Что делать, если школьный хулиган интересуется мной?!

Линь Цзян и Чжан Вэй встретились в кофейне и сели друг напротив друга. Молодая женщина источала красоту и самоуверенность, в то время как юноша — растерянность и страх. Нервно переплетя пальцы под столом, он наконец спросил: — Какая у тебя информация? Чжан Вэй улыбнулась. — Не играй со мной. Просто скажи, что хотела. — Линь Цзян поднял на нее суровый взгляд. — Похоже, младший брат враждебно настроен против меня, — подметила она небрежно. Чжан Вэй помешала кофе, отложила фарфоровую ложку и сделала глоток. — Четыре месяца назад твоих родителей заподозрили в незаконном отмывании денег, а затем они скрылись из страны. Я ничего не упускаю? — Чжан Вэй жалобно посмотрел на Линь Цзяна. Каким этот ребенок был глупым, раз решил довериться Гу Минжэню. — Конечно, у меня есть подтверждение. — Она достала из сумочки несколько фотографий и бросила их Линь Цзяну. На каждой из них были изображены транзакции с переводами. — Они украли много денег. Побег доказывает их страх перед наказанием, а значит, и вину. Когда Линь Цзян услышал это, его спина покрылась холодным потом. Он смотрел на фотографии, не в силах унять дрожь. — Родители не могли сделать этого. Нет… Они не должны были сбегать. — Тогда я хочу спросить тебя: кто попросил их об этом? Когда голос Чжан Вэй коснулся ушей Линь Цзяна, его голова словно в мгновение ока взорвалась. — Гу Минжэнь, — ответил он неуверенно, неумолимо бледнея. Линь Цзян до сих пор хорошо помнил тот день. Гу Минжэнь легкомысленно сказал: «Это я связался с твоими родителями и дал им денег, чтобы они смогли сбежать из страны». — Почему он это сделал? Линь Цзян знал, что родители слишком сильно любили его, чтобы вот так просто бросить. — Из-за тебя, конечно, — игриво ответила Чжан Вэй с сочувственным выражением на лице. — Из-за меня? Внезапно Линь Цзян вспомнил, как Гу Минжэнь наклонился ближе и произнес просто: «Нужна помощь? Если хочешь, я могу помочь тебе». Мозг Линь Цзяня отказывался соображать. Юноша замер, не желая верить. Неужели все это было частью плана? Как он мог купиться? — Где сейчас мои родители? — внезапно спросил Линь Цзян, словно что-то вспомнив. Чжан Вэй развела руками, давая понять, что не знает. — Не я отправила их за границу. Конечно, она хотела сказать, что Линь Цзяну следовало спросить у человека, который все это устроил. Но ведь Гу Минжэнь не покупал билеты… Или он и здесь солгал? Новая информация переполняла мозг, и Линь Цзян совсем не знал, что теперь делать. Он взял со стола стакан воды и сделал несколько больших глотков. — Что-то еще? — спросил он сухим, слабым и беспомощным голосом. Чжан Вэй снова серьезно посмотрела на Линь Цзяна. Она хотела, чтобы этот ребенок наконец осознал: этот мир жесток, а чувства — недолговечны. — Гу Минжэнь последние несколько дней ухаживает за матерью в больнице. Наверняка ты в курсе. — Увидев, как юноша кивнул, она продолжила: — Ты знаешь, по какой причине она попала в больницу? Гу Минжэнь не говорил ничего конкретного, лишь то, что ей сейчас нездоровится. Линь Цзян тупо покачал головой в ответ. Только тогда он осознал, что совсем ничего не знал и не понимал, что происходит. — Все потому, что она хочет родить еще одного сына для семьи Гу. Но у тетушки Ли плохая свертываемость крови. Она чуть не умерла, когда рожала Соямина. Поэтому на протяжении последних дней, несмотря на то, что у дяди Гу и тети Гу были хорошие отношения, они никогда не думали о пополнении в семействе. А теперь, после того как ты появился, она решила рискнуть. Даже обычной женщине тяжело зачать и родить в таком возрасте, не говоря уже о болезни… Линь Цзян, что ты думаешь об этом? — в голосе Чжан Вэй не было жесткой иронии или откровенных упреков, но ее слова действовали сильнее, чем угрозы. Линь Цзян облокотился локтями о стол и спрятал лицо в ладонях. Он давно знал, что у их отношений нет будущего. Видимо, это действительно конец. — Расстанься с ним. Я помогу деньгами. — Чжан Вэй достала чек и записал сумму. — Ты можешь поехать в столицу и найти своего друга, возможно, через него ты сможешь отыскать родителей. В конце концов, он не самый обычный студент. Ведь у него хорошие связи, много ушей и глаз. На чеке стояла сумма в миллион юаней. Так, значит, столько стоили его чувства… Линь Цзян горько улыбнулся, обнажив два тигриных зуба, потянулся, взял чек и встал. — Хорошо, я порву с ним. Чжан Вэй скривила пухлые красные губы в самодовольной улыбке, полной иронии. Конечно, не было проблемы, которую нельзя было решить деньгами. Их чувства не были крепки, раз небольшой удар со стороны смог с такой легкостью их разрушить. Сделав пару шагов по направлению к выходу, Линь Цзян обернулся. — Чего, черт возьми, ты добиваешься? Зачем нужно было разрушать их отношения? Какова ее цель? Рука Чжан Вэй, держащая чашку кофе, внезапно напряглась, но в тоже мгновение вернулась в нормальное состояние, а на лице девушка расцвела улыбка прекраснее цветов персика. — Ничего такого, просто хотела узнать, насколько крепки ваши отношения. Результат меня очень разочаровал. Очень жаль, что все кончилось все именно так. — Да? — Засмеялся Линь Цзян. — Неужели? Жаль? Ему тоже было очень жаль. Линь Цзян вышел из кафе. Сегодня ветер дул особенно сильно. Юноша сразу же замерз и нахохлился. Сидя в автобусе, он опустил голову и написал сообщение Гу Минжэню в WeChat: Линь Цзян: Чжан Вэй сказала, что моих родителей подставили. Отправив письмо, он убрал телефон, ожидая объяснений.

***

Тем временем в больнице очнулась Ли Янь. Поскольку ее тайна об обследовании и инъекциях раскрылась, ей было немного боязно встречаться с Гу Вэньтянем. Поэтому женщина, словно провинившийся ребенок, сидела с опущенной головой. Гу Вэньтянь сидел на краю больничной койки и держал жену за руку. — Почему ты такая глупая? — спросил он мягко и горько. — Почему не обсудила со мной? — Сын… Не вини его, — произнесла Ли Янь, не поднимая головы, — он тоже ничего не знал. Если бы не тело, которое уже давно не было молодым, инъекции проходили бы более комфортно, а последствий было бы меньше. — Ты все еще защищаешь его. Посмотри, что он наделал! Я не разрешаю тебе рожать еще одного ребенка, это опасно! Сын безголовый, а жена слишком беспечна — что за семейство! Гу Вэньтянь погладил Ли Янь по лицу. Ее кожа, раньше гладкая и нежная, стала грубее. Всему виной плохой сын. Ли Янь все еще настаивала: — Давай попытаемся еще один раз? Если не сработает, то я сдамся. Гу Вэньтянь не согласился и ответил холодно и категорично: — Нет! За столько лет совместной жизни она впервые услышала отказ. — Я хочу родить! — не унималась Ли Янь, проглотив обиду. — Если ты не захочешь зачать мне ребенка, я найду кого-то другого! Гу Вэньтянь был потрясен, услышав ее слова и крепко обнял жену. — Что за вздор! Ты можешь родить только от меня! Хорошо, не сердись, ты же знаешь, что я просто волнуюсь. Давай попробуем найти суррогатную мать. Так ты не навредишь своему здоровью. Каждый раз, когда Ли Янь начинала злиться, Гу Вэньтянь шел на любые уступки и делал все, что она просила. Женщина посчитала идею мужа очень хорошей. Даже если они прибегнут к суррогатному материнству, ребенок, рожденный от другой женщины, все равно будет носить фамилию Гу. Ли Янь наконец вздохнула с облегчением, думая, что теперь Гу Минжэню дадут больше свободы. У больной наконец появился аппетит, и она попросила мужа купить кашу. Увидев, что отец ушел из палаты, к матери тут же прокрался сын. Он просидел возле палаты день и ночь, его губы посинели от недоедания и жажды, а сам юноша выглядел подавленным и несчастным. Это расстроило Ли Янь еще больше. — Что такое, малыш? Отец ругался? Гу Минжэнь покачал головой, он открыл рот, но не произнес ни звука — просто не знал, что следует сказать. Ли Янь махнула ему рукой и жестом предлагая сесть рядом. — Мама в порядке, не волнуйся. Твой отец сдался и предложил суррогатное материнство. Сейчас медицина и технологии достигли небывалых высот, поэтому простое ЭКО не должно доставить проблем организму. Рассказав еще немного о их с мужем планах, Ли Янь надеялась, что сыну станет легче, но с удивлением обнаружила его крепко сжатые губы и взволнованный взгляд. — Что случилось? — обеспокоенно спросила она. Гу Минжэнь выдавил улыбку и покачал головой. — Не волнуйся, — заботливо утешила мать. — Теперь никто не станет настаивать на вашем расставании. Просто дай отцу время принять происходящее, ладно? У него крутой нрав, ты же знаешь. Не ссорьтесь и попытайтесь понять друг друга, ладно? У Ли Янь не было больших мечтаний. С детства она хотела выйти замуж за Гу Вэньтяня и стать хорошей женой и матерью. Семейное счастье стояло у нее на первом месте. Гу Минжэнь кивнул. Как раз в это время в палату вернулся Гу Вэньтянь. Он принес две порции каши и немного яичных пельменями. Когда он увидел, что непослушный сын занял его вакантное место, то не растерялся, а как ни в чем не бывало двинулся к кровати жены и протянул ей покупки. Гу Минжэнь сознательно встал и отошел в сторону. — Вот, возьми. — Ли Янь улыбнулась и протянула сыну одну из коробок с кашей. — А как же я? — буркнул Гу Вэньтянь. Еще и едой нужно его угощать? Непослушный сын не достоин! Ли Янь сердито посмотрела на мужа. — Я не могу съесть всю порцию в одиночку. Разве ты не можешь разделить со мной одну на двоих? Гу Вэньтянь был просто невыносим. Он намеренно купил две коробки, чтобы обидеть сына и провести между ними еще одну черту. Ли Янь знала все, но пока было бесполезно говорить об этом с мужем. Неохотно Гу Вэньтянь пихнул кашу непослушному сыну и, не говоря не слова, вернулся к жене. Все это время, пока Ли Янь пробыла в больнице, никто из семьи Гу ничего не ел. Прошлую ночь Гу Минжэнь провел в коридоре у палаты матери, не смыкая глаз, поэтому сегодня чувствовал небывалую сонливость и рано уснул. Он увидел сообщения в WeChat только на следующее утро. Прочитав несколько слов, Гу Минжэнь впал в ступор, а в его сердце поднялись паника и тревога. Гу Минжэнь: Нет, твоих родителей не подставляли. Нет, он не мог отправить такое сообщение, поэтому тут же удалил, устало закрыл глаза и решил разобраться во всем, когда придет на занятия.

***

В это время все шли на учебу, поэтому дорога до университета была забита под завязку. Но в толпе Гу Минжэнь с первого раза увидел Линь Цзяна, который шел с соседом по комнате и довольно улыбался. Гу Минжэнь нахмурился и ощутил легкую завись. Внезапно Линь Цзян обернулся и, увидев его, попросил Хао Мэна: — Иди вперед, я догоню. Хао Мэн увидел приближающегося Гу Минжэня и, встретившись с его острым взглядом, молча убежал. — Вернулся? Твоей маме стало лучше? — спросил Линь Цзян обычным спокойным тоном, подойдя ближе. Гу Минжэнь выдохнул, уставившись на него, захотел все объяснить, но заколебался. Линь Цзян опустил голову, ожидая ответа на свое сообщение, но осознав, что его не будет, ощутил острую боль в сердце. — Раз ты ничего не хочешь мне сказать, начну я. Давай расстанемся. Расстанемся по-хорошему. На самом деле, Линь Цзян уже давно перестал беспокоиться о своих родителях. Он не знал, как с ними связаться и просто надеялся, что у них все хорошо. Сейчас он был простым парнем — небогатым и не очень бедным. Парнем, который должен был порвать с молодым господином. А что он еще мог сделать? Не сделай он этого сейчас, дальше будет только больнее.