Туда и обратно

"Бедный ребёнок, потеряла сестру, ещё и память", думала Сакура, потянувшись всем телом, а тем временем, девочка поднималась вверх по дыре, чтобы привести к медику Саске. После рассказа Сакуры почти ничто не встало на свои места, но хотя бы сдвинулось с мертвой точки, воспоминания, как из рога изобилия, рекой текли в маленькую головку. И первое, что вырисовывалось в ней была потеря родной сестры. Когда плод был украден и съеден, стояла непроглядная ночь, но для Солнца выследить Кагую было несложно, сама Луна направляла девочку к ярко горящей во тьме метке. Она обернулась ветром и летела среди листвы, огибала ветви и преследовала свою цель до самой ее деревни. Кагуя вернулась к своему малышу в маленький тихий домик, а ветер за окном прислушивался и ждал подходящего момента, чтобы отомстить. Ветер заглянул внутрь жилища и увидел малыша и его маму. Кагуя баюкала младенца и приговаривала: - Ты будешь жить в спокойном мире, мой малыш. - прошептала она и погладила свой живот. - Вы оба. Я остановлю бессмысленную резню моего народа. Вы сможете быть свободными. И заплакала. - Я совершила страшный грех, Хагоромо. - добавила женщина, немного успокоившись. - И я возьму на себя все боли и горести ради вашего счастья. - горячо добавила она, на что малыш схватил ее за палец и издал смешной и непонятный звук на своем языке. Ветер тогда впервые увидел маленькую жизнь и сначала терпеливо и с интересом наблюдал, но после упоминания о грехе, вошёл в дом бесшумной поступью и обернулся человеком. - Что это за маленькое существо? - спросила девочка. Неведомая сила, возможно, чакра сестры подталкивала ее тогда к разговору с этой человеческой женщиной. - Что? Что ты здесь делаешь ночью, малышка? Ты потерялась? Кагуя встала и потрогала опешевшее божество за щеку. - Ты совсем холодная. - с досадой проговорила женщина и взяла что-то темное с пола. - А.. что? Не успела девочка опомниться и вновь разозлиться, как ее укутали в теплую мягкую на ощупь ткань. - Ты потерялась? Солнце не чувствовало злобы в Кагуе и решило немного понаблюдать за беременной женщиной. Она прошла к костру на улице и поставила в него горшок с водой и травами. Пока она ходила, божество заметило, как маленькие ручки миниатюрного недоразвитого человека тянулись к нему. Девочка решила протянуть руку в ответ, как это сделала женщина, и тот, ожидаемо, схватил ее за палец и радостно улыбнулся. "Странно, их перерождение сильно отличается от нашего. Может , если я убью его, он возродится в этой женщине?" - подумала девочка, но задуманное сделать не успела, послышались шаги со стороны двери, и в руку ей всучили горячую посуду, кажется, так это называли люди. - Пей скорее, а то остынет. - ласково сказала женщина. - Как тебя зовут? - Кагуя. А как твое имя? - У меня нет его. - Ты знаешь своих родителей? Откуда ты пришла? - вопросы посыпались, и божество снова отметило, что совсем ничего путного не знает о людях. - Что такое родители? - Мама и папа, которые родили тебя на свет. - лицо ее погрустнело. - Ты совсем одна? "Да. По твоей вине" - ненависть снова начала вскипать в божестве, но то, что сказала женщина далее заставило ее одернуть себя и позволить ещё немного понаблюдать. - Знаешь, я потеряла любимого на войне. Даже будучи с малышом, я чувствовала себя страшно одиноко. - Как это потеряла? - не поняло божество. - Люди разве не перерождаются? Кагуя отпила из посуды зелёное варево и призадумалась, наблюдая за ровным пламенем свечи. - Мы не знаем, что будет после смерти. Может, люди перерождаются, если так позволят боги. Может, они уходят в мир, где души их обретают покой. Смерть - страшная потеря - это я знаю точно. Мой народ умирает в бессмысленных войнах за территорию. - Зачем им это? - Наша почва плодородна. Они хотят отвоевать ее, чтобы кормить своих людей, и захватить детей и женщин, чтобы те стали их рабам, выполняли самую грязную работу. - пояснила Кагуя, беря на руки младенца и качая его из стороны в сторону, медленно и осторожно. - А люди, они не возвращаются, и потому ты грустишь? - Да. - А их помнят долго после смерти? - Может, не их самих, но огонь их жизни и стремлений передается новому поколению, его помнят долго. - Огонь? Божество разговарило с женщиной до самого утра. Кагуе было жаль маленькую потеряшку и она предложила ей кров и еду, но божество напоследок спросило: - Ты съела ягоду, в которой должна была переродиться моя сестра. Получила ее метку. Что ты будешь делать с ее жизненной силой? - голос божества стал тихим и серьезным. Девочка поняла, что примет решение после того, как услышит ответ. Кагуя сглотнула, и укорила себя за беспечность. Бог стоит перед ней, лишенный родного существа, а она так неосторожна... Вот и пришла кара за грех. - Я хочу остановить войну и передать жизненную силу твоей сестры новому поколению. Она будет жить в наших детях, которые передадут ее своим детям. Если ты позволишь мне это. - Ты отняла мое сокровище навсегда. И ты же показала, насколько это сокровище ценно для меня. Я дарую твоему ребенку свое Солнце, когда как второй ребенок получит от тебя Луну. Но знай, твои дети станут твоей погибелью за деяние твое. Божество взяло женщину за руку с чистой лодонью, отдало метку Солнца и обернулось ветром, чтобы перенести свою жизненную силу в Великое Древо. Корни его могли наблюдать за всем, что происходит в мире, и божество путешествовало в них через потоки чакры к семье Кагуи, чтобы наблюдать за женщиной и ее потомством, но чем старше становились дети Кагуи, чем больше открывали они для себя нового с силой 2 сестер, тем чернее становилась душа их матери. Ведь на смену любви пришел страшный червь неизбежности. Дети предадут ее. Рано или поздно. Червь грыз в ее мыслях и чувствах прорехи, в которые заползала досада, а позже и гнев от несправедливости. Она растила их, пожертвовала своей силой ради мира, и червь вовсю пользовался податливым человеческим сердцем. Везде она искала подвох, никому не могла довериться. И произошло страшное. Она пришла к Великому Древу, чтобы подчинить его себе, поглотить его жизненную силу в надежде на то, что так пророчество божества не сбудется. Но оно сбылось. И Кагуя, пытаясь уйти от судьбы, лишь ускорила ее приближение. Девочка не знала, что и думать. С одной стороны, позволив человеку овладеть равновесием, она надеялась, что жертва сестры будут не напрасной, с этой же стороны привела Кагую к паранойе из-за слишком большого могущества в одном человеке. С другой стороны, люди - есть люди. С Кагуей запечатали и ее, и на тебе, через поколения все повторилось. Впасть в человеческую депрессию ей не дала катана у горла. - Куда ты дела Сакуру? С ней все хорошо? - Я съела ее глазные яблоки и набила кишки соломой. А теперь полезай в дыру и дай корням поддержать твои конечности, иначе упадешь на дно, стукнешься головой о камень и умрёшь, как она. - столь импульсивное поведение со стороны бывшего отступника даже позабавило божество, и оно решило ещё немного его подразнить. Глотку яростно перерезало лезвием. Девочка решила ещё немного поглумиться и состроила болезненное личико умирающего. - О нет... Кхе-кхе... Ты убил меня... Ох... Как накладно-то, мамочки... - она начала медленно опускаться с корнями вниз, и через минуту уже остановилась, чтобы заливисто засмеяться. - Я убью тебя! - рявкнул юноша и приблизился к дыре, откуда и показалась злосчастная макушка. - Прости-прости. - пальчики смахнули выступившие слезы. - Это она, вообще-то, послала меня за тобой. Так что, раз я на побегушках у человека, прыгай ко мне на корни. Пока я не передумала.