Ин и Ян

      Сюэ Ян совсем не скучал по приюту. Никаких чувств, кроме неприязни, эти безликие бело-серые стены у него не вызывали. Однако он все же приехал, чтобы составить компанию даочжану. Отпускать его сюда одного не стоило: мало ли, что ему тут наговорят. Одному университетскому преподавателю уже наговорили. В присутствии же Сюэ Яна вряд ли кто-то рискнет высказываться не по делу, поэтому его участие в этом благотворительном походе было обязательным.       Конкретная дата и время посещения были выбраны лишь вечером субботы, однако никаких проблем с пропуском не возникло: тем же вечером Сяо Синчэнь позвонил в приют, сообщил, что собирается приехать завтра, и его сразу же пообещали ждать. Такая простота объяснялась тем, что он заранее обговорил этот вопрос с директором приюта. Даочжан пользовался отличной репутацией, работал преподавателем в престижном университете, да еще и состоял в благотворительной природоохранной организации — разумеется, ни у кого даже вопросов не возникло по поводу его инициативы. И разрешение войти в это в неказистое семиэтажное здание он также получил безо всяких проблем.       Сюэ Ян же, в свою очередь, ни с кем ни о чем заранее не договаривался. Он просто пришел, и все. Охране на входе он со всей убедительностью заявил, что намерен всего-навсего навестить родные места и заодно сопроводить своего университетского преподавателя. Причина выглядела подозрительно невинной, однако и оправданной тоже. Часть прежних воспитанников ведь также периодически возвращалась сюда, чтобы, к примеру, проведать своих бывших воспитателей, и их всегда пускали. Почему же им можно, а Сюэ Яну нет? Ответ был очевиден любому старожилу приюта, однако высказать свои опасения вслух, глядя при этом прямо в глаза пугающе-дружелюбно улыбавшемуся Сюэ Яну, не решился никто. Так он и прошел внутрь вслед за даочжаном. К нему разве что работника приюта приставили, для присмотра. Сюэ Ян сразу узнал эту уже достаточно пожилую женщину в вечно тусклом платье — она была чуть ли не единственной нормальной воспитательницей здесь. Отношения у них сложились более-менее мирные, поэтому Сюэ Яна эта женщина почти не боялась. Поприветствовала она его вполне доброжелательно, разве что только с долей настороженности, а с даочжаном быстро завязала оживленный диалог.       — И пожалуйста, господин Сяо, не пропадайте после пары занятий, — настойчиво попросила она по пути в большой зал. — Дети не игрушки. Они привыкают и привязываются, поэтому, если вы решили помогать им, то делайте это серьезно и системно. Не бросайте все на полпути.       — Я понимаю, госпожа Мэй, — мягко ответил даочжан. — Провести несколько занятий, а потом без объяснений исчезнуть будет все равно, что предать. Я так не поступлю. Я буду приходить сюда не реже одного раза в две недели. Если получится, то каждую неделю. А во время отпуска еще чаще.       «Что-то больно много, — недовольно подумал Сюэ Ян, который шел рядом с даочжаном. — Хватило бы и одного раза в месяц. Чего их так баловать? Обойдутся». Он уже жалел, что вообще допустил все это. Эдак Сяо Синчэнь не только на Сун Ланя начнет отвлекаться, но еще и на ораву совершенно посторонних детей. И как прикажете со всей этой толпой конкурентов управляться? Уводя Сяо Синчэня от проблем друга, Сюэ Ян, получается, только приумножил число своих соперников. Лучше бы посещение приюта и дальше откладывалось, зря он сам заговорил об этом.       Впрочем, вряд ли бы такое молчание что-то изменило. Даже если бы он и не поднял вчера эту тему, рано или поздно Сяо Синчэнь все равно бы сюда приехал. История взросления Сюэ Яна произвела на даочжана слишком сильное впечатление, отчего он твердо вознамерился хоть как-то помочь тем сиротам, что еще не вступили во взрослую жизнь. Поэтому его визит в этот приют был не более, чем вопросом времени. Так что рано или поздно Сюэ Яну все равно бы пришлось столкнуться с тем, что внимание Сяо Синчэня начинает отбирать все большее и большее количество народа. И что с этим делать, Сюэ Ян пока не решил. Надо подумать.       За разговором они дошли до главного зала, в котором раньше, насколько помнил Сюэ Ян, находилась общая игровая комната. Зайдя внутрь, он убедился, что за несколько лет это не изменилось. Только игрушки сейчас сдвинули к стенам, благодаря чему пространство в центре помещения практически опустело. На освободившемся таким образом месте, прямо на полу, на мягком линялом ковре, сидела достаточно большая группа детей, чей возраст примерно соответствовал младшей школе. Их было действительно много: человек двадцать-то точно. Как шепотом сообщила воспитательница, именно столько сирот вчера выразило желание пообщаться с гостем, когда им задали такой вопрос.       Вот уж точно — толпа.       Мрачное настроение Сюэ Яна отразилось и на его лице, отчего огалтело переговаривавшиеся между собой дети настороженно примолкли при одном только взгляде на вошедших взрослых. Впрочем, тихими они были недолго — ровно до тех пор, пока Сяо Синчэнь, тепло поздоровавшись, не подарил им заготовленные подарки и не начал расспрашивать про учебу в школе. Чтобы не мешать даочжану получать удовольствие, Сюэ Ян отошел в сторону и занял место практически в самом углу зала. Таким образом детвора, потерявшая страшного человека из поля зрения, быстро забыла о нем и полностью сосредоточилась на другом незнакомце, куда более добром даже с виду. Сначала неуверенно, а потом все смелее и смелее дети начали делиться с Сяо Синчэнем своими успехами и проблемами, а тот постоянно подбадривал их ласковыми поощрительными словами.       — У господина Сяо настоящий талант, — уважительно сказала воспитательница, которая вслед за Сюэ Яном отошла в противоположный конец игровой комнаты.       Какое-то время они молча наблюдали за тем, как даочжан наводит порядок среди перекрикивавших друг друга детей. Сяо Синчэнь был мягок, но непреклонен, и благодаря его усилиям шум понемногу стих. Более-менее организованная мелочь уже по порядку начала задавать даочжану свои вопросы; некоторые из них касались школьной программы, но многие спрашивались просто так, исключительно с целью поболтать. Сяо Синчэнь в любом случае подробно отвечал на каждый из них, а дети внимательно слушали.       Глядя на их общение, госпожа Мэй со вздохом произнесла:       — Если бы он был директором нашего приюта, здесь стало бы в разы лучше.       Сюэ Ян хмыкнул.       — Конечно, лучше. Но господин Сяо уже определился с выбором профессии и даже нашел себе постоянное место работы. Благотворительностью он может заниматься только в свободное время, если оно есть. Это можно назвать его хобби, но не более того. Не стоит просить господина Сяо о многом, — непринужденно сказал он. Однако воспитательница, достаточно хорошо знавшая Сюэ Яна, отлично уловила предупреждающие нотки в его голосе.       — Конечно, — спокойно кивнула она. — Это было бы уже нагло. Я просто хотела сказать комплимент. Передай потом господину Сяо мои слова, его стоит поблагодарить.       Сюэ Ян неохотно кивнул. Это он сделать мог.       — Ты не обижаешь его? — помолчав, спросила воспитательница.       — В смысле, не дергаю ли я его за косички и не отбираю ли сменку? — Сюэ Ян иронично приподнял бровь.       Женщина вздохнула.       — Сюэ Чэнмэй, ты ведь понял, о чем я спрашиваю.       — Это не значит, что я буду отвечать, — его тон похолодел.       — И не надо, — госпожа Мэй покачала головой. — Я знаю, как ты не любишь говорить о своих делах. Я знаю и других детей, которые поступают так же. Никому не открываются. В этом есть и моя вина, у меня ведь не получилось стать тем хорошим, понимающим взрослым, с которым можно поговорить о своих проблемах. Но посмотри на господина Сяо — еще немного, и эти дети вообще все ему расскажут. Ему можно довериться, и это чувствуется. Таких людей один на миллион, если не меньше. Тебе так повезло встретить его, Сюэ Чэнмэй, пускай даже и так поздно. Будет обидно, если ты упустишь такую удачу.       — Похоже, вы все еще считаете меня своим воспитанником? — усмехнулся Сюэ Ян. — Хотя я и раньше в чужих советах не нуждался. Наверное, вы меня с кем-то спутали.       — Просто сила привычки, — женщина мельком посмотрела на него. — Тебе ли не знать.       На этом разговор у них был исчерпан, и дальше они уже молча смотрели, как даочжан возится с детьми.       Сяо Синчэнь занимался благотворительностью вплоть до пяти часов вечера, с разве что кратким перерывом на обед. Он мог бы и дольше в этом зале посидеть, если бы не принятые в приюте правила, коих и так было уже нарушено достаточно. Пропущенный тихий час, шум, еда впопыхах — из милосердия детям все это простили, однако хорошего понемножку. Тем более, что ближе к пятому часу у Сюэ Яна уже начало сдавать терпение. «Даочжан, у меня от этого шума голова разболелась, — заявил он. — А у тебя голос охрип. Как ты завтра будешь лекции читать? Нам пора домой». После этих слов облепившая даочжана ребятня недовольно зыркнула на Сюэ Яна, а тот взглядом вернул им это недовольство минимум в трехкратном размере. Только тогда обнаглевшая мелочь неохотно отпустила Сяо Синчэня.       Разумеется, даочжан этот взгляд тоже заметил. И по дороге домой решил поговорить на эту тему.       — Сюэ Ян, — с улыбкой начал он, аккуратно ведя машину и не отрывая взгляда от дороги. — Мне, конечно, могло показаться… но неужели ты ревновал?       — Очень может быть, — флегматично признал Сюэ Ян. — Неспроста же мне захотелось надрать уши тому паршивцу, который без спросу залез тебе на коленки. Хотя мне могли просто не понравиться его манеры, тоже вариант.       — Тогда ты мог бы сесть рядом со мной и пресекать такие попытки, — мягко предложил даочжан. — Или даже начать учить их вместе со мной. Уверен, тебе будет, что им рассказать.       «Только даочжану пришло бы в голову предложить мне что-то подобное», — мысленно хмыкнул Сюэ Ян.       — Для тебя такой опыт мог бы стать полезен, — продолжил Сяо Синчэнь, быстро посмотрев в сторону Сюэ Яна. — Я сейчас скажу кое-что, пожалуйста, не воспринимай мои слова как осуждение или упрек. У меня нет такого намерения, я просто хочу помочь. Я давно уже заметил, что в большинстве случаев ты сосредоточен только на самом себе. На своих переживаниях, своих желаниях и обидах. Я не говорю, что это обязательно плохо, но все же в некоторых случаях такие привычки могут пойти тебе во вред. К примеру, просто подумай, счастлив ли ты, постоянно напоминая себе, кто и когда нанес тебе оскорбление? Нравится ли тебе занимать все свои мысли только этим негативом вместо того, чтобы просто наслаждаться жизнью? Ее ведь так и не заметить можно.       Сяо Синчэнь выдохнул, еще раз посмотрел на Сюэ Яна (тот выглядел спокойным) и продолжил:       — Я понимаю, что ты не можешь просто так проглотить обиду, ведь в таком случае пострадает твоя гордость — ты ведь, разумеется, любишь себя и считаешь, что любой оскорбивший тебя человек должен понести за это наказание. Такое желание понятно. Мне только кажется, что оно уже несколько… избыточно. У меня, конечно, нет права судить об этом, как и просить тебя отказываться от мести. Это… на самом деле, очень самонадеянно с моей стороны, в каком-то смысле даже неуместно. Но я… — он замялся, а потом продолжил: — Просто очень хочу помочь.       — Значит, — после долгого молчания нейтрально произнес Сюэ Ян. — Мое благополучие невозможно, если я не стану добрым и всепрощающим. И занятия с детьми непременно окажут на меня такой чудодейственный эффект. Пара недель подобной трудотерапии, и готово.       — Сюэ Ян, — даочжан покачал головой. Потом вздохнул и, на мгновение покрепче сжав руль, медленно произнес: — Я… не это имел в виду. Говорю же, я понимаю твое желание отомстить. Когда-то мы с тобой уже говорили на эту тему, и я помню все, что ты мне тогда сказал. Своей местью ты, по сути, просто защищаешься. Так второго удара может и не последовать, а то и первый никто сделать не решится. Из-за сложившейся репутации.       Он собрался с мыслями, прежде чем продолжить:       — Я понимаю — мне тебя не изменить. На самом деле, мне этого и не хочется. Я познакомился с тобой таким, и понравился ты мне таким. Так что, — он слабо улыбнулся. — Не надо становиться, как ты говоришь, добрым и всепрощающим, иначе это будет уже не Сюэ Ян. Для меня этот человек будет уже незнакомцем, и я не знаю, как сложатся наши с ним отношения.       Впереди показался сложный перекресток, и Сяо Синчэнь ненадолго замолчал. Лишь спустя несколько минут, свернув на спокойную дорогу, он возобновил разговор:       — Все, что я хочу — так это помочь тебе отвлечься от негативных мыслей, хотя бы ненадолго. Чтобы ты занял свою голову чем-то другим и просто отдохнул. По себе я знаю, что ничто так не отвлекает, как преподавание. Когда я встаю за кафедру, то ближайшие несколько часов могу думать лишь о том, как бы получше донести до слушателей учебный материал и поточнее ответить на их вопросы. Я отдыхаю от всего, что меня ранее беспокоило, вот и тебе хотел посоветовать тот же способ. Отвлекаясь на других людей, ты меньше будешь думать о причиненном тебе ущербе. А делая для этих людей что-то хорошее, ты не дашь обидам множиться. Ведь в ответ тебе чаще будут хотеть помочь, нежели чем навредить, поэтому и поводов думать о мести станет меньше. Пожалуйста, Сюэ Ян, не сердись на меня. Своим предложением я просто хотел облегчить твою жизнь.       «На простаков не обижаются, — мысленно хмыкнул Сюэ Ян. — Хотя другого простака, не тебя, я бы не простил». Сюэ Ян ненавидел, когда его учили жить, однако Сяо Синчэнь… Ему он был готов спустить с рук и не такое. В конце концов, это же его даочжан, его наивный простак, который всё только и думает о том, как бы всем помочь. Ну нет в голове у даочжана других мыслей, что с него взять?       Хотя нет, кое-что все-таки можно.       — Даочжан, — серьезно сказал он. — О чем ты говоришь, разве я могу на тебя рассердиться? Да еще и после твоих слов о том, что я тебе нравлюсь. Ты ведь уже давно нравишься мне, поэтому сейчас я абсолютно счастлив и готов простить тебе все.       Их машина неожиданно вильнула в сторону. Впрочем, Сяо Синчэнь быстро вернул себе самообладание, а машине — управление. Какое-то время он молчал, периодически поглядывая на спокойное лицо Сюэ Яна, и в итоге ответил осторожным:       — Х-хорошо.       «Принял мои слова за шутку, — понял Сюэ Ян. — Ну ладно, так даже интересней».       Вчера, когда А-Ин выдал столь нетщательно охраняемый секрет, Сюэ Ян уже начал раздумывать над тем, что будет делать дальше. Самым напрашивающимся вариантом было просто сообщить Сяо Синчэню о своих желаниях, а затем спокойно начать с ним встречаться. Собственно, примерно это Сюэ Ян сейчас и сделал. Однако ему не больно-то поверили, что, в принципе, было ожидаемо. Ну что ж, на этот случай был заготовлен план «Б»: Сюэ Ян мог просто передать инициативу в руки даочжана и спокойно смотреть, как тот за ним ухаживает. При этом, разумеется, не забывая делать шаги навстречу, чтобы тем самым доказать правдивость своих ранее сказанных слов. Таким образом Сяо Синчэнь, длительное время самостоятельно добивавшийся нужного результата, уже не станет в нем сомневаться. Был, конечно, еще план «В» — сделать все самому — однако этот вариант Сюэ Ян решил оставить на потом. К нему он прибегнет лишь в крайнем случае, а пока пусть лучше даочжан побудет главным — ему такое пойдет.       Остаток дня прошел как обычно: сразу после ужина Сяо Синчэнь засел за компьютер, работать, а Сюэ Ян взялся за чтение электронного учебника. Хотя кое-чем этот вечер все-таки отличился от других.       — Мне сейчас прислали приглашение на свадьбу, — сообщил Сяо Синчэнь, просматривавший свою электронную почту. — Один мой друг решил жениться на другом моем друге, и они оба хотят видеть меня на торжестве.       — Ты надолго? — Сюэ Ян сразу отвлекся от своего телефона.       — Я уеду дня на три, не больше, — прикинув, ответил даочжан. — Кроме самой церемонии и банкета, мне нужно побывать только на двух мальчишниках, и все.       — Двух мальчишниках? — Сюэ Ян вскинул брови, с вопросом посмотрев на совершенно невозмутимого Сяо Синчэня.       — Да, они ведь оба мои друзья, — подтвердил даочжан. — Поэтому меня пригласили на оба.       — Меня не это удивило, — отмахнулся Сюэ Ян. — Правильно ли я понял, что на этой свадьбе будет жених и жених?       — Да, все верно, — кивнул Сяо Синчэнь. Внимательно посмотрев на Сюэ Яна, он вроде бы без особого интереса (но зато с небольшим румянцем на скулах) уточнил: — Тебя удивляют такие отношения между мужчинами? Или они тебе неприятны?       — Наоборот, — скрывая улыбку, сообщил Сюэ Ян. — Я их даже больше приветствую, чем традиционные. Мужчина мужчину ведь быстрее поймет, чем мужчина женщину. Значит, и брак между мужчинами выйдет куда крепче и продлится дольше. То, что надо, верно?       Сяо Синчэнь, казалось, немного посветлел лицом и, согласившись со словами Сюэ Яна, вернулся к работе.       В десятом часу он снова ушел. Но на этот раз пообещал, что уже сам начнет подыскивать надежного человека, которой вместо него будет выгуливать чужую собаку. «Вот и хорошо, — с ухмылкой ответил Сюэ Ян. — Такая решительность мне нравится». Сяо Синчэнь сосредоточенно кивнул и в какой-то рассеянной задумчивости попрощался.       С его уходом дом погрузился в тишину. Однако та не продлилась долго: очень скоро с работы вернулись братья, каждый со своим парнем. От последних, правда, шума не было практически никакого, но зато А-Ин старался за троих.       — Лань Чжань, ну Лань Чжань, ну давай повторим, а? — азартно уговаривал он. Сюэ Ян сидел в своей комнате, и то отчетливо услышал его звонкий голос, хотя брат сейчас был в прихожей.       — Сянь-гэ, да хватит уже! — возмутился Сюаньюй. — Забыл, чем вчера ваша пьянка закончилась? Это ты хочешь повторить?       — Ничего не знаю, мне все понравилось! Лань Чжань такой страстный, когда выпьет, я хочу его себе такого снова. Лань Чжа-а-ань, ну немножечко, ну глоточек «Улыбки» всего, ну давай…       — Чтобы потом ты еще какой-нибудь наш секрет выдал? — рассерженно фыркнул Сюаньюй. Звуки стали громче — видимо, братья переместились на кухню. — Я сейчас лично возьму весь твой алкоголь, спрячу его в своей комнате и буду выдавать тебе по одной бутылке в месяц. Под расписку, что Лань Ванцзи не наливать!       — Эй-эй, не обижай моего Лань Чжаня, пусть пьет, сколько захочет!       — Я не хочу пить вино, — сдержанно сообщил Лань Ванцзи.       — Ну Лань Чжа-а-ань!..       «Ничему его жизнь не учит», — хмыкнул Сюэ Ян. Он выключил компьютер и, поднявшись с кресла, дошел до кухни, где в этот момент собрались все люди в квартире.       — У нас там продукты заканчиваются, сока на завтра нет, — сообщил Сюэ Ян, прислонившись спиной к дверному косяку. — Кто пойдет вместе со мной в магазин?       — Да ладно, это что, последняя коробка? — удивился Сюаньюй. Он полез в холодильник, придирчиво проверил там все полки и огорченно застонал. — Ну во-о-о-от, а я с утра и не заметил… Ян-гэ, а ты один не сбегаешь? Я не могу сейчас с тобой пойти, есть хочу, а ты уже ужинал!       — Продукты общие, а ходить за ними только мне? — фыркнул Сюэ Ян. — Нет уж, не собираюсь я один несколько коробок сока таскать, да еще одной рукой. Да нам ведь и не только сок купить нужно, так что в любом случае лучше идти вдвоем. Лань Ванцзи, не сходишь со мной? Ты-то точно уже ужинал.       — Лань Чжаню скоро спать ложиться, давай лучше я с тобой схожу, — предложил А-Ин. Он начал подниматься со своего стула, однако его ожидаемо остановил Лань Ванцзи.       — Не откладывай ужин, Вэй Ин, — спокойно сказал он. — Ты не ел почти с обеда. Лучше идти мне.       — М-могу пойти я, м-мне завтра н-не н-нужно рано вставать, — храбро предложил Вэнь Нин. — И я т-тоже уже ужинал.       Сюэ Ян вскинул бровь. Надо же, не ожидал.       — Тебя учебники еще ждут, а Лань Ванцзи и так уже все знает, — отказался он. — Пойдем? — Сюэ Ян посмотрел на выбранного помощника, и тот спокойно кивнул.       Отлично. Пока все идет гладко.       Запланированный разговор Сюэ Ян начал, только когда они оказались на улице и прошли уже примерно половину пути до нужного магазина. Не глядя на своего молчаливого спутника, он негромко спросил:       — Твой троюродный брат, Лань Цзинъи. Верно?       Молчание Лань Ванцзи стало настороженным.       — Ты не помнишь, что вчера было? — Сюэ Ян усмехнулся. Вопрос на самом деле был чисто риторическим: А-Ин еще утром выяснил, что Лань Ванцзи все забыл. По-хулигански захихикав, легкомысленный старший брат сразу же начал подбивать своего парня на повторение пьянки: «Не волнуйся, Лань Чжань, все было нормально, ты вел себя выше всяких похвал! Ян, А-Юй, подтвердите!». К чести Лань Ванцзи, он ни на секунду не поверил в этот обман и до сих пор отказывался снова брать в рот спиртное.       — Как вчерашние события связаны с Цзинъи? — прохладно спросил Лань Ванцзи.       — Самым прямым образом, — ответил Сюэ Ян с легкой улыбкой. — Он стал их причиной. Почему я так решил? Из-за твоих вчерашних действий. Когда ты выпил лишнего, то почти сразу отобрал у моего брата телефон и заявил, что сам будешь передавать все его сообщения. А после одной неудачной шутки еще и почти обездвижил его. При этом ты ни в какую не соглашался его отпускать и все настойчиво повторял: «Мой». Как будто твои права кто-то оспаривал. И только когда я пообещал, что твой соперник скоро отступится, ты наконец-то успокоился и снова начал вести себя прилично. А как всем известно, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Поэтому легко догадаться, что на уме у тебя тогда была ревность, притом очень сильная. Трезвым ты стараешься никак ее не показывать, однако спьяну своим поведением сразу все выдал. Исходя из этого, — он прищурился, — я делаю вывод, что соперник все-таки существует. Во всяком случае, ты его видишь и считаешь достаточно опасным, иначе не боялся бы так, что братец Ин уйдет к нему. На мой взгляд, это достаточно глупый и беспочвенный страх. Брат ведь каждый день говорит о своих чувствах по отношению к тебе и доказывает свои слова на деле. Но не мне тебя судить. В конце концов, такой страх можно назвать обычной предусмотрительностью. На твоем месте я поступил бы так же — тоже постарался бы решить проблему в самый момент ее зарождения, пока еще корни толком не проросли. Так что я тебя понимаю. И уже пообещал вчера, что помогу.       Лань Ванцзи остановился. Сюэ Ян тоже прервал шаг и, развернувшись, внимательно посмотрел на парня своего старшего брата.       — Что именно ты намерен делать? — голос Лань Ванцзи сделался еще суше, еще холоднее; настолько, что уже почти мог замораживать воздух вокруг них.       — Ничего глупого, это точно, — легко сказал Сюэ Ян. — Поэтому и хочу работать вместе с тобой, чтобы риск ошибиться был меньше. Да и удобнее так. Зачем мне, к примеру, тратить время на слежку за своим братом, когда я могу прямо спросить у тебя: твой соперник — это Лань Цзинъи? Его кандидатура кажется мне наиболее подходящей. Когда братец Ин переписывался с ним, я видел, как ты хмуришься. И то, что спьяну ты в первую очередь отобрал у моего брата телефон, тоже наводит на мысли.       Лань Ванцзи молчал, но в этом молчании была почти угроза. Сюэ Ян усмехнулся, прекрасно поняв ее причину.       — Моя репутация работает сейчас против меня, верно? — снова риторически спросил он. — Что, по-твоему, я собираюсь делать? Подойти к твоему брату с угрозами расправы, а в случае отказа выполнить их? Такой поступок с моей стороны будет не просто глупостью, а чистой воды идиотизмом. Сам подумай, как братец Ин на это отреагирует? Лань Цзинъи ведь твой родственник. Брат не простит мне ни одного синяка, что я без веской причины поставлю хоть кому-то из Ланей, а даже если и простит, осадок-то все равно останется. И ладно бы еще только это, но брат ведь и себя начнет винить. Он и так уже который день из-за ситуации с твоим дядей переживает, а тут еще и это добавится. Нет уж. Я не хочу ссориться с братом, а огорчать его тем более не желаю. Поэтому не волнуйся, Лань Ванцзи. Ты не предашь своего родственника, если назовешь мне его имя, только избавишь себя от лишнего беспокойства. Не будет кровавых расправ, даже без каких-либо угроз обойдется. Я собираюсь использовать только относительно порядочные и при этом достаточно действенные методы. Мы же будем работать сообща, вот сам и проследишь за этим.       Лань Ванцзи снова промолчал, но на этот раз — задумчиво. Сомневался он долго. За это время они успели дойти до магазина, взять там несколько коробок сока, неспешно и обстоятельно изучить полки со сладостями, выбрать продукты для завтрашней готовки и набрать еще несколько мелочей по хозяйству, а потом оплатить это все на кассе. И лишь на улице, пройдя с двумя пакетами наперевес уже достаточно большое расстояние, Лань Ванцзи сдержанно произнес:       — Вэй Ин и Цзинъи общаются как друзья. Но мне кажется, что со временем их общение может перерасти в нечто бОльшее.       — Понятно, — кивнул Сюэ Ян. Он чуть прищурился из-за налетевшего холодного ветра и неторопливо спросил: — Лань Цзинъи говорливее тебя, верно? Братец Ин подолгу с ним переписывается.       — Мгм, — то ли расстроено, то ли мрачно.       — Ясно, соперник может быть сильным. Что ты уже начал делать с этим? — тон Сюэ Яна был сугубо деловым и спокойно-уверенным.       — Я… — Лань Ванцзи замялся, но продолжил: — Просто стараюсь уделять Вэй Ину больше внимания. И открыто показываю наши с ним отношения.       — И что, ни одной сцены ревности? — насмешливо и с долей недоверия спросил Сюэ Ян.       — Нет.       — Значит, все эти представления начинаются только после глотка вина, — Сюэ Ян хмыкнул. — И зачем ты его только выпил.       — Иначе Вэй Ин ушел бы пить с Цзинъи, — Лань Ванцзи постарался сделать свой голос безэмоциональным, однако эти слова все равно прозвучали как-то… беззащитно. Сюэ Ян невольно пожалел его. В конце концов, он мог понять навязчивые страхи Лань Ванцзи.       — Ну, один раз почудил, и ладно, — безразлично сказал он. — Зато союзника себе нашел, а братец Ин все равно ничего не понял. Он немного недогадливый в этих вопросах, и не слишком внимательный. Я годами от него разных девиц отваживал, а он ничего об этом не знал, пока я сам не рассказал.       — Отваживал? — Лань Ванцзи нахмурился.       — Можешь не благодарить, не для тебя старался, они просто мне не нравились, — ухмыльнулся Сюэ Ян. — Я же не всех выставлял, а только самых неподходящих. У кого были вредные привычки, ну или кто мог принести моему брату один только вред. Пару хороших ночей в постели я за пользу не считаю. Или мне нужно было позволить им встречаться и дальше? Так, глядишь, к моменту вашей первой встречи братец Ин был бы уже женат.       Лань Ванцзи промолчал, явно уже не имея возражений, но не желая в этом признаваться.       — Вот и я думаю, нечего неподходящим людям сбивать моего брата с толку, — флегматично сказал Сюэ Ян. — Особенно сейчас. В этот раз он сделал действительно неплохой выбор, а значит, остальным соискателям лучше сразу идти на выход. И я накопил уже достаточно большой опыт в том, чтобы незаметно провожать их туда.       До возвращения в квартиру они успели кратко обсудить между собой план действий. А на следующее утро Сюэ Ян первым начал его исполнение.       — Я тут заметил, что мы кое о чем забыли, — задумчиво начал он, неторопливо размешивая свою кашу. — И совершенно зря, как мне кажется.       — Ты это о чем? — поинтересовался Сюаньюй, пока подкладывал в тарелку Вэнь Нина дополнительные орешки. С другой стороны то же самое с тарелкой А-Ина делал Лань Ванцзи.       Был бы сейчас здесь даочжан, невольно подумал Сюэ Ян. Но ничего, всему свое время. Отставив пока эти мысли, Сюэ Ян показал на холодильник и намекающе произнес:       — Карточки.       — Карточки?.. — А-Ин недоуменно моргнул, а потом до него дошло. — А-а-а, точно, карточки! Если набирается три красных, то мы проводим весь вечер вместе, если две, то часа два, а если одна, то хотя бы час! И правда, мы совсем забыли про эту традицию. Но ведь в последнее время мы и так постоянно вместе, разве нет?       — А вот и нет, мы чуть что, и по разным комнатам сразу расходимся, — возразил оживившийся Сюаньюй. — Давайте и правда возродим эту традицию, она классная! Кстати, а ведь А-Нину с Лань Ванцзи тоже полагаются такие карточки. Лань Ванцзи-то точно, он ведь у нас теперь постоянно живет.       — Вот и я думаю, давайте вернем, — кивнул Сюэ Ян. — Кстати, сегодня я выбираю красную. Сюаньюй, ты?       — Я тоже!!       — Братец Ин, твой голос уже почти ничего не решает, но все же скажи свой положительный ответ.       — Хм-м, я сегодня так-то думал с Цзян Чэном встретиться, узнать, как у него дела, — в сомнении протянул А-Ин. — Он вчера к Лань Сичэню переехал, наверняка ему сейчас непросто, все-таки новый дом, новые порядки. С самим переездом я ему помочь не смог, работал. Тем более, что и в доме Цзян, и в доме Лань мне далеко не все будут рады. Так что физическую поддержку я ему оказать не смог, но моральная-то точно на мне. Надо подбодрить ворчуна, а то как бы он у нас не завял!       — Ну так и встретишься с ним днем, много времени это не займет, — пожал плечами Сюэ Ян. — После универа часа два у него посидишь, а потом домой, к нам.       — Ну да, тогда нормально получается, — А-Ин взлохматил волосы на макушке. — Ладно, уговорил, так и сделаю. Правда, я еще с Лань Цзинъи хотел поговорить, но тогда уж в другой раз. Но я еще что хочу спросить: а Сяо Синчэнь, получается, с нами сидеть будет? Мы не помешаем ему работать?       — Да нет, мы можем даже помочь ему с работой, — спокойно ответил Сюэ Ян, затаенно улыбаясь. Отлично, сегодня старший брат уже точно не сможет увидеться с этим мелким Ланем, даже поговорить с ним время не найдет. А завтра вернувшийся с работы Лань Ванзци уже сам возьмется за дело, не позволяя А-Ину отвлекаться на кого-то еще. Что же до следующих дней, то там Сюэ Ян собирался действовать по обстоятельствам. Наверняка какой-нибудь удачный случай еще подвернется, надо только внимательно смотреть по сторонам. — Например, как вам идея помочь даочжану с его последним проектом по охране природы? — все так же непринужденно продолжил Сюэ Ян. — Будет интересно.       — Охрана природы? А-Нин, давай тогда тоже с нами? — включился Сюаньюй. — Ты же на архитектора учишься, тебе это может быть полезно.       — М-можно, — застенчиво согласился Вэнь Нин.       — Ух ты, мне нравится этот план! — обрадовался А-Ин и повернулся к своему парню. — Лань Чжань, я тогда буду снимать все на видео, а потом присылать их тебе. Чтобы даже на работе ты сегодня был с нами!       — Мгм, — Лань Ванцзи кивнул.       — А завтра мы ведь тоже соберемся, да? Хотя какие сборы, Лань Чжаню же учить надо… О, а давайте мы устроим читальный зал? — загорелся новой идеей А-Ин. — И установим правило полной тишины! А кто скажет хоть слово, тот сразу получит наказание. Назначать его будет Лань Чжань, я хочу, чтобы меня наказывал только Лань Чжань!       — Сянь-гэ, ты точно самоубийца, — хихикнул Сюаньюй. — Сам придумал условие, по которому постоянно будешь проигрывать!       — Ха! Вот увидите, я еще смогу вас удивить! — А-Ин беззаботно рассмеялся.       — Да я всегда удивляюсь, когда ты одну и ту же ошибку по пять раз повторяешь, — фыркнул Сюаньюй, и дальше разговор свернул уже на другую тему.

***

      Сразу после завтрака Сюэ Ян поехал в офис компании Не Минцзюэ. Он собирался доделать там несколько проектов, которые на той неделе поручил ему Цзинь Гуанъяо, и сразу сдать их. К слову говоря, друг в последнее время все реже и реже обсуждал с ним заказы; вместо этого Сюэ Яну приходилось общаться с кем-то другим из пиар-группы. Деньги, конечно, платили те же самые, а иногда даже большие, но лучше было бы работать с самим Цзинь Гуанъяо. Приятель куда лучше обрисовывал задачу, говоря всегда кратко, четко и по делу. После его объяснений еще ни разу не приходилось что-либо переделывать или даже просто поправлять, что было очень удобно. А вот его коллеги оказались отнюдь не столь хороши.       Сегодня в знакомом кабинете Цзинь Гуанъяо снова не обнаружилось, как и во всем офисе. Насколько помнил Сюэ Ян, друг в этот понедельник собирался пойти в университет — посидеть на занятиях и заодно начать закрывать накопившиеся долги. Вечером он тоже вряд ли сюда зайдет. Поскольку Цзинь Гуанъяо взял на себя работу помощника и.о. главы компании, после возвращения из университета он наверняка сразу поднимется в кабинет Не Минцзюэ (в котором сейчас обосновался Не Хуайсан) и продолжит разбираться с бесконечным ворохом дел. Которые, разумеется, сам исполняющий обязанности разгребать даже не пробовал. И зачем только Не Хуайсан сюда приходил? Все равно всю его работу делал Цзинь Гуанъяо, а сам «Незнайка» просто штаны за чужим столом просиживал. Впрочем, этот любитель вееров ведь и в своем кафе ничего особенного не делал. Так большая ли ему разница, где притворяться работающим? Что там, что здесь, все одно. Хотя нет, небольшая разница все же была: если он посидит здесь, то так появится призрачный шанс, что Не Минцзюэ после выписки будет меньше на него орать. Не Хуайсан оправдается тем, что скажет: «Дагэ-э, я пытался! Но я не знаю, не знаю, ничего про эту работу не знаю!»       Но все же надо было отдать «Незнайке» должное — да, он почти ничего не знал, но зато он честно это признавал и во всем слушался Цзинь Гуанъяо. Не играл в самодеятельность, а делал, что ему говорили умные люди, и в итоге компания держалась на плаву. Даже акции ее несильно упали — наоборот, аналитики предсказывали, что скоро они могут подняться в цене. Правда, Цзинь Гуанъяо такой результат стоил дорого. Он вконец измучился, пока налаживал контакты с заместителями Не Минцзюэ и разрешал споры между ними, а также способствовал их совместной продуктивной работе во благо компании. Помимо этого, он еще и занимался подготовкой всей необходимой документации, беседовал с управляющими на периферии и прочее, прочее, прочее. Между всеми этими делами двужильный Цзинь Гуанъяо еще успевал как-то доползать до своего основного рабочего места, а порой и до университета. Где, к слову говоря, скоро намечалась сессия.       От подобных нагрузок у Цзинь Гуанъяо иногда все же сдавали нервы. В такие моменты он забывал о своем привычном обходительном тоне и начинал говорить жестче, чем следовало. Однако в целом подобные случаи бывали нечасто — все-таки выдержке Цзинь Гуанъяо можно было только позавидовать, далеко не каждый мог похвастаться такой.       Сюэ Ян проработал над заказами вплоть до самого обеда. И, поскольку друг к этому времени так и не вернулся, результаты своего труда пришлось демонстрировать остальной пиар-группе, что задержало Сюэ Яна еще на несколько часов. Все эти уточняющие вопросы, корректировки по ходу дела… И это притом, что работа выполнялась по плану Цзинь Гуанъяо! А значит, точно была сделана как надо. Но, к сожалению, принимали ее другие люди, и у них нашлась масса своих идей, которые они непременно хотели воплотить в жизнь. Сами догадывались, что никакие переделки тут были не нужны, но все равно настаивали на своем. А то мало ли, вдруг их исправления окажутся полезными! Вдруг у них получится придумать что-то лучше, чем Цзинь Гуанъяо! Как же все-таки без него было тяжело. Единственный нормальный заказчик здесь. Надо думать, штатных компьютерщиков эти творческие люди уже достали, так что Сюэ Ян, который очень удачно работал и быстро, и качественно, оказался для них единственным более-менее нормальным вариантом.       Вообще, Сюэ Яна так-то тоже раздражали все эти бесконечные переделки. Однако за оперативность исправлений ему каждый раз платили внушительную надбавку к основному гонорару, так что в целом он ничего не имел против такой работы. Раз уж его дополнительное время хорошо оплачивалось, то никаких проблем, выдумывайте свои идеи дальше. Вот и сейчас он без споров исправлял то, что ему говорили, а потом просто выставил счет за свою дополнительную работу. Которая, к слову, действительно оказалась не нужна: в итоге горе-заказчики решили вернуться к варианту Цзинь Гуанъяо.       Перед возвращением домой голодный Сюэ Ян решил немного подкрепиться. Утром он предусмотрительно (догадывался, что может задержаться надолго) прихватил с собой несколько пирогов, так что тратиться на поход до ближайшего кофе, как и терпеть до дома, ему не требовалось. Сюэ Ян просто спустился на первый этаж, где зашел в небольшой кабинет, служивший столовой. И каково же было его удивление, когда за одним из столиков он увидел молчаливого и недвижимого Цзинь Гуанъяо. Больше в помещении не было никого — все уже давным-давно пообедали и разошлись.       Приятель выглядел откровенно болезненно: тощий, бледный, с отчетливыми синеватыми кругами под глазами и оцепенелым взглядом, он бездумно смотрел на глубокую пластиковую тарелку с вермишелью быстрого приготовления внутри, стоявшую перед ним на столе. Просто сидел, безвольно свесив руки вдоль тела, и глядел на эту уже остывающую лапшу. Не делая ни одной попытки ее съесть. Как будто одного взгляда на нее было достаточно, чтобы наесться досыта.       — Выглядишь ненормально, — флегматично заметил Сюэ Ян, подходя к кофемашине.       Надо сказать, этот кабинет лишь чисто символически назывался столовой: никакой готовой еды здесь не продавалось. Время от времени какие-то активисты обращались к руководству с просьбой изменить такое положение дел, однако пока все было глухо. Заявленная столовая по-прежнему оставалась не более, чем просто комнатой для удобного приема пищи. Сюда разве что кофемашину согласились принести, не считая двух холодильников и микроволновки. И на том спасибо.       — Я… немного устал, — заторможенно отозвался Цзинь Гуанъяо. В его голосе не слышалось ни единой эмоции.       Сюэ Ян хмыкнул и, взяв наполнившуюся чашку, подошел к столику Цзинь Гуанъяо.       — Еще немного такой усталости, и вместо дома ты поедешь в морг, — насмешливо произнес он, садясь напротив друга.       — Замолчи, — Цзинь Гуанъяо раздраженно дернул щекой.       — Ты уже почти труп, с чего мне тебя слушать? — ухмыльнулся Сюэ Ян и кивнул на чужую тарелку. — Ты будешь это есть, или мне выбросить? Никогда не любил запах быстрой лапши.       — Попробуй. Тогда я сдам тебя госпоже Чи, чью чашку ты взял. Своими криками она на сутки лишит тебя слуха, — равнодушно заявил Цзинь Гуанъяо, начиная-таки есть.       — Тогда на следующие она сама лишится голоса, — пожал плечами Сюэ Ян, и на этом разговор у них временно прекратился.       Сюэ Ян быстро закончил со своей едой, но сам новую беседу начинать не спешил; вместо этого он лениво просматривал новости в своем телефоне и потягивал уже вторую чашку кофе. Цзинь Гуанъяо тем более молчал — он еще даже не доел. Во время этой паузы они услышали сначала отдаленные, а затем все более и более приближающиеся голоса, которые доносились со стороны коридора. Два неизвестных Сюэ Яну парня обсуждали между собой какую-то сплетню. Скуки ради он решил прислушаться к их разговору.       — ...естественно, не может быть, — различил Сюэ Ян. В голосе человека, произнесшего эти слова, звучала эдакая вальяжная небрежность. Как если бы он уже все на свете повидал и обо всем сложил свое мнение, которое никто не должен был оспаривать. — Что там о нем говорили? Вернее, что он сам о себе рассказывал? Что он гений? Ой, да я тебя умоляю, так и знал, что он просто зазнавшаяся шлюха.       — Ну, какие-то таланты у него точно есть, — возразил другой человек, который из-за своего более рассудительного тона казался поадекватнее первого.       — Если ты о таланте раздвигать ноги перед начальством, то тут я согласен, в этом он лучше всех! — «всезнайка» расхохотался. — Сам посуди, какой еще студент, в свои-то годы, сможет добиться такой должности? И таких денег. Ты знаешь, какую зарплату он получает? Нам двоим столько не платят, сколько ему одному!       — С тех пор, как он пришел, акции компании выросли минимум вдвое. Конечно, ему хорошо платят, а то вдруг уйдет. Не Минцзюэ ведь не дурак, чтобы жадничать на пустом месте и терять кадры.       — Ну да, акции выросли. Но неужели ты думаешь, что все это благодаря усилиям одного только Цзинь Гуанъяо? — пренебрежительно фыркнул первый человек. Сюэ Ян сразу начал прислушиваться внимательнее, а Цзинь Гуанъяо и вовсе напрягся как струна, моментально сбросив с себя усталую медлительность. — Конечно, только этот гений нас всех и спасает, а других работников у компании и нет совсем. Да дурь это все, сказка. Ну не бывает так, нет таких умных людей, даже гению не хватит времени на все! Я давно подозревал, что он просто спит с Не Минцзюэ, за это его и держат здесь, да еще и на такой должности. И зарплате. А все его якобы успехи принадлежат остальной пиар-группе. Он просто выдает их общие труды за свои, и все. А сейчас он вконец обнаглел, задурил голову и так уже безмозглому Не Хуайсану и теперь командует всеми, как будто имеет на это право. Ты только подумай, какая-то подстилка указывает совету директоров, что им делать! В голове не укладывается такая наглость.       На этих словах в столовую зашел стильно одетый молодой человек с такой же модной стрижкой. Новоприбывший огляделся по сторонам и сразу же встал как вкопанный, как только увидел сначала Цзинь Гуанъяо — бледного, усталого, но с ястребиным взглядом — а затем дружелюбно улыбавшегося Сюэ Яна. Последний, прищурившись, сердечным тоном спросил:       — Кто-кто у нас тут наглый? А то я имени не расслышал.       — Ой-ей, — тихо выдохнул сплетник и выскочил наружу.