Изменяя все

***

      После долгой больницы моя кровать казалась невероятно мягкой и уютной. Она приняла меня в объятия, убаюкивая после всех испытаний.       Но покой продлился недолго. Громкий стук в дверь вывел меня из дремоты. С недовольным вздохом я скинула одеяло и подошла к двери. На пороге стояла Кушина — живая и яркая, словно солнечный луч. Улыбаясь, она шагнула вперёд и тут же заключила меня в объятия.       — Привет, Минако! — воскликнула она, прижимая крепче, чем следовало. — Прости, что не навещала в больнице!       — Да всё нормально, — я неловко почесала затылок. — Выписали довольно быстро. Сейчас вроде бы почти как новенькая... Хотя...       — Вот и отлично! Я зайду? — Без ожидания ответа она проскользнула внутрь, моментально устроившись по-хозяйски, будто в родном доме.       — Ты же знаешь, — Кушина оглядела комнату, — я не могла не заглянуть. Мне рассказывали, через что тебе пришлось пройти. Но ты выстояла. Настоящая героиня.       Я смущённо опустила взгляд.       — Я просто... делала, что могла.       — Скромная, как всегда, — она усмехнулась. — Ты ведь теперь настоящая часть этой деревни. Мы все "это" чувствуем.       Её слова пробрались глубже, чем я ожидала. В груди возникло тёплое, щемящее чувство: я действительно не одна.       — Спасибо, — тихо ответила я.       — Кстати, — глаза Кушины загорелись, — мы с Хирузеном говорили о тебе. Он хочет обсудить твоё будущее здесь. Не знаю деталей, но… возможно, тебя ждёт кое-что большее...       Я насторожилась.       — Большее?       — Не бойся. Всё в твоих руках. Но сейчас — отдыхай! А ещё… — она наклонилась ближе, подмигнув: — Шисуи хотел навестить, но стеснялся. Думаю, скоро заглянет.       Щёки предательски вспыхнули.       — Ничего он не стесняется, — пробормотала я.       — О, да ладно! — Кушина рассмеялась. — Вы с ним так мило смотритесь. Почти как...       — Кушина-сан! — Я шлёпнула ладонью по подушке. — Не начинайте!       Она весело подняла руки:       — Ладно-ладно! Я ушла. Но запомни: если появится — не упускай. Он редко кого подпускает близко.       Кушина исчезла так же внезапно, как и появилась, оставив ощущение уюта… и странное щемящее волнение под ложечкой.       ***       Прошёл час. Я сидела у окна, глядя на пустынную улицу. Было непривычно тихо — ни криков Наруто, ни стука по крыше, ни шума тренировок. Только шелест листвы. И снова — стук в дверь.       Сердце ёкнуло. Неужели?..       Я открыла. На пороге стоял Шисуи. В руках — свиток и бумажный пакет, от которого пахло сладким. Он улыбался, но во взгляде читалась осторожность.       — Привет. Можно?       Я кивнула, пропуская его. Он поставил угощение на стол и сел на краешек кровати.       — Я… рад, что ты в порядке, — начал он, глядя куда-то мимо меня. — Тогда… я испугался. Сильно.       Я внимательно посмотрела на него.       — Ты не должен был волноваться. Я справилась.       — Ты была на волосок от смерти, Минако, — его голос дрогнул. Он наконец встретился со мной взглядом. — Прости, если я тогда был... холоден. Мне было страшно.       Тишина повисла между нами. Он снова отвел глаза в пол. Я сделала шаг ближе. — Всё хорошо. Я понимаю.       Шисуи поднял взгляд. В его тёмных глазах, обычно таких спокойных, горел тот самый неугасимый огонь Учиха, но сейчас в нём читалось что-то еще — уязвимость, открытость.       — Ты сильная. Сильнее многих. И... я рад, что ты здесь.       Слова застряли в горле. Сердце застучало чуть быстрее. Я села рядом. Тишина стала не неловкой, а... тёплой, плотной. Он осторожно взял мою руку. Его пальцы были тёплыми и шероховатыми от тренировок.       — Если тяжело — не тащи в одиночку. Я рядом. Всегда.       Я лишь кивнула, боясь, что голос подведет. Казалось, так могло бы длиться вечно... Пока, извинившись, Шисуи не ушёл. ***       Прошло несколько дней. Суббота, 10 октября. Выходной. Быстро умывшись и собравшись, я вышла из дома. По дороге мысленно болтала с Курамой.       — Слушай, а что бы себе подарить на день рождения? Ну... самой себе?       — Хм. А я откуда знаю? Хотя... может, свиток с техниками Футона. Всё-таки элемент ветра у тебя остался, хоть ты тут и не джинчурики.       — Верно подмечено! У меня же есть те свитки из Водоворота. Там как раз парочка техник C и B ранга по Футону.       Праздник Наруто проходил шумно, но я знала – это больше инициатива Кушины. Там будут в основном дети из кланов. После короткого визита в Академию (Шикамару дремал, Чоуджи жевал, уроки тянулись невыносимо медленно) меня догнал сам виновник торжества.       — Эй... Слушай, — Наруто покраснел до корней волос, — хочешь прийти?.. Ну, на день рождения?       — Постараюсь, — улыбнулась я. — Если получится – обязательно. Вернувшись домой, я перебрала свитки. Нашла тот самый, с базовыми техниками каждой стихии – хороший фундамент для него. Аккуратно упаковала, запечатала и направилась к их дому.       По пути в голову лезли обрывки странных снов... Что, если это не просто сны? Дверь открыла сияющая Кушина. — О, Минако! Сколько лет, сколько зим! — Здравствуйте, тётя Кушина. Я только подарок передать. Загляну позже — дела.       — Ладно, не теряйся! — Она приняла свиток, а я поспешила уйти, не желая увязать в разговорах. Решила найти уединённый полигон для отработки техник Какаши подальше от любопытных глаз Яманака.       На краю деревни, у заброшенного тренировочного поля, услышала всхлипы. Подойдя ближе, увидела знакомого мальчишку.       — Эй, Конохамару, что случилось?       — Я не плачу! — резко вытер лицо рукавом. — Просто... дед опять отказался меня тренировать! А я хочу стать Хокаге, как он!       — Зачем? — присела рядом.       — Чтобы быть сильным! Чтобы он... гордился мной... — голос дрогнул. Что-то ёкнуло внутри. — Может, он просто хочет, чтобы ты побыл обычным ребёнком? Хотя бы немного подольше?       Он замолчал, глядя на комья земли. Потом тихо, почти шёпотом: — А ты... можешь меня потренировать? Хоть чуть-чуть?       — Конечно, — улыбнулась я.       Размялись, потом начали с метания кунай. Сначала — мимо цели. Но после десятков попыток он начал попадать в соломенное чучело. Когда силы окончательно покинули его, и он плюхнулся на траву, я устроила его в тени дерева.       — Спасибо, Минако, — раздался спокойный голос. Передо мной стоял Сарутоби-сама. — Рад, что ты нашла для него время.       — Не за что, — вежливо поклонилась я.       — Кстати, — в голове прорычал Курама, — у твоего красноглазого скоро день рождения.       — У Шисуи? — мысленно удивилась я.       — А у кого ж ещё. Сам пару раз обмолвился.       — Когда?       — Девятнадцатое октября. *** 18 октября.       После долгих поисков по оружейным лавкам нашла то, что нужно: катану с изящным клинком, чёрно-красной обмоткой на рукояти и ножнами, украшенными эмблемой Учиха.       Она идеально подходила "ему" — элегантная, смертоносная. Продавец долго не хотел продавать оружие ребёнку, но мои доводы (и, кажется, твёрдый взгляд) в итоге убедили его. Почти час уговоров — и катана была моей.       Дома нанесла на лезвие печать лёгкого усиления, аккуратно упаковала и запечатала в свиток. Волнение смешалось с неловкостью. Что он подумает?

***

      19 октября.       День тянулся невыносимо. Уроки в Академии — скука, даже тренировка не шла. Главный вопрос вертелся в голове: где живет Шисуи? Подошла к Саске после занятий.       — Привет.       — Привет. Что-то случилось? — настороженно спросил он.       — Скажи, где живет Шисуи? У него сегодня день рождения, я... приготовила подарок.       — Проведу. Но покажешь потом пару приёмов?       — Договорились.              Он довёл меня до неприметного дома на окраине квартала Учиха и быстро ретировался. Я осталась стоять у двери, внезапно осознав, как бешено колотится сердце. Постучала.       — Сейчас! — донёсся знакомый голос изнутри.       Дверь открыл Шисуи. Увидев меня, искренне улыбнулся.       — О, Минако! Не ожидал. Всё в порядке?              — Да... просто... — Я судорожно протянула свиток, чувствуя, как горят щёки. — С днём рождения.       — Спасибо, — он принял подарок, его взгляд смягчился. — Не стоило беспокоиться. Может, чаю?       Не знаю, что на меня нашло. Я... шагнула вперёд и... обняла его. Крепко-крепко, будто боялась, что он исчезнет.       Он замер.       — Минако?.. Что случилось?       "О боже, что я делаю?!" Сознание пронзила паника. Я резко отстранилась. — Извини! — выпалила я и, не глядя на его лицо, рванула прочь, исчезнув в клубах дыма шуншина.

*** (POV Шисуи)

      Выходной. Я намеренно никуда не выходил, жаждая тишины. Визит Минако стал неожиданным, но приятной. Её смущение, горящие щёки... И это объятие. Оно было таким... искренним. Тёплым. Невинным.       Я... замер. И в тот миг мне отчаянно захотелось, чтобы она *не* отпускала. Она исчезла так же внезапно, как появилась, оставив лёгкий аромат... и странную пустоту.       Я стоял в дверном проёме, всё ещё ощущая тепло её прикосновения. Спустя пару минут пришли Итачи и Изуми.       — С днём рождения, Шисуи!       — Спасибо, ребята, — улыбнулся я, отходя в сторону. — Не стоило беспокоиться...              — Ты наш друг, — серьёзно сказал Итачи. — Мы не могли не прийти. Пока Изуми возилась с чайником, Итачи заметил свиток на столе.       — Что это?       — Подарок от Минако, — ответил я, распечатывая его. Катана. Отличная. Строгая, сбалансированная. Красно-чёрная обмотка, эмблема клана на ножнах. Подарок, в который вложили душу. Я провёл пальцами по рукояти.       — Она... особенная, — тихо произнёс Итачи, с одобрением глядя на клинок. Я лишь кивнул, сжимая рукоять. Да. Особенная.

***

      Казалось, я только закрыла глаза... ...а уже снова была в том лесу. В своём настоящем теле. Рядом — та самая девочка, Унари Узумаки, чьим телом я стала. Она тянула меня за руку к дому.       — Пошли! Мама хочет тебя увидеть!       Внутри ждали двое: мужчина с огненно-рыжими волосами и женщина — та самая, что снилась раньше.       — Привет, Минако, — мягко сказала женщина. — Садись. Я — Кана Узумаки. Мать Унари. Мы благодарны тебе. Она была сильной девочкой. Ты... сделала её сильнее. Продолжила её путь.       Она рассказала свою историю: побег из разрушенной Узугакуре, гибель мужа, нападение мародёров, её последний бой... И как она успела спасти дочь, отправив её прочь с последними силами.       — А моя сестра... Кушина. Мы потеряли связь давно...       Я замерла.       — Она жива. У неё сын. Наруто. У него... всё хорошо. Он счастлив. Слёзы покатились по её бледным щекам.       — Спасибо... — прошептала она. — Живи счастливо, Минако Узумаки. За себя... и за неё. Я проснулась. За окном светало.       — Блин... — прошептала я, ворочаясь на подушке. — Я совсем не выспалась.       — Гормоны, — усмехнулся в голове Курама. — Хотя, если честно, он неплохой кандидат.       — Не смешно, — буркнула я, натягивая одеяло на голову.       — Да ладно тебе, духовно-то тебе уже за двадцать. Нормально всё.       Я предпочла не отвечать, пытаясь поймать ускользающий сон. А его слова тихо эхом отдавались в тишине комнаты. "Неплохой кандидат..."