Что-то сломалось в нашем королевстве

С тех пор, как в отношениях Рори и Генри появились неумелые сексуальные утехи (хотя скорее даже попытки) и много высококлассного алкоголя, всё стало ещё более странно, но вроде бы довольно весело. По крайней мере, принцессе было точно весело. Девушка, давно привыкшая к крепкому северному бухлишку, вставала ни свет ни заря, скакала по комнате как слон, любовалась собой перед зеркалом и без умолку щебетала о том, как всё здорово, замечательно, превосходно, и день отличный, и погода прекрасная, а Генри так вообще просто секси-шмекси, и прочее бла-бла-бла, которое парнишка пытался оградить от своего мозга с помощью пуховой подушки, накинутой на голову. Всё просто: магу по утрам было очень-очень плохо. Вот прям реально плохо! Куда хуже, чем ударить мизинчиком ноги о шкаф или долго-долго слушать скрежет железа по стеклу. Голова гудела, а внутри всё дрожало. С трудом принц терпел раздражающий голос жены, её утренние шлепки по своему несчастному попцу и молча ждал, пока же она наконец уйдёт на очередную тренировку, чтобы в тишине подремать ещё пару часов. Затем с неимоверным трудом, как раненный зверь, он доползал до своего чародейского стола и готовил волшебный антипохмелин, на основе чистого спирта, огуречного рассола, каких-нибудь ароматных травок и честного слова. Лишь после этого юноша начинал чувствовать себя человеком, а не дрожащей тварью. Подготовка к коронации тянулась невероятно медленно, поэтому Генрих постепенно привыкал к унылой жизни вечно скучающей леди, которой совершенно нечем заняться, пока будущий король занимается очень важными (ага, конечно) делами. Вот и в этот день он бесцельно шатался по саду в компании Ричарда и Розетты. — Я вполне могу погулять один, — сквозь зубы процедил принц, склоняясь над клумбой с цветами. — Нет, не можешь, — мягко улыбнулась баронесса. — Рори хочет, чтобы тебя охраняли и оберегали, а ещё ты до сих пор не выбрал украшения для коронации, и я решила тебе помочь. — Ага, знаю я цену твоей помощи. Может займёшься чем-нибудь другим? Например, отстанешь от меня и пойдёшь гулять со своей девушкой. — Фу, какой ты грубый, — недовольно надула губки Розетта. — Во-первых, Руби улетела на охоту, а во-вторых, мы же все тут друзья! — Да уж, друзья, — хмыкнул Генрих с презрением глядя на Ричарда. Лейтенант улыбнулся, а затем беззвучно зашевелил губами. «Да, я спал с твоей женой» — читалось по ним совершенно отчётливо. Маг, конечно, хотел сцепиться с наглецом в неравном бою, но вместо этого гордо зашагал прочь. Не для того он с утра надевал шикарное платье, чтобы теперь марать его в драке с ошибкой природы. — Не будь букой, — миролюбиво промурлыкала Розетта. — Рори говорила, что у вас вроде как начало что-то получаться. Ты просто обязан рассказать мне всё-всё-всё! — Нет! — маг ускорил шаг, надеясь оторваться от надоедливой девчонки. — Ну же, колись. Правда у неё шикарная грудь и задница просто супер?! — Боже, женщина, оставь меня в покое! — разгневанный юноша перешёл на бег. Не очень быстрый, но всё же бег. И в этот самый миг огромная тень спикировало сверху, схватила принца и стремительно взлетела в небо. — О, Господи, это была Руби? — Баронессу сбило с ног резким порывом ветра. — Дура, ты что не видела, что у этого дракона яйца огроменные? У твоей девчонки таких точно нет, — насмешливо фыркнул Ричард, помогая подруге подняться с земли. — Извращенец. У кого что болит, тот на то и смотрит, — девушка презрительно поджала губы. — Я вот любовалась чешуёй и крыльями. — Серьёзно, подруга, если ты не смогла увидеть яйца размером больше твоей головы, то тебе пора проверять зрение.

***

Знакомые почему-то часто говорили Лизе, что её нездоровое увлечение мужчинами постарше ни к чему хорошему не приведёт. Но девушке было всё равно: именно любовь к седине и морщинкам позволила ей стать личной служанкой регента. Больше никакой тяжёлой работы, только чай и бумажки, да и массаж время от времени. Вот и сейчас Лиза неторопливо разминала плечи сэра Грегори и любовалась видами из окна. Короче, ловила кайф. От подобной идиллии девчонка немного разомлела и даже начала мечтать о всяких глупостях вроде повышения до любовницы, а может и даже жены. Именно поэтому она не сразу поверила в реальность происходящего. Лиза оторвала руки от плеч регента, протёрла глаза и лишь после этого убедилась — всё это твориться на самом деле! — Господин, кажется, нашего принца опять похитил дракон! Что же делать? Сэр Грегори сурово посмотрел на девушку, и та тут же хлопнула себя ладонью по лбу. — Простите господин, я забыла. Вам опять принести чай? — Нет же, дурёха. Тащи коньяк и зови священника. Будем праздновать и молиться, чтобы в этот раз Генриха точно сожрали.

***

Говорят, что драконы редкий вид. Говорят, что они почти вымерли. Ага, конечно. Их настолько мало, что Генриха похитили два раза за один месяц. Впрочем, во второй раз Генрих отнёсся к этому происшествию довольно спокойно. Понятно же, что скоро в пещеру явится его ненормальная жена со своими чокнутыми друзьями и быстро со всем разберётся. — У меня всего один вопрос: ты тоже планируешь дождаться рыцаря, который придёт меня спасать, а затем изнасиловать его? — Спокойно поинтересовался принц, поправляя растрёпанную причёску. — Если твой ответ «да», то ты будешь крайне разочарован. — Вот ещё, какие глупости, — пробурчал дракон, уползая в глубь пещеры. — Я положил глаз на тебя… Спустя пару минут перед Генрихом предстал молодой высоченный мужчина с роскошной ярко-красной бородой и завитыми усами. Причёска с выбритыми висками тоже была довольно чудной, а странный костюм с подтяжками и укороченной курткой, просто рвал магу шаблон. Дракон же принял шок за искреннее восхищение. — Ты тоже прелестна, радость моя. Конечно же, я покусился именно на тебя. Но не волнуйся, я мужчина прогрессивных взглядов и не собираюсь тебя насиловать, хоть рыженькие и являются моей слабостью. Я заплачу тебе за секс, а потом верну домой. Всё честно, правда? Вместо ответа Генри просто задрал платье, демонстрируя похитителю своё мужское достоинство. — Чёрт, — недовольно выругался дракон. — Это срывает все мои планы на вечер… а впрочем, просто повернись, я сделаю вид, что не заметил этот твой маленький изъян.

***

Рори то и дело недовольно поглядывала на баронессу едущую рядом с ней. Конкуренция, мать её. — В этот раз дракон мой! — сквозь зубы процедила принцесса. — И не смей со мной спорить. — Ещё как посмею, — фыркнула в ответ Розетта. — Тем более, у меня больше опыта в этих вопросах. — У тебя уже есть Руби, может хватит с тебя? — на этот раз уже жалостливо пробурчала девушка. — Моя казна почти пуста, пора бы её пополнить. — Зато у тебя есть муж, вот пусть его родители вам и помогают. — А ну-ка разошлись в стороны, сучки! Этот дракон мой! — яростно прокричал Ричард, что есть сил погоняя своего роскошного белого скакуна по имени Лучик.

***

— Оу, у нас гости, — дракон отбросил в сторону карты, слез с горы золота и почтительно поклонился. Генри тут же сунул нос в сброшенные карты, убедился, что там какое-то фуфло и сгрёб себе ещё пару жменей золотых монет. — Дамы, вы прекрасны! — совершенно искренне улыбнулся мужчина. — Парень рядом с вами тоже ничего, но я больше по женщинам. — Дамы? — удивился маг. — Ты как вообще догадался? — По запаху, — самодовольно промурлыкал мужчина. — А понюхать меня, прежде, чем похищать, тебе было слабо? — возмутился принц. — Ты тоже пах женщиной. Вот этой восхитительной женщиной, — мужчина рухнул на колени перед Розалиной. — Леди, вы прекрасны, я просто сражён вашей красотой… — Дракон облизнул губы и перевёл взгляд на баронессу. — И вы тоже просто чудо! Не хотите познать немного горячей драконьей любви этой ночью? Можно втроём, не волнуйтесь, меня и денег хватит на всех. Розалина на всякий случай спряталась за подругу. Одно дело сражаться с драконом: махать мечом, уворачиваться от ударов, атаковать… Вот это её тема! К домогательствам и сексу за деньги жизнь её не готовила. Впрочем, Розетта была шокирована не меньше. Это с миниатюрной обнажённой Руби, она могла быть смелой и наглой, а вот огромный распутный мужик наводил на неё ужас. Особенно пугающе выглядела его пушистая борода. — Мы это…ну…короче, — неловко промямлила баронесса, смело выпихивая вперёд Ричарда, чтобы он хоть раз порешал все дела за хрупких дам. — Короче, — максимально уверено произнес Ричард. — Мы пришли вон за тем задохликом. Отдай его нам и спокойно разойдёмся, лады? Иначе мы… ну типо мы будем сражаться. Наверное. Мы ведь будем? — юноша обернулся к прекрасным дамам, ожидая их совета и помощи. — Нет. — Недовольно отрезал дракон. — Генрих обещал мне даму. Вижу двух — хочу обеих. — Ты одурел? — прикрикнула на мужа Розалина. — Я пополнил нашу казну, — спокойно отозвался Генри, аккуратно заворачивая в подол платья золотые монеты. — Извини, дружище Убин, но этих дам трогать нельзя, они уже заняты. Мы пришлём тебе других. В замке много служанок. — Фи, я не сплю с чернью, — поморщил нос дракон. — Мне нужны принцессы… ну или хотя бы дворянки. Ненавижу грязную шкуру и лишнюю шерсть. — Боже, не ной. Найдём мы тебе дворянку, может бедноватую, но дворянку… — Это отвратительно, — Ричард сплюнул на пол пещеры. — Рори, твой мерзкий муж распоряжается женщинами нашего королевства как мясом. — Нет, ну если дело касается больших доходов, облагаемых налогом… — Там ещё можно содрать процент за посредничество, — подсказала принцессе просвещённая в финансовых вопросах подруга. — Тем более! Всё на благо страны. — Ладушки! — Дракон восторженно хлопнул в ладоши и поднялся на ноги. Затем брезгливо посмотрел на осквернённый пол пещеры и на Ричарда. На пол и снова на Ричарда. — Не делай так больше, — мягко улыбнулся мужчина. — Иначе я вытру пол твоей шкурой, малец. — Я думаю, мы все должны отправиться в замок, составить и подписать договор, чтобы всё было по закону, — с умным видом предложила Розетта. Все, конечно же, согласились. Кто вообще будет спорить с главным и единственным экономистом? — Уууубииин, — внезапный грозный рык заставил великана тут же поёжиться и испуганно втянуть голову в плечи. Уверенным шагом по пещере промчалась голая и красная от злости Руби. Подпрыгнув (ведь достать она могла только так), девушка вцепилась в роскошную бороду мужчины и буквально повисла на ней, заставляя несчастного нагнуться до уровня её небольшого роста. — Идиот несчастный, что ты опять творишь?! — Всё нормально, — Розетта протестующе замахала руками, пытаясь угомонить свою любовницу. — Мы уже решили все вопросы как цивилизованные люди. — Но мы не люди! — Руби упрямо топнула ногой. — Мы драконы! Кровожадные монстры! Признавайся, паразит, что ты сделал на этот раз? — Я им заплатил, — простодушно признался Убин, за что тут получил кулаком в живот. — Сестрица, я не понимаю, почему ты злишься? — Потому что ты никчёмный дурак, который только и делает, что позорит семью! — окончательно вскипела Руби. — Жаль мама не сбросила тебя со скалы, пока ты не научился летать. Сколько раз можно тебе объяснять, что мы едим людей, а не договариваемся с ними? — Судя по запаху, дорогая, ты неоднократно вступала в половую связь вон с той молодой леди, и что-то не похоже, чтобы она была твоей рабыней, которую ты готова сожрать в любой момент, — самодовольно оскалился Убин. — Я проиграла ей в честном бою, — недовольно надула губы драконица. — Она меня приручила. — Ваши разборки, конечно, нам очень интересны, — Ричард даже не пытался скрыть свой ядовитый сарказм. — Но может вы кратко объясните, что у вас за проблемы, и мы во всём разберёмся? — Убин всё делает не так! Он не ест людей, да он вообще не ест мясо, одевается как клоун, и даже не разбойничает! Весь свой капитал он сколотил методом купли-продажи. Это неправильно, не по-драконьи! Не за это наши деды с рыцарями воевали. — О Боже, вы такие грубые и отсталые, — устало выдохнул Убин, мягко отстраняя от себя сестрицу и поправляя растрёпанную бороду. — Да, я гуманист, эстет, поэт и сыроед. Это не делает меня плохим, это делает меня ПРОГРЕССИВНЫМ! — Ты уверен, что тебе нужна девушка? Может мы тебе парня подыщем? — язвительно предложил Ричард. — Слышь, урод, я сейчас сама тебя сожру, раз Убин мясо не ест, — вмешалась Руби. — Это мой брат и только мне можно над ним издеваться. — Девушка очень не любила странные закидоны своего родственника, но он всё-таки был драконом, а не жалким смертным. — Отлично, я всё понял. — Ричард миролюбиво поднял руки к верху. — Очередная история с героической завязкой скатилась в фарс. Когда летописцы решат сохранить для потомков сведения о правление Рори, всё уместится на одной странице. Творилась какая-то дичь. Точка. — Рыцарь демонстративно повернулся к собеседникам своей прекрасной филейной частью. Убин даже на секунду склонил голову на бок, присматриваясь и размышляя над предложением рыцаря, но получив тычок под рёбра от сестрицы, тут же отвел взгляд. Руби не любит мальчиков, не стоит ей знать, что брат любит всех. С поправкой на погоду и настроение. — Деточкааа, — противный голос, который можно было узнать из тысячи, предвещал приближение настоящего монстра. — Малышкааа! Я тебя спасууу! Пару секунд спустя в проёме пещеры появилась запыхавшаяся и раскрасневшаяся фея во всём своём великолепии. Ярко-красное платье с многочисленными ремнями и завязками так плотно обтягивало пышные чресла, что, казалось, вот-вот разлетится по швам. А золотых украшений и драгоценных камней было так много, что на Матильду невозможно было смотреть дольше пары секунд — глаза тут же начинало резать от многочисленных бликов. Больше всего женщина была похожа на пережатый бечёвкой кусок ветчины, зачем-то украшенный золотом и бриллиантами. — Гуси-лебеди издохли по пути, — пробурчала Мотя, утирая пот со лба шёлковым платочком. — Мне пришлось бежать добрых метров двадцать. Но теперь я здесь, и я всех спасу. Где ваш дракон? Убин, все это время глядевший на фею как завороженный, рухнул на колени и зажал нос руками, пытаясь прекратить резко начавшееся кровотечение. — Боже, какая прекрасная дама. Это королева? — Нет, это моя крёстная, — ошарашенно пробормотала Рори, искренне не понимавшая, как кто-то может назвать эту страшную женщину прекрасной дамой. — Значит всё-таки дворянка, — промурчал дракон и шустро подполз поближе к фее. — Богиня! Сокровище! Позвольте стать вашим верным рабом и любить вас всю жизнь или хотя бы до утра. — Он явно больной, — констатировала баронесса, закрывая руками глаза. Больше всего ей хотелось развидеть увиденное и перестать представлять сцены жаркой любви между модным драконом и уродливой феей. — Братик, она же страшная! И старая! — Это как-то мерзко, — тихо поддакнула Розалина. — Это не мерзко! ЭТО ПРОГРЕССИВНО! — Убин обнял ошарашенную Матильду за ноги и уткнулся лицом в её широкие колени. — Она моя! И не надо завидовать. Завидовать, правда, никто почему-то не желал. Нежный и ранимый Генрих и вовсе тихо сблевал себе под ноги.