Особенности заботы профессора Северуса Снейпа

— Ничего стоящего не могу найти, — сказал Фред, отбрасывая в сторону очередную книгу. — Везде написано одно и то же: «Боггарты любят темноту и грязь». Рон вон тоже любит грязь. Но он же ещё ни на кого не напал. — Заткнись, Фред, — буркнул Рон. — Перед слизеринцами меня непонятно кем выставляешь. Драко Малфой, приподняв светлые брови, демонстративно покачал головой. Гермиона с недовольным видом забрала книгу у Фреда, осторожно положив её себе на руки, как младенца. — Как можно так обращаться с такой драгоценностью! — с искренним негодованием произнесла она. — И, между прочим, про грязь нигде не было написано. Это тоже важно. Я занесу это в наш список. И она с бешеной скоростью принялась записывать это в блокнот. Гермиона так рьяно царапала обычной магловской ручкой по бумаге, что колпачок отскочил прямо в руки Малфоя. — Кажется, это первое, что ты поймал, ловец Слизерина, — ухмыльнулся Джордж. — Нам нельзя ссориться сейчас, — сказал Гарри из-за стопки своих книг. Как ни странно, ему стало немного обидно за Малфоя. — Не будем этого делать. Драко бросил на него странный взгляд: — Никогда не думал, что ты будешь заступаться за меня, Поттер. — Почему нет? — мягко произнесла Полумна. — Гарри всегда радуется, когда люди удивляют его, в приятном смысле этого слова. И он — как зеркало. Отражает людям то же самое отношение, которые они показывают ему. Гарри стало неловко от снова проявленного подругой умения говорить неудобную правду. Чтобы сменить тему, он спросил Малфоя: — Как у тебя дома дела? Добби видел недавно твоего отца у Хогвартса. Он сказал, что тот был чем-то напуган. Драко изменился в лице. Гарри понял, что тот сконфужен из-за последнего слова. Он деликатно опустил взгляд, сделав вид, что уткнулся в книгу, чтобы оставить Малфоя наедине с его чувством собственного достоинства. — Мой отец не был напуган, — резко сказал Малфой. — Просто… ты, должно быть, не знаешь, Поттер, но Тёмный Лорд возвращается. — Мне это известно. Но мы не дадим ему вернуться, — твёрдо сказал Гарри. — Кто это — «мы»? — Все, кто не поддерживает его взгляды. Это взгляды убийцы и расиста. — А, что ты не рад его возвращению, Малфой? — спросил Рон не без вызова. Драко помедлил с ответом, теребя явно дорогое кольцо на мизинце. — Я… по рассказам отца мне показалось, что Лорд обезумел. Я вижу, что моя мать не хочет его возвращения. А отец, он… в общем, я думаю, он считает так же. Родители даже отнесли часть нашего состояния и некоторые ценности в новый сейф в волшебном банке в Швейцарии. А когда я пообщался с моей тётей Беллатрисой Лестрейндж… — Она разве не в Азкабане? — спросила Гермиона. — Уже нет. Тюрьма частично пала, но Фадж слишком труслив, чтобы это афишировать. Я думаю, об этом станет известно на днях. — Что было, когда ты пообщался со своей тётей? — спросил Гарри, стараясь не представлять себе обезумевших после тюрьмы Пожирателей Смерти, убивающих толпы людей на магловских улицах. Да и имя Беллатрисы произвело на него странное впечатление. По спине прошёл холодок, словно он знал эту женщину. Почему-то её имя ассоциировалось у Гарри с серьёзной опасностью и мраком. Драко опять помедлил с ответом. Да что с ним такое? — Я… в общем, это не то, как я представлял себе восстановление справедливости в волшебном мире, — коротко сказал Малфой. — Ну ясно, — с горькой усмешкой произнёс Джордж. — Ты представлял себе аристократичных тёмных волшебников в длинных чёрных мантиях, красиво подводящих себе глаза чёрной тушью. А они оказались преступниками и убийцами детей в грязных мантиях и в крови. Все посмотрели на Джорджа. Никто не ожидал такой острой речи от рыжего весельчака и автора множества шуток, ставших крылатыми в Хогвартсе. Даже Фред посмотрел на брата с некоторым удивлением. А Малфой аккуратно протёр белоснежным платком руки и встал, явно намереваясь с достоинством удалиться, сказать что-нибудь эдакое напоследок, после чего он навсегда отвернётся от гриффиндорцев. «Мой отец узнает об этом»… — Нет, стой, — сказал Гарри. — Я, э-э-э… сожалею, что твоя семья попала в такую ситуацию. Малфой, должно быть, молча смотрел на него около минуты прежде, чем сел обратно. — Я тоже сожалею, — едва слышно произнёс он. — Что твоя семья попала в такую ситуацию. Невилл уронил книгу прямо на ногу Рона, близнецы пооткрывали рты, Джинни переглянулась с Гермионой, Полумна мечтательно улыбнулась. Повинуясь какому-то порыву, Гарри неуверенно и осторожно протянул руку вперёд. Малфой так же неуверенно пожал её. — Мы придумаем, как тебе помочь, — твёрдо сказал Гарри. — Твоя семья не станет ещё одной жертвой Тома Реддла. — Ты даёшь слово? — едва слышно спросил Малфой. — Даю. Гарри вытащил из сумки крем, которым мазал шрам, и протянул Малфою. Красноречивые ссадины на руке блондина лучше всего свидетельствовали о том, как прошла его встреча с тётушкой. Раны явно были магического характера, раз не прошли за рождественские каникулы. Драко нерешительно принял крем и начал наносить его на руку. Красные пятна тут же стали сходить, и Малфой не сдержал облегченный вздох. — Клянусь подштанниками Мерлина, никогда не ожидал, что Малфой станет членом нашего общества, — нарушил тишину Рон. — Это же с ума сойти можно. — Надо придумать секретные клички и кодовые слова для нашего тайного общества, — мечтательно произнесла Полумна. — Это сделает его более тайным. Можно использовать названия картин. К примеру, «Тайная вечеря» может значить, что надо срочно бежать. А «Обнажённая Джоконда» — что нас подслушивают, надо промолчать. — Мне кажется, «Обнажённая Джоконда» наоборот привлечёт слишком много внимания, — заметил Рон, округлив глаза. — Спасибо, Лавгуд, — произнёс Малфой. — Я это учту. — Я вами горжусь, — вдруг сказала Гермиона. — Гарри, Драко, вы — молодцы. Вы сегодня сделали то, что, как мне кажется, навсегда изменит историю Гриффиндора и Слизерина. Я думаю, вы достигли того, чего не могли достигнуть сами уважаемые основатели, несмотря на всю их магию. Только жаль, что мы ни на миллиметр не продвинулись в расследовании… — Вообще-то продвинулись, — тихо сказал Малфой. — Я сначала не хотел говорить. Но отец по моей просьбе покопался в секретных архивах и узнал кое-что о семье Амбриджей. В общем, когда прокляли миссис Амбридж, всё произошло, оказывается, не у неё дома, а на виду у всех — в «Дырявом котле» в ночь на Хэллоуин 1971-го*. Амбриджи сняли номер 365 на третьем этаже. Там в тот момент была целая куча учеников и преподавателей из Хогвартса. Тогда в Хогвартсе был карантин из-за вспышки драконьей оспы, и всех срочно эвакуировали. Некоторых тогда отправили в «Котёл», так как совы просто не успели долететь до своих семей. За Долорес туда приехала семья, и по неизвестным причинам они там задержались. — Не может быть, — ахнула Гермиона. — Ты же говорил, что на исчезновение Эллен Амбридж никто из волшебников не обратил внимания. И что какого-то сотрудника присылали из Министерства, а он потом рукой махнул. Малфой придвинулся к ним поближе с важным, заговорческим видом. Ему явно нравилось быть главным источником информации. — Никто не обратил внимания по официальным документам, — интригующе произнёс он. — А в секретных архивах сказано, что это одно из самых загадочных преступлений в волшебной Британии XX века. Эллен Амбридж просто испарилась на глазах своей семьи. Вжух, и нет её! И после этого на место прибыли авроры и тот самый представитель Министерства магии. Всё было так засекречено, что никто из Хогвартса не узнал, что в тот день в «Дырявом котле» пропала женщина. Кому-то наверняка стёрли память. — Но почему такая тайна? — спросил Рон. — Очевидно, из-за того, что исчезновение миссис Амбридж связано с какой-то чертовщиной, — ответил Малфой. — Авроры сразу зафиксировали в номере после пропажи Эллен сильнейшую тёмную активность. Поэтому быстренько и засекретили операцию. И чудовище наше, видимо, с этим связано. Они боялись паники и огласки. — Значит, чудовище, боггарт, или кто там оно… появилось из-за Амбриджей, — задумчиво проговорил Гарри. — По логике вещей — да, — кивнул Драко. — Но почему родные Эллен не рассказали, почему она исчезла? — спросила Джинни. — Ведь она — их родной человек. — Видимо, у них были свои причины, — пробормотал Невилл. — Аврорам и представителю Министерства Амбридж и её отец заявили, что ничего не видели, — сказал Малфой. — Слабо верится в это, конечно. А допрашивать её младшего брата Аргуса они не дали. — А кто ещё из Хогвартса был в тот день в «Дырявом котле»? — спросил Гарри, боясь прослушать даже малейшую деталь. — Да куча людей, — вздохнул Малфой. — Оказывается, даже моя мать с сёстрами Беллатрисой и Андромедой. Но они даже не слышали обо всём этом. По крайней мере, так говорит мать. Но тебе, Поттер, будут интересны не только эти имена. Драко достал из кармана аккуратно свёрнутую бумажку и стал зачитывать. — Также в одном номере были Джеймс Поттер, Сириус Блэк, Ремус Люпин и Питер Петтигрю, — кашлянув, произнёс Драко, и Гарри почувствовал, как сердце описало в груди манёвр не хуже, чем он показывал на квиддиче. — У них был номер на третьем этаже как раз рядом. А Артур Уизли был в номере на первом этаже вместе с Ксенофилиусом Лавгудом и профессором зельеварения Горацием Слизнортом. Его оставили следить за детьми. — Очуметь, — хором крикнули близнецы. — Но папа нам об этом не рассказывал! — И мой мне тоже, — сказала Полумна. — Как интересно. Это дело становится личным. — Дальше — ещё интереснее. В другом номере были Алиса Долгопупс и Мэри Макдональд, — произнёс Драко, наблюдая, как Невилл сползает по стулу. — С ними — пуффендуйки Аманда Паддингтон и Брунгильда Брукс. Ещё один номер был зарегистрирован на мрачного типа, Дориана Макгрегора со Слизерина. Я о нём до этого уже слышал. Отец говорил, что он на всю голову больной был, постоянно что-то взрывал. Он плохо кончил — сейчас сидит в волшебной тюрьме в Индии из-за попытки украсть из магического храма артефакты и двух священников… Ну, ладно. Это ещё не самое интересное. — Но этого всего быть не может, — сказала Гермиона. — Получается, раз события произошли в 1971 году, то Амбридж родилась в 1956 году? Но ведь тогда Филч никак не может быть её младшим братом! Филч же устроился в Хогвартс в 70-х, мы сами обсуждали это. И э-э-э… на вид он очень старый. Он никак не может быть ровесником наших родителей. — Да, — ожил Гарри. — Филч точно бродил по школе, когда мой отец был студентом. Он отнял у отца и его друзей Карту Мародёров. — В этом и загадка, Поттер, — важно произнёс Малфой. — Одновременно существовали 12-летний Аргус Амбридж и 40-летний Аргус Филч. И, судя по всему, это один и тот же человек. — Два Филча?! — воскликнули Фред и Джордж. — Вот это веселье! — Но как это возможно? — поразился Гарри. — Ничего не понимаю. — Поверь мне — я тоже. И отец мне больше ничего не говорит. С его слов, в секретных архивах об этом ничего нет. — Дамблдор же сам рассказывал историю Филча и Амбридж, — вспомнил Рон. — Он не упоминал, что Филчей было двое. — Аргус Амбридж и Аргус Филч, а не два Филча, — пробормотала Гермиона. — Думаю, это важно. — Видимо, Филч-старший при устройстве на работу рассказал Дамблдору свою реальную историю, — пожал плечами Малфой. — И вашего любимого старца, либо не смутили эти странности, либо он просто не сравнил даты рождения Долорес Амбридж и того Филча, который устроился в школу завхозом. В конце концов, у чистокровных волшебников бывали случаи, когда один ребёнок был на кучу лет старше другого. — И с этим как-то связаны родители всех нас, — заметила Джинни. — Разве бывают такие совпадения? — Может, сама судьба хочет, чтобы мы распутали это громкое дело, — мечтательно произнесла Полумна. — Значит, нам придётся расспросить кучу людей, — Гарри взглянул на записи, сделанные Гермионой, и устало потёр глаза. — Поверить не могу, что Дамблдор, Сириус и Люпин не рассказали мне об этом сами. — Дамблдор мог быть не в курсе, — нехотя сказал Драко. — Туда же прибыли авроры после всего. Кого-то они могли обливейтнуть. Дело было засекречено. И до сих пор не установлено, кто бросил проклятье в женщину-маглу миссис Амбридж. И откуда взялось чудовище. — Ну, значит, это придётся установить нам, — решительно сказала Гермиона, пролистывая исписанный блокнот. Гарри взял стопку книг, на которые он зря потратил время, и поставил обратно на полку рядом с томиком «Обскури: так ли они опасны?». — Это ещё не всё, Поттер, — произнёс вдруг Малфой с новой интонацией. — Я должен удивить тебя ещё кое-чем. — Чем? — поразился Гарри. — Полагаю, ты пропустил день рождения профессора Снейпа. У него был девятого января. *** Гарри не мог поверить, что он допустил такую оплошность с праздником Снейпа. Когда друзья вернулись в Хогвартс, уже был поздний вечер. После отбоя прошла минута, но в одном из коридоров они увидели дежурного преподавателя — мисс Томпсон, — и спрятались за углом. Гарри мог бы поклясться, что для неё эта минута будет очень много значить, особенно когда она увидит, что среди нарушителей — он. Мисс Томпсон буквально портила ему жизнь. И он всё никак не мог понять, как может её безобидный вид совмещаться с тем, что она делает. Это ведь она попросила преподавателей и учеников называть её «мисс Томпсон», а не «профессор Томпсон». — Что нам теперь делать? — спросила Гермиона, слегка паникуя. Гарри сжал в руке Бузинную палочку. — Придётся всем отправиться в башню Гриффиндора. Хватайтесь за меня. Фред и Джордж посмотрели на них так, как будто им, взрослым парням, кто-то предложил перевести их за ручку через магловскую автотрассу. — Вы шутите? — изумился Фред. — Уберите это. Сейчас начнётся самое веселье. И прежде, чем Гарри и остальные успели сказать что-нибудь, Фред кинулся прямо на ошеломленную преподавательницу и чуть не сбил её с ног. — Мисс Томпсон! — воскликнул он, прижимая руки к сердцу. — Я давно хотел вам сказать, как сильно я люблю вас! Временная преподавательница остолбенела. Драко закрыл лицо рукой: — Ради Мерлина, что он делает? Между тем, Джордж напрыгнул на брата и попытался отцепить его от шокированной женщины. — Мисс Томпсон, — с невероятно серьёзным видом пропыхтел он. — Ему кто-то дал любовное зелье и заставил влюбиться в вас. Чей-то злой розыгрыш. Помогите, пожалуйста, отнести его в больничное крыло. — Джордж, — едва выговорил Фред, падая на колени без сил. — Я не могу никуда идти. У меня болит душа. И ноги рвутся в пляс. Это у нас семейный побочный эффект от разбитого сердца, о, дорогая мисс Томпсон. По легенде, мой четвероюродный дедушка Роджер танцевал до тех пор, пока не упал замертво. Дайте поцеловать вашу руку! А лучше не подходите ко мне вовсе. — Вот видите, он несёт какую-то чушь, это однозначно просроченное любовное зелье, — сказал Джордж, покачав головой. — И что только в головах этих несерьёзных молодых людей, которые устраивают такие розыгрыши? Абсолютно неприемлемо. А ведь это магическая школа, храм науки и культурное место. Чем закончилась эта сцена, Гарри не узнал. Они переместились в ванную комнату в башне Гриффиндора, откуда Малфоя пришлось быстренько отправлять в подземелья. А потом Гарри быстро залез под одеяло в своей спальне и с виноватым видом начеркал пару строчек в блокноте для переписок со Снейпом: «Профессор Снейп, сегодня не произошло ничего особенного. Пожалуйста, простите, что я забыл про ваш день рождения. Я должен вам подарок». Странно, что Снейп не присылал ему вопросов по поводу того, где он был весь день. Наверное, сам был занят… Гарри зевнул. Домашнюю работу придётся делать ранним утром под одеялом — мальчик завёл будильник на пять утра. Он уже почти спал, когда на всю башню раздался возмущённый крик Макгонагалл: — ФРЕД И ДЖОРДЖ УИЗЛИ!!! *** Ранним утром по неизвестным причинам была организована срочная планёрка. Снейп вошёл в учительскую в тот момент, когда мисс Томпсон, красная от гнева, с размаху бросила на стол слепок отпечатка босой ноги. Помона Стебль вздрогнула, Макгонагалл скрестила руки на груди, Трюк недоумённо приподняла брови, а Трелони, скрывшаяся за журналом «Ваш гороскоп», вообще не обратила на это никакого внимания. — Что это, по-вашему? — холодно спросила мисс Томпсон. — Какая-то грязь, — сказала Трюк. — Собачье дерьмо, — предположил Хагрид. — Но это не Клык, клянусь вам. Помона принюхалась. — Это земля из горшка с мадагаскарским эльфийским кустарником с восьмого этажа, — с ходу определила она. Мисс Томпсон посмотрела на всех таким взглядом, словно удостоверилась — кругом неё одни идиоты. — Это земля из разбитого горшка с кустарником недалеко от кабинета Филиуса, который временно занимаю я, — заявила она. — След появился там ночью в неположенное время после того, как я отправила других нарушителей, Фреда и Джорджа Уизли, к директору. И я требую выяснить, какой ученик пытался пробраться ночью в мой кабинет. — В кабинет Филиуса, — любезно поправила Макгонагалл. — Я требую вызвать сюда Гарри Поттера. — У вас есть какие-то основания подозревать мальчика? — Макгонагалл приподняла брови. — Мне не нужны для этого какие-то основания. Это он должен предъявить доказательства своей невиновности, а не я — его вины. Снейп со скучающим видом наблюдал за этой сценой. Но на самом деле он был напряжён и незаметно следил за Морриган Томпсон. На первый взгляд, она была нелепым, почти комичным персонажем, но в то же время, когда она хмурилась или вдруг замирала, он чувствовал от неё угрозу. Она была словно картонной куклой, за которой скрывается нечто страшное. Северус обдумывал свой вчерашний разговор по камину с Флитвиком о том, в каких случаях у волшебника появляются видения о тех событиях, которых никогда не было. — Что же, этому может быть несколько объяснений, — деловито сказал Флитвик, вставая с больничной койки и надевая очки. Он не стал задавать лишних вопросов. — У шаманов считалось, что волшебник в моменты вспышки особенно ярких эмоций способен увидеть будущее. — А если это было не будущее? — А что, например? — Флитвик, как учёный, явно почувствовал интерес. Северус задумался. — Словно то будущее, которое уже прошло, но ещё не началось, — изрёк он. Флитвик не смотрел на него, как на сумасшедшего, и не задавал уточняющих вопросов. Маленький профессор в задумчивости потёр подбородок. — В таком случае, я думаю, важно то, что послужило катализатором этих видений, — сообщил декан Когтеврана. — Возможно, волшебник, о котором вы говорите, обнаружил что-то общее в двух линиях событий. И в этом есть ключ, который помогает ему вспомнить предыдущую линию событий. И, возможно, предотвратить её в будущем. Но в теориях путешествий во времени и параллельных вселенных есть множество нюансов. И вот теперь Снейп смотрел на эту неизвестную ему женщину, пытаясь понять, почему чувствует в ней угрозу. Неожиданно ему захотелось знать, что думает об этой женщине Люпин, но оборотень отсутствовал на собрании. — Мисс Томпсон, — произнёс он своим бархатным голосом. — Как никто другой, я разделяю вашу подозрительность по отношению к Поттеру и охотно верю в то, что он мог бродить по школе ночью. Я готов назначить ему отработку прямо сейчас. Однако вынужден указать, что след, о котором идёт речь, напоминает женскую ногу. Мисс Томпсон уставилась на него, поджав губы. Пользуясь случаем, Северус попытался использовать легилименцию, но неожиданно наткнулся на блок, а применить более сильную атаку он не мог — рисковал себя выдать, если женщина разбирается в этом. И Снейп словно увидел, как у неё, под маской, призванной изображать лицо, что-то треснуло на миллион осколков. Он не был мнительным или пугливым человеком, но ему вдруг захотелось отвернуться от этой женщины. Когда в кабинет привели Гарри, Снейп постарался ничем не выдать своего беспокойства, быстро окидывая его цепким взглядом. Мальчик ещё был в пижаме, но не выглядел так, как будто его разбудили только что. Растрепанные взмокшие от пота волосы, тени под глазами, чернила на пальцах и рукаве — вне всяких сомнений, утром он доделывал домашнюю работу. Вот поганец. — Мистер Поттер, — произнесла Макгонагалл, без всякого одобрения поглядывая в сторону мисс Томпсон. — Пожалуйста, снимите тапок и поднесите свою ногу вот к этому следу, лежащему на полу. Гарри озадаченно посмотрел на неё, но выполнил распоряжение. Нога была другой абсолютно. — Это ничего не доказывает, — тут же заявила Томпсон. — Пусть снимет носок! Я требую, чтобы он был наказан. — Мисс Томпсон, — холодно сказала Макгонагалл. — У нас здесь не постановка магловской сказки о Золушке. Я пока не вижу оснований для наказания мистера Поттера. Мистер Поттер, вы свободны. Северус изобразил гримасу разочарования и с лицом, не обещающим ничего хорошего, вызвался проводить мальчика до башни. Едва они свернули в безлюдное место, Снейп встал рядом с Гарри, угрожающе возвышаясь над ним. — Эм, доброе утро, — сказал ему мальчик. — Объясни, что происходит, — начал Снейп без предисловий. — Почему она на тебя так взъелась? — Понятия не имею. Я сам задаю себе тот же вопрос. — Где ты был ночью? — Спал. — А вечером? — В библиотеке, — помедлив, ответил Гарри и попытался отвести взгляд. Северус осторожно применил легилименцию. «В библиотеке в Польше», — отчётливо услышал он. Прекрасно. Снейп ощутил холод, пронзивший его кожу. Тёмный Лорд почти вернулся, на подростков нападает чудовище, которое авроры не могут отследить, новая преподавательница следит за каждым шагом мальчика, но Гарри… Гарри всё было нипочём. И он явно не собирался следовать правилам и объясниться с Северусом, несмотря на все свои обещания. Снейп ощутил волну ярости и немедленное желание разорвать все отношения с мальчишкой, но он слишком хорошо знал Гарри. Мальчик просто не умел доверять взрослым, хотя Снейп буквально проложил ему путь к общению с собой — даже обеспечил блокнотом для переписок. Но какие бы меры не принял Снейп, как бы он ни наказывал его, Гарри не остановится. Однако Северус не хотел бы лишаться этой хрупкой семейной нити, связавшей его с ребёнком. К тому же, мальчику явно надо было ещё успеть поспать перед завтраком. Нет, здесь нужно было придумать что-то другое. — Что читал? — спокойно спросил Северус. Гарри осторожно смотрел на него. — Я делал задание по ЗОТИ. «Я читал про чудовищ». Северус, чьи руки были скрещены на груди, поочередно постукивал каждым пальцем по локтю. Он так думал. Снейп заметил, что мальчик обратил внимание на эти движения. «Почему ты меня обманываешь? — мрачно подумал Снейп. — Как мне помогать тебе, если ты мне лжешь?» К своему удивлению, он услышал ответные мысли мальчика: «Ты тоже обманываешь меня. Ты даже не сказал мне про свой день рождения». Гарри вряд ли мог многое знать про способности Снейпа к легилименции, но всё равно вёл с ним мысленный диалог. Северус прервал ментальную связь прежде, чем этот ребёнок сведёт его в могилу. — Как поживает твое эссе по зельям? — спросил Северус почти миролюбиво. — Если у тебя были какие-то вопросы по учебе, ты мог бы задать их в блокноте для переписок. Но, очевидно, ты заглядываешь в блокнот даже реже, чем в учебники. Гарри моргнул, с удивлением глядя на зельевара. Кажется, он ожидал допроса с пристрастием, а не почти мирной беседы. — Эссе в работе. Почти готово. «Не начинал» — Северус прочёл это по лицу мальчика без всякой легилименции. — Ясно. Что же, я предлагаю тебе договор. Гарри ещё раз моргнул. Удивление в глазах мальчика чередовалось с любопытством: — Какой? — Я знаю, что ты хочешь стать аврором. Но тебе для этого нужно превосходно знать мой предмет, — ровно произнёс Снейп. — Докажи мне, что я ошибался насчёт твоих способностей к зельям и свари зелье из продвинутого курса. У тебя на это неделя. Он специально поставил такой срок, чтобы мальчик даже не заикался об Оборотном зелье. Снейпу были ни к чему неудачные превращения мальчика, а Гарри точно захочет использовать какую-то часть этого снадобья за его спиной. — Если ты сумеешь сварить идеальное зелье, то я исправлю пять твоих предыдущих отметок по моему предмету на отличные оценки. И возьму тебя на продвинутый курс на шестой год обучения. Но у меня есть условие. — Какое? — насторожился мальчик, предчувствуя подвох. — Варить зелье, Поттер, ты будешь в моих личных комнатах, потому что я не хочу никаких взрывов и других инцидентов на территории школы. Про выбранное зелье сообщи в блокноте. В мои комнаты приходи под своим плащом-невидимкой, чтобы не привлекать внимания. Он не связан магией, это был такой… воспитательный момент. Всё ясно? Лицо Гарри разгладилось, и Северус сразу понял — маленький негодник уже знает, что на плаще нет никаких связывающих заклинаний. Это наводило на определённые размышления. Но мальчик явно расслабился и не понял, что Снейп таким образом просто пытается держать его под своим присмотром. — Конечно. Только у меня тоже есть условие, — с вызовом сказал мальчик. Снейп приподнял бровь, поражаясь наглости этого ребёнка. — Если я выиграю, то мы как-нибудь отпразднуем твой день рождения, — выпалил Гарри, слегка покраснев. Пауза. — Я не праздную свои дни рождения, — довольно резко произнёс Снейп. — А я обычно не предлагаю своим бывшим нелюбимым учителям отпраздновать их дни рождения, — добродушно сказал мальчик. — По-моему, всё бывает в первый раз, сэр. Снейп уставился на него, решая, что именно раскритиковать в первую очередь. Его не покидала мысль, что допустить неформальное общение с Поттером в школе было непростительно с его стороны. Мальчик явно всё больше и больше забывал про субординацию, что не устраивало Снейпа. Кроме того, это было Северусу абсолютно незнакомо, ведь ни с кем из других учеников он не допускал такого общения ни при каких мотивах, даже с Драко Малфоем. Но опыт общения с Гарри подсказывал ему, что, оттолкнув мальчика сейчас, ему придётся начинать новый трудный путь к нему. И достучаться до него с помощью этого самого неформального общения было гораздо легче. Гарри Поттер рушил все привычки и правила Северуса Снейпа. Зельевару приходилось выстраивать свою тактику общения с ним буквально на пустом месте. — Хорошо, — с неожиданной для мальчика лёгкостью сказал Снейп, приподняв бровь ещё выше. — Возможно, я изучу твоё предложение. — Из твоих уст это звучит почти, как обещание. Не знаю, справлюсь я с зельем или нет, но на всякий случай советую тебе начать готовить дудки-язычки для праздника. Мальчик убежал прежде, чем Северус смог выразить своё отношение к дудкам-язычкам. Он проводил ребёнка ставшим привычным тревожным взглядом. Мог ли когда-нибудь подумать Снейп, что будет сам просить Гарри Поттера скрываться в школьных коридорах под мантией-невидимкой? Мог ли он подумать, что однажды, сидя в учительской, будет тайно возмущаться из-за несправедливых претензий своей коллеги по отношению к мальчику? Разумеется, нет. И в очередной раз за последние месяцы Северус Снейп удивился насмешкам судьбы.