Радуга в твоих глазах

Смысл жизни не в том, чтобы ждать, пока закончится гроза, а в том, чтобы учиться танцевать под ней.

      Основой жизни двадцатиоднолетнего Хосока всегда были, есть и остаются танцы. Он танцует утром, танцует днём, танцует вечером, танцует ночью… Устраивая небольшие перерывы на еду и сон, он всё равно посвящает большую часть своей жизни на танцы. А всё почему? Чтобы ловко избегать проблем. Ведь когда ты танцуешь, ты освобождаешься от всего. Танец для Хосока — это глоток чего-то нового, это возможность стать кем-то другим… Сколько бы проблем не навалилось на его хрупкие плечи, он продолжает танцевать, полностью игнорируя каждую из них. Хоть друзья и знают его, как общительного, умеющего поддержать и посочувствовать, весельчака, это никак не является отражением его настоящего. Как бы не хотелось остановиться, взять временную передышку, ничего не получается… Ведь стоит ему остановиться, как одна большая проблема может раздавить его как маленького таракана, даже не спрашивая его мнения. Поэтому он и не останавливается, с одной стороны, трусливо убегая от проблемы, вместо того, чтобы решить…       Чон Хосок — двадцатиоднолетний парень, ровестник Намджуна, но чуть старше, сейчас находится в общем спортзале общежития. В спортивной одежде, изливаясь потом, он раз за разом повторяет движения своего нового танца, под который его донсэн написал музыку. Как же всё-таки эта песня подходит под его состояние… Ноги и руки нещадно болят, колени зудят от шрамов и синяков, делать растяжку до безумия больно, но остановится не вариант. Поэтому он начал заново, уверенно смотря вперёд. Плавно он прыгал на носочках с центра спортзала до его правого края, следя за собой в огромном зеркале. Время летит так, будто его кто-то гонит, и вот уже ночи как не было. Рассвет и яркие цвета ворвались через окна, ознаменовывая начало утра…

***

      Проснулся Чонгук в своей комнате, когда в глаза врезался яркий луч утреннего солнца. Моментально вскочил с места, ощущая небольшую головную боль от вчерашней попойки. Слава богам, что пил он немного. Умывшись и одевшись, парень не обнаружил на соседней кровати старшего хёна, но подумав, что он раньше проснулся и ушёл по своим делам, Чон проигнорил отсутствие Хосока. Сегодня был первый выходной день сьей рабочей недели, из-за чего компания парней и позволила себе ту самую ночную слабость. Кстати о ней… В голове Гука всплывают странные воспоминания об окончании вчерашнего дня. Смущение и недопонимание так и норовят переполнить его грудь. Что тогда нашло на Тэхёна? Он сделал… сделал это? Будучи парнем, Ким сделал ему… даже говорить подобное не хочется, но почему всё это вызывает в нём столько разных эмоций?.. Спустя несколько минут, во входную дверь в комнату постучали, обрывая чонову головную боль. — Входите! — крикнул он, устало садясь на свою кровать. Из-за двери выскочила чёрная макушка Тэхёна, далее вошёл и он сам. Он шёл покачиваясь, ныл от боли и кряхтел. Сразу видно, у бедолаги похмелье. — Гук~и, почему ты меня не остановил вчера? — детским голосом спросил Ким, начиная хныкать. О чём это он? Неужели о том инциденте в его комнате? Лицо Чона покраснело, а сам он отвернулся, не решаясь посмотреть в тэхёновы глаза. — Чонгук, — позвал его Тэ, потрепав по плечу, но тот всё ещё не горел желанием поварачиваться к парню лицом. — Что-то не так? — Нет-нет, всё хорошо, — фальшиво улыбнулся брюнет, всё же повернувшись обратно, и сталкиваясь с кимовым странным взглядом. В его глазах была одна радуга, не возможно было прочесть ни одной эмоции. — О! — удивлённо воскликнул Тэхён. — Неужели я сделал что-то глупое вчера? Прости, прости меня пожалуйста! Я этого не хотел, это был не я! Просто был слишком пьян, — кричал он, как-то чересчур сильно паникуя на этот счёт. Неужто он что-то скрывает? «Это был не я». Говорят, когда человек пьян, он показывает миру настоящего себя. Кому же верить… Голова раскалывается, но при этом он почувствовал грусть. Нет, не тэхёнову. Свою грусть, сам не знает почему. Может, он хочет чтобы это и был настоящий Тэхён?.. — Что я сделал? Скажи честно! — своими изящными руками парень крепко сжал его правую кисть. От этих прикосновений парень прочувствовал всю панику и тревогу Кима, но вместе с ними было явно что-то скрытое. — Ты… Просто… — внезапно во взгляде длинноволосого, вместо привычной радуги, прояснилось сильное желание, которое, благодаря прикосновению, Чон сумел прочесть. Он хочет, чтобы Чонгук о чём-то забыл или что-то не понял. Кажется его желание сбылось, ведь он точно ничего не понимал. Перед его взглядом было молящее лицо Тэхёна. Неожиданно перед глазами всплывает флэшбэк, как до безумия возбуждённый парень заглатывает его эрекцию… Чона будто переклинило. — Да нет, ты ничего не делал, — мило улыбнулся он, слыша в ответ облегчённый кимов выдох. — Фух! Гук, ты чего меня так пугаешь?! — крикнул он возмущённо, облакачиваясь руками о стену. — Прости меня, хён… — Ладно уж, — Тэхён сосредоточенно сел на стул за рабочим столом, как только подошёл ближе. — Давай сходим в парк? Сегодня как раз тепло, к тому же выходной. Мне уж точно не помешает проветриться, — умело сменил тему Ким, встав и подойдя к двери. У этого парня так много энергии, ведь так быстро перемещается с одной точки комнаты на другую, будто нервничает. — Эм… Хорошо, пошли, — Чонгук совершенно не понял, зачем ему понадобилось идти в парк ило как это связанно с их предыдущим диалогом. Он просто решил прогуляться вместе с Тэ, может узнать друг-друга поближе, поэтому, накинув на себя свою любимую кожаную куртку, вышел из комнаты. За ним последовал и Тэхён.       Уже конец весны. Певучие птички, зеленеющие деревья, уже возродившаяся природа. Солнце стоит где-то на востоке, ознаменовывая утро. На небе медленно собираются большие грозовые облака, можно даже сказать, тучи. Прохладный ветерок гуляет по улицам корейской столицы, полностью означая скорое начало дождя. Это странно, ведь только вчера ночью был сильный ливень, неужто ещё один? Да уж, надо было захватить с собой зонтик.       Парк был недалеко от их общежития, всего один десяток минут на общественном транспорте и вот, два парня уже стоят перед входными воротами в парк. — Ну и что мы тут делаем? — наконец решил спросить Чон, ибо до сих пор не знает причину их здешнего пребывания. — Не знаю… Может узнаем друг-друга ещё ближе? — как-то самоуверенно проговорил Ким, а Гук не по своей воле опять вспомнил вчерашнее проишествие, из-за чего покраснел и даже немного возбудился. — Наример, ты ещё не говорил мне, какой ты ориентации! — с сияющими глазками посмотрел на него Тэхён, улыбаясь своей фирменной необычной квадратной улыбкой. Почему-то Чонгук начал ощущать сильную надежду. Надежда Тэхёна настолько переполнила его грудь, что он не может прочувствовать ничего другого. — Эм… Я чисто по девушкам, но это вовсе не значит, что я гомофоб. Можно сказать, я не люблю мужчин, но хорошо отношусь к мужчинам любящим других мужчин, — тоже улыбнулся Гук, в то время как «4D личность» отвернулась в сторону. Странное поведение парня заставляло Чона чувствовать себя неуверенно, ведь думал, что он именно это и ожидал услышать. Грудь переполняли чувства грусти и разрушенных надежд. — Тэ, что-то не так? — остановился Чонгук, что сразу заметил и Ким, тоже останавливаясь и смотря ему в глаза. Непонятная радуга всё никак не хотела уходить, вставляя Чона в ступор. — С чего ты взял? — грубым тоном отрезал он, уворачиваясь от пристального взгляда друга. Безмолвно Чонгук протянул руку вперёд, дабы коснуться кимовой щеки, чтобы узнать его ощущения получше. Вдруг на руку падает холодная капелька воды с неба, оставляя мокрый след на коже. Следом за ней ещё, и ещё, и ещё. Мелкие редкие капли перерастают в довольно сильный ливень. Почти высохшие, последождевые лужицы, оставшиеся от ночного плача природы, наполняются с новой силой. Внезапно лицо Тэхёна преображается в более детское, а недавние отрицательные эмоции моментально пропадают, что удивило Чона ещё раз. Этот парень только что взял и заглушил собственные чувства?.. — Чонгук~и! Ты чего стоишь? Промокнешь ведь! — кричал он, убегая всё дальше от парня, в поисках укрытия. Гук улыбнулся ещё раз, смотря ему вслед, и побежал за ним. По близости, кроме деревьев, укрытий от дождя не оказалось, поэтому пара парней до сих пор бродит по парку, немного начиная промокать насквозь. Чон, накрывшись своей курткой, нагнал Тэхёна, который развернулся и побежал в обратную сторону. — Тэ! Что ты творишь?! — крикнул он уже от злости, ведь не понимать этого друга было ему уже поперёк горла. Промок уже настолько, что белая тонкая футболка начала прилипать к телу. С новым дыханием он догнал, остановившегося какого-то переносного ларька, Кима. — У вас есть зонтики? — спросил он у старого седовласого мужчины у ларька. — Отпустите мою прелесть, из-за вас она сейчас промокнет! — грубо кричал злой мужчина на причину своего недовольства. — Эй! Он спросил, у вас есть зонтики? — также грубо в происходящее вмешался Гук. Как бы сильно он не обижался на Кима, обижать своих друзей он не позволит никому. — У меня туристический ларёк. Тут всё дорогое! — опять крикнул грубый мужчина, желая как можно быстрее отмахнуться, внутри уже вовсю обзывая их ужасными словечками, что не осталось без внимания Чона. — У вас есть зонтик?! — уже более требовательным тоном спросил Чонгук. — Есть! Вот! — устало выдохнул он, протягивая им зонт с изображением старинных японских домиков и цветущих сакур. — С вас десять тысяч вон. — Десять тысяч?! — глаза Тэхёна расшырились на свой максимум, показывая шок в чистом виде. Взял он с собой только пять тысяч, и то думал, что не пригодится. — Вот, возьмите, — спокойно Гук протянул деньги, правой рукой обходя Кима. Взглядом парень проследил за чоновой рукой, а затем посмотрел на его сосредоточённый профиль. На его острую линию подбородка, красивые скулы и шелковистые блондинистые пряди кончиков его волос, лежащие на его чуть заострённых ушках. Только один этот вид забрал себе всё внимание Тэхёна, заставляя его сердце биться как сумасшедшее. Впервые он ощущает… это… Будто его сердце собирается выпрыгнуть из его груди и приземлиться в руки этого ангельского парня, дабы быть им любимым и любить его в ответ. Неужто он влюблён в своего друга? Да нет, бред какой-то, он не может разрушить ещё одну дружбу своей тупой ориентацией… — Ну что, пошли? — спросил Чонгук, как только злой мужчина с ларьком уехал от него на приличное расстояние. Быстро он раскрыл зонт, зовя Кима зайти под него. Холодный ветерок давал о себе знать, заставляя дрожать парня, который вышел из общежития в одной жёлтой клетчатой рубашке с короткими рукавами. Чон, заметив его дрожь, накрыл длинноволосого своей кожаной курткой, смущая Тэ ещё сильнее. — Гук~и, почему ты такой красивый? — детским голосом спросил Тэхён, стоило только пробудиться игривым чувствам в его головушке. — Мой хён мне завидует? — улыбнулся тот вовсе тридцать два, оголяя свои кроличьи зубки. — Иди ты! Нельзя быть таким красивым, — выпячив губу, парень вырвал зонтик из рук Чонгука и принялся убегать. Большие капельки дождя уже пробираются внутрь его одежды, заставляют обувь с носками мокреть и медленно текут по спине, вызывая у парня мурашки. — Хей! Тэ, ты чего?! — крикнул он, но Ким был уже далеко, а злобный смех, как в детских мультиках, был слышен кажется всему парку. Пришлось Чонгуку ещё немного побегать, шлёпая своими любимыми чёрными кроссовками по лужам. Всего пара минут и не ожидавший Тэхён оказывается заключён в крепкие чоновы объятия. Свободная белая футболка Гука напрочь промокла, прилипая к его телу, будто на нём ничего нет и вовсе. Ким, выйдя из ступора, обнаружил себя в объятиях Чона, но больше всего его привлекала выпирающая грудь и отчётливые кубики пресса парня. В коричневых брюках Тэхёна становилось всё меньше и меньше места, в то время как Чон смотрел на него своим игривым взглядом, смущая бедолагу всё больше, ведь, хоть он и не смотрел ему в лицо, но чувствовал на себе именно такой взгляд. Медленно подняв голову, он столкнулся с радостными глазками Чонгука и с его миленькой улыбкой. Выглядит совсем как маленький ребёнок… Что ж такое… Если посмотреть вверх видишь маленького беззащитного ребёночка, а если вниз увидишь подкаченного сексуального парня, под которого так и хочется лечь. Стоп, что?.. — Я тебя настолько сильно возбудил? — внезапно усмехнулся Чон. — Я знаю, что сексуальный, но чтоб парней возбуждать, — он уже вовсю хохотал. — К-как… Как ты узнал что я чувствую? — недоумевал парень. Чонгук совсем забыл, что он ещё ничего не рассказывал ему. Что будет, если он узнает? Перестанет быть особенным и начнёт себя сдерживать? Зачем ему ещё один картонный знакомый? — Эээ… По твоему лицу всё видно, да, — чуть похихикал он. — Перестань Чонгук, это уже не смешно. Ты недавно почувствовал, что Намджун-хёну плохо, что Сокджин-хёну нужна твоя помощь, а теперь… это… Ты явно что-то скрываешь, — отвернулся Тэхён от друга, скрещивая руки у груди. Ловко же он выкрутился… — Хорошо, давай это исправим, — спокойно проговорил Гук, отдавая зонт в руки Кима. Далее он достал телефон из заднего кармана светлых джинс и разблокировал его. Спустя несколько секунд печатания, парень отрывается от устройства и ложет его на своё законное место, говоря при этом «Скоро ты всё знаешь, ТэТэ». Маленькими шажками он пошёл в сторону общежития, попутно забрав зонтик из кимовых рук.       Оказавшись в безвыходном положении, Тэхён последовал за ним, не желая попадать под дождь.

***

      В общежитии, в комнате под номером 113 на своей кровати сидит синевласый парень и слушает новую песню англоязычного исполнителя Lauv-а — «Never not», как вдруг звук мелодии в ушах становится тише и по барабанным перепонкам сильно ударяет оповещение о новом сообщении. Разблокировав устройство, Чимин заходит в их общую группу «Розовые алкоголики», в которой было новое непрочитанное сообщение от Чонгука. «Все, срочно! Через полчаса собираемся на нашем секретном месте. Код: «Банановое молоко».       Пак, немедля больше ни секунды, выбежал из комнаты и направился в сторону подъёма на крышу. Грядёт что-то интересненькое…       Мин Юнги в своей с Хосоком комнате сидел и смотрел в окно, наслаждаясь очередным дождливым днём в своё день рождение. Мать смогла его принять, а именно она и имела для него значение. Значит, душа парня теперь спокойна, и он может продолжать смотреть на вальс маленьких капелек воды с неба, пока в его телефон не пришло увидомление о том самом сообщении от Чонгука. Прочитав его Юнги, медленной походкой и руками в карманах чёрных брюк, направился на крышу.       Ким Сокджин и Ким Намджун тоже в этот выходной день находились у себя в комнате. Первый пел в своей удовольствие песню об уверенности, тренируясь по просьбе учителя, а второй наслаждается этим самым пением. Просто лежит на своей кровати и смотрит на парня напротив, вслушиваясь в каждое слово в исполнении Джина. Как жаль, что громкое оповещение в обоих телефонах смогло прервать эту минутку расслабления. Два парня, собравшись и одевшись, в обнимку направились в сторону подъёма на крышу.       Чон Хосок находится в общем спортзале общежития. В спортивной одежде он танцует под новую песню Намджуна уже не первый час. Если точней, то уже четвертый час. Да, да, он танцует без перерывов уже пять часов, даже несмотря на своё недавнее полупьяное состояние. Ведь вчера ночью, от рака головного мозга скончалась его родная мать. «-Алло? — ответил на звонок Чон, ведь на экране было имя его старшей сестры — Давон. — Хо… Хосок… — девушка захлёбывалась собственными слезами. Слышались безумно грустные всхлипы и её плачь, из-за чего сознание парня очистилось от алкоголя. — Давон? Давон что случилось? — начал он уже паниковать. — Хосок… Мама… — Что с ней? Случились ослажнения? — первое что пришло ему в голову. Его мама болела раком головного мозга. Она отчаянно борется с болезнью уже на протяжении трёх лет. Все очень беспокоятся за неё, ведь состояние женщины с каждым днём становилось всё хуже и хуже. — Она умерла. Болезь взяла вверх над ней… — было слышно как девушка закричала от безысходности и скорби. Не может быть подобного… Его сильная и уверенная в себе мать не выстояла. Она ушла от них. Навсегда… Сердце Хосока забилось как бешеное, а тело дрожало. Из глаз полились горькие солёные капли. Он стоял в коридоре, направляясь в комнату Чимина и Чонгука, пока сам парень укладывает Тэхёна на кровать. Злость на мир и судьбу прилила к кулаку и он со всей силы ударил о стену. Со слезами на глазах Чон убежал в спортзал, надеясь хоть как-то отвлечься…»       Как бы он хотел всё исправить… Но он не может… Поэтому и танцует как сумасшедший, чтобы выйти из реальности хоть ненадолго, чтобы отдохнуть и расслабиться, чтобы забыться в безумных движениях…       Послышалось громкое оповещение о сообщении по всему спортзалу. Всё же придя в реальность, парень подошёл к своей сумке с вещами и, прочтя сообщение, вышел из помещения. Неподалёку стоял автомат с напитками, куда он и потратил несколько вон в обмен на бутылочку воды. Что же произошло, чтобы объявлять подобный код?..

***

      Тэхён и Чонгук пешочком наконец добрались до общежития. Чон даже проводил Кима до его комнаты, правда было не очень то и удобно ходить в мокрой одежде. Войдя в комнату под номером 54, парни выдохнули с облегчением. — Наконец-то! — громко выдохнул Тэ, с грохотом падая на пол от усталости. Полностью промокший парень прохлюпал перед Тэхёном в мокрых кроссовках и встал перед ним. — Эм… Тэ… Можно я приму у тебя душ? Не хочу, чтобы Чимин видел меня в таком виде, — смущённо проговорил он, правой рукой почёсывая затылок. — Можно конечно. Я тогда твои вещи феном высушу! — уверенно воскликнул Ким, поднимаясь с места. — Спасибочки! Ты самый лучший хён в мире! — обрадовался Чон и направился в сторону душевой комнаты. Вообще, в этом общежитии у каждой комнаты была своя душевая с туалетом. Как только тот зашёл, Тэхён медленно подошёл к дверям, как-то преодолевая своих внутренних демонов, чтобы не открыть её. Внезапно дверь сама открывается, немного пугая длинноволосого, и оттуда выходит рука Чонгука, держащая в своей крепкой хватке свою одежду, а именно белую футболку с джинсами и нижним бельём. Смущённо он всё же взял одежду и, вздохнув с облегчением, сел на свою кровать, предварительно сделав несколько шагов вправо. Фен как раз лежал на рабочем столе, с того времени, как утром встав, парень мыл себе голову. Из комнаты слышались звуки льющейся воды и работающего фена. Спустя несколько минут, Тэ закончил свою работу и с довольной миной он стоит перед дверью в душевую комнату. «Зайти или не зайти», «Вдруг он будет злиться, если не увидет готовую одежду?», «А вдруг он сам захочет её достать, и потом сам протянет руку?». Голова разрывается, в то время как тело, не сдержав внутренних демонов, правой рукой касается ручки двери и бесшумно её открывает. Одним глазком парень всё же смотрит внутрь и видет шикарную спину и голую пятую точку Гука. «Какой большой у него орех…» — высплыло у него в голове. Парень сам не заметил, как начал засматриваться на голого друга. «О Господи!» — думал он, но голова отказывалась отворачиваться.       Неожиданно Чон развернулся. Слава богам что он был с зажмуренными глазами, но что-то другое привлекло кимово внимание куда сильнее… Наверное, все поняли о чём идёт речь. С красным лицом Тэхён еле как закрывает дверь и ложится на кровать, с надеждой забыть ту картину.       Спустя пятнадцать минут, Чонгук заканчивает своё дело, но не обнаруживает свою одежду, из-за чего ему приходится выйти из душевой в одном полотенце. — Тэ, где моя одежда? — спросил он, когда уже вышел из комнаты. Как ни странно, никто ему не отвечает. Тогда парень и обнаруживает, мило спящего на своей кровати, Кима. Тот во сне что-то шепчет, и выглядит крайне возбуждённо, но при этом устрашённо. Интересно, что же ему снится?.. «Тэхён лёг на кровать, как дверь душевой комнаты резко открывается и оттуда выходит безумно злой, но голый Чон. — Ах ты грязный педик! Как ты посмел глядеть на голого меня?! Ты знаешь, что это не по-дружески?! — кричал он, медленно подходя к Киму. — К-как… Как ты у знал? — в его глазах был страх в чистом виде. — Сейчас не время задавать вопросы. Раз ты меня настолько сильно хочешь, я покажу тебе, на что я способен! — крикнул Чонгук, когда уже вплотную подошёл к кровати. В миг одежда Тэхёна испаряется в воздухе. — Не подходи ко мне! — Ты уверен, что хочешь, чтобы я не подходил? Да ты хочешь меня гораздо больше, чем я тебя! — крикнул Чонгук и поднял парня на руки. Затем он вбил Кима к стене, начиная медленно входить. Парень кричал от неподготовленности, но остановить это сил не было. Чон ухмыльнулся дьявольской улыбкой и начал набирать довольно быстрый темп. Слёзы боли выходили из глаз, но стоны удовольствия к ним совсем не подходили. Парень будто вбивал его в стену, из-за чего у Тэхёна были двоякие ощущение. И больно, и приятно. Ким стонал всё громче и громче, уже не желая это останавливать…» — Чонгук… Ахх, ты такой… сексуальный… Аргх… — шептал Тэхён в реальности. Чон вовсе не понимал, что происходит, но, увидев капли пота у длинноволосого из-за сна, он предположил, что Киму сниться кошмар, поэтому решил его разбудить. Медленно тот трепал парня по плечу и гладил по волосам. — Тэ, вставай. Ну же, если ты откроешь глаза кошмара уже не будет, — пытался он разбудить парня, но проснулся он только из-за того, что горячий и вбивающий его в стену Чонгук вдруг заговорил детским голосочком. Резко разжмурив глаза Тэхён видит перед собой Гука в полотенце и кричит что есть мочи, от испуга. Не ожидавший подобного Чон тоже кричит вместе с ним, немного отпрыгивая назад. — Ч-что случилось? — устало спросил Ким, стоило ему успокоиться. — Тебе вроде снился кошмар, я решил тебя разбудить, — тоже успокоившись, полу-блондин улыбнулся кроличьей улыбкой.       Тэ вытер свой пот со лба. Так значит, это всё было всего лишь сном… Парень даже не знает, что ему чувствовать. Печаль или радость. Плакать ему или смеяться — вот хороший вопрос… — О! А вот и мои вещи, — удивлённо воскликнул Чон, рукой дотягиваясь до одежды на кровати. — Тэ… Можешь отвернуться? — смущённо попросил он Кима, тот тоже смутился и максимально быстро отвернулся, смотря в окно. Чонгуку было в край неловко одеваться при Тэхёне, в глаза сразу бросалось вчерашнее в виде воспоминания. Натянуть эту чёртову одежду стоило ему больших усилий. — Ну что, пошли? — оптимистично произнёс парень как только закончил, быстро спрятав смущение. Он протянул Тэхёну руку, которую тот неуверенно пожал и встал с места. С красными лицами оба парня направились на крышу здания.       Уже на месте их встретили все остальные участники их команды, которые обсуждали, какая песня в мире самая лучшая. В то время как Чимин с Юнги вовсю продивгали «Never not», Намджун с Джином решили остановиться на «We don't talk anymore», только один Хосок был не в настроении и стоял в сторонке. Увидев долгожданную парочку парней, Чимин злобно встал с места. — Где это вы были?! Мы ждём вас тут уже час, если не больше! — как всегда начал возмущаться Пак. Вообще, возмущение было его фишкой, с которой все смирились. — Прости Чимин, мы немного опоздали, — ухмыльнулся уверенно Чонгук. — Всмысле «Чимин»? Я вообще-то твой хён! — кажется парень задел старые паковые раны. С того времени, как эти двое сблизились, Чон совсем перестал называть его хёном, что было очень не по душе Паку. — Зачем звал то? — вмешался в дружескую ссору друзей Хосок. Как уже было сказано, у него не было настроения. Нужно было как можно быстрее вернуться к танцам, пока боль от потери не взяла вверх… — Так вот. Я решил, что между нами стало слишком много секретов. Поэтому я объявляю о начале круга тайн! Вы просто будете раскрывать нам секреты, а я вам, вот и всё. Уверен, мы станем гораздо ближе! — тайком посмотрел он на Тэхёна после данных слов. — Звучит интригующе, — произнёс Пак и потёр ладони друг о друга, как злодей из детских мультфильмов, у которого появился новый план.       Парни уселись на свои привычные места, а именно самые младшие с Юнги на кровати, а остальные на старых деревянных стульчиках. Сели так, чтобы это хоть отдалённо напоминало круг. — И так… Начнём, — тихо прошептал Чонгук. — Начнём с самого старшего, — ухмыльнулся он, рукой показывая на удивлённого Джина. — Почему всегда я должен начинать? — все посмотрели на него так, будто собираются сбросить с крыши, если тот ничего не скажет. — Ладно-ладно. У меня есть один секрет. Только он слишком тайный… Короче, вы знали, что я… МИРОВОЙ КРАСАВЧИК?! — внезапно выкрикнул он последние слова. Чимин ударил себя ладонью по лбу, от всей тупости данной ситуации. — В мире есть люди, куда красивее тебя, хён, — дьявольский улыбнулся Намджун, за что его безмолвно поднял с места Джин и поттащил к обрыву. — Джунни, мог бы ты ПОВТОРИТЬ?! — прокричал парень, когда голова Нама уже свисала вниз. Остальные просто шокировано смотрели на эту парочку, не решаясь что-то предпринимать. — Я сказал, что в мире нет людей красивее тебя, хён. Ха-ха, да я именно это и сказал, — было видно как парень занервничал. — Вот видите, какой молодец! — полукриком говорил он, шлёпая среднего Кима по ногам. Он медленно подошёл обратно и, выкинув парня на старый стул, сам сел на своё место. — Эм… Окей, кто следующий? — всё ещё немного удивлённый Чонгук решил закончить это недаразумение. — О! Я! Я! — начал поднимать руки выше Чимин, Чон ему безмолвно кивнул. — Так люблю говорить секреты! В общем, оказалось, что я не выношу одиночество! — как-то слишком радостно синевласка говорил о своём страхе. — А чего ты рад то? — прямоленейный Юн включился в разговор. — Просто, я же знаю что вы меня никогда одного не оставите! Да? — оптимистично парень встал с места, чтобы обнять своих друзей, но те нервно чесали затылки. — Эй! Давайте обнимимся! — прокрикнул Чимин и буквально заставил парней друг с другом обняться. Хоть и было видно, что они делают это как-то нехотя, Пак всё равно остался доволен. — Кстати! Кто хочет послушать запись нашей вчерашней тусы? — Вчерашней тусы?! — вдруг воскликнул Джин. — Ты её записывал?! — одновременно с ним вскочил с места Мин. — Ага, записал всю вчерашнюю ночь! Прикольно, да? — мило улбынулся он. — Вы тусили без меня? Ах вы ж, значит решили воспользоваться моим отсутствием?! Друзьями ещё называются, — обиженно старший Ким скрестил руки у груди, выпячивая нижнюю губу наружу. — Сейчас не до твоего нытья, хён. Я хочу скорее прослушать запись. Вдруг я что-то не так сделал, — детским голосочком проговорил Пак, наслаждаясь возмущенными вздохами Сокджина. Он включил запись, с того момента, как вчера забрал у Нама бутылку. Поэтому неудивительно, что запись начинается с того, что самый младший Ким не разрешает Чону выпить. Юнги незаметно начал нервничать. Если он записал всю вчерашнюю ночь, значит он записал и тот случай. В голове всплывают флэшбэки про пьяного и игривого Чимина. Про то безумство, что делал синеволосый и про тот поцелуй… Сознание мгновенно помрачнело. Поэтому парень выхватил с рук Пака устройство и забрал себе в карман, под возмущённые выдохи владельца телефона и Тэхёна, так как тот тоже решил вслушаться, ведь был пьян не меньше Чимина. — Эй! Юнги~а! Отдай! — крикнул Пак, ударяя Мина по ногам и спине, ведь сидел рядом с ним на верхнем ярусе кровати. — Не дам. — Ухты, секретики, — вмешался в это Чонгук. — Может поделишься? — Не буду я с вами ничем делиться. — Почему? — выпячив нижнюю губу, Чон стал похож на маленького щеночка. — Я не обязан перед вами отчитываться! Сам-то не хочешь поделиться своим секретом с любимым Тэхёни-хёном? — спородировал Юнги голос Гука и повернулся спиной в друзьям, как бы не желая продолжать это, к тому же лицо напрочь покраснело. — Чонгук~а, ты же обещал, — решил поддержать Мина младший Ким. Парень на слова друзей покраснел, так как совсем забыл об этом. — Эм… Я даже не знаю, как это объяснить… Я… кажется могу ощущать эмоции других людей. — Что? — как и ожидалось, Тэхён ничего не понял. Недопонимание так и царило в воздухе между парнями. — Ха-ха, я не знаю как это объяснить. — Он чувствует твои эмоции и может сказать тебе то, что ты хочешь услышать, — перефразировал объяснение его способности Чимин. Внезапно все замолчали на несколько секунд. — То есть… Всё это время ты говорил только то, что я хотел услышать? Я думал, что ты искренен со мной… — лицо парня помрачнело, а грудь Чонгука переполнила кимова грусть, вперемешку с удивлением и разочарованием. — Нет-нет, Тэ… Ты не так понял… — Получается ты в тайне знал всё, что я знаю? Ты игрался со мной? — Нет… Тэхён…       Внезапно, Хосок громко встал с места, направляясь в сторону лестниц, дабы поскорее приступить к танцам. Нет времени слушать ссоры друзей, в голове уже просыпается печаль и скорбь, которые срочно нужно затмить чем-нибудь другим. На глаза навернулись слёзы и он сорвался на бег. Ошарашенные друзья, которые впервые видят старшего Чона без настроения, долго смотрели ему вслед. Спустя несколько минут, они всё же пришли в себя и последовали за ним. Все кроме Тэхёна, он там и остался, с ужасно-мрачным лицом.       Как и ожидалось, Хосок оказался в спортзале и прямо сейчас танцует под ту самую песню Джуна. Быстренько пятеро парней сократили дистанцию, но встали чуть дальше, не желая попадать под шальную ручку или ножку Чона. Пару минут они неподвижно наблюдали за плавными движениями Хо с права налево, сверху вниз. Он выполнял всякие гимнастические действия, показывая всем смотрящим свою гибкость. Стоило ему остановиться, как рухнул на пол спортзала и начал безмолвно рыдать себе в руку. Слишком сильные перемены за столь маленькое время, не считаете? Удивлённые парни максимально быстро оказались рядом с ним и сели. — Хён, что-то не так? Что с тобой? — прикоснулся тёплой ладонью о потное плечо Хосока Чимин. — Почему ты плачешь?.. — всё это было в новинку для Гука, который раньше, кроме плачущего Пака, никого из своих друзей не видел в таком состоянии. Тут уже и Намджун, и Сокджин и даже Хосок. Всё это начало происходить только тогда, когда к ним присоединился Тэхён. Неужто он приносит им несчастье?.. Или он является последним звеном их команды, и из-за этого всё это и происходит?..       Хосок продолжал плакать, правда уже со звуком. Всем своим голосом он показывал скорбь и отчаяние. Танцы не помогли, тяжёлый груз, в виде смерти матери, всё же смог сломить его дух. Точно также, как та злосчастная болезнь сломила его уверенную маму…       Чонгук медленно подсел ближе к парню, чтобы крепко его обнять. Моментально почувствовал такую скорбь и тоску, какую он ещё никогда не чувствовал. Не по его воле на глаза навернулись слёзы и он зарыдал вместе с ним. От всего вида Чимин, не выдержав, тоже заплакал, обнимая своих друзей очень крепко. Старшие хёны тоже присоединились к объятиям, хоть и выглядело это со стороны как-то странно. — Моя… Моя мама… Она… Она умерла… — наконец объяснился Хосок. На этот раз, все парни почувствовали его эмоции, ведь боль от потери матери не сравнится ни с какой другой. — Хён… Мы с тобой, не плачь… — сквозь всхлипы заговорил Чимин. — Как же мне больно… Я даже… Даже не успел попрощаться с ней… — слёзы вовсю лились по щекам, стекали к подбородку и капали на его серые спортивные трико. — Мы с тобой хён… Отдохни, расслабься, тебе нужно успокоиться, — тоже решил поддержать парня Намджун. — Она всегда будет жить в твоём сердце, — последовал примеру Джуна Сокджин. Хосок обхватил руку Чимина и крепко обнял своих друзей. — С-спасибо вам… Всем вам…       За всем этим у дверей следил Тэхён. Он смотрел и завидовал, ведь такой дружбы у него никогда не будет. Казалось, будто он только обрёл её, но нет, всё это было лишь хорошим обманом… Зачем же он так из-за этого переживает? Ведь эти парни всё равно являются его друзьями и вряд ли отпустят так просто. Возможно… Только возможно, что от Чонгука парень вовсе не хочет дружбы. Он в него влюблён, что он осознал только сейчас… Но им не быть вместе, за все эти дни парень убедился в этом. Раз не могут быть вместе, лучше отдалиться, чтобы не причинять себе боль…       Чонгук услышал, как входная дверь в спортзал тихо захлопнулась, что и привлекло его внимание. Оторвавшись от друзей, Чон направился в сторону выхода и увидел тень, идущую в сторону младшего крыла. Он последовал за ней. Долго шёл, пытаясь не попадаться загадочной персоне на глаза. До тех пор, пока она не вошла в комнату под номером 54, где должен жить Тэхён… Неужели это он?       Чон тоже зашёл в комнату и увидел Кима у окна, который вглядывается в бетонные джунгли корейской столицы. Выглядит он задумчиво, а ощущал смешанные грусть и истеричный смешок. Медленными шажками парень подошёл ближе и сел рядом с ним на кимову кровать. — Тэ, тебе грустно? — Нет, с чего ты взял? Просто меня обманывал человек, которого я считал другом… — тихо оторвавшись от вида города, Ким обречённо вздохнул и направил свой взгляд на своего собеседника. — Я тебя вовсе не обманывал. Я… — Я говорил не о тебе. В старшей школе, у меня был первый и единственный друг. Звали его Хёншиком. Благодаря нему я и стал тем, кто я есть сейчас… Мы с ним так сильно дружили, даже секретами друг с другом делились. Ходили вместе в душ и даже жили вместе, в нашей общей съёмочной квартире. Это было прекрасное время, пока я не понял, что мне нравятся парни… — грусто говорил он свою историю. Чонгук конечно сильно удивился, даже больше, он был шокированным, но прерывать его Чон не решился. — Я честно ему в этом признался. Но он думал что я шучу, а когда понял, что я не шучу, то просто отверг меня. Сказал, чтобы я больше к нему никогда не подходил и обозвал «грязным педиком», что и осталось у меня в памяти. А потом… Он со всей злостью уехал на такси, как можно дальше от меня, и… попал в аварию. Разбился насмерть… Я убил человека… — парень отпустил голову вниз, кажется у него на глазах были слёзы. — Тэ… Почему же ты мне раньше не говорил о своей ориентации? — Я не хотел рушить ещё одну дружбу. Я не хотел, чтобы ты умирал… Я не хочу, чтобы тебе было больно, ведь, кажется… я люблю тебя, — грустно произнёс Ким, медленно подводя голову ближе к голове Чона. Парень был в шоке, даже в ступор впал, ведь вовсе не ожидал подобного, особенно от друга. Хотя, он мог бы догадаться, вспоминая вчерашний случай…       Пока Чонгук был в ступоре и не шевелился, переваривая его слова, парень нежно прикоснулся своими губами губ Чона, затягивая второго в его первый в жизни поцелуй с парнем. Нежно касающиеся губы уже выглядели горячо, но Ким решил подключить язык. Медленно он обследовал чонов рот, доходя даже до нёбо. Тихое мычание Гука говорило, что он не против. Он также подключил свой язык, начиная играть с тэхёновым языком. Ладонями он прикоснулся к щекам парня, всё больше начиная заводиться от всего одного поцелуя. Чонгук, нехотя, оттолкнул от себя Кима когда воздуха в лёгких уже не хватало, оставляя между ними тонкую ниточку слюны. — Тэ… — в глазах Чона виднелось удивление, но как ни странно, оно смешалось с остальными эмоциями, формируя такую же радугу. Он весь светился, но всё равно был шокирован. — Ты примешь меня таким? Таким «грязынм педиком»? — с надеждой в голосе спросил Тэхён у Чона, но у того в горле застрял большой ком сомнений, который не давал ему ничего ответить. К щекам прилила краска, и он отвернулся от, полного надежды, лица Кима. Это самое лицо мгновенно помрачнело, а из глаз вытекла последняя капля слёз, медленно стекающая по его щеке. — Тэ, я… Я… Не знаю… — Я так и знал… Только прошу, не надо меня жалеть, я не нуждаюсь в жалости, ответь прямо, — приказным тоном уверенно сказал Тэ, но слов у Чонгука всё ещё не было. Ну не мог он ничего ответить. — Ты тоже будешь считать меня педиком и бросишь… Так ведь? Я не виню тебя, даже понимаю. Прости, что заставил тебя всё это лицезреть… — разочарованно парень встал с места. Чон резко поднял голову, так как не хотел, чтобы всё так закончилось. Тот взял его за руку и начал тащить к выходу из своей комнаты. — Тэ! Стой… — Прошу, ничего не говори. Не делай мне больно… — тихо прошептал Ким и выставил парня за дверь, громко хлопая ею же. От всех переполняющих эмоций, он сел на пол, обняв колени, начал рыдать. Опять его тупая ориентация испортила ему жизнь, а ведь все так хорошо начиналось…