Слишком прекрасны

— Китай, я сейчас! Ах! Сейчас! Я! Наружу! После пары минут молчания Россия не удержалась и продолжила свою оперу: — Я сейчас сдохну, а мои кишки полностью вылезут наружу! Зачем настолько затягивать пояс?! И вообще, мне обязательно надевать кимоно? А основной замес в том, что Китай, он же романтичек наш, на радостях пригласил девушку на традиционную Чайную Церемонию. Пускай она идеально подогналась бы под рамки дружеских посиделок, узкоглазому товарищу желаннее остального не терпелось запечатлеть спокойную русскую в необычной гармонии. Выбор парня пал на наряжание в кимоно, дабы не перечить условным традициям. Далее оказалось, что россиянка совершенно не имела понятия, как его натягивать, потому на выручку и вызвался сам Китай. По окончанию мучительной процедуры он сдался в плане тапочек и пощадил Россию; без промедлений усадил её за столик, открывая долгожданную церемонию. Вопреки представлениям, они погрязли в гробовой тишине, которую лишь изредка приукрашивали действия китайца. Он расслабленно крутил имитациями кружек и с похожей заторможенностью наливал чай. Россия неподвижно скорчилась — шугалась поступить с ним неправильно. Её порядком утомила медлительность, да и от кимоно сковывало дыхание. Славянка через незапертую дверь обгладывала глазами природу, а какие виды! Улица принадлежала китайскому району, следовательно, домики у них выполнены в традиционном стиле, приземлённые и со странной крышей. Китай даже упоминал, кажется, «сыхэюань»? Наверное. Снаружи по воздуху перекатываются типичные китайские фонарики. Возможно, в непредзказуемый момент Россию зашвырнет сюда судьба, словно сегодня, на затяжную прогулку с парнем, скрепляя руки — и так размеренным шагом мимо коренастых домов. Она обратила внимание на китайца, заинтересованного непонятным занятием; развернулась в противоположном направлении и зарылась в омуте собственных мыслей. Иногда количество вопросов перегибает ответы на них, но случится ли наоборот? «Интересно, а отец учавствовал раньше в церемониях?» — прониклась догадкой россиянка. Взгляд зацепился за стол, точнее, за царапину на поверхности. Откуда? Flashback Та же дата 1936-го года. «Союз горбатился над несуразным столом, пока его верный друг Китай заваривал чай. Совок не докучал «познавательными» монологами и нравоучениями — он смирно ерзал на предложенном месте и размышлял о своём. Между ними не возвышалось назойливой тонкой грани из неловкости, как происходило с другими. — Расскажи мне что-нибудь. — попросил Китай тоненьким, на первое впечатление, голосом с характерным акцентом. СССР молниеносно среагировал и затарахтелся в очередной истории из давних годов. «Неосуществимость» означает выбить из его строк пару идентичных рассказов; каждый впоследствии уникален. Будто Совет миллионы и миллиарды лет странствует по Земле и коллекционирует приключения. Хотя, в действительности ему хватало активного образа жизни: без перерывов в чём-то нуждается, мастерит, гуляет, ездит, укладывает с людьми договоры. Кто знает — вдруг причины растят корни из детства, а может и нет; юность притянула удар и случившееся событие исказило его мировоззрение, или, по версии Америки, СССР блуждает в поисках внимания. Тем не менее, мужчина увлечённо возмущался, заграбастав близлежащий нож. Нельзя назвать привычку полезной: Союз без исключений занимал руки предметами во время эмоционального общения. — И в итоге я остался дураком! — непредвиденно воскликнул он и чикрнул по столу лезвием. Глаза Китая с лица собеседника пробежались по ножу. —Прости, мне стоит купить тебе новый стол… Азиат распахнул плечи и подвинул к Совку чашку, умащиваясь поудобнее. — Не переживай ты, это только царапина. — Но ведь… —Просто царапина, пей.» End Flashback Россия поразгадывала тайну царапины и в неведении отвлеклась. — Если захочешь — побродишь по комнатам, я же вижу, тебе скучно. — разрешил Китай и подал ненавязчивую улыбку. Девушка в ответ выжала изо рта едва различимое «Спасибо» и растаяла в светлом дверном проеме: азиат обустроил жилище ухоженным и милым образом. Недолго изучая дом Поднебесного, россиянка явилась на остаток церемонии. Ароматный чай дымился — вот бы приняться за него! Китай не испускал волнения, в отличие от Федерации.