Третий сын царевны Лебедь

Полоз не смог сдержать кривую усмешку. - Хочешь сказать, что спланировала всё заранее? - Ты думал, что так просто справишься с моим Родом, змей? Как только у Леды родилась дочь, мне сразу всё стало ясно. Маменька твоя, Иван, не от возраста так сильно после родов хворала, да так и не выправилась - все от того, что ведьмины силы, уснувшие в ней после рождения первого сына, покинули её и перешли к дочери. Побледневший царевич кивнул, он давно догадывался, что матушка жива только благодаря настойкам Яги. - Но ведьмой Ива не станет. - Ты нашла Творца! - вскинулся Полоз. - Нет, в этот раз я не искала Творца, который создал бы новый сюжет и персонажа. Я не скажу больше ничего, но ты сам все поймешь со временем. Так что не лезь в это, иначе мне придётся доложить Совету, а они не любят когда кто-то пытается нарушить баланс Сил. - Придётся? - широко улыбнулся змей, правильно считывая скрытый подтекст. - Если ты меня вынудишь, - подтвердила его догадку ведьма. - Яга. - Позвал Тёмный, почувствовав, как Иван начал безвольно соскальзывать по нему. На щеках царевича расползся нездоровый румянец, губы высохли до корки, а глаза лихорадочно мерцали под прикрытыми веками. - Это просто усталость, Кощей. Сон для него сейчас - лучшее лекарство. - Не думаю, что будет благоразумно его куда-то перемещать в таком состоянии. Предлагаю вам всем быть драгоценными гостями в моих Каменных Чертогах. Тем более, раз ты уже здесь, Ядвига, мы могли бы обсудить моё… невмешательство. Бессмертный переглянулся с ведьмой и чуть заметно кивнул. - Я останусь с Иваном. - Не доверяешь мне? - сверкнул улыбкой Полоз. - Нет. - Грубо, но честно. Ядвига, у меня есть отличное вино, то самое - коллекционное. *** В гостях у Полоза им всё же пришлось задержаться. Совиное пёрышко, которым воспользовался Кощей, было создано специально для экстренных случаев. Перенеся к себе Ягу оно тут же осыпалось пеплом. Теперь для того, чтобы вернуться в Мир, нужно было дождаться, когда до них доберется куроногая Избушка, в недрах которой прятался единственный на все Сказки стабильный портал в Мир. К счастью Избушка, за счет ночных перелётов, по скорости не уступала волшебным скакунам, но на дорогу все равно должно было уйти не меньше пяти дней. О чем Иван узнал от Кощея, когда проснулся на удивление отдохнувший и здоровый. За несколько часов сна зелье Яги залечило все его внутренние травмы, оставив после них лишь сине-фиолетовые разводы гематом на спине и свежеезарубцевавшиеся шрамы там, где острые грани камней распороли кожу. Кощей помогал Ивану наложить повязки поверх заживляющей мази, когда в высокую стрельчатую дверь коротко постучали и в каменные покои вошла Яга. Иван одернул рубаху и кинул быстрый взгляд на Тёмного, предлагая остаться. Тот неспешно смотал остаток льняного отреза, посмотрел внимательно и молча вышел. - Значит, отдал совиное пёрышко Кощею. Яга даже на шелковых подушках мраморного кресла выглядела как у себя в рабочем кабинете. Иван чуть заметно пожал плечами. - Он бессмертный, у него больше шансов им воспользоваться. - Я вам что, боевая дружина чтобы врагов раскидывать? - С иронией возмутилась ведьма и Иван невольно улыбнулся. - Так Кощей и не воевать вас призвал. Кстати! Вот бы такое пёрышко для Тринадцатого или Горыныча - вот где истинная боевая мощь! Когда подрастет, конечно. Яга задумалась, рассеяно постукивая острым пальцем по каменному подлокотнику. Потом взглянула на Ивана с осуждением. Тот улыбнулся уголками губ, нисколько не смутившись, что его подловили на попытке перевести разговор в рабочее русло. Ведьма подчеркнуто тяжело вздохнула и оба ощутили, как невидимые струны, натянувшиеся между ними, немного ослабли. - Что теперь будет с Ивой? - Всё хорошо с ней будет. - Хорошо для кого? Для будущей ведьмы? Иван смотрел упрямо. Сейчас он говорил не с Ядвигой Бабаевной, а с бабушкой Ягой - старшей их маленького, возможно проклятого всеми богами Рода. Она могла бы одёрнуть его, что мал ещё требовать что-то у Главы, но теперь Иван был уверен - не станет. За последние сутки он осознал, что все это время заблуждался, сомневаясь в ней. Пусть поступки Яги не всегда были понятны, а мотивы очевидны, однако только сомнения Ивана не дали ему рассмотреть её искреннюю привязанность к своей немногочисленной семье. Но безоговорочно верить пока ещё не получалось, поэтому Иван решил говорить в открытую, не скрывая своих сомнений и опасений. Яга смотрела чуть насмешливо, но в глубине выцветших желтых глаз таилось одобрение. - После рождения девочки, я обновила своё Отражение здесь, так что второй Ягой она не станет. - Но Полоз признал в ней ведьму. - С помощью огненной ящерицы Хозяйки Медной горы, он смог только распознать в ней просыпающиеся магические силы. Но Ива ещё не прошла инициацию. Иван замер глядя непонимающе, боясь поверить. - С момента её рождения я искала возможность изменить предначертанную судьбу, но у меня не было уверенности, что всё получится. Затея рискованна, ведь однажды я уже вмешалась, повлияв на Творца. Ещё одной такой выходки даже мне бы не позволили и не простили. Поэтому я не хотела открыто втягивать в это кого-то из вас. Пришлось действовать наудачу, почти вслепую, используя любую возможность, чтобы сплести для Ивы другую судьбу. По этой причине, я не могла ничего тебе рассказать в открытую, но всё же бабушка надеялась, что у любимого внучка больше веры в неё. Яга хмыкнула, когда Иван ненадолго опустил виноватый взгляд. - К нашему счастью, то ли звезды так сложились, то ли боги помогли: произошло сразу несколько событий, которыми мы можем воспользоваться. Даже коварный план Полоза сыграл нам на руку. Сейчас я не могу рассказать тебе все подробности - слишком рано. Вернёмся в Царьград и ты все узнаешь. Иван вскинул голову, но все же удержался от вопросов. Эмоции на его лице стремительно сменяли одна другую, пока он не выдохнул прерывисто, успокаиваясь и беря себя в руки. Яга наблюдала за ним с затаённой гордостью, потом поднялась и направилась к выходу, но у самой двери обернулась и неожиданно мягко произнесла: - Ты слишком много думаешь, Иван, и мало говоришь. Нет, так-то трепаться ты горазд, но, к сожалению, не о том, о чём думаешь. Разговаривай хотя бы с Кощеем, не держи всё в себе до последнего. *** Выйдя в коридор и плотно прикрыв за собой дверь, Кощей тут же уловил краем глаза гибкое движение по мозаичному полу. Коридор освещали большие кристаллы, выступающие прямо из ровных, словно отполированных каменных стен. Их рассеянного призрачно-белого света было достаточно, чтобы рассмотреть небольшую змейку с выжидающе поднятой треугольной головой. Взглянув в глубь коридора, Кощей коротко усмехнулся и последовал за своей неожиданной провожатой. Коридор под незаметным уклоном шел вниз и вскоре Тёмный оказался в большой пещере с высоким, теряющимся в темноте потолком с которого, словно узорные колонны спускались сталактиты, мягко светившиеся усеивающими их разноцветными кристаллами. Кресло, на котором его ожидал Полоз, было больше похоже на трон, выложенный золотыми самородками у подножия которого вились десятки разноцветных змей. Сам змей что-то рассеяно крутил в руках с любопытством поглядывая на подходящего к нему гостя. Решительно шагая по живому, шипящему «ковру» расползающемуся прямо из-под его ног, Кощей наконец-то рассмотрел, что сжимают унизанные кольцами пальцы и лицо его сделалось таким же каменным, как стены вокруг. От медальона с пером жар-птицы все ещё тянуло знакомым теплом. Они встретились взглядами - мерцающее золото против непроницаемого льда - и губы Полоза растянулись в широкой, змеиной улыбке. - Я много слышал о тебе, Кощей Бессмертный. - Змей поднялся, шагнув к замершему Тёмному, словно не замечая исходящего от него нарастающего холода. - Всегда хотел познакомиться лично, но точно не таким образом, как получилось. Давай начнем сначала? Змей говорил легко и если бы не сузившиеся вертикальные зрачки, можно было поверить. Похоже, Полоз действительно многое знал про Кощея и понимал, что царевича тот ему не простит. Запомнит, а потом отомстит, когда он будет меньше всего этого ожидать. - Что начнём? На лице Темного ни одна мышца не дрогнула, но в глазах читалась откровенная насмешка. Однако Полоз не повелся и рассеяно крутанул медальон между пальцами, отметив как взгляд напротив стал стальным. - Наше знакомство. Забудем все недоразумения, а в знак своей искренности, я сделаю подарок. Кощей перевел взгляд на медальон, потом скептически приподнял бровь. - Ты собираешь подарить то, что и так принадлежит мне? Змей позволил себе рассмеяться, чувствуя, как идет по тонкой грани льда. - Нет. Конечно, нет. Как бы я мог? Полоз с улыбкой протянул Тёмному медальон и тот принял его, хмуро сдвинув брови. Амулет был холодным. Совершенно пустым. Опасно сощурившись, Кощей весь словно подобрался для броска и Полоз понял что дальше играть с огнём не стоит. - Для приветственного подарка, это, наверное, слишком личная вещь, но я надеюсь, что ты его примешь. С этими словами змей снял с пальца одно из колец - белое золото с тончайшей филигранью морозных узоров по ободу, а в центре квадратная вставка из янтаря, в таинственной глубине которого мерцали искры так знакомые Кощею. От перстня шло знакомое тепло пера жар-птицы, но оно не было привычно-обжигающим, скорее приглушенным, почти не ощутимым. Тёмный невольно потянулся к нему, но Полоз вдруг отвел руку, словно не заметив этого движения и то, как угрожающе дернулись длинные пальцы, сейчас больше похожие на когти хищника. Змей перехватил перстень удерживая за ободок и легко коснулся камня, отчего тот качнулся и перевернулся во внутреннюю сторону. Снизу он был запаян в гладкий драгоценный металл и в таком виде кольцо выглядело обыкновенным золотым перстнем. - Я позволил себе немного доработать амулет, поместив его начинку в янтарь, который способен веками сохранять свойства пера жар-птицы. От соприкосновения с кожей его защищает заговоренное золото, которое не пропускает жар. Для того чтобы амулет сработал, нужно будет повернуть камень вниз. - Полоз неожиданно поднял голову и посмотрел прямо в глаза Кощею не скрывая довольной улыбки - Так будет намного удобнее. *** Встречали Избушку у входа одной из пещер, которая всё это время служила временным пристанищем для Златогрива и Чёрного. Великий Полоз попрощался с гостями в своих каменных Чертогах и наружу их провожала молчаливая Хозяйка медной горы. Иван, который видел её в первый раз, рассматривал не скрывая, с жадным исследовательским интересом. Он даже пару раз попытался заговорить, но малахитница с изысканностью скульптуры игнорировала его, как и мрачно молчащего Кощея. На границе солнечного света Хозяйка медной горы вдруг перекинулась в изумрудную ящерицу и, глянув насмешливо, через мгновение пропала между камней. Как только Иван с Кощеем и Ягой показались в проломе между скал, дверь избушки распахнулась и им навстречу выскочил взбудораженный Тринадцатый. Его явно распирало впечатлениями от необычной поездки и радости встречи с любимым начальством. Перед Ягой он, правда, почтительно притормозил, здороваясь, но потом радостно принялся скакать вокруг Ивана с Кощеем, пока последний не положил ему ладонь на плечо - придерживая и успокаивая. Золотой перстень неожиданно ярко сверкнул, словно в янтарной ставке прятался солнечный зайчик, и Яга заинтересованно присмотрелась. - Это что? - Инвестиции. - Коротко бросил Кощей и покосился на отчего-то смутившегося Ивана. Ведьма усмехнулась, подивившись змеиной изворотливости и проницательности Полоза, который даже взбешенного Кощея нашел как заинтересовать. Тот, конечно, Ивана ему не забудет, но прямо сейчас мстить уже не станет, а потом Полоз придумает что-нибудь ещё, ведьма была в этом уверена. При прощании Яга ласково потрепала Ивана по волосам и на его тревожный взгляд тихо, но уверено пообещала, что всё будет хорошо. Тринадцатый перебросил их почти к самым воротом Царьграда. Делать это пришлось в два захода, так как юный черт не был уверен, что потянет двух всадников на такое расстояние. Пока успокаивали взбудораженных коней, первый раз путешествующих через порталы, Иван расспросил Тринадцатого о том, что произошло в их отсутствие. К сожалению, черту почти нечего было рассказывать. В царский терем он был не вхож и мог пересказать только слухи. Иван слушая, все больше хмурился. От новостей у него внутри всё, то вскипало, то накрывало обжигающим холодом. Велев черту возвращаться к Галочке и быть на связи, Иван поспешил домой. Царский терем гудел как растревоженный улей и в этой неразберихе возвращение младшего царевича осталось почти незамеченный. Не дожидаясь, когда о нём доложат, Иван сам пошел искать матушку. Кощей мрачной тенью следовал за ним, остановившись только на входе палат, принадлежащих царице. Открывшая дверь нянька, увидев царевича, радостно запричитала и через мгновение он оказался в плену нежных, ласковых рук матери. - Прости сынок, так соскучилась. Царица отступила, оглядывая Ивана лучащимися от счастья глазами. - Как же ты вовремя! Мы все очень переживали, что не успеем свидеться с тобой перед отъездом. Иван длинно выдохнул, стараясь не показать своего состояния матушке, и осторожно спросил: - Отъездом? - Ох, ты же ничего не знаешь! Наверное, только с дороги, да? Нянюшки, несите меда прохладного, пирожков да ватрушек подайте! Ты, Ванечка, присядь с дороги дальней, а я тебе расскажу новость необыкновенную. Новость действительно была… необыкновенная - хорошо, что Иван слушал её сидя. После того, как третий царевич отбыл на поиски скрытого врага, было совершенно ещё несколько попыток похищения Ивы. Признав царский терем не самым безопасным местом, маленькую царевну в сопровождении матушки, нянек и Ильи Муромца отправили в небольшой скит, больше похожий на хорошо защищенную крепость. Там-то им и встретился просветлённый старец, который предрек, что девочку преследует злой рок и чтобы избежать его, ей необходимо принять другое имя. Новое крещение проводили в том же ските. Царевну нарекли именем её святого покровителя - Марии, в миру - Марья. Но это было ещё не всё! При обряде открылся у девочки великий волшебный дар, как когда-то у самой царицы, но что с ним делать, никто не знал. И разглашать об этом не стоило, чтобы не поползли слухи о ведьме у престола. Саму царевну Леду в своё время обучали матушка - Василиса Премудрая, но жила она далеко и отсылать маленькую девочку на несколько лет семья была не готова. Выход нашелся неожиданно близко. Царь Гвидон вспомнил, что у их соседей - Поморского царя, в своё время тоже родилась одаренная магией дочь и её учителя все ещё были при дворе. Их сначала попробовали тайно сманить. Но вмешался сам царь Поморья, который после истории с неудавшейся помолвкой дочери с царевичем Иваном, все ещё не отказался от намерения породниться с соседкой страной. Он предложил девочке обучаться у них под видом будущей помолвки с одним из юных принцев. На настоящей помолвке не настаивал, но не скрывал, что был бы этому рад, а пока сойдет как причина, почему во дворце живет принцесса соседской страны. Отсюда и вся эта суете со сборами. Ах, Ванюша, как же хорошо всё сложилось! Не сделав ни глотка прохладного мёда, Иван вышел от матушки словно хмельной: голова кружилась, мысли разбредались, остро хотелось упасть лицом в подушку и не думать ни о чем. Оказавшись в своей комнате, Иван какое-то время стоял, глядя перед собой, потом подошел к замершему в ожидании Кощею, уткнулся лбом ему в плечо и наконец-то смог вдохнуть сквозь теснившие грудь железные кольца сомнений. - Марья Моревна. Кощей обнял его, проведя ладонью по спине и коснувшись прохладными губами у виска. - Великая воительница и маг - ей подходит. - Но судьба… - Она же твоя сестра, Иван. Всё точно пойдет не по сюжету. Иван невольно улыбнулся, поднимая голову, но не отстраняясь. - Что-то мне подсказывает - однажды мы все будем танцевать под её дудку в Отделе. - Может, получится отвлечь её, выдав замуж? - Она твёрдо решила, что пойдет только за тебя. - Ты уже отдал Яге тот венец безбрачия? - Кощей!