Свет и Тьма

Рируко.    Я не хотел терпеть эти полные ненависти взгляды. Жгучая боль сковывала движения, обида душила. Поэтому я сбежал, бросил Лину, даже не простившись! Мне стало все равно — уйти и не возвращаться. Я решил бросить свой свет, знаю, что мне нет места в Черном Ордене.    Идя по улочкам Парижа, я чувствовал на себе пристальный взгляд, но сколько бы раз я не оборачивался, никого так и не увидел — странно это. На главной площади Парижа — площади Согласия — меня ухватили под руки и потащили в сторону яркого шатра. Оглянувшись на того, кто меня тащил, — грустный клоун, — мне стало смешно. Истерика подошла как всегда внезапно, смех и слезы. Клоун удивленно уставился на меня, а я вырвал руку и рванул в сторону очередной темной улочки.    Со стороны площади доносились разные звуки и запахи, а я, согнувшись, сидел на земле и тщетно пытался успокоиться. Дикая боль и ужас сводили с ума, я не выдержал и слезы потекли вновь. Неужели это из-за того, что я Ной?!    Сознание помутнилось, и я медленно съехал по гладкой стене здания. Прежде чем окончательно уйти в забытье, я заметил лишь четыре силуэта, быстро приближающихся ко мне.    — Лулу Белл, что с ним?! Что с Ри?! — откуда они знают мое имя, но эти эмоции — беспокойство и неподдельная забота — заставили боль отступить, и я слабо улыбнулся. Спасительная тьма и тепло рук что мягко подхватили меня — большего не нужно. Цирк. Тикки.    Вы любите цирк? Я его так люблю, что даже туда не хожу. Для меня это что-то настолько невероятное, что хочется не потерять новизны и наивности. Вот как можно заставить собачек ходить на передних лапах? Как распилить девушку, а потом склеить её обратно? Как жонглировать горящими факелами и не получить ожога первой степени? А уж если б меня затолкали в клетку с тигром или подвесили под купол на тоненькой веревочке – я бы, наверно, сразу помер от страха.    Близнецы восторженно озирались по сторонам — их можно было понять: толпа народу, нестихающий гомон, смех — и все это одновременно. Я заинтересованно осматривался.    Цирк... Он, как по мне, начинается со зрителя... Люди, сидящие в зале, делятся на две категории: тех, кто с наслаждением подмечают и оценивают все движения артиста, пытаясь проникнуть в суть фокуса, раскрыть его секрет; и тех, кто с удовольствием смотрит представление, не пытаясь что-то угадать, тех, кто просто рад этой иллюзии... Затем все начинается... Первый этап – подготовка: зрителю намекают, объясняют, внушают, что ему предстоит увидеть. Реквизит уже стоит на сцене. Иногда, в помощь артисту, приглашаются добровольцы из публики. Во время подготовки фокусник всеми средствами отвлекает внимание зрителя. Затем исполнение – сплав многолетнего опыта и артистического таланта фокусника. Наконец, третий этап, так называемый "эффект" или "престиж", – это продукт магии. Если из шляпы достают кролика, которого раньше как бы не существовало в природе, то он и будет "престижем" этого фокуса. Фокусник и его зрители заключают между собой особое соглашение, которое я называю Договором о магии. Ни одна из сторон не формулирует его открытым текстом; более того, зрители, как правило, даже не подозревают, что стали участниками этого Договора, но дело обстоит именно так.    Акробаты, дрессировщик с тремя львами и, конечно же, клоуны. Ах, клоуны, должно быть, вы ненавидите детей и цирк, ведь только здесь детский смех наполняется порочностьи и тьмой, смеяться над болью других — воистину великолепно! Джасдеро дернулся и немного удивленно посмотрел на меня. Похоже, стоит быть более сдержанным.    Цирк — это игра. Игра, что непонятна и странна, но в этом есть свое очарование, страшная игра... Цирковая арена становится площадкой для испытаний навыков, силы и стойкости. Ходы участников кажутся продуманными, как в шахматной партии, вот только оппоненты не подозревают, что фигурами в их странной игре являются не бездушные кусочки дерева, а живые люди. Шаг за шагом, ход за ходом — и вот уже нельзя закончить игру, просто разорвав узы обязательств, как этого бы хотелось игрокам больше всего на свете. Кажется, что выхода нет; слишком многое стало зависеть от исхода "поединка", слишком много людей оказались невольно втянутыми во все это "сражение". Сохранить хрупкий баланс, не разрушить чудесное цирковое наваждение и закончить игру могут только участники, но ведь они уже не просто противники — и решение о победителе вынести невозможно.    Но вот представление заканчивается и на манеже появляется подросток — на его лице маска, часть ее смеется, часть рыдает, мальчик вскидывает руку и раздается смех, надтреснутый и чуть испуганный. Отсмеявшись, он указывает на мужчину лет тридцати аристократичной наружности с хвостиком.    — Ты! Ты будешь принадлежать ей! Жди снов и бойся их! — мальчишка захохотал и упал на колени, люди замерли в ужасе глядя на то, как съехавшая маска обнажает лицо, на котором нет глаз.    Люди закричали и кинулись кто куда. Мы с близнецами попытались подобраться к арене, но нас снесло напуганной толпой. Уже будучи на улице, мы наблюдали странное зрелище: шатер рассыпался в прах и ветер раздувал остатки. На площади стояла паника. Воистину жуткое зрелище.    — Микк, — я оглянулся и пораженно уставился на Лулу Белл, — Идем со мной.    Ох, не нравится мне это. Рируко почти потерял сознание, его лицо исказила гримаса боли и отчаянья, но стоило коснуться его, взять на руки и прижать к себе, как он слабо улыбнулся и боль с его лица ушла на задний план. Я убью того, кто причинил боль нашему Рируко.    Маленькая девочка шести лет сидела на полу и раскачивалась из стороны в сторону. На ее губах играла счастливая улыбка. Рядом с ней сидел плюшевый заяц, раза в три больше самой хозяйки: у него не было глаз, одно ухо было оторвано и плюш вылазил из небольшого отверстия, некогда ярко-розовая окраска поблекла и посерела. Вдруг девочка перестала улыбаться и, резко вскочив на ноги, закричала. Заяц пошатнулся и упал.    - Мне надоело! Я хочу новую игрушку! Ты меня слышишь, Смерть? — девочка оглянулась и внимательно посмотрела на женщину. Но тут на лице ребенка вновь заиграла улыбка. — Ты же не хочешь стать моей новой куклой?    Смерть, она же Мари Стюарт, поклонилась и проговорила:    - Ваше желание — закон, Принцесса, но, быть может, вы примите более подобающий вашему статусу вид?    Принцесса молчала, а затем щелкнула пальцами. Юная дева похожа на ангела, и только пустые глазницы, из которых текут алые слезы, портят все. Она улыбнулась и обернулась к плюшевому зайцу, — мгновение и на полу лежит напуганный мальчишка. У него тоже нет глаз, но в его случае их вырвала Принцесса.    - Ты, мой милый раб, пойдешь с Мари и будешь верно ей служить, — Принцесса отвернулась и пошла к зеркалу, но вдруг остановилась и оглянувшись бросила, — И не забудь свою маску.    Подросток осторожно подобрал с пола маску: одна ее половина смеялась, а другая рыдала. Дрожа всем телом, он одел свою маску и поспешил за уходящей Стюарт.    "Фокусник был прав, а я, дурак, надеялся обдурить саму Смерть." Эта мысль то и дело проскакивала в голове у подростка, что бежал следом за Мари Стюарт.