это странно. Насколько я знаю, Сун Лань не особо близок с этими людьми, родство ведь достаточно дальнее. Они разве что созваниваются при случае, но и то нечасто. А тут эти родственники вдруг раз — и приехали, да еще и без предупреждения. Сун Лань сказал, что они попали в трудную ситуацию, и что кроме него, обратиться им не к кому.       — В таком случае, со стороны Сун Цзычэня очень благородно прийти им на помощь, — сказал Сюэ Ян с затаенной улыбкой. Хотя только братья сейчас уловили бы в его голосе эту тщательно скрываемую насмешку. Сяо Синчэнь же услышал лишь уважительную и даже одобрительную интонации. — Далеко не каждый на такое способен. Особенно, когда речь идет о дальней родне.       Сяо Синчэнь снова посмотрел на уже погасший экран.       — Безусловно, помощь родным — дело важное и нужное, — задумчиво и как будто невпопад произнес он. — Но мне кажется, Сун Ланя сейчас хотят просто использовать, чтобы потом снова забыть о его существовании. Конечно, это еще не повод отказывать в помощи тем, кто в ней нуждается, но… Мне за него обидно. Эти люди ведь его родственники. Почему они так эгоистично поступают? Почему так не похожи на самого Сун Ланя? Он ведь совсем не такой.       — Даочжан, в дела семьи лучше не вмешиваться тем, кто к ней не принадлежит, — мягко проговорил Сюэ Ян. — Ты ведь ни разу не видел родственников Сун Цзычэня, и совсем не знаешь их. Поэтому как ты можешь говорить наверняка, кто они, и что у них на уме? Разве для этого достаточно одного только факта, что раньше они мало общались с Сун Цзычэнем, а сейчас вдруг нагрянули с визитом? У них ведь могли быть более чем веские причины для таких редких встреч и звонков. И их нынешний внезапный визит тоже может быть оправдан. Так ли уж невероятно, что они сейчас переживают сложные времена и не могут справиться со своими проблемами в одиночку? А к своему дальнему родственнику решили обратиться просто потому, что всех ближайших уже обошли и везде встретили отказ. Твой друг может быть для них буквально последней надеждой: если он им не поможет, то дальше им останется только просить милостыню у совсем уж посторонних людей на улице. И почему родственники Сун Цзычэня обязательно должны его использовать? Может же быть так, что в благодарность за помощь они теперь постоянно будут ему названивать и предлагать что-то в ответ? Согласен, это очень оптимистичный вариант, но может же такое быть? А ты сразу о плохом подумал. Обычно только я этим занимаюсь, я в принципе недоверчив. Но даже я сейчас предположил что-то хорошее, а ты совсем нет. Ай-яй-яй, и это благородный даочжан.       Сяо Синчэнь пристыженно покраснел — совсем как пятилетний ребенок, которого родители поймали за кражей конфет из буфета. Сюэ Яну при виде такого слепого простодушия стало даже стыдно. Он ведь сам не так давно пытался открыть даочжану глаза на окружающую действительность, а сейчас своими же руками обратно надевал на него все те же розовые очки. Сяо Синчэнь был абсолютно прав, подозревая родственников Сун Ланя в эгоизме, нахлебничестве и желании решить свои проблемы за чужой счет. У Сюэ Яна не было никаких сомнений в этом; высказанное им предположение могло оправдаться разве что в одном случае из тысячи, а то и из сотен тысяч. Очевидно же, что родственники Сун Ланя были эгоистичными людьми со слабо развитой совестью. На это указывал уже тот факт, что они приехали без предупреждения: все-таки действительно приличные люди так обычно не поступают. А вот эгоисты — вполне. А что же до этой их «трудной ситуации»… Скорее всего, она описывается так: «Денег нет, но работать не хочется». Очень сложная проблема, справиться с которой, разумеется, под силу одному только Сун Ланю, обремененному излишним благородством. А главное, что состоящему при деньгах: все-таки декан престижного университета по определению должен был получать более чем приличную зарплату. А что ему с такой большой суммой одному делать? В банк отдавать, чтобы эти деньги там просто лежали? Нет уж, пусть лучше делится с нуждающимися! Наверняка именно такими мыслями и руководствовались предприимчивые родственники Сун Ланя, когда снаряжались в путь. Придумали себе только историю поубедительней и послезливей, и вперед.       Причина, по которой они активизировались именно сейчас, а не раньше, в принципе, была ясна. В должности декана Сун Лань состоял всего второй год — не так уж и много. В силу своего нелюдимого характера он вряд ли хвастался направо и налево своими успехами, и дальнюю родню, с которой не поддерживал частых связей, тоже едва ли посвящал в такие подробности. Так что узнать об его улучшившемся финансовом положении они смогли бы только из слухов, а те когда еще дойдут. Отсюда и задержка. Кроме этой причины, могла быть еще и другая: все-таки приезд в преддверии Нового Года имел свои плюсы для беззастенчивых нахлебников. Так и отказать в просьбе будет сложнее, и задержаться получится подольше. Не на два месяца, а на все четыре, и все под предлогом семейного праздника и необходимости чтить традиции. Этим же наверняка объясняется и неожиданность приезда: таким образом Сун Ланю не оставили возможности подумать и подобрать вежливые причины для отказа.       Для Сюэ Яна все было очевидно, однако даочжана он в свои выводы посвящать не хотел. Разумеется, ведь тогда время, которое Сяо Синчэнь мог бы уделить ему, перейдет другому, а ему этого не хотелось. Сун Лань и так уже третий раз за неделю звал куда-то своего друга! Даже одного такого приглашения было бы слишком, а тут сразу три! Раз деньги девать некуда, пусть тогда тратит их на своих малосознательных родственничков, а про Сяо Синчэня и думать забудет. Сюэ Ян не собирался сочувствовать своему сопернику — пускай тот сам разбирается со своей жизнью. Его родственники, его и проблемы. Хватит и того, что Сюэ Ян сам ему неприятностей не доставлял, хотя мог бы.       Причина такой бездеятельности, правда, заключалась не в благородстве. Разве что если частично: все-таки Сюэ Яну отнюдь не хотелось, чтобы его даочжан расстраивался лишний раз, а проблемы друга точно должны были огорчить сострадательного Сяо Синчэня. Кроме того, он не мог допустить, чтобы даочжан отвлекался на Сун Ланя больше, чем уже есть. Но все же в большей степени Сюэ Ян в данном случае руководствовался соображениями осторожности. Деканат сейчас особенно пристально смотрел в его сторону: на днях из университета уволился Ван Юн, тот самый преподаватель экологии, который не так давно подавал на общеизвестного хулигана жалобу. На самом деле, Сюэ Ян и правда был причастен к этому увольнению, однако не в том смысле, в каком все могли подумать. Просто в ответ на просьбу учителя Ван о перемирии (к которой присоединилась просьба припугнуть шантажистов) он выдвинул именно такое условие. Так что Ван Юн, можно сказать, ушел по своей инициативе. Однако со стороны могло показаться, будто главарь хулиганов Сюэ Ян довел «беднягу» до увольнения. Так что, конечно, не стоило сейчас делать каких-либо опрометчивых шагов. Лучше было и дальше изображать из себя безобидного паиньку на больничном, а посягательства на даочжана сносить молча.       Вот только если уж сейчас появилась столь удачная возможность отвлечь конкурента, Сюэ Ян не собирался ее упускать. Поэтому о чувстве вины он забыл быстро. Тем более, что никакой лжи в его словах сейчас не было. Что он такого сказал? Просто предложил Сяо Синчэню посмотреть на ситуацию под другим углом, но не говорил при этом, что те люди и правда на все сто процентов невинные овечки. Сюэ Ян лишь чисто теоретически это предположил, пусть и преследовал при этом свои цели. Так что все в порядке.       — Твоему другу виднее, что представляют собой его родственники. И ему явно лучше знать, как поступить в этой ситуации, ведь именно он сейчас в ней непосредственно находится. Поэтому пусть лучше сам решает свои семейные дела, не стоит в это вмешиваться, — голос Сюэ Яна звучал успокаивающие и очень убедительно. — Если же ему понадобится твоя помощь, то он обязательно позовет тебя, вы же хорошие друзья. Но пока он твоей помощи не просил, верно?       — Нет, — даочжан покачал головой. — Сказал, что сам справится.       — Ну вот. А без спросу зачем лезть? — Сюэ Ян небрежно махнул здоровой рукой. — Так только навредить можно. Поэтому не забивай себе пока этим голову, даочжан, всему свое время. Давай сейчас лучше подумаем о планах на завтра. Раз уж старые отменились, надо найти им замену. Как насчет поездки в мой приют? Ты ведь уже давно собираешься туда заглянуть, хочешь привезти детям какие-нибудь игрушки и помочь им с уроками, ну или просто посидеть с ними. Откладываешь только из-за дел. Но не до бесконечности же так делать? Почему бы не поехать завтра? Пока у нас обоих есть свободное время, а то потом неизвестно еще, что будет.       Сяо Синчэнь сразу отвлекся от своих недавних раздумий и даже немного посветлел лицом, переключившись на новую тему. «Как ребенка развел», — мысленно вздохнул Сюэ Ян. Сперва пристыдил, потом убедил, что Сун Лань при необходимости и сам попросит о помощи, поэтому нечего о нем попусту переживать, а затем сразу указал на тех, кому помощь точно будет нужна. И ничего не заподозривший Сяо Синчэнь быстро отвлекся на новую благотворительность, а о проблемах друга на какое-то время забыл. Эх, наивный даочжан… Как же просто его обмануть. Вот как ему без Сюэ Яна выжить? Кто ему поможет — такой же по-глупому благородный Сун Лань? Ага, как же, того и самого уже развели. Нет уж, без Сюэ Яна даочжан никак не сможет обойтись!       Остаток субботнего вечера прошел хорошо: Сяо Синчэнь работал, а Сюэ Ян лениво листал свои учебники и время от времени начинал краткие беседы, развлекая даочжана. Ближе к девяти часам тот начал собираться домой — там у него еще оставались дела. Из-за них он пока так ни разу и не оставался у Сюэ Яна на ночь, разве что только уходил теперь в более позднее время.       — Завтра приду около десяти утра, — пообещал Сяо Синчэнь, неспешно одевая куртку. — Помогу тебе собраться, а потом поедем в приют.       — Да можно и раньше, ты все равно никого не разбудишь, — пожал плечами Сюэ Ян. — У братьев завтра смена, они встанут еще до семи. А Лань Ванцзи вообще в пять утра привык просыпаться, даже в выходной. Дядя его так приучил. Этот дядя вообще немного с причудами.       Прозвучало как: «Он немного с приветом».       — А ты во сколько собираешься встать? — Сяо Синчэнь с мягким осуждением покачал головой, однако решил никак последние слова Сюэ Яна не комментировать.       — Да хоть в пять, мне много спать не надо, — флегматично ответил тот.       — Нет, в пять рано, — закончив со своей одеждой, Сяо Синчэнь подошел к Сюэ Яну и аккуратно поправил чуть сбившийся воротник его рубашки. При этом даочжан мимолетно коснулся изгиба его шеи; прикосновение вышло недолгим и нежным, а отчасти даже дразнящим.       Сюэ Ян невольно наклонил голову вбок, чтобы продлить это ощущение. Ему понравилось.       — Лучше в восемь, — с легкой улыбкой сказал Сяо Синчэнь и столь же непринужденно пригладил какой-то вихор на голове у Сюэ Яна. Хотя по факту получилось, что даочжан просто погладил его по волосам, совсем как большого кота. «Коту» это понравилось еще больше. — Не рано и не поздно. Заодно и позавтракаем вместе.       — Отличный план, — довольно усмехнулся Сюэ Ян. — Обязательно так и сделаем. А если кто-то попробует нам помешать, то я сделаю из него салат.       — Все шутишь, — улыбнулся Сяо Синчэнь.       — Шучу, — подтвердил Сюэ Ян. — Братьев я в любом случае не трону, Лань Ванцзи, так и быть, тоже. О тебе и говорить нечего. А вот насчет остальных вопрос открыт.       Даочжан терпеливо вздохнул и только хотел что-то сказать, как в прихожую влетел встрепанный и раскрасневшийся от мороза Сюаньюй. Увидев даочжана, он ойкнул и постарался по-быстрому привести себя в порядок.       — Ты уже уходишь? — спросил младший брат у Сяо Синчэня. И он, и А-Ин в последнее время начали обращаться к даочжану на «ты», а иногда даже просто по имени его звать. Хотя в университете А-Ин наверняка придерживался официального тона, чтобы не выставлять напоказ свою близость с преподавателем.       — Я еще должен успеть выгулять собаку соседа, — извиняюще улыбнулся Сяо Синчэнь. — Он уже ищет, кому бы передоверить эту задачу, но пока результата нет.       — А сам как же? — возмутился Сюаньюй.       — Он перенес инсульт, — вздохнул даочжан. — Около двух лет назад. Даже по квартире теперь с трудом передвигается, а про улицу и говорить нечего. Дети навещают его только днем, поэтому вечером гулять с собакой некому. А отдавать ее в чужие руки, даже если это руки детей, выше его сил. Он ведь прожил с ней больше десяти лет.       «Поставил бы собаке лоток, чего ее по три раза в день выгуливать?» — недовольно подумал Сюэ Ян. Однако высказывать свой вариант вслух не стал: знал, что даочжан все равно не согласится. Конечно, ведь этой блохастой животине еще нужно хорошенько размять лапы, разве можно оставлять ее без вечерней прогулки? Тьфу. Как же Сюэ Ян все-таки не любил собак, ничего хорошего от них он не видел. Сначала одна такая зверюга серьезно покусала А-Ина, теперь другая вмешивалась в его жизнь. Неприятно.       Тепло попрощавшись с ними, Сяо Синчэнь вышел из квартиры. Какое-то время по ту сторону двери еще раздавался его голос — он разговаривал с чуть припозднившимися А-Ином и Лань Ванцзи. Они побеседовали немного, после чего Сяо Синчэнь ушел уже окончательно.       — Привет, Ян! А-Юй, тебе тоже привет-привет, мы целых пять минут не виделись! — бодро затарахтел А-Ин, едва только появился в прихожей вместе с Лань Ванцзи. — Это очень много, за такое количество времени кое-что уже успело измениться. Мы с Лань Чжанем сегодня будем ужинать только вдвоем, у нас романтик. Он наметился внезапно, но я решительно намерен сделать все по высшему разряду!       Старший брат, пока говорил, быстро скинул с себя верхнюю одежду и так же небрежно сбросил с ног обувь. По привычке все раскидав, он нетерпеливо побежал на кухню, а Лань Ванцзи с выражением бесконечного терпения на лице принялся убирать все по своим местам.       — Сянь-гэ такой небрежный, — вздохнул Сюаньюй, присоединяясь к этой уборке. Он поднял с пола чужие перчатки, шапку, положил их в шкаф и продолжил: — Лань Ванцзи, поругай его как-нибудь, а то совсем разбалуется.       — Это мелочи, — спокойно возразил Лань Ванцзи. Он повесил чужую куртку в шкаф и начал снимать свою. — Глупо ругаться из-за них. Тем более, Вэй Ин и сам старается стать более аккуратным. Но это долгое и трудное дело. Не стоит ждать, что привычки изменятся за один день или месяц.       — Лань Ванцзи, ну нельзя же быть таким… Ну, таким классным! — Сюаньюй покачал головой, а потом хихикнул. — Гляди, таких идеальных все время расхватывают на лету, а иногда даже без спросу! Сянь-гэ точно никогда от тебя не отстанет, обязательно насовсем к рукам приберет. А мы ему в этом только поможем! Я предупредил!       Сюэ Ян хмыкнул, а Лань Ванцзи степенно кивнул. Мол, да я и не против, и вообще, сам никуда не уйду.       Когда они вошли на кухню, А-Ин уже вовсю возился там, перекладывая еду из кастрюль в тарелки.       — А-Юй, тебе что положить? — не поднимая головы, спросил он.       — Рыбу, — отозвался Сюаньюй, усаживаясь на свое место. — И разогрей ее еще.       — Эксплуататор маленький, — фыркнул А-Ин, но сделал, как просили.       Лань Ванцзи очень естественно включился в процесс приготовлений к ужину, и спустя недолгое время уже сам относил поднос с едой в комнату А-Ина. Сам же А-Ин занялся осмотром своего мини-бара. Хорошенько там покопавшись, он достал небольшую бутылку «Улыбки Императора». Насколько Сюэ Ян знал, старший брат просто обожал это вино, считая его наивкуснейшим из всех, что только встречались в мире. Обожал настолько, что обычно выпивал «Улыбку» сразу после покупки, чуть ли не у магазина. Как же тогда этой бутылке удалось выжить? Похоже, романтический ужин на самом деле наметился отнюдь не внезапно, А-Ин загодя начал к нему готовиться.       — Все, мы ушли, не беспокойте нас, — распорядился довольный А-Ин, прижимая к себе бутылку с вином и направляясь к выходу из кухни.       — А подслушивать можно? — крикнул Сюаньюй ему вслед.       — Нет!       — Но мы все равно будем!       — Вот же наглая мелочь!.. — рассмеялся А-Ин. Хлопнула дверь его комнаты, и смех стих.       — Ешь лучше давай, — велел Сюэ Ян, лениво развалившийся на своем стуле. Делать ему было нечего, и от скуки он решил составить Сюаньюю компанию за столом. Хотя сам есть не собирался: он и с даочжаном неплохо поужинал. — А то из-за своих шпионских игр так и ляжешь спать голодным.       — А ты почему так спокойно тут сидишь, Ян-гэ? Тебе разве не интересно? — удивился Сюаньюй, но, тем не менее, послушно принялся за еду. Прожевав кусок, он чуть нахмурился и полез в холодильник за соусом, говоря по пути: — Мне вот любопытно, как выглядит пьяный Лань Ванцзи. Сянь-гэ ведь неспроста вино взял, он точно собирается его напоить!       — Допустим, мне это и правда интересно, — хмыкнул Сюэ Ян. — Но я в любом случае не собираюсь сидеть под дверью и подслушивать, я же не младшеклассник. Зачем так ухищряться? Рано или поздно они сами к нам выйдут, хотя бы ради того, чтобы вернуть тарелки. Ну или просто мимо пройдут, когда в туалет понадобится. Тогда и можно будет посмотреть, а сейчас нечего глупостями заниматься. Набирайся терпения и жди, Сюаньюй. Учись действовать по-умному.       — Где бы еще этого терпения набраться, — Мо Сюаньюй, успевший уже снова сесть за стол, задумчиво покрутил в руках закрытую баночку с соусом. Младший брат помолчал немного, с сомнением поглядывая на выход из кухни, а потом со вздохом помотал головой. — Нет, наверное, я вообще подсматривать не буду. Сянь-гэ и Лань Ванцзи и так уже постоянно в ту гостиницу убегают, не ходить же им туда еще и из-за выпивки. Не буду я подслушивать, это будет слишком некрасиво. Пусть уединяются спокойно.       — Ух ты, благородно, — ухмыльнулся Сюэ Ян. — А можно еще и по отношению ко мне такого благородства? А то Сянь-гэ одарил, а про Ян-гэ как будто забыл.       — В смысле? — не понял Сюаньюй.       — Ну как же, — мягко проговорил Сюэ Ян. — Я ведь до сих пор еще не знаю какую-то важную информацию, которая касается меня и даочжана. А если я без этих сведений совершу какую-то ошибку, из-за которой даочжан уйдет от меня? Сюаньюй, я-то тебя за это рано или поздно прощу, а вот твоя совесть будет ли столь же милосердна?       — Говори, что угодно, я все равно продолжу молчать! — тут же нахмурился Сюаньюй. — Знаю я твои манипуляции, не куплюсь я на них! Сейчас еды в рот наберу, и ты вообще ничего от меня не добьешься. Ни слова не скажу, даже намека ни на что не дам!       «Вы только посмотрите, какой хорошо воспитанный мальчик! — с одобрением подумал Сюэ Ян. — Его так просто не разведешь». Однако проявленная дерзость все-таки заслуживала небольшого наказания. Поэтому Сюэ Ян быстрым движением, подобным броску змеи, выхватил баночку с соусом из рук Сюаньюя и принялся небрежно подбрасывать ее в воздух.       — А… чего? — похлопал глазами наказанный, но быстро оправился от удивления. — Ян-гэ, ты что делаешь! Отдай обратно!       — Не так быстро, — ухмыльнулся Сюэ Ян и еще выше подкинул захваченный предмет. — Да и разве это такая большая потеря? Лань Ванцзи вообще пресным все ест, а ты чего привередничаешь? Тут хотя бы соль есть. Или вон, возьми соус, который приготовил для себя братец Ин. Поиграешь заодно в огнедышащего дракона, весело же.       — Не хочу я чужой соус, мне нужен свой! — возмутился младший брат и, перекинувшись через весь стол, попытался отобрать небольшой предмет. Но куда там — реакция Сюэ Яна была слишком быстрой, чтобы Сюаньюю это удалось.       Развлечение было в самом разгаре, когда на кухне вдруг появился А-Ин с подносом в руках. Часть принесенных им тарелок, что странно, все еще была наполнена нетронутой едой.       — Быстро же вы закончили, — заметил Сюэ Ян, не отвлекаясь от своего занятия. Сюаньюй тоже сдаваться не спешил.       — А мы и не ужинали толком. Лань Чжань как глоток вина выпил, так сразу и уснул, — вздохнул А-Ин. Тарелки с едой он положил в холодильник, а грязные отправил в мойку. — Тоже сейчас к нему пойду, только приберусь немного. А вы чего дурью маетесь?       — Сянь-гэ, это не я, это он фигней страдает! — возмущенно заявил Сюаньюй. — Скажи Ян-гэ прекратить! Я есть хочу, а он мне не дает!       — Я просто учу тебя ловкости. Да, тренировка жесткая, но какую еще ты мог от меня ожидать? — легко нашел себе оправдание Сюэ Ян.       — Да я вообще никакую не ждал! Сянь-гэ!!       А-Ин, подгадав момент, выхватил соус из рук Сюэ Яна. Тот недовольно скривил губы, но возвращать себе потерю не стал. Вместо этого он молча наблюдал за тем, как победитель торжественно протягивает Сюаньюю свой трофей. Мелкий ябеда, посветлев лицом, уже практически взял желанный предмет, как А-Ин вдруг резко отдернул руку.       — Сянь-гэ!!! — праведно возмутился Сюаньюй. — И ты тоже?!       — Это было так заманчиво! А я всего лишь слабый человек, как я мог устоять? — с невинной мордахой ответил А-Ин. Потом увидел, как нахмурился обиженный Сюаньюй, и примирительно улыбнулся. — Все-все, больше не играю. На!       Наученный горьким опытом, младшенький уже не спешил тянуться за соусом. Тогда А-Ин просто поставил эту баночку рядом с его тарелкой и ушел к раковине, мыть посуду.       — По-моему, я один тут взрослый, — буркнул Сюаньюй. — Вот дождетесь вы еще у меня, когда-нибудь я все-таки спущусь до вашего уровня детсада и как отомщу!       — Неплохо-неплохо, мне нравится такой настрой, — одобрительно сказал Сюэ Ян. — Похоже, ты и правда взрослеешь. А мои методы воспитания-то работают!       — Не порти А-Юя, — строго сказал А-Ин, не оборачиваясь. — И так уже из-за тебя у меня не получилось вырастить его милым и скромным! Не усугубляй теперь.       — Сказал тот, кто сам постоянно мне подыгрывал. Да еще и хлестал при нем вино и устраивал розыгрыши!       — Да, но зато я не забывал читать при этом правильные нотации!       — Ну точно детсад, — фыркнул Сюаньюй. — И, если что, я сам себя воспитывал. И еще вас потом перевоспитаю!       — Амбициозно, — похвалил Сюэ Ян. — Нахально и самоуверенно, все как я люблю. Умница, Сюаньюй.       — А как же скромность-то, — сокрушенно вздохнул А-Ин, смывая мыльную пену с последней тарелки. Поставил ее на полку и, обернувшись, хотел было сказать что-то еще, как вдруг запнулся. — Лань Чжань?       Сюэ Ян повернулся к дверному проему, где, слегка покачиваясь, стоял парень брата. Вид у Лань Ванцзи, который явно только поднялся с кровати — судя по чуть спутанным волосам и помятой одежде — был почему-то очень недовольным. Не говоря ни слова, он подошел к А-Ину, бесцеремонно перекинул его через плечо и в таком виде потащил к выходу из кухни.       — Интересный у вас романтик, — насмешливо прокомментировал это Сюэ Ян. В его голосе, однако, слышался и отчетливый намек на угрозу, которая была направлена в сторону Лань Ванцзи. Тот слишком много себе позволял.       — Нам нравится, — возразил А-Ин уже в коридоре. Хлопнула дверь, отрезая звуки, и парочка снова осталась в уединении.       — Странные у них вкусы, — заметил Сюаньюй и наконец-то приступил к еде. — Лань Ванцзи вообще сейчас выглядел каким-то странным. Тебе так не показалось, Ян-гэ?       — Есть такое, — задумчиво протянул Сюэ Ян. — Ты ешь, а я пойду подслушаю.       — Но ты же сам говорил… — Сюаньюй, не удержавшись, хихикнул.       — Обстоятельства изменились.       — Я с тобой! Сейчас, я быстро, — младший брат усиленно заработал палочками, торопясь очистить тарелку от еды. Сюэ Ян же, не задерживаясь, ушел в свою комнату.       Она располагалась прямо напротив той, что принадлежала А-Ину. Благодаря этому, открыв дверь своей, Сюэ Ян мог услышать достаточно много. Не всё, конечно, но тут уж ничего не поделаешь. Чтобы немного увеличить громкость, Сюэ Ян просто распахнул дверь пошире и устроился на полу рядом с выходом из своей комнаты. Таким образом, прислушавшись, он смог различить мягкий заигрывающий голос А-Ина:       — Лань Чжа-а-ань, а зачем ты украл мой телефон?       — Я не крал, — уверенно возразил Лань Ванцзи. Его голос звучал на удивление четко и ясно, как у абсолютно трезвого человека. — Просто забрал ненужное.       А-Ин захихикал.       — Значит, по-твоему, телефон мне не нужен?       — Мгм.       — А если мне понадобится с кем-то связаться?       — Говори мне, я передам, — ответил Лань Ванцзи с некоторой настороженностью в голосе.       — Надо же, а мой Лань-гэгэ, оказывается, такой тиран, — промурлыкал А-Ин. — Как деспотично он хочет контролировать всю мою жизнь. Ла-а-адно, раз уж телефон у тебя, то мне остается лишь признать поражение и смиренно подчиниться. Как ты скажешь, так и будет. Выслушаешь мое сообщение? Мне очень нужно, чтобы оно дошло до адресата!       — Мгм.       — Отлично! Так вот, слушай: «Наш романтический ужин должен продолжиться. Принеси…» Ай! Лань Чжань!       Раздался звук, как если бы на кровать с силой повалили что-то тяжелое. А-Ин, казалось, ахнул от удивления, а Лань Ванцзи четко, отрывисто произнес:       — Мой.       «Амбициозно, — подумал Сюэ Ян. — Нахально и самонадеянно. Но мне не нравится».       Что это еще за «мой»? А ничего, что у А-Ина так-то братья есть?       В комнате напротив на какое-то время стало тихо (едва угадываемые звуки поцелуев не в счет), и Сюэ Ян занял себя размышлениями. Происходящее и правда было странно. Чтобы Лань Ванцзи, вконец избаловавший А-Ина своей заботой, и вдруг начал небрежно носить его на плече, кидать на кровать и отнимать телефон? Еще и так самоуверенно заявлять на него права единоличной собственности, хотя до этого спокойно соглашался с тем, чтобы А-Ин достаточное время уделял семье. Перемены налицо, причем кардинальные, и причиной для них, на взгляд Сюэ Яна, могло послужить только одно. Ведь сегодняшний день, по большому счету, отличался от прошлых лишь тем, что сегодня Лань Ванцзи впервые на памяти Сюэ Яна попробовал алкоголь. Как сказал А-Ин, всего один глоток, однако непьющему Лань Ванцзи, очевидно, хватило и этого. Даже с пары капель начал дурить. Ну что ж, значит, впредь этому вегетарианцу лучше не наливать: ему даже детское шампанское было противопоказано.       — А Лань-гэгэ уже не смущает, что мы в квартире не одни? — спустя несколько минут дразняще спросил А-Ин.       В этот момент в коридоре появился Сюаньюй, который тихонько, на цыпочках, прокрался в комнату к Сюэ Яну. Младший брат максимально неслышно сел на пол рядом с ним и также навострил уши.       А-Ин меж тем продолжал:       — Мой прекрасный Лань Чжань сейчас такой смелый, — игриво говорил он. — И такой мнительный. Ты ведь отреагировал так на мое сообщение об ужине? Лань Чжана-а-ань, ну разве непонятно, что я его тебе адресовал? И что имел в виду именно наш ужин! Ты ведь так ничего и не съел, как выпил, сразу уснул. Я же специально оставил намек, когда сказал: «Выслушай»! Не «передай», а «выслушай»! Очевидно же, что я обращался к тебе. Поддразнивал только, чтобы на реакцию посмотреть, а так все было на виду! Хотя не могу сказать, чтобы я был как-то огорчен или разочарован твоей реакцией. Ты набросился на меня с таким пылом, как будто вместо ужина меня съесть собрался! Буквально и шанса мне на сопротивление не оставил, я еще никогда не видел тебя таким яростным и страстным!       Сюаньюй с вопросом посмотрел на Сюэ Яна. Тот сделал знак, мол, все нормально, и прижал палец к губам. Младший брат понятливо кивнул.       — Какой же мой Лань Чжань ревнивый, — проворковал А-Ин. Так, как будто специально провоцировал Лань Ванцзи на еще какие-нибудь глупости. — Какой деспотичный. Требует от меня ни с кем не общаться, даже сообщения мои не хочет передавать. Даже адресата моих сообщений выяснять не хочет, сразу сердится, не дослушивая! Лань Чжань, вот как на тебе жениться после этого? А если я не соглашусь?       Послушался шорох, а вслед за ним — невнятное восклицание А-Ина, больше похожее на болезненный вскрик. Сюэ Ян сразу выпрямился и быстрым шагом направился в комнату напротив. Сюаньюй, тоже встревожившись, поторопился следом.       Как оказалось, большого смысла волноваться не было. Картина им открылась вполне безобидная: лежавший на кровати Лань Ванцзи с силой прижимал к себе А-Ина, который не больно-то и протестовал против этого. Всего-то и делал, что пытался хоть немного приподняться и таким образом ослабить излишне крепкие объятия, как если бы ему становилось уже трудновато дышать. А по-серьезному не вырывался.       — Лань Чжань, деспот ты мой любимый, задушишь, — пропыхтел А-Ин в процессе безуспешных попыток хоть немного отстраниться от Лань Ванцзи. Бесполезно, его каждый раз снова с силой прижимали к себе, и А-Ин снова утыкался носом в чужую шею. — Отпусти же, ну! Немножечко, на время…       — Никогда, — чуть хрипловато ответил Лань Ванцзи. А-Ин замер.       — Похоже, помощь им не нужна, — вполголоса резюмировал Сюаньюй после небольшой паузы. — Ян-гэ, пойдем?       У Сюэ Яна были сомнения на этот счет, однако, помедлив, он все же кивнул. Похоже, А-Ина на самом деле все устраивало, так что вмешиваться и правда не стоило.       — Эй-эй, вы куда? — окликнул их А-Ин, очнувшийся от своего внезапного оцепенения. — Раз пришли, помогите мне образумить Лань Чжаня! Я говорю ему отпустить меня, а он будто не слышит. Таким странным стал!       — Сам напоил, сам раздразнил, сам и вразумляй теперь, — хмыкнул Сюэ Ян. — Да и вообще, это же твой парень. Разве тебе не видней, как с ним справляться?       — Вредина ты, Ян, — захныкал А-Ин. — Я тут задыхаюсь почти, а тебе все равно!       — Так сопротивляйся сильнее, что я еще могу тебе посоветовать.       — Как же я могу сопротивляться, Лань Чжаня же это обидит, — ответил А-Ин с таким видом, как будто был вынужден объяснять очевидные вещи. Сюаньюй, услышав это, с чувством хлопнул себя по лбу, пробормотав: «Железная логика, даже возразить нечего». — Ян, А-Юй, ну сделайте же что-нибудь! Я не справляюсь.       — Да с таким подходом никто бы не справился, — насмешливо заметил Сюэ Ян. А потом вкрадчиво произнес: — Ладно, я знаю, как тебе помочь. Но мои услуги имеют цену. Ты готов ее заплатить?       — Лань Чжань, Лань Чжань, меня тут в долговую яму загоняют, — А-Ин повернул голову к своему «пленителю». — Ты ведь не позволишь мне в нее упасть?       — Что нужно сделать? — уточнил Лань Ванцзи.       — Всего лишь сжалиться и не держать меня так крепко… Ай! — его, напротив, прижали к себе еще сильнее: так, что у А-Ина действительно выбило весь воздух из легких. Увидев, с каким трудом А-Ин теперь пытается вдохнуть, Лань Ванцзи сам ослабил хватку, но примерно до прежнего уровня.       — Не отпущу, — уверенно сказал он. — И не отдам. Мой.       — Ох, Лань Чжань, ну конечно же твой, — А-Ин чмокнул Лань Ванцзи в губы и утомленно опустил голову ему на плечо. — Ян, я сделал все, что мог. Вообще ничего не помогает, так что давай, говори свои условия.       — Не переживай, сильно я тебя не напрягу, — ласково улыбнулся Сюэ Ян. — Просто скажи мне тот секрет, который касается меня и даочжана, и я сразу же тебя освобожу.       — Эй, так нечестно! — возмутился Сюаньюй. — Сянь-гэ, не вздумай говорить ему!       — Да я и сам не хочу, но видишь же, как я тут без кислорода загибаюсь, — пожаловался А-Ин, не поднимая головы. — Может, у тебя получится образумить Лань Чжаня?       Сюаньюй подумал, изучил непроницаемо-упрямое выражение лица Лань Ванцзи и со вздохом поднял руки вверх.       — Сдаюсь. Я без понятия, что тут можно сделать. Но Ян-гэ, как тебе не стыдно пользоваться беспомощным положением Сянь-гэ? Выпытывать какие-то секреты, тянуть время, пока он тут страдает! Нельзя же так делать!       — Сюаньюй, — Сюэ Ян покровительственно потрепал младшего брата по голове. — Я научил тебя этому приему. Ты серьезно думаешь, что на мне он сработает?       Судя по разочарованному выражению лица Сюаньюя — да, именно на это он и надеялся. Но при этом все же понимал, что надежды на успех не больно-то много.       — Но в одном ты прав, не стоит терять время, — Сюэ Ян перевел взгляд на А-Ина. — Так что я должен знать?       — Ну-у-у… Мы с А-Юем думаем, что Сяо Синчэнь за тобой ухаживает, — с обреченным видом признался старший брат. — Он проявляет это в виде усиленной заботы. А еще он недавно спрашивал у нас, не состоишь ли ты в отношениях. Иносказательно, конечно, но мы все поняли. Вот.       Сюэ Ян сощурился. На-а-адо же…       — А теперь твоя очередь! — заявил А-Ин. — И только попробуй не справиться, иначе я никогда тебя позорить за этот случай не перестану!       Сюэ Ян усмехнулся. С его точки зрения, причина пьяных поступков Лань Ванцзи была предельно ясна, точно так же, как и способ добиться от него нужного поведения. Странно даже, что братья не смогли догадаться.       Он подошел к кровати, присел на корточки в непосредственной близости от Лань Ванцзи и доверительно сказал ему:       — Вэй Ин никуда от нас не уйдет, — в голосе Сюэ Яна слышалась абсолютная уверенность. Настолько сильная, что его словам невозможно было не поверить. — Даже если на шаг в сторону отойдет, рано или поздно все равно вернется. Оттолкнуть его можно, только если продолжить так упрямо и слепо держать.       Лань Ванцзи, судя по взгляду, начал колебаться. Однако хватку все равно не ослаблял, как если бы еще продолжал чего-то опасаться. Тогда Сюэ Ян приблизился к нему еще ближе, приглушил голос еще больше, так, чтобы услышать его смог один лишь Лань Ванцзи. Голова А-Ина находилась чуть дальше, у другого плеча, так что это было возможно. Практически на грани слышимости Сюэ Ян прошептал в самое ухо Лань Ванцзи:       — Кем бы ни был этот соперник, он скоро отступится. Никто не отберет у нас Вэй Ина. Обещаю.       Лань Ванцзи внимательно изучил лицо чуть отодвинувшегося Сюэ Яна. Оценил его жесткий, уверенный взгляд — взгляд человека, который знал, о чем говорил. Подумав еще немного, Лань Ванцзи наконец-то разжал руки, выпуская А-Ина на свободу.