All I need is you.

Я лежал на полу, Бёль пыталась съесть мою руку своими маленькими зубками. Больно, вообще-то, но я готов был ей всё простить, она же такая милашка. Мы часто так дурачились на полу, мне казалось, что она жила с нами всю жизнь, так идеально вписалась. Прошло, может, три недели с того момента, как я её забрал. Она подросла. А ещё, Минхо стал возиться с ней больше меня, так что я в тайне надеялся, что он перестал быть врединой и решил оставить Бёль. Но сегодня утром он поднял тему её анализов, которые стали соответствовать анализам здорового котёнка, что меня очень напрягло. — Джисон, пора, — Минхо зашёл в зал. Вот, чёрт. — Ну хён. Тебе же тоже она понравилась. Давай оставим, — я подошёл к нему вплотную и поцеловал. — Пожалуйста, — попросил я шёпотом. — Мм, ты используешь запрещённые приёмы, — он тоже поцеловал меня и посмотрел в глаза. — Мы ведь договорились уже. Помнишь, когда к нам семья приходила её смотреть, у них дочь маленькая так радовалась. Тебе не жалко отнимать животное у ребёнка? Я отошёл от Минхо, поцеловал Бёль и взял её на руки, пообещал, что обязательно буду навещать каждый день. Почему я вообще должен жертвовать ради какого-то чужого ребёнка? Какая разница, что это ребёнок, кошка изначально моя была. Мы вышли из дома, я сел в машину первым, Минхо сел следом, загрузив вещи, и мы поехали в сторону приюта. Сегодня его родители были в городе, гуляли где-то, так что он мог брать их машину. Я, кстати, чудом избежал знакомства с ними с утра. Я очень надеялся, что кошка будет всю дорогу спать, но нет. Она мяукала и пыталась вырваться из моих рук, походить по салону. Мне было страшно отпускать её, вдруг под педаль заберётся? Или застрянет где-нибудь. От её плача у меня сердце разрывалось. Мы приехали, Минхо принёс её вещи, а я саму Бёль. Волонтёры и правда вызывали доверие, да и приют был хороший, животные не выглядели измученными. Но мне от этого не было легче, я не хотел её оставлять и всё. Минхо оставил меня попрощаться. Он же ветеринар, он должен любить животных, защищать их. Неужели ему не больно оставлять котёнка здесь? Лишать её тёплого дома. Я поцеловал Бёль на прощание и вышел. Внутри так тяжело. Я ощущал себя самым настоящим предателем. Подарил ей тёплый дом и надежду на человечество, а теперь бросил одну с незнакомцами. Чем я был лучше её предыдущих хозяев? В машине стало ещё тяжелее, я расплакался. — Ну Джисон, солнышко, — Минхо улыбнулся и положил свою правую руку мне на бедро. — С ней всё будет хорошо, я обещаю. Ты сможешь ходить к ней в гости, если захочешь. Я молчал. Что мне говорить, если он вообще мою точку зрения не понимал? Мне было обидно. Моя маленькая Бёль. Почему в этой жизни не могло хоть что-нибудь пойти ровно так, как я хотел? Мы приехали домой и сразу сели ужинать. Я не ел, ковырялся в тарелке. Минхо поглядывал на меня и вздыхал. — Через месяц у нас сто дней отношений, — начал он. — Хочешь, съездим куда-нибудь? Что подарить тебе? — Ничего не надо, — я шмыгнул носом. — Не хочу отмечать, это конец ноября, я к сессии готовиться буду. Нет, я, конечно, обижался на него за Бёль, но тут она была ни при чём. Наверное. Отмечать правда не хотелось. Энтузиазма вообще никакого, хотя, ситуация с кошкой, думаю, тоже влияла. Почему мне так нравилось портить всё, если пошло не так что-то одно? Я усмехнулся и встал из-за стола. — Ты уверен, что сможешь с ней справляться? Она вырастет в большую кошку, причём довольно быстро, — Минхо, видимо, развернулся ко мне, задев мои ноги своими коленками. — Да, — я стоял к нему спиной. Минхо вздохнул и встал со стула. И к чему это было? Я поспешил ретироваться с кухни в свою комнату, но успел только дойти до зала. — Собирайся, — крикнул Минхо из прихожей. — Куда? — он как будто не видел, что нет у меня настроения куда-то ходить. — За кошкой твоей, куда. — Правда? — я обрадовался и вышел в прихожую, он кивнул. — Спасибо. Но мне не нравится, что у тебя проявляются садистские наклонности твоего отца. — Минхо покачал головой и усмехнулся, закатил глаза. — Зачем надо мной было издеваться, если собирался её оставить всё равно. — Я не собирался, — он улыбнулся. — Просто мне стало так не по себе от твоих слёз, да и дома как-то пусто без неё, согласись. Плюс, дочь тех её потенциальных хозяев аллергиком оказалась, они сначала думали, это от сладкого, но оказалось на шерсть, так что родители решили повременить с животными. Мне по дороге волонтёр написал об этом, я сейчас только заметил. Он спросил, не хочет ли одна плакса забрать себе котёнка, — он посмотрел на меня, я закатил глаза. — Ты же понимаешь, что Бёль — это твоя ответственность? Я радостно закивал. У нас всё-таки будет ребёнок. Я надел куртку и вышел на улицу, Минхо подтянулся за мной, мы сели в машину. Было волнительно. Вдруг она посчитала меня предателем и обиделась? На этот случай я захватил ей вкусняшку. Минхо то и дело поглядывал на меня, только уже не вздыхал, как в прошлый раз, а улыбался. “Неужели один маленький котёнок может сделать тебя таким счастливым?” — удивлялся он вслух. А сам-то. “Пожалуйста”, — смеялся Минхо, когда я извинялся перед Бёль. Нет, ну я не мог не извиниться, оставил в приюте же. Я погладил её, а она разыгралась и царапнула меня, мелкая хулиганка. Но сейчас я на неё совсем не злился, взял на руки и положил под куртку. Минхо неодобрительно на меня посмотрел, у нас ведь была переноска, но возражать не стал. Мы сели в машину и поехали, забрав вещи обратно. — Ты со мной так не милуешься, как с ней. Я начинаю ревновать, — усмехнулся Минхо. — Кто бы говорил, — я всё же оторвался от Бёль и посмотрел на него. — Ты отказался ужинать со мной, потому что она на тебе лежала; когда ты с ней сюсюкался, и я прилез к тебе за поцелуем, ты щёлкнул меня по носу, а её поцеловал; кормишь её раньше, чем меня, хотя, кстати, ты говорил, что все заботы о ней будут на мне. Мне продолжать? Минхо улыбнулся и протянул мне свою свободную руку, я переплёл пальцы. Как же хорошо. — Хён, знаешь, какая у меня была самая большая мечта? — Стать адвокатом? — Нет, это цель. А мечта — семья с загородным домом и кошкой. Дом — это теперь не так важно, потому что мне нравится и в городе жить, но вот семью с кошкой я уже завёл и... Я правда так счастлив сейчас. — Я очень этому рад. Обещаю, что когда-нибудь у нас будет загородный дом, пускай даже в качестве дачи, — он поднёс мою руку к себе и поцеловал, я улыбнулся. — Нам нужно поговорить. — Да, конечно. Я тебя слушаю. — Знаю, сейчас не очень подходящее время, и я не хотел поднимать эту тему, но прошло уже достаточно много времени с того момента, как я за этим начал наблюдать, с момента начала наших отношений, а ничего не изменилось. У тебя очень грустные глаза. Даже сейчас, ты говоришь, что очень счастлив, и я тебе верю, я вижу, что тебе от этого даже на месте не сидится, но глаза у тебя всё равно грустные-грустные. И... — он вздохнул. — Я слышу, как ты иногда плачешь по ночам. Я очень хочу тебе помочь, пожалуйста, подскажи мне, как. Я закусил губу и опустил взгляд, убрал свою руку от него. Мне, конечно, прекрасно был известен этот факт, но у меня и правда даже во время улыбки были грустные глаза? Я думал, что был счастлив конец августа, сентябрь и почти весь октябрь? С перепадами, естественно, но в основном счастлив. — Ты не сможешь мне помочь, и я не готов обсуждать это с тобой, прости. Я просто очень устал, вот и всё. — Ты можешь мне не рассказывать, я понимаю, что это что-то серьёзное и сложное, но, пожалуйста, не ври мне больше, ладно? — Но я никогда тебе не врал. Никогда, — я посмотрел на него. — Я знаю, малыш. Но вот только что ты сказал, что “просто устал”. Возможно, конечно, что ты действительно сам так считаешь, но... Ладно, я не буду в это лезть, только скажи мне, наши отношения с этим как-то связаны? — он заглушил машину, мы подъехали к дому. — Нет, — я почему-то очень испугался, в уголках глаз собрались слёзы. — Они тут совсем ни при чём. Правда. Ты... ты очень мне помогаешь, я... наконец-то чувствую себя нужным. И любимым. — Котёнок, — он улыбнулся и наклонился ко мне, чтобы поцеловать в щёку. — Вместе мы со всем справимся. Веришь? Я всхлипнул и закивал. Бёль проснулась и выскочила из моей куртки, Минхо поймал её и вышел из машины. Я не спешил. Нужно было успокоиться и убедить себя в том, что всё в порядке. Всё в порядке, теперь всё правда в порядке. У тебя есть всё, о чём ты мечтал, Джисон, доучиться немного осталось, будешь адвокатом, как и хотел. Что тебе ещё надо? Да ничего, но Минхо задел меня за больное (или за живое?), пускай даже и не преследовал такой цели. Когда-то мне сказали, что я психически нестабильный, и я не воспринял это всерьёз, потому что думал, что человеку просто нужно было плюнуть ядом, но... Что, если у меня пограничное расстройство? Я когда-то читал про него, многое сходилось, но, вроде, у меня всё было не так плохо. Минхо постучал по стеклу, и я вздрогнул от неожиданности. Он помахал мне рукой и спросил, собираюсь ли я идти домой или останусь здесь и поеду в деревню с его родителями. Я слабо улыбнулся и вышел из машины. — Можно попросить тебя кое о чём? Только не задавай никаких вопросов, пожалуйста, — я посмотрел на него, он кивнул. — Спрячь, пожалуйста, в доме все режущие предметы и таблетки. И воду в ванной отключи на ночь. И... можно, я сегодня с тобой лягу? — Конечно. Ты можешь приходить ко мне, когда захочешь. Можешь вообще всегда со мной спать. Я рядом, — он обнял меня, я прижимался к нему как можно сильнее. — Я люблю тебя, — прошептал он, у меня сердце забилось быстро-быстро, но я не был готов ответить тем же, голос снова будто пропадал, прямо как раньше. Он ведь поймёт меня, да? — Пойдём домой, Бёль уже заждалась тебя. Я кивнул и пошёл за ним. Как там было? Нам бы ночь простоять да день продержаться? Да, главное пережить сегодня и завтра и не сорваться, тогда всё снова станет хорошо. Пожалуйста.