Механик, трикстер и два солдата

Баки не боялся. Не сейчас. Это не впервые, когда его оставляют прозябать в небытие, балансируя на тонкой линии между живым и призрачным существованием. В этот раз он хотя бы принадлежал самому себе и не подчинялся чужой воле. Все его маленькие и большие несчастья чередовались, вертелись по кругу, дразнились разноцветными гранями, острыми как лезвие ножа. Не жизнь, а дьявольский аттракцион. Привычная солдатская рутина, когда старуха с косой неусыпно дежурит у тебя за спиной. Старая карга только и ждет твоей ошибки, чтобы забрать с собой. Правда, с чем Баки не готов был никогда мириться, так это с надвигающейся гибелью друзей при его полной неспособности что-то изменить. И, пожалуй, здесь они со Старком были очень похожи. Он осознавал всю злую иронию той переделки, в которую они угодили, и что здесь он не просто третий лишний. Он хуже — третий никчемный. Баки втянул в легкие пропитанный сонной отравой воздух и сплюнул на горячий песок. Он неуверенно шагнул по направлению к квинджету, раздумывая, следует ли ему возвращаться туда прямо сейчас, когда услышал за спиной знакомый смех. — На твоем месте я бы к ним не совался, — сияя от удовольствия, пропел трикстер. — В Асгарде таких как ты называют последней спицей в колеснице, девятой дырой на дудочке, пятым копытом нейордского овцебыка... Баки в недоумении глянул на Локи, не успевая за словестным потоком, что лился ему в уши. Но когда он понял, к чему тот ведет, только хмыкнул и пошел в другую сторону. — Все-то ты знаешь и кругом лезешь, — бросил он упрямо не отстающему от него Локи. — Самому не надоело быть занозой в заднице? — Нет! Да и кто кроме меня скажет тебе правду в глаза? — Вот уж таких предостаточно и без тебя, — огрызнулся Баки, резко притормозив, отчего Локи, следующий прямо за ним по пятам, с грацией племенного индюка налетел сзади. Не ожидавший такого нецарственного конфуза, Локи грязно выругался. И, несмотря на то, что посреди пустыни места было вдоволь хоть для тысячи идущих в шеренгу путников, он оттолкнул Баки, словно тот был досадным препятствием на единственной здесь тропинке. — Твои приятели тебя кинули, — устремился вперед Локи. — Ты должен быть благодарен, что я открыл тебе глаза. Кроме того, все это время бескорыстно заботился о тебе. — Ты обо мне заботился?! — задохнулся от возмущения Баки. — Затащив на чужую планету и продав в рабство флеркенам за Тессеракт? — Считаешь, продешевил? — Да пошел ты! Не переставая гадко ухмыляться, Локи вкрадчиво произнес: — Вижу, ты немного расстроен из-за амурных дел своих дружков. — Я не расстроен. — Точно? — притворно удивился Локи. — По тебе не скажешь. — Ты издеваешься? — Нет, только хочу пролить свет на эту трагическую историю, — продолжил глумиться негодяй. — А также со всей ответственностью сказать, что прямо сейчас они в квинджете жарко трахаются... — Ты по морде хочешь? — сквозь зубы спросил Баки. Локи прищелкнул языком. — Выглядишь слишком взволнованным, что явно противоречит твоим словам. — Может, дело в том, что я не хочу здесь сдохнуть! — лишался остатков терпения Баки. — По твоей милости, прошу заметить! — Нет-нет, — продолжил Локи ехидно. — Ты не этого боишься. На Силеоне ты так паршиво себя не вел. Следовательно, ты переживаешь за этих ничтожеств. Или только за одного? Высокого мускулистого светловолосого... — Кого это ты описываешь?— съязвил Баки. — За Тора я не переживаю. — При чем здесь Тор? — При том, что ты меня достал! И я не знаю, есть ли сила в этой вселенной способная тебя заткнуть! — Знаешь, в чем твоя беда... — В том, что не могу зашить тебе рот? Локи величественно поднял подбородок. На его сердитом лице было написано искреннее желание выплюнуть еще большую гадость, оставив последнее слово за собой. Разнести обидчика в пух и прах, чтобы впредь тому неповадно было… Однако Баки не смотрел на Локи. Его внимание устремилось вверх, где в эту самую минуту происходило что-то неправильное. Не дав трикстеру начать, он шикнул, призывая того к молчанию. — Ты это слышал? Алое небо набрало красок, став темнее и багровей, чем прежде. В океане бескрайней пустыни все еще был полный штиль, но можно было услышать свист, похожий на тот, что раздается за окном при сильных порывах ветра. С каждой секундой свист нарастал, местами переходя в рокот и треск, словно где-то далеко ломало с корнями деревья. — А-а-а, эти звуки, — беспечно протянул Локи. — Так всегда бывает перед циклоном, с которым сюда приносит очередную порцию мусора. — Это опасно? — Не то чтобы очень. Только если что-то упадет прямо на тебя. — Нам лучше вернуться в квинджет, — задумчиво произнес Баки. — Ты меня вообще слушал? — захихикал Локи. — Ты, правда, сейчас хочешь в квинджет? — Тогда что ты предлагаешь? — разозлился Баки. — Стоять и ждать, когда нам на головы приземлится викторианский особняк? Квинджет имеет хорошую броню... — Можно пойти в пещеру. — Какую, к чертям, пещеру? — Быстрым шагом минут пять, — произнес Локи и добавил: — Условно пять минут. На самом деле время здесь не имеет значения и учитывается весьма субъективно. Баки огляделся вокруг, не найдя даже намека на какие-то пещеры. Высоких гор он тоже не видел. — И не найдешь, — ответил на молчаливый вопрос Локи. — Здесь видимый горизонт намного меньше, чем на Земле и других планетах земного типа. В действительности это не обычная пещера. Это... нечто из скалистых пород, песка и обломков безвкусной архитектуры, попадающих сюда каждый день. Но поверь, конструкция понадежней, чем все остальное, что здесь можно отыскать для укрытия. — Ты там что, живешь? — догадался Баки. — Нет, я ж не паразит какой-нибудь жить в куче мусора! — Ну конечно. — Присмотрел это место на всякий случай, — буркнул Локи: — Так ты идешь? — Ладно, веди, — смирился Баки. Он не вернется сейчас в квинджет, что бы там ни было. Положа руку на сердце, Баки не хотел отнимать у этих двоих, возможно, последние минуты вместе. В конце концов, в отличие от некоторых он не был зацикленным на себе эгоистом и мудаком. Локи пошел впереди намного быстрее и проворнее, чем ожидал от него Баки. Небо тоже темнело быстрее, чем хотелось бы. Он подумал, что это место даже при свете дня вызывает подсознательную потерю связи с настоящим, словно ты попал в христианское чистилище и останешься здесь ни живым, ни упокоенным навечно. Разумеется, Баки не верил в эти религиозные догмы, но если бы он повидал в этой жизни не так много, то вполне бы мог уверовать сейчас. — Вот, мы пришли, — услышал он над ухом и, не сдержавшись, несколько раз проморгал. Да, Локи не соврал, это вряд ли можно было назвать горой или крутым холмом в традиционном понимании слова. Но и на обычную свалку это не было похоже. Если найти самое подходящее описание этому диковинному ландшафту, то перед ними вырос гигантский домик сказочного хоббита, на который задницей приземлился горный тролль. Или словно скала проглотила дом английского фермера, хорошенько прожевав то, что раньше было уютным сельским коттеджем. Среди вала камней можно было рассмотреть обломки соломенной крыши, покосившиеся деревянные ставни и увитый плющом кирпич. Зрелище достойное горького рыдания впечатлительного дизайнера. — Как это может быть? — удивлялся Баки. — Никогда не видел такой... пещеры. Локи пожал плечами. — Это происходит, когда что-то материальное оказывается в том месте, где уже есть что-то материальное. Хаотичное слияние веществ. Наверняка, так бы объяснил Старк, — зачем-то упомянул он последнего и тут же задал бестактный вопрос, будто это было закономерным продолжением темы: — Тебе больше нравятся умные парни или потупее, но атлетического телосложения? — Умные, — машинально, не раздумывая, ответил Баки, только чтобы отмахнуться от навязчивого засранца. Его внимание все еще приковывала странная гора, внизу которой был вход в так называемую пещеру, будто в гигантскую лисью нору, куда, откровенно говоря, лезть совсем не хотелось. Но усиливающийся свист приближающейся бури и сгущающаяся над головой тьма не оставляли выбора. Но, как выяснилось, у него это была не единственная на сегодня проблема. — Ты... — Баки осекся, не поверив, что Локи даже в такой дерьмовой ситуации умудряется браться за старое. Это была последняя капля переполнившая чашу его терпения. К дьяволу все! Он сам лично прикончит Лафейсона! — Ты это прекращай! Я не буду с тобой разговаривать, пока ты в таком виде! — В каком? — подразнил его Тони Старк. Конечно же это был Локи, что мимикрировал под Тони Старка. Баки мысленно досчитал до десяти, чтобы не убить его на месте: — Зачем ты снова обернулся Старком? Локи нахмурился, сделав лицо Тони очень сложным, словно тот был занят очередным новаторским проектом. Вне всяких сомнений непревзойденным и гениальным в теории, но пока что с экспериментами крайне опасного и разрушительного характера. Это точно не сулило ничего хорошего в будущем, как и надвигающийся на них циклон. — Они тебе нравятся, — отведя взгляд, произнес лже-Тони. — А я — нет. От неожиданности Баки забыл, где они находятся и что за чертовщина вокруг происходит. Он с нарастающим интересом рассматривал Локи в образе Тони Старка, и, к своему удивлению, будто впервые смог разглядеть что-то настоящее и непритворное сквозь его нескончаемые химерные оболочки. Неужто Локи дал слабину? Последний заметил пристальное к себе внимание и занервничал, поняв, что наговорил лишнего. — Чего уставился, солдат? Разве я не прав? Баки откашлялся. Опять между ними возник этот неудобный момент, когда никто из них не хотел давать определение их несуразным отношениям. Враги? Это уже вряд ли. Друзья, приятели, товарищи по несчастью? Не их случай. Не мог же Локи Лафейсон всерьез на него запасть? Этот самодовольный, эгоистичный, злобный и, что скрывать, очень привлекательный асгардский придурок. А если все-таки мог, то что тогда Баки с ним делать? — Я этого не говорил, — почесав щетину, неуверенно произнес он. — Не говорил что? — Что ты мне не нравишься. — … Баки замялся: — Не нравишься, конечно, когда ведешь себя как засранец. И чаще всего ты ведешь себя именно так. Но иногда ты… в общем ничего. Локи скептически хмыкнул, будто «в общем ничего» — это то, что он ожидал услышать на свой счет. Очевидно было, что он давно хотел вернуть инициативу в их досадной перепалке, когда неожиданно для себя начал проигрывать этот гейм. Поставить зарвавшегося землянина на место, показать, насколько ему на него плевать. Однако вместо ядовитых слов в защиту своего уязвленного самолюбия Локи вдруг взял… и принял изначальный облик. Баки, не веря своему счастью, с облегчением выдохнул. — Так-то лучше, — невольно улыбнулся он. Локи в ответ ничего не сказал. Или передумал, или, что более вероятно, «самое лучшее» оставил на потом. Свист от надвигающегося шторма стал настолько пронзительным, что закладывало уши. Ветер едва-едва ощущался невесомым дыханием, но песок под ногами зашевелился, скручиваясь в подобие морских ракушек, словно кто-то выводил по нему палочкой узоры. Где-то высоко над ними, прячась за багровыми облаками, грянул первый гром. Или этот грохот только напоминал гром, а был куда более опасным явлением. После крушения планеты флеркенов Баки очень настороженно относился к стихиям внеземного происхождения. Два апокалипсиса за последние сутки — это было слишком много даже для него. — После тебя, — усмехнулся Локи, указывая на гору. Он казался предельно спокоен и поглядывал на Баки украдкой, будто ждал от того каких-то ответных шагов, только вот не к этой дурацкой пещере, а к чему-то иному. Баки безнадежно вздохнул и направился к входу, но что-то странное заставило его остановиться на полпути. Он почувствовал знакомую энергию, что просачивалась сквозь него, как холодный морской бриз сквозь одежду. Нечто приближалось к ним с глубин пещеры с большой скоростью и невероятно мощным силовым потоком. Локи почти сразу это ощутил тоже. Выражение лица его стало тревожным. Он схватил Баки за руку и оттащил от входа в последнюю секунду перед тем, как нечто огромное вырвалось на свободу, едва не сбив их обоих с ног.