Мой старший брат - мой учитель

Январь Весь декабрь я проболела бронхитом, который медленно, но верно переходил в пневмонию. За это время я разговаривала с Димой всего пару раз, и то по поводу подготовки к ЕГЭ. Был момент, когда он хотел поговорить со мной по поводу произошедшего, но моя персона была не готова к этому. Ему лишь оставалось терпеливо ждать, пока я созрею. Новый год пришлось отмечать с родителями. И если сравнивать все прошлые года, то этот был самым худшим. С температурой под 40 я сидела на диване и слушала речь президента, а потом под грохот фейерверков лежала в кровати и пыталась уснуть. Из-за уколов и съеденной за праздничным столом еды меня ужасно мутило, поэтому пару раз приходилось отходить в ванную. Новогодние каникулы подходили к концу, а это значило только одно — то, что как бы мне не хотелось, разговора с Димой не избежать. За то время, что я находилась вдали от него, и никак не поддерживала общение, я пришла к выводу, что мои чувства медленно начали угасать. И наши отношения — это ошибка. Было очень тяжело принять решение, но я справилась с этим.

***

Привыкать учиться после долгого отдыха было весьма сложно. Шёл четвёртый по счёту урок, на очереди была химия. Наш завуч, составляющая расписание посчитала, что поставить химию пятой — это чудная идея. Но мы так не считали. Особенно я. Видеть Диму было очень больно, но, решив, что пора поговорить и поставить точку в наших отношениях, со звонком я со скоростью гепарда устремилась в кабинет химии. Захлопнув за собой дверь, я столкнулась с Димой. — Лена? — удивился парень, придерживая меня за поясницу. Это была наша первая встреча за всё время. — Дим, нам нужно поговорить. Приезжай сегодня вечером в пять, — выравнивая сбившееся дыхание, произнесла я. На секунду показалось, что его ладони на моей пояснице начали прожигать кожу сквозь ткань блузки. — Хорошо. Как скажешь. — Разговор будет серьёзным. — Понимаю, — прикрыв в согласии глаза, ответил брат. — Отпускай, сейчас ребята придут. — Да, точно. Ты готовься, я пойду за журналом, — растерянно сказал Дима, выпустив меня из рук, и вышел из класса. Весь урок я сидела и решала задачи из сборника. Дима расспрашивал одноклассников, вызывал их к доске и изредка бросал на меня косые взгляды. Когда Дима вызвал к доске Юлю, первое время всё шло хорошо, но на последней формуле одноклассница в прямом смысле слова затупила. — Кто скажет, что это за вещество? — немного грубее, чем следовало, произнёс учитель. Весь класс молчал и боялся издать хоть один звук. Бросив взгляд на доску, а потом на Дмитрия Владимировича, я произнесла: — Щавелевая кислота. — Правильно. Как её получают? — В промышленности её получают быстрым нагреванием формиата натрия. Но раньше щавелевую кислоту получали окислением древесных опилок кислородом воздуха при нагревании их с расплавленными едкими щелочами. — Молодец, пять. Бросив на парня мимолётный взгляд, я вернулась к решению задач. В груди неприятно кольнуло. Душевная боль, которая находилась внутри меня на протяжении месяца сжигала дотла и оставляла лишь пепел. Она не давала мне жить как раньше, и, уж тем более, дышать… Я продолжала существовать, улыбаться и даже шутить, но только глаза выдавали меня. В них не было того былого огня, в них остался пепел и море боли. Сдерживая подступившие слёзы, со звонком я покинула класс и отправилась в женский туалет. Сколько же он повидал слёз от неразделённой любви, несправедливо выставленной оценки и от предательств близких друзей. Никогда не думала, что буду рыдать в школьном туалете. Время идёт, люди меняются. — Ленка, ты чего? — заходя в туалет, произнесла обеспокоенная Машка. — Да так, что-то расчувствовалась, — утирая слёзы, ответила я. — Лен, у тебя всё в порядке? В последнее время ты совсем закрылась от окружающих. — Да, небольшие временные трудности. Прости, что мало времени тебе уделяю. Подготовка к ЕГЭ столько сил отбирает. — Я всё понимаю. А насчёт ЕГЭ не переживай. Ты справишься, — погладив меня по плечу, ответила подруга. — Маш, спасибо тебе за всё, — обнимая подругу, произнесла я. — Не за что. Давай, вытирай слёзы и пошли в столовку чай пить. У нас физ-ра, можно прогулять. — Пошли. Приведя себя в порядок, мы покинули женский туалет и отправились в святая святых. Попивая сладкий чай, под пристальным взглядом подруги я обдумывала то, что скажу сегодня вечером Димке. — Во всём виноват мужик, так ведь? — нарушив тишину, спросила подруга. — Да, Штирлиц. Именно так. — Да когда же вы перестанете мне эту кличку давать? — буркнула Машка. — Ну, так сложилось, что всем Исаевым суждено быть Штирлицами. — Так, отходим от темы. Кто этот мужик? И почему ты страдаешь из-за него? И вообще, какого чёрта я не в курсе того, что у тебя парень в жизни появился? — Кто это, я сказать не могу. Страдаю потому, что мне изменили. А не в курсе ты потому, что я никому об этом не говорила. Так сказать, мы встречались тайно. И сегодня я планирую официально с ним расстаться. — Ну и дела… А почему он изменил? Он не говорил? — Да, в общем-то, нет. С того дня я с ним не общалась два месяца. — Новикова, ты дура? — В каком смысле? — За два грёбаных месяца ты даже не удосужилась узнать, почему он изменил тебе? — Ну, да. — Точно дура. Прежде, чем расстанешься с ним, узнай почему он так поступил. — Постараюсь. — Если что, звони. Я приеду и поддержу тебя, — взяв меня за руку, сказала Машка. — Хорошо, спасибо, Маш. — Обращайся. Покинув столовую, мы отправились на последний урок, но не тут то было. — Новикова! Исаева! Какого чёрта вы прогуливаете урок? — грозно произнесла наша классуха. — Ирина Анатольевна, дело в том, что Лена себя плохо чувствовала, вот я и решила её чаем отпоить. Смотрите, ей даже получше стало, — быстро сориентировавшись, произнесла Машка. — Это всё, конечно, хорошо, но почему хотя бы меня не предупредили? — Да, как-то не подумали, простите нас. — Ладно, идите в класс, у меня для вас важное сообщение. Быстро дойдя до класса, мы заняли свои места. Тут же выпрыгнула Ириша, как чёрт из табакерки, и начала выносить мозги тем, что в скором времени нам предстоит заполнять документы, необходимые для сдачи ЕГЭ. Проведя импровизированный классный час, она распустила нас по домам. В коридоре я случайным образом столкнулась с директором. — Ой, простите, Александр Викторович. — Да, ничего страшного, Елена. Я как раз тебя искал. — Что? — Дмитрий просил передать это тебе, — протягивая небольшую коробочку, ответил директор. — Спасибо, конечно, но почему он сам не смог отдать мне её? — Этого он мне не сказал. Больше не смею задерживать. — Спасибо ещё раз. До свидания. — До свидания. Запаковавшись во всю свою одежду, я покинула школу и отправилась домой. Всю дорогу я шла и вертела в руках коробочку, которую передал мне Александр Викторович. Безумно хотелось узнать, что же в ней. И почему Дима не отдал мне её сам? Скорее всего, это из-за того, что я с ним не общаюсь в последнее время. Придя домой, я переоделась и, наконец, принялась открывать коробочку. Открыв её, я раскрыла глаза в изумлении. Внутри лежала золотая цепочка с кулоном в форме двух сердец. По щекам потекли слёзы. Он сдержал своё обещание раньше положенного времени. Застегнув цепочку на шее, я прижала кулон рукой к груди. Слёзы продолжали литься, а в горле начал образовываться ком. Сейчас я была готова простить ему всё и продолжить наши отношения, если бы не угаснувшие чувства. Посмотрев на часы, я поднялась с места и отправилась в ванную. До приезда Димы оставался час, нужно было привести себя в порядок. Умывшись холодной водой, я собрала волосы в пучок и отправилась на кухню. Есть совершенно не хотелось, поэтому я просто сидела за столом и вертела в руках сахарницу. Долгое время я размышляла, с чего же начать наш разговор, но ничего хорошего в мою голову не приходило. Наконец, в дверь позвонили. Подорвавшись с места, я поспешила открыть дверь. В прихожую прошёл Дима. — Перейдём сразу к делу? — снимая куртку и вешая её на крючок произнёс Дима. — Думаю, да. — Теперь ты позволишь мне объясниться пред тобой? — Да. Пойдём. — Нет, давай здесь. Не будем менять обстановку. — Как скажешь, — ответила я и по неведомой причине коснулась кулона. — Он передал? — Да, спасибо, Мить, — робко ответила моя персона. — Начну с того, что та девушка, с которой я переспал, была моей бывшей. Но переспал я не по своей воле. — Ещё скажи, что она сама на тебя накинулась, — огрызнулась я. — Почти так и было! Дослушай! — Пожалуйста, — скрестив руки и оперевшись о стену, сказала я. — В то время, когда начинались наши отношения, она часто названивала мне. Я решил покончить с этим. Она назначила мне встречу. Я приехал к ней домой, она встретила меня. Всё было хорошо, а потом она начала приставать. В итоге она пригрозила, что расскажет всё тебе, если я не пересплю с ней. У меня не было выбора. Прости, Лен. — Прощаю, — прикрыв глаза, ответила я. — Правда? — Да. Знаешь, Дим. Я ничего не чувствую к тебе. Двух месяцев хватило для того, чтобы остыть к тебе. — Ты серьёзно?! Честно говоря, я тоже больше ничего не чувствую… Кажется, наши отношения — это одна большая ошибка. — Согласна. Нужно было вовремя остановиться, но наша страсть сожгла нас до тла, — сползая по стене, произнесла я. — Ты простишь меня, Мышонок? — опускаясь передо мной, спросил Митя. — За что? — сдержав слёзы, мне удалось задать вопрос. — За всё, что я сделал с тобой. И за всё, в чём виноват перед тобой. — В этом есть и моя вина, Мить. Просто давай попытаемся забыть всё, как страшный сон. — Вот именно, попытаемся. Поцеловав меня в лоб, Дима поднялся и, сняв куртку с крючка, вышел из квартиры и захлопнул за собой дверь, оставляя меня наедине со своими мыслями. Из груди вырвался сдавленный крик, а слёзы потекли с новой силой.