Кровавый след в истории

      С появления землянки в нашем клане моя жизнь незаметно поменялось. По началу, когда я только увидел ее, считал, что она не проживет и пары дней. Но она оказалась сильней. Возможно, именно это я уважаю в ней? Каждый раз, как она попадала в сложную ситуацию или если с ней приходилось возиться, я чувствовал лишь груз на душе и с каждым разом только больше жалел, что она выжила и осталась в нашем клане. Не могу не признать, что однажды у меня были мысли завести ее в чащу леса и оставить там.       Но чем больше я узнавал о ее планете, ее профессии, жизни в ее соайа, я почему-то больше не чувствовал раздражения. Я перестал тосковать по пустым дням охоты в лесу в компании дурачливых друзей, перестал думать о том, что лучше бы я помогал родителям и готовился стать вождем. Теперь я думал лишь о том, что я хочу… Послушать еще немного про эту странную коробочку, которая есть у каждого землянина, про железных икранов, которые перевозят по сотни людей, про домики, которые могут передвигаться сами на колесах… И чем больше я слушал об этом, тем больше я втягивался в эту жизнь. Это было странным, но приятным чувством иметь такого глубокого друга.       Сегодня был свободный день. Отец не поручал ничего сверхъестественного, а матери с утра не было в деревне, видимо ушла на охоту. Чуть зевнув, я стал медленно подниматься по спиралевидной лестнице к ее маруи, желая ее разбудить. Сегодня хотелось выбраться подальше от клана. Я стал чаще замечать на себе взгляд дяди Тсу’тейа. Я мог понять его чувства. Он не желал, чтобы я тосковал еще по одной жертве, если что-то вдруг произойдет, но разве мы настолько близки с этим человеком, чтобы тосковать по ней, если она умрет? — Подъем! — крикнул я, заходя на нужный этаж и подходя к палатке.       Оттянув полог, я заглянул внутрь, заметив ее опять за своими склянками. Но… В нашей одежде? Да, мне не почудилось. Она действительно сидела в тех вещах, в которых была на свадьбе. На секунду я замер, обновляя этот образ в своем сознании. — Я уже встала, Ло’тей, — раздался ее чуть сонный голос. Видимо, она проснулась не так давно. — А что, сегодня какой-то праздник? — спросил я, осклабившись и желая ее немного подразнить.       Мой хвост дернулся в игривом жесте, а уши встали торчком, готовые слушать ее реакцию. Она обернулась. Подняла на меня свои большие темные глаза, нахмурившись. — Не язви! — возмутилась наконец она, оправляя набедренную повязку и заправляя одну из косичек за ухо.       Ее руки были… изящными. Я чуть прищурился, давая ей пространство пройти мимо меня и выйти на свежий воздух, потягиваясь. Как только она потянулась, поднимая руки к небу, на ее голой пояснице ближе к спине пролегла небольшая ложбинка. Я словно завороженный стоял и наблюдал за тем как эта ложбинка по мере ее движений появляется, а затем пропадает… Когда я наконец осознал, что она смотрит на меня, я чуть дернул ухом и двинулся к лестнице. — Пойдем, — позвал я ее, поднимаясь повыше. — Сегодня хочу отвести тебя в одно место.       Она радостно последовала за мной. Я глянул на нее через плечо, замечая для себя, что она стала раскованнее. Каждый раз я подмечал в ней что-то новое. Узнавал ее все лучше. И мне нравилось становится ближе к ней. Иметь такого друга было… Большим подарком в моей жизни.       Каждую ночь, как я ложился спать, я все думал. Думал о том, что у меня никогда не было такого друга. Все ценили и уважали меня лишь за то, что сын своего отца. Никто не видел за этим статусом меня самого, кроме нее. Она смотрела на меня как на настоящего, как на личность. И я ценил это. Я понимал, что я больше не смогу просто так расстаться с ней, отпустить ее и забыть, жить дальше без нее. Тогда я бы остался совсем один. Без того, кому я бы мог поведать свои тайны и чувства. Я не мог признаться даже себе в том, что рассказывал ей совсем мало, но этого мало хватало для того, чтобы она стала для меня самым важным другом.

***

      Мы поднимались по лестницы до тех пор, пока не вышли на самый верх. Я чуть растирала затекшую шею от неудобной подушки, которую я себе сделала относительно недавно из перьев небольшой птички, пойманную на охоте Ло'тейем. Стоило набрать перьев все же побольше… — Куда мы идем? — спросила я, когда мы вышли на небольшую ветку и мужчина неожиданно замер, свистнув ввысь.       Я шла следом и от его внезапного торможения едва не соскользнула с ветки, но во время схватилась за его хвост, выравнивая свое положение. Ло’тей чуть воздрогнул и удивленно обернулся ко мне, поднимая уши торчком. Я никогда не хватала его подобным образом и сейчас он был в полном замешательстве, пытаясь понять что это значило. — Ты что делаешь? — спросил он, нахмурившись с подозрением. — А ты знал, что на Земле есть выражение: накрутить кому-либо хвост? — спросила игриво я, вставая в позу поудобнее и начиная крутить его конечность по кругу. — Вот, кручу тебе хвост. — Едва ли это выражение столь буквальное! — шикнул недовольно парень и отобрал у меня свою конечность, недовольно поджимая уши к голове.       Я слегка улыбнулась, но вскоре улыбка стерлась с моего лица, когда на нашу ветку село огромное существо, заставляя меня издать сдавленный писк и спрятаться за мужчиной, прижавшись к его пояснице. Ло’тей снова вздрогнул и чуть приподнял руку, заглядывая за спину. — Испугалась Ту’ка? Это мой икран.       Я выглянула из-за мужчины, смотря на огромную тварь перед собой. Внушительный икран пытался склонить голову и подластиться под руку Ло’тейа. Заметив то, что я смотрю на него, животное стало нервничать. — В глаза только не смотри ей, — предупредил Ло’тей, прикрывая меня рукой от животного подальше от греха.       Я чуть кивнула и опустила голову. Мужчина же успокаивающе заговорил со своим чудным другом, что-то ему нашептывая. Когда животное довольно заворчало, Ло’тей неожиданно схватил меня за талию, поднимая над землей. Я сдавленно охнула, но не сопротивлялась, позволяя мужчине забраться на Ту’ка, как он его назвал, и связаться с ним с помощью тсахэйлу. Наконец, удобно усевшись, мужчина посадил меня перед собой, приобнимая одной рукой за талию. — Подожди, мы же не… — только сейчас я сообразила, что парень решил куда-то лететь на этом божьем страхе.       Я даже не успела договорить, как парень камнем сорвался вместе с животным с дерева. Раздался мой девичий визг. Я вцепилась одной рукой в пальцы Ло’тейа, чтобы тот не отпускал меня, а второй рукой в импровизированное седло икрана. Позади послышался беззаботный смех мужчины, который покрепче прижал меня к себе, будто давая мне обещание, что не отпустит.       Когда мы были почти у самой земли, икран неожиданно расправил крылья и выровнял полет, уносясь с бешеной скоростью прочь от дерева. Я прищурилась, не в силе справиться со встречным воздухом, но прикрыть глаза рукой мне мешал страх. Я буквально мертвой хваткой держалась за сидения, боясь пошевелиться. — Испугалась? — раздался бархатный голос Ло’тейа над моим ухом. На секунду я задохнулась от возмущения и смущения одновременно. Я чуть обернулась, глянув на мужчину в ярости. — Ладно тебе. Я всего лишь хочу показать тебе место, где я обычно провожу время в одиночестве. — Я ненавижу тебя, — прошипела я, желая в эту же секунду отцепить его пальцы от себя. Но не решилась на такой отчаянный шаг. Мужчина лишь осклабился, потрепав меня по голове.       Летели относительно недолго и скоро пошли на снижение. Я снова завизжала, когда икран резко спикировал к земле. А вот Ло’тей хохотал. Было не сложно догадаться кто направлял животное для таких маневров.       «Я был в восторге от полетов с ней. Никогда бы не подумал, что она боится такого пустяка. Почему-то мне импонировало то, как она боязливо прижималась ко мне, когда я заходил в резкие виражи. Когда мы просто летели по прямой траектории, она то ли неосознанно, то ли специально отодвинулась от меня. Почему-то это не вызвало у меня удовлетворения. От чего мне так хотелось создавать ситуации, чтобы она прижималась ко мне столь доверительно?»       Когда наконец икран приземлился, я еле нашла в себе силы, чтобы спрыгнуть с диковинной птицы. Спускалась я не без помощи Ло’тейа, который любезно протянул ко мне руки и взяв за талию, осторожно спустил на землю. Чуть пошатнувшись, я подавила в себе рвотный позыв, опираясь всем телом на парня. Ло’тей глянул на меня с небольшим беспокойством, наклоняясь пониже, чтобы заглянуть в мои глаза и неожиданно замер.       «Я привык к запахам леса, дождя и крови. Но ее запах… Он другой. От нее пахло травяной настойкой мха, свежими фруктами, которые она ела на завтрак и чем-то еще… Чем-то новым и незнакомым. Оно похоже на… Я даже не знаю как описать. Это что-то с чем я еще ни разу не сталкивался в жизни. Но погодите… Нет, не нужно об этом думать»       Это была всего секунда замешательства, прежде чем Ло’тей выпрямился. Прокашливаясь. Он неловко потер шею рукой, стараясь выкинуть из головы странные мысли об этом новом запахе. Чуть встряхнув меня за плечо, как он обычно любил это делать, он подопнул меня в сторону небольшой тропинки, которая была едва видна среди зарослей. Следом за нами по пятам топал его икран, что-то неразборчиво ворча и тыкаясь хозяину меж лопаток. Почти неощутимо, но будто требуя от него внимания. — Ту’ка, отстань! — шикнул Ло’тей, пытаясь отпихнуть от себя морду икрана.       Животное, видимо начиная понимать, что больше ласки не получит, заинтересовалось мной. Мужчина в это время прошел чуть вперед, начиная расчищать заросли перед о мной, чтобы я могла нормально пройти и не пораниться, а я стояла позади и терпеливо ждала.       Почувствовав тычок в спину, я вздрогнула, чувствуя как меня прошибает холодный пот. Я медленно обернулась, смотря куда-то в сторону и лишь боковым зрением разглядывая икрана Ло’тейа. Животина, заметив, что на нее обратили внимания, оживилась, чуть потопав на месте от восторга, заставляя землю под ее ногами затрястись. Я не сдержалась и отшатнулась от икрана, врезавшись в спину Ло’тейа. Мужчина чуть обернулся и будто неосознанно положил руку мне на голову, успокаивая. — Не бойся ты ее так, — хмыкнул Ло’тей, протягивая руку к своему питомцу. — Она играть просто хочет. Мы давно с ней не летали.       Икран в это время радостно склонилась и прижалась к ладони хозяина. Ло’тей какое-то время гладил ее по морде, пока не положил свободную руку мне на плечо, скользящим движением спускаясь от плеча к локтю, а от локтя к запястью. От подобного жеста я невольно вздрогнула, чуть повернув голову к нему. Он оказался совсем близко ко мне. В паре сантиметров от меня. — Погладь ее, — попросил он своим бархатистым голосом. — Она не укусит, я обещаю.       Мужчина моей рукой осторожно коснулся прохладной кожи икрана. Животное, заметив, что получает в два раза больше ласки совсем расплылось, прижимаясь всем своим огромным телом к земле, будто прося, чтобы ее начесали сейчас побольше. Я наконец смогла выпрямиться, почувствовав, что животное не несет опасности, а наоборот, ласковое, словно кошка. Чуть улыбнувшись, я осторожно положила ей обе руки на морду, начиная нежно ее наглаживать. Икран аж стала жмуриться от удовольствия.       Ло’тей чуть отстранился, довольно улыбнувшись. Можно было дальше прокладывать дорожку. Вскоре мы вышли к огромному озеру, над которым где-то в метрах пятидесяти левитировал огромный остров. Я в изумлении открыла рот, запрокидывая голову и наблюдая за масштабами этой громадины. Мимо острова проплывало облако, которое, казалось, запуталось в свисающих с острова лиан. — Отсюда начинается территория парящих гор, — гордо объяснил Ло’тей, присаживаясь рядом со мной на корточки и наблюдая за моим удивлением. Я даже не смогла спокойно выдохнуть, пребывая в немыслимом восторге от такой красоты. — Хочешь, слетаем туда? Правда там вода холоднее, чем здесь. — Мы прилетели… плавать? — спросила я Ло’тейа с подозрением.       Тот лишь неоднозначно пожал плечами, сидя на корточках совсем рядом со мной. На самом деле мужчина делал это не просто так. Он хотел еще раз почувствовать этот странный и манящий запах. Я не замечала изменений в поведении мужчины, сосредоточенная только на природе вокруг. А вот он сидел рядом и внимательно разглядывал меня, пытаясь понять откуда идет этот аромат. Опомнившись, он все же с неохотой отошел от меня, подходя к берегу поближе. — Вон там, — Ло’тей указал пальцем куда-то в сторону. — Есть небольшая заводь с чистой водой. Можешь поплавать там. Я не увижу.       Я глянула на него с застенчивостью и медленно пошла в сторону заводи, старательно обходя кустарники и подозрительные на вид цветы — откуда я знала, что они не опасны?       Икран, которая уже успела начать мне симпатизировать, растерялась, не понимая, почему мы расходимся с Ло’тейем. Помотав головой на одного, потом на другого, она добежала до меня и преградила мне дорогу, вырастая горой на моем пути. Мужчина, который уже стягивал с себя пояс с кинжалами и ножнами поднял голову, с интересом глянув на икрана. — Ту’ка, иди сюда, — позвал мужчина и икран тут же понеслась к нему, едва не задев меня крылом. Я еле успела увернуться, присаживаясь на корточки. — Извини, она любит абсолютно всех в отличии от других икранов.       Я лишь кивнула, развернулась и все-таки дошла до тихой заводи, где и правда была чистая вода и было видно как около самого дна плещутся яркие серебристые рыбки. Я не стала сразу раздеваться. В начале хотелось проверить все ногами. Побродиться.       Подойдя поближе к спуску в воду, я осторожно спустила в начале свои пальцы, а потом и ступню, чувствуя приятную прохладу. Медленно ступив на золотистый песок на дне, я зашла чуть поглубже, распугивая всех рыбок. Те серебристым вихрем кинулись в глубь озера, пока я чуть посмеивалась от их поведения.       Оглядевшись, я вдохнула полную грудь воздуха. Как бы это иронично не звучало, но теперь этот воздух пандоры становился для меня самым свежим из всех. Он действительно пах приятно. Чем-то цветочным и свежим. Вокруг не было ни души. Почему-то я доверяла этому месту. Я стояла посреди тихой заводи, где-то около тридцати квадратных метров, которая была скрыта от основного озера высоким камышом.       Выздохнув, я вышла из воды и стянула с себя одежду, заходя в воду уже без нее. Зайдя по пояс, я с удовольствием опустилась в нее, затем нырнула с тихим всплеском, подплывая ко дну и ища какие-нибудь красивые ракушки.