Кровавый след в истории

      Летели мы долго. За это время я успела поспать, пару раз огрызнуться на Тришу, попытавшуюся меня изучать до прибытия на базу людей, перекинуться пару слов со Стеном Маккарди и вкратце объяснить что же со мной все-таки случилось. Я уже давно отвыкла от таких долгих полетов и чувствовала себя изнеможденной после того, как мы наконец приземлились. Хотелось отоспаться, придти в себя и переодеться.       — Для тебя комнаты пока нет, — заметила Триша. — Поживешь с аватарами, ладно?       Спрашивала она это настолько буднично, будто не понимала насколько это может быть неприятно и местами даже страшновато, ведь аватары это не были живые на’ви. Когда внутри аватара отсутствовал человек — аватар беспробудно спал, походя больше на пустую оболочку. А находиться в компании тел без души такое себе удовольствие. Будто спать в морге. Но я не стала возмущаться.       Уходя вместе с остальными в огромный амбар, я ловила на себе шокированные взгляды остальных ученых, ходящих в этих дурацких круглых масках. Я уже даже забыла о том, как нелепо это выглядело со стороны.       — Завтра с утра пораньше начнем с анализов, — щебетала Триша, что-то уточняя и уже составляя список, который тут же выслала на почту мне и другим ученым. Я вытащила из рюкзака свои старенькие часы, которые в области сети тут же заработали, получая море уведомлений. Но меня не особо радовали эти изменения в жизни и возвращение всех благ. Двое ученых, которые следили за состоянием аватаров, выдали мне матрас, одеяло, новую одежду и средства гигиены — мыло, шампунь, бальзам для волос, прокладки. Я с некоторым удивлением разглядывала все эти вещи, которые теперь казались крайне чужими и непривычными. Но не воспользоваться ими было бы бы преступлением. Поэтому я ушла в душ. Горячий душ был самым приятным из всей этой ситуации, в которой меня считай похитили уже из привычной мне экосистемы.       Выйдя в непривычно закрытой одежде — длинной кофте и брюках, я неловко перетаптывалась с ноги на ногу, оттягивала ворот рубашки, который неприятно давил воротом на горло и подтягивала брючины, которые неприятно волочились по ступням.       — Что с тобой? — спросил озадаченно Стен Маккарди в теле аватара, укладываясь на свою постель. — Маленькая одежда?       — Не в этом дело, — призналась я, ложась в стороне и укрываясь одеялом. Возможно, в этой ситуации мне стоило паниковать, кричать, рваться прочь, но я понимала, что это просто бесполезно. Единственное, что я могла делать в этой ситуации — абстрагироваться от всех чувств, закрыть глаза и немного поспать.

      ***

      Чувства во сне были почти осязаемыми. Я нервно потерла глаза, просыпаясь посреди белой пустоты. Той же самой, которую я видела вокруг, когда получала тсахэйлу. Напрягшись, я поднялась и осмотрелась. Вокруг не было ничего. Просто белая пустота. Казалось, что я сама была нарисована и художник просто забыл добавить фон.       — Кхм, — раздался сзади кашель. Я взвизгнула и резко обернулась, смотря на маленькое существо с тысячами сменяющихся ликов: животных, людских, на’ви. Снова передо мной предстала Эйва.       — Ты. Без рук! — я сделала шаг назад, выставив руки перед собой, сжимая кулаки. Поза получилась напряженная, будто я собиралась драться с божеством. Эйва заулыбалась. Все лица начали улыбаться, перетекая одно в другое. Я озадаченно разглядывала эти метаморфозы, пытаясь понять, что я смешного сказала.       Божество выглядело крайне эфемерным. Будто вокруг него скапливалась вся эта белая пустота, которая уже и не казалась пустой. Возможно ли было такое, что это свет, исходящих от Эйвы, который заполнял собой все пространство.       Эйва меж тем подняла свою руку, показывая на меня пальцем, подушечкой вверх. Мои брови легли домиком, не понимая почему она показывает на меня и что от меня хочет. Но божество молчало. То ли было не слишком разговорчивым, то ли просто считало, что говорить не царское дело. Мы бы так и стояли дальше в этой позе: она указывает на меня, а я разглядываю ее, если бы я не задала вопрос.       — Так и будем молчать? — не нашла что лучше спросить я. Брови Эйвы вздернулись вверх и раздался ее тихий смех. Этот звук был крайне объемным, будто в нем сливался целый хор тысяч голосов: мужских, женских, старческих и детских, даже слышалось звучание змееволков на фоне.       — Дитя мое, ты ведешь себя удивительно, — раздался снова этот хоровой голос, заставляя мою кожу покрыться мурашками. Я сглотнула комок страха в горле, делая еще один шаг назад. — Я ведь Эйва, божество.       Существо похрустело шеей и резко вытянулось, становясь высотой почти в три метра. «Мама» — пронеслось в моей голове, хотя возможно звать ее было бесполезно. Во первых, она уже давно мертва, а во-вторых, едва бы она помогла бы мне в моем собственном сне.       — О, дитя, — рассмеялась Эйва, неожиданно уменьшаясь в размерах и возвращая свою прежнюю форму. — Я не хотел тебя пугать. Просто хотел… Продемонстрировать.       — Так вы… Мужчина? — спросила я озадаченно. Если он говорил о себе в мужском роде, значит скорее всего так и есть, верно?       — Ну, не совсем, — признался Эйва, обводя рукой пространство, которое начало преобразовываться вокруг. Появилось море. Тот самый берег. Я удивленно сделала шаг вперед, подходя поближе к воде и пытаясь ее потрогать. Но видимо это все было лишь фантазией, так я не чувствовала ничего. Ни легкого бриза, ни брызг волн, не теплоту воды под ногами, ни покалывания песчинок. — Мои дети называют меня женщиной, другие считают меня бесполым божеством, а третьи думают, что я мужчина. Все зависит от того, как ты хочешь меня представить.       Я лишь неловко кивнула, осторожно присаживаясь рядом с Эйвой, который уже сидел на песке. Теперь он не казался таким страшным Богом. Скорее непривычным взгляду. Но я старалась сильно не пялиться, разглядывая правдоподобный пейзаж знакомого берега.       — Слушай, а можно вопрос? — спросила я, пытаясь коснуться песка. Тот действительно заполз в руку и оставил небольшую ямку, но кожей я не чувствовала ни одну песчинку в форме звездочек.       — Конечно, — кивнула Эйва.       — Когда я умру?       — Интересный вопрос, — заметила Эйва с легким кивком головы. Он с ленью в движениях поглаживал песок под своими пальцами, разглядывая вечный закат — солнце просто замерло в одном положении. — Не скоро. Точно не в ближайшее время.       — Я бы хотела точнее, — призналась я, нахмурившись.       — Спроси по другому, — предложила Эйва. Я уже начинала раздражаться от этой неопределенности.       — Хорошо, — хмыкнула со скепсисом я, чуть скривившись. — Я… Еще увижусь с ним?       — Да, — покивала Эйва беззаботно. На душе неожиданно потеплело от этой новости, заставляя меня заулыбаться.       — Это… Очень хорошо, — призналась я, смущенно улыбаясь и опуская взгляд к себе в колени. — А то я так и не… Ну, не сказала ему.       — Я понимаю, — кивнула Эйва. Я, конечно, ждала, что он сам мне скажет — чувствует ко мне что-то Ло’тей или все мои чувства были полной невзаимностью. Но божество молчало, видимо не желая давать мне ответы на невысказанные вопросы.       — А он… Как он там? — снова спросила я. Почему-то спрашивались не те вопросы, которые я хотела бы спросить. Эйва обернулся ко мне, озадаченно разглядывая мое чуть обеспокоенное лицо. Наконец он улыбнулся и махнул рукой. Перед нами сменилась картинка: на ней Ло’тей препирался с отцом, напряженно переговаривался с Те Цу’Тэем, жаловался на что-то матери. Картинка была без звука, но было понятно без слов, что он беспокоился и не мог найти себе места.       — Тоскует, — расшифровала картинку Эйва. — И ждет тебя.       — Да, — промямлила я, смотря на парня словно завороженная. Только сейчас я стала понимать насколько сильно я скучаю по нему и как волнуюсь за него. Все чувства, от которых я абстрагировалась до этого вывалились на душу неожиданным потоком, поднимая ком слез в горле, который мешал мне нормально дышать. Единственное, что я могла позволить — потихоньку стекать ему вместе с крупными каплями на щеках. — Я вижу. И тоже жду его.       Эйва еще долго разглядывала мое выражение лица, пытаясь угадать о чем я думаю и почему плачу. На его ликах мелькнуло что-то сродни сочувствию, хотя скорее всего эти чувства были не доступны для божества, которое жило на этой планете миллионы сотен лет.       — Иди, дитя, — прозвучали голоса вокруг. — Тебе пора.       — Погоди, а ты… Зачем вообще сюда позвал? — спросила я, чуть нахмурившись.       — Просто убедиться, что мое дитя в порядке, — улыбнулась Эйва. — Ну, и еще предупредить. Ни в коем случае не позволяй людям издеваться над собой. Как это у вас называется?       — Эксперименты, — ответила я, смотря с печалью на крутящуюся картинку с Ло’тейем, который подготавливал стрелы, снаряжение и многое другое. — Я… Это сложно реализовать. Почти невозможно.       — Нет ничего невозможного, — неожиданно резко возмутилось божество. — Они сильнее, да. Но и ты… Не слабая. Не отчаивайся. И верь.       Я уже хотела прервать его, но он перебил меня, поднимая руку.       — Да, ты не знаешь молитв, — кивнул он. — Но ты… Молишься от сердца. Я слышу тебя также отчетливо как и Нейтири, которая днями медитирует под Древом. Ты отличаешься от других людей. И ты точно не принадлежишь к ним. Ты наша.       С этими словами он размахнулся и со всей силы снова ударил меня в грудь. От неожиданности я закашлялась, не сумев нормально вздохнуть из-за боли в груди. Ну почему каждый раз он выкидывает из этого сна меня именно этим способом?! Неужели нет более гуманных методов?! Где любовь к детям?!

      ***

       Я проснулась с громким вздохом, хватаясь за грудь. Рядом летала пара семян с древа душ, неведомым образом попавших в общежития на территории лагеря людей.       — Нельзя меня побережнее выкидывать из сна?! — возмутилась я на парящие перед моим носом семена. Обе пушинки мягко опустились на меня — одна на мой нос, заставляя меня чихнуть, а вторая на коленку, будто извиняясь за это. — Я… Я возмущена!       — Алиса? — раздался озадаченный голос сбоку. Я обернулась, смотря на пару человек в халатах, зашедших в общежитие. Я нервно обернулась, перехватив семена и спрятав их под одеяло. — Ты с кем разговаривала?       — Это… Во сне, — пробормотала я, делая вид, что только проснулась, хотя, мне особо не требовалось театрализации — я и так только проснулась. Триша вышла вперед, протягивая мне медицинскую распашонку.       — Пойдем, пора сдавать анализы, — улыбнулась девушка. — Потом завтрак и сможешь вернуться к своим исследованиям.       — Мы рады, что ты выжила, — ко мне поближе подошел Стен Маккарди, помогая подняться. Я едва успела встать сама, спрятав семена Древа Душ под одеяло, чтобы те не вылезли в неподходящий момент. Мне дали возможность переодеться вв одиночестве, чему я была бесконечно благодарна. Выпустив в окно семена, я выдохнула, с тоской глянув им вслед.       — Прилетите к Ло’тею, — попросила я, приобнимая себя за плечи. — Он… Волнуется обо мне.       Моя нижняя губа задрожала против моей воли, но я все-таки сумела стиснуть зубы покрепче, не позволяя себе разреветься. Нельзя показывать слабости перед людьми. Это может плохо закончиться.       Наконец я ушла на анализы. Зайдя в корпус, где жили люди, я с опаской вдохнула чистый воздух, которым дышали остальные. Чуть принюхавшись, я озадаченно раздумывала над тем, почему я чувствую себя нормально. Неужели этот воздух не опасен для меня?       Медленно идя по коридорам, я ловила на нашей компании взгляды других ученых. Кто-то восхищался, кто-то смотрел с опаской, а кто-то с брезгливостью. Наконец поднялось в груди странное ощущение, что все смотрели на меня, словно на подопытную крысу. Дойдя до лабораторий, меня отправили сдавать стандартный набор анализов.       Через минут 15 мне стало не очень хорошо. В глазах темнело, путалась координация. Я даже не сразу сообразила что со мной происходит. Мы шли как раз мимо выхода на улицу, когда я пошатнулась, прислонившись к стенке. Все вокруг давило, становилось душно. Хотелось на воздух. Собравшись с силами, я схватилась за ручку двери, несмотря на крики Триши и Стена. Открыв в начале одну дверь, предварительно запахнув ее за собой, я толкнула вторую, вдыхая свежий воздух полной грудью. Видимо все-таки дышать человеческим кислородом я больше не могла полноценно.       — Алиса! Что такое?! — выскочила за мной испуганная Триша, которая не отходила от меня ни на шаг, прыгая вокруг меня как фанатичная. Я лишь скривилась, чувствуя, как начинает снова кружиться готова, но уже от Триши, прыгающей вокруг.       — Дышать тяжело внутри стало, — призналась наконец неохотно я. — Воздуха захотелось.       — А! Поняла-поняла! — закивала девушка, потащив меня дальше. — У нас еще рентген и МСКТ! Пойдем быстрее! Потом подышишь!       Я лишь закатила глаза, идя следом за ней.