Я болею тобой

Война никогда не волновала Виолетту так, как остальных солдат. Она не боялась смерти. Не боялась ее в любых проявлениях. У девушки не возникало страха перед собственной кончиной и не возникало сомнений, когда смерть приходилось сеять самой. Конечно, по приказу. Приказы — смысл жизни Виолетты. Приказы и майор… Гилберт Бугенвиллея появился в жизни Виолетты внезапно. Но вскоре стал настолько важен и незаменим, что девушке иногда казалось — она не слышит и не видит никого, кроме своего майора. Он учил ее, защищал, объяснял все странное. Он стал всем. И только это было важно. «Майор, отдайте мне приказ». Виолетта всегда четко выполняла указания. Она была идеальным оружием. Ни капли сомнения, ни мысли о непослушании. Самый исполнительный и дисциплинированный солдат. До той ужасной битвы… Когда они пробрались в здание, захваченное противником, сразу стало понятно, что план провалился. Гилберт знал, что подмога близко, но нужно было еще успеть ее дождаться, а с этим возникли проблемы. Их отряд просто разгромили. Сослуживцы умирали один за другим, а Виолетnа впервые чувствовала отголоски страха. Не за себя… За майора. Они отступали к узкому коридору, когда прогремел выстрел и девушка рефлекторно отшатнулась. Прижалась к земле и метнула в сторону стрелявшего кинжал. Последнее свое оружие. Пистолет она выбросила пару минут назад. Патроны все равно закончились, а противники никак не отставали. Металлическое оружие метко угодило в голову одному из преследующих их с майором солдат и смогло дать немного форы на отступление. Не слишком много, учитывая очередной выстрел. — Виолетта… — Девушка дернулась от хрипоты в голосе майора и, наконец, увидела, что стреляли в него. На некогда чистом зеленом мундире расплывалось очередное бурое пятно. Майора подстрелили. Левый бок и правая нога, тут же отметила Виолетта с ужасом понимая — сам уйти майор уже не сможет. Что ж, она вытянет его. Она ведь оружие майора. Пора вновь ему послужить. Гилберт пошатнулся. Его лицо так быстро теряло краску, превращаясь в пепельно-серую маску, что сердце Виолетты неприятно сжалось. Девушка не понимала, что чувствует. У нее были сложные отношения с эмоциями. Но одно она знала точно — если в этой битве умрет майор, умрет и она. Виолетта потянулась руками к Гилберту, чтобы поддержать его. Помочь сделать еще хоть несколько шагов к спасению, но мужчина резко оттолкнул ее. Только услышав грохот выстрелов и почувствовав жжение в руках, Виолетта поняла, что майор спасал ее. У Гилберта еще оставались патроны. Пара выстрелов и у них вновь появилась отстрочка. Виолетта попыталась пошевелить руками, но ничего не выходило. Взрывчатые пули задели запястье левой руки и правое плечо, вырвав огромные куски плоти. Обрывки одежды вмиг пропитались кровью. Раны выглядели ужасно, но это нисколько не волновало Виолетту. В отчаянье ее приводила потеря способности помочь майору. Как без рук она сможет его вытащить? — Виолетта, — мужчина с ужасом смотрел на раны девушки. Он уже смирился с тем, что не выберется из этой битвы, но надеялся уберечь хотя бы ее. Гилберт был реалистом. Он давно продумал план на случай своей смерти. О Виолетте есть кому позаботиться. Девочка итак слишком многое отдала чертовой войне. Гилберт хотел подарить ей хоть немного мира. — Майор, держитесь за меня, я помогу, — упрямо поджала губы девушка. Она не умела сдаваться. Гилберт приобнял блондинку за плечи, стараясь в меру опираться на нее. Но раны лишили его сил. Очень медленно, шатаясь из стороны в сторону, но паре удавалось пробираться к выходу. Они уже были на лестнице, когда последние силы иссякли и Гилберта повело. При всей своей мощи, Виолетта не смогла его удержать без рук. Майор прислонился к стене и медленно по ней сполз. В голове шумело, уши закладывало. Девушка присела рядом, в отчаянье вглядываясь в бледное лицо. — Майор, что мне сделать? Отдайте приказ. Гилберт слабо улыбнулся. Он собрал все свои силы, чтобы приблизить лицо к Виолетте. Ее зрачки расширились, тело замерло в напряжение. Еще никогда он не позволял себе так внезапно вторгаться в ее личное пространство. Гилберт практически коснулся ее лба собственным. — Живи, Виолетта. Ты обязана жить и быть свободной. Я люблю тебя, — и он ее толкнул. От неожиданности Виолетта не удержалась и кубарем покатилась вниз по лестнице. Тело вспыхнуло болью. Запястье и плечо столь неистово жгли ее, что на глазах невольно выступили слезы. Хотя Виолетта раньше никогда не плакала. Даже при переломах. Здание сотряс взрыв, везде пахло гарью. Виолетта лежала около подножья покореженной лестницы отказываясь думать о том, что Гилберт провалился вниз, успев напоследок все же спасти ее саму. «Я люблю тебя» — так он ей сказал. Но что? Что же это значит?!