Бесплотный зов

- Я не хочу, не надо! - Группа ребят, совершенно не обращая внимания на крики мальчишки, тащили его к местной речушке. - Да что с тобой не так? Это просто вода, мы же тебе хотим помочь, это не нормально! - Пожалуйста, прекратите, вы не понимаете! - Темноволосый мальчишка со слезами на глазах цеплялся за ребят, стараясь вырваться из их рук и убежать. Но куда ему до толпы старших товарищей, которые твердо решили ему "помочь"? Он только и мог молить их остановиться. - Если не умеешь плавать, так мы научим, в баню же ты ходишь, и ничего, а тут боишься к воде подойти! Прекрати свои шуточки!- Его уже втащили на небольшой мостик, подведя к самому краю. Тот момент свободного падения он запомнил на всю жизнь. С губ успел слететь отчаянный всхлип, прежде чем он плюхнулся в воду. - Нет, кха! Вытащите, вытащите меня!!! - отчаянные крики никак не трогали тех, кто его кинул, а парня охватывала уже не паника, а настоящий ужас. Он барахтался в воде, как утопающий, то и дело подплывая к мосту, чтобы выбраться из воды. - Ну вот, плавать ты умеешь, так в чем проблема? - Его мучители не давали ему подплыть к берегу или мосту, отталкивая его и злобно хохоча. Мальчишка уже выбился из сил, кричать, когда почувствовал, как его ноги обхватывают чьи-то руки. В этот момент, его как будто ударили по голове, а на лице отразился немой шок, который не сразу заметили его мучители. Темнота.

      Нынче было холодно.       Уже второй день шел дождь. Постепенно дороги превращались в реки грязи, унося в потоках редкий мусор, выброшенный на обочину, и жухлые прошлогодние листья. Еще молодые стройные березы, на ветвях которых едва-едва появились нежные листочки, гнулись к земле, сраженные натиском ветра. Впрочем, такая же участь постигала многие растения, на протяжении пары километров. Только дубы стояли стойко и непримиримо, как будто их не волновала неистовая картина.       Свинцовые тучи нависали над всем этим безумием, как будто усмехаясь и хохоча. Рокотал гром, сверкали молнии; может ли быть, что Боги на них разгневались? Казалось, если присмотреться, можно увидеть в тучах улыбающийся лик, который неотрывно смотрит и чего-то ждет. А может, только показалось...       Застывшее над бумагой перо колыхнулось, и гадкая капля чернил украсила пергамент новой кляксой. И, как на зло, в самом начале предложения.       Удрученно вздохнув, молодой человек отложил перо в сторону и потер виски, стараясь сосредоточиться. Мысли разбегались, словно тараканы по земле.        Взгляд карих глаз устремился к лучине*, свет которой мог бы погаснуть в любую минуту. Огонек трепыхал, из последних сил освещая небольшую комнатку. Юноша же не стал дожидаться этого, умелым движением погасив огонек. Комната ненадолго погрузилась в темноту, но вскоре снова озарилась слабым светом.       Молодой человек вернулся к пергаменту, но дальше у него не продвигалось. Устало откинувшись назад, он посмотрел в окно, откуда доносились завывание стихии и бой капель об его избу. Время близилось к вечеру, но из-за бури темнело быстрее. - Ну и темень! - невесело сказал он, отворачиваясь от столь неприятной сердцу картины. Сия душа, любившая прогуляться поутру в поле, не выносила дождя. Ее прельщали ласковый весенний ветерок и жаркое солнце. Приятная тоска во время грозы, которая свойственна многим романтикам, его напрягала. - Ой! - пара холодных капель упали прямо на веснушчатый нос. Возведя глаза к потолку, молодой человек цыкнул и нахмурился. Прямо с потолка начинало покапывать. - Вот же черт...       Лениво поднявшись с табурета, он прошествовал в другую комнату, вскоре принеся деревянную плошку и ставя ее на то место, где сам сидел раньше. Посмотрев за спину, молодой человек состроил страдальческое лицо и прикрыл глаза.       Весь пол был уставлен разного рода емкостями, часть из которых была уже до края наполнена водой. С потолка медленно и размеренно капало. Скорее всего, дело в том, что изба была немного в ветхом состоянии. По-честному, это была даже не его изба: ее им выдали как временное жилье, которое они должны были завтра покинуть. И, если бы не дождь, это было бы прекрасное место, но увы. Перед "стихией" эта хибара не устояла. Благо, хоть печка есть, но сырость стояла неимоверная.       "Надо часть воды вылить," - решил он, но тут же услышал стук входной двери и быстрые шаги к месту его прибывания.       Юноша перевел взгляд на ведро, стоящее аккурат у двери в комнату, и сделал шаг вперед.       ТРАХ!БУХ!ШЛЕП!ПЛЮХ! - ... - Чтоб тебя! - раздосадованно крикнул новоприбывший, с раздражением возвращая ведро на место и продолжая бранится. Юноша, тяжело вздохнул и с неохотой пошел искать тряпку. Хорошо, что такая отыскалась быстро: убитая временем, но еще вполне рабочая. Кинув ее в друга, он пробурчал: - Убери, пожалуйста.       У оппонента в изумлении вытянулось лицо. - Евгений, да ты погоди, не вишь что ли? Я же весь промок, даже чулки намочил, которые мне моя младшенькая ягодка связала. Надобно снять, иначе совсем испорчу, расстроится же!        Евгений посмотрел на гостя и усмехнулся. Это был высокий молодец, чья жизненная сила била ключем, а своей статностью он охмурил немало девиц. Взор его был ясным, будто чистое небо, рука - крепкой, а поступь - легкой. Волосы были черны, как воронье крыло, а кожа загорелая, как свежий хлеб. Именно такой тип юношей часто привлекал внимание юных дев. Чем, порой, он любил пользоваться. Щеки его были красны, в основном от женских пощечин, но товарищем и другом он был хорошим. А все же признан слишком мягкотелым со своими родными братьями и сестрами.        Так один знакомый упрекнет: - Разбаловал ты их, Михаил. Один в поле пропадаешь да дрова рубишь. Нет бы их к работе приладить, дело бы быстрее пошло! Сестры и братья твои, целыми днями по деревне бегают да в лесу ягоды едят, нет, это совсем не дело! Не выйдет из них ничего путного, помяни мое слово!       Михаил же улыбнется ласково, хлопнет ладонью по колену и заверит: - Ох, вот оно как! Ну так и быть, приструню я своих оболтусов, будут знать!       Говоря на чистоту, знакомый был прав, но не совсем. Младшенькие его готовили еду, убирали в доме. Девочки вязали и шили, мальчишки же, еще совсем маленькие были, но тоже понемногу помогали. Все они трудились столь слаженно, что заканчивали работу в короткие сроки. Живность никакую не держали, но им не надобно было. Поэтому переделав дела по дому, они со спокойной душой бегали и играли. А в поле их Михаил брать не хотел, хоть они и просились.       По этой причине, вернувшись домой, он заходил в чистую избу, наполненную уютом и теплом. Садился за стол, брал на руки самого младшего братика, кормил его с ложечки и улыбался. Девчонки накрывали стол, и он, расцеловав обеих в щечки, приступал к ужину.       А таких знакомых, он никогда не слушал. Те и смирились.       Евгений улыбнулся, вспоминая, как он сюсюкался с братишками. И жестом указал на табурет, стоящий около стены, совсем рядом с печью. От той шло приятное тепло, и сладковатый запах заполнил всю избу. Горели яблоневые дрова. - Можешь положить туда вещи: быстро высохнут. А на печь - не вешай! Она вся в пыли, невозможно оттереть.. Хотя я и не пытался, -юноша пожал плечами, отворачиваясь от друга, но потом, что-то вспомнив, бросил. - И подкинь дубовых дровишек: яблоня быстро выгорает.        Молодой человек посмотрел на письменный стол, где лежало незаконченное письмо, и почувствовал, что хочет завыть. Как же он не любил писать отчеты. Парень поспешил отойти от него подальше и расположиться на скамейке около стены, чтобы было удобнее наблюдать, как Михаил моет пол.        Тот уже успел снять верхнюю рубаху и чулки, оставшись в одних портках**. С кряхтением опустившись на пол, Михаил взял тряпку и стал вытирать полы, выжимая лишнюю воду во все то же ведро.       С этим умельцем, они знакомы уже много времени. Судьба свела их в ученичестве, когда его друг пришел обучаться врачеванию и борьбе с нечистью. Евгений уже давно там обучался - они быстро нашли общий язык. Так и подружились. У юнцов были схожие привычки, что очень способствовало их проказничеству. Насколько Евгеша был оптимистом и душой компании, настолько Михаил его в этом перегонял в несколько раз - всем он был другом. Но сколько в нем открытости, столько и неуклюжести. - Вот тебе повезло! Всего лишь доклад пишешь, а мне пришлось со старшими убирать останки тех упырей***... Еще и этот дождь... Вообще не помогал! - бурчал его друг, стоя вверх крупом****. - Ох-ох-ох, как раскудахтался! Не из-за тебя ли эта самая уборка затянулась? Собрать упырей в кучку и сжечь - дело не хитрое! Но ты же сам взорвал одного, - рассмеялся Евгений и машинально стряхнул невидимую пыль с порток. - Я же не знал, что порох настолько сильный! Особенно с сочетанием этих трав... Вот ты во всем и виноват!       Евгений удивленно уставился на друга, но после улыбнулся и театрально приложил ладонь к сердцу. - Я? С чего это ты взял? - Да если бы ты раньше об этом сказал, ничего этого и не было бы! Видел же, как я накануне смешивал эти ингредиенты. А я еще смотрю, лицо у тебя какае-то дурацкое: не то смеешься, не то хмуришся, - отбросив тряпку в сторону, он подошел к столу, забирая письмо и вчитываясь в строки. Аккуратно обходя все плошки на полу, собеседник поспешил плюхнуться рядом с Евгением.       Дождь все так же барабанил, но вся унылость будто отступила. Михаил прижимался к другу теплым боком, согревая и успокаивая мысли оного. Евгений же только на пару минут прикрыл глаза.

Кап. Кап. Кап.

Что это? А, точно, крыша же протекает...

Кап. Кап. Кап.

Черт, не могу заснуть под эти звуки!

КАП.КАП.КАП.

Это же красиво?

      Юноша резко вскочил со скамейки, перед глазами потемнело, и он чуть было не упал на деревянный пол, но все же смог удержать равновесие. Это было бы довольно больно - упасть, но скорее всего завеса этого сна развеялась бы быстрее. Женский голос все звучал у него в голове, и Евгений схватился за волосы, нахмурившись.       Правда, он тут же отвлекся. Во входную дверь уже не просто стучались, а барабанили и при этом не переставали браниться. - Да сколько вам, двум лбам, можно спать?! На улице дождь стеной, а вы не додумались оставить дверь открытой! И ради вас, я пошла в такую погоду, беспокоясь о вашем здоровье и питании... - этот голос, схожий с щебетанием ласточки, весьма не двузначно намекал, что расправа не заставит себя долго ждать. Евгений поспешил, огибая все плошки, добраться до входной двери и отпереть ее.        На пороге, стояла мокрая, как сыч, девушка. Ее черные локоны, заплетенные в две косички и доходившие до середины спины, намокли и стали похожи на хвостики крыс. Льняная рубаха с красными узорами цветов липла к телу, очерчивая завидную фигуру с большой грудью, тонкой талией и объемными бедрами. На шее висели красные бусы и шнурок с Лунницей*****. Но из всего этого ангельского образа выделялись глаза. Они были, как молодая крапива: красивые и жгучие. И, на данный момент, далеко не добрые.       Юноша поспешил убраться с дороги, пока девушка, продолжая браниться, словно заправский сапожник, прошла внутрь в просторную комнату избы, где находились печь, стол, табурет, одна небольшая скамейка и только что проснувшийся Михаил. Тот, хлопал глазами, не понимая, что происходит и где он находится. Евгений прыснул: уж очень его друг сейчас походил на птенца, впервые открывшего глаза.       Закрыв дверь, он поспешил вернуться в тепло. Проходя мимо зеркала, он остановился поправить волосы. В зеркале отражался молодой человек приятный на вид. Темно-русые волосы доходили до середины шеи и скреплялись обручем из бересты, благодаря чему не лезли в глаза. Фигура его была статной, было видно, что он много занимался тяжелым трудом. На лице была россыпь золотисто-рыжих веснушек, а в светло-карих глазах витала легкая усталость и сонливость. Сейчас из-за влажности его волосы стали завиваться, и он поспешил зачесать их в прическу. Более-менее усмирив свои волосы, он вернулся обратно в комнату.       Там уже разворачивались интересные действия. Под руководством девушки, Михаил развернул стол и передвинул его в сторону, где с потолка не капала вода. После чего гостья отпихнула опешившего парня и поставила на стол корзинку, которую все это время держала в руках. В корзине были вареные яйца, молоко, свежий хлеб, сыр и лук.       Как оказалось, эта молодая девушка, которую они уже видели пару раз мельком, принесла им запоздалый ужин. Поэтому, подвинув скамейку, они все вместе уселись есть. Девушка рассказывала им истории этой деревни, парни же поведали ей веселые случаи из своей жизни. Она все порывалась спросить про всякого рода нечисть, но молодцы были только учениками и мало что видели. Поэтому этот разговор быстро перешел в другое русло.       Когда они почти доели, Михаил вытащил яблоки, выставляя их на стол. В свете лучины они выглядели столь аппетитно и пахли так сладко, что даже Евгений, чувствуя, что в него больше ничего не влезет, потянулся к одному из яблок. Завидев красные плоды, красавица хохотнула, мигом хватая одно из яблок, и откусила большой кусок. - Это ты, небось, из огорода Деда Ильи стащил, - она подмигнула парню, с нескрываемым удовольствием откусывая еще один кусочек. -Только у него такие яблоки растут: привез это деревце из других краев, а теперь оберегает от всяких воришек. Ежели поймает, мало не покажется! - пояснила девушка, поправляя свою рубаху. - Что, веником охаживает? - весело спросил Евгений, подкидывая яблоко в воздух. Красавица же посмотрела на него лукаво и усмехнулась, подперев румяную щечку кулачком. - Кнутом, милый мой, а детишек - крапивой, - она деловито доела яблоко и положила огрызок в корзинку. - Помнится, я так хотела яблок, что ночью пробралась в его огород. А он как выскочит! Ну я побежала, куда глаза глядят - как назло, темень непроглядная - и вылетела в овраг, где росли пышные кусты крапивы.       На этом моменте парни синхронно поморщились, представляя эту сцену. - Что уж говорить, потом целую неделю ходить было невмоготу: все тело чесалось и щипало, - она посмотрела в окно.       Уже порядком стемнело. Ветер не завывал столь рьяно как ранее, стук капель был все тише и тише. Буря стихала, а разговоры, наоборот, разгорались. - Ну а вы, уже завтра уходите? - парни синхронно кивнули. - Эх, ну вы, конечно, меня порадовали: давно я так не хохотала, когда вы упырей убивали! - Евгений с наимилейшей улыбкой посмотрел на друга, а тот чертыхнулся.       На самом деле, было довольно весело. Для Евгения.       Глава деревни, в которой они сейчас находились, послал гонцов в ближайшую школу, чтобы те отправили людей для изгнания распаявшихся упырей. Те уже успели насытиться кровушкой и пожрать несколько коров и коз. Так ведь и до людей недолго! Самой ближайшей школой были ученики Симаргла***** -врачеватели, искусные в ядах и травах. Их оружием были легкие мечи, изготовленные из стали, которую они пропитывают травами, чтобы наносить больший ущерб всякого рода нечисти.       Быстро откликнувшись на просьбу, собрали небольшой отряд из 9 человек. Они поспешили добраться в деревушку в кратчайшие сроки. Напасть на следы упырей не составило особого труда: эти живые мертвецы, испив крови и пожрав плоти, не заморачивались тем, чтобы смыть с себя следы преступления. Старшие ученики рыскали по кладбищу, младших же отправили готовиться к битве, ведь с заходом солнца упыри попытаются снова напасть на деревню.       Уже в строю Евгений почувствовал первые капли воды. Начался дождь. Видимость в темноте тут же упала до минимума, и, когда появились упыри, стало страшновато. Но тут в дело вступил Михаил, ловко бросив в одного из упырей свою поделку. Нерадивый упырь, возможно, посчитав это за угощение, схватил ее зубами и проглотил.       Хлопок! - Михаил!!!, - этот крик затмил бурю, гром и вой упырей. Старшая ученица, облепленная грязью, останками и чем-то наподобие крови, была готова убивать. И она, словно фурия, метнулась вперед, разрубая двух упырей и снеся третьему голову. У последнего, видимо, еще не истлел инстинкт самосохранения и тот попытался удрать до того, как разъяренная женщина его догнала. В своем слепом гневе она рубила и кромсала на куски, а когда от упырей осталась только каша, медленно - очень медленно - повернулась к остальным ученикам.       Стоит ли говорить, что Михаил получил по первое число? Евгений, еле сдерживая смех, прикрыл рот ладонью. А друг угрюмо стукнулся головой об стол. - Вот вам смешно... Вы бы видели, как Людмила на меня посмотрела! Я думал, что сейчас меня зарубят за компанию. Она потом стояла надо мной, пока я останки собирал. - Вот уж да, перекосило ее знатно, еще и запах разложившейся плоти. Какая гадость! - хлопнув по столу кулаком, засмеялся Евгеша.       Так болтали до позднего времени. Ближе к полуночи, явился муж девушки. И та стала поспешно собираться. - Так, дорогие мои, огрызки в корзину: мне скотину кормить, - парни быстро помогли ей собраться. Как она и просила, все яблочные огрызки положили в корзинку и проводили до выхода. Расцеловав обоих в щечки и взяв мужа под руку, красавица скрылась в ночном тумане.       Стоя на крыльце и маша им вслед, Евгений, не оборачиваясь, спросил у друга, находящегося рядом. - Слушай... А как ее зовут-то?       Михаил непринужденно пожал плечами и ответил: - Не знаю...       Больше они никогда их не видели.