Третий сын царевны Лебедь

Сидеть в лесу и считать ворон Кощея откровенно бесило. Иван об этом прекрасно знал и утром с самым серьезным видом ссыпал Тёмному несколько золотых монет в ладонь. - Теперь тебе будет чем заняться. Кощей сначала недоуменно покосился на золото, потом на широкую невинную улыбку царевича и нехорошо сощурился. От тяжелой монеты в лоб Ивана спасла только отличная реакция. Закончилось всё долгим, почти грубым поцелуем, от которого у обоих сбилось дыхание, а в глазах появилось обещание продолжить начатое ночью. Следить за Данилой-мастером через птиц было делом не сложным, но утомительно скучным, даже несмотря на то, что компанию Бессмертному составлял Ворон. Собеседник, впрочем, был из него сейчас никакой: большую часть времени тот сидел на дереве, оглядывая округу через сотню птичьих глаз. Кощей взял на себя «соглядатаев» - воронов, которые специально занимались слежкой и прилетали отчитываться лично. Поэтому-то для своих бдений он и выбрал глухую опушку в лесу, чтобы кружащая с мрачным карканьем воронка не привлекала людского внимания. Солнце подбиралось к зениту, когда с неба почти упала переполошенная черная птица и заметалась между Вороном и Кощеем. Ощущая, как смутное предчувствие разрастается в тревогу, Бессмертный заставил ворона опуститься себе на руку и впился пристальным взгляд в круглые как бусины глаза. Уже в следующее мгновение ему хотелось стряхнуть птицу и рвануть к Медной горе, но он сдержал себя, досматривая до конца. Когда Иван из воспоминаний ворона скрылся в пещере и замелькали луга, Тёмный свистнул так, что листья на ближайших осинах задрожали. Вороньё испуганно шарахнулось прочь, когда на поляну черной стрелой влетел конь Кощея, на скаку подхватывая своего всадника в седло. Чувствуя, как от хозяина хлещет яростью, зверь лишь рвано всхрапнул, когда тот дёрнул узду, разворачивая его в сторону рудника. Бессмертный был на грани. Его удерживало только отсутствие на руке Иглы. Иван жив. Он успеет. - Кощей! Сквозь свист ветра внезапно пробился тревожный зов русалки. Перехватив поводья одной рукой, Тёмный выдернув пробку из фляги с водой у пояса и бросил в неё жемчужное кольцо. - Слушаю. - Кощей, - по голосу было слышно, что Галина старается справиться с волнением и говорить спокойно, но «Кощей» вместо «Константин» выдавало её с головой. - Я сейчас на связи с Иваном, он в заброшенной штольне Медной горы, где обвал. -… Вы ранены? - Голос русалки изменился и Тёмный понял, что она обращается не к нему. В груди заныло так, словно там раскаленный камень, от жара которого трещали рёбра. Почему… почему это происходит снова? Он же могущественный Бессмертный, почему он не может уберечь одного единственного человека? Напряженно вслушиваясь в разговор, Кощей отметил, что под брюхом коня замелькала высокая луговая трава, и вдали показался проклятый медный холм. - Вы только не замолкайте, говорите со мной. Так и Константину вас искать легче будет….Иван? Кощей, там рядом с ним кто-то есть… Иван! Он не отвечает! Плохо было слышно, кажется, сказал «Хозяйка» и связь прервалась. Голос Галины испугано зазвенел, что-то обрывая и в нём самом. Тёмный ударил коня по бокам так, что тот взвизгнул, срываясь в отчаянный прыжок. - Я уже у штольни. Отклю… - Кощей. Иван говорил не через воду, это… кровь. - Понял. Оставив роняющего пену Черного у входа, Кощей призвал свой магический ледяной клинок и шагнул во тьму шахты. Под потолком вспыхнуло и разлилось «северное сияние» колдовского огня. В изменчивом зеленовато-синем свете Тёмный отчетливо рассмотрел множество отпечатков сапог в пыли на утоптанной земле. При этом следы к выходу перекрывали те, что вели вглубь. Следуя по этой «тропе» Кощей вскоре наткнулся на остатки обвала. Как он и думал, людей приказчика здесь уже не было, как и Ивана. Но забрали царевича не они. Огромные камни, завалившие туннель, были аккуратно сдвинуты к стенам, открывая узкий проход в котором что-то влажно мерцало. Наклонившись, Кощей коснулся пальцами темного пятна. Кровь была ещё тёплой. - Зачем пришёл, гость незваный? Тёмный вскинулся, сжимая рукоять меча так, что кожа на острых костяшка опасно натянулось. Женщина с величественной осанкой застывшая у дальней стены, сама казалась высеченной из камня. Слишком правильные черты точеного бледного лица, длинная коса, как из черного оникса и богатый наряд - искусно уложенная мозаика из драгоценных камней. - Ты… - процедил сквозь зубы Кощей и от него пополз такой холод, что камень пошёл трещинами. - Верни его. - Стой! - Хозяйка Медной горы повелительно вскинула алебастровую ладонь и голос её, неожиданно сильный, гулко отразился от каменных сводов, пробирая Тёмного до самых костей. Между ключиц, под рубашкой, нестерпимо ожгло огнем и он дернул ворот, срывая с шеи амулет жар-птицы. Бесполезно, магия холода, долго подтачиваемая изнутри неестественным жаром, уже дала трещину и Силы постепенно убывали через этот «разлом». Однако малахитница даже с места не сдвинулась, неотрывно глядя Кощею в глаза своими мерцающими в полумраке изумрудами. - Нет здесь того, кого ты ищешь. И не вольна я над тем, кто забрал его. У Бессмертного на миг всё перед глазами потемнело и показалось, что печет не только грудь, но и правую руку. Прав был Иван, не нужна маленькая царевна Хозяйке Медной горы, она только ширма за которой стоит… - Кто? - Он - истинный повелитель этих гор и не тебе, незваный на чужой земле, пытаться совладать с ним. Кощей растянул рот в жуткой ухмылке и резким движением вогнал ледяной клинок в каменный пол. Да, он на чужой земле, но в своём праве требовать того, кто принадлежит ему! У него ещё достаточно сил чтобы проморозить эту чертову гору насквозь и разломить до основания. - Приятно слышать столько высокое мнение о себе от прекраснейшей женщины. Из тьмы, где только что была глухая стена, в круг тревожно полыхнувшего магического света выскользнуло сначала одно из золотых чешуйчатых колец, потом показался и сам Великий Полоз с мерцающими в полутьме желтыми глазами и слишком широкой змеиной улыбкой на узком лице. - Убери меч, Кощей. Всё с царевичем твоим хорошо. До чего же утомительная способность у человека: соваться туда, куда не следует. *** Иван выглядел бледным почти до синевы, видимо сказывалась потеря крови, да и холодный призрачный свет от кристаллов красок ему не добавлял. Кощей коснулся руки, лежащей поверх богато расшитого покрывала и почувствовал мерное биение жизни. - Я сожалею, что так сложилось, Кощей. Поверь, в моих планах этого не было. Мне нужна была только маленькая ведьмочка, а не всё… это и проблемы с Департаментом. - Почему он не приходит в себя? Полозу пришлось приложить усилие, чтобы не возвести глаза к сводчатому потолку. Они находились в одном из покоев его Каменных Чертогов, где на мягких перинах неподвижно лежал царевич, почти полностью покрытый повязками, пропитанными лечебными настоями. - Я его зачаровал. Не смотри на меня так, он просто спит. Проснётся, когда я позову. - Зови. - А в народе-то правду говорят - нет у тебя сердца, Бессмертный. - Полоз изобразил сокрушенный вздох и прикрыл ресницами усмешку в золотых глазах. - Мальчику сильно досталось под обвалом - жить будет, но нужно время. Так он хоть не мучается, но если ты настаиваешь… Змей сделал шаг к резному изголовью каменного ложа и замер, когда его руку перехватили холодные, длинные пальцы. На бесстрастном лице Кощея вздулись желваки - с такой силой тот сжимал зубы. От него веяло необузданной силой на грани потери контроля и даже Великий Полоз поостерегся его дразнить. - Все что мы оба можем сейчас сделать - это не мешать его светлой природе. Пока царевич восстанавливается во сне, предлагаю тебе, Кощей, быть гостем в моём доме. Голос у Полоза сделался как янтарь - такой же обманчиво мягкий и тёплый. Даже понимая, что битва проиграна, он все ещё, похоже, надеялся выиграть войну. Кощею сейчас остро не хватало умения Ивана вести словесные поединки в стиле меча обернутого в бархат. Предложение Полоза выглядело заманчивым. Чтобы не иметь проблем с Департаментом, змей пойдет на многое, а он не зря зовётся Великим. Перспективы интересные, вдвоем они вполне могли бы даже обыграть и Ягу… Из-под прикрытых век Полоз жадно наблюдал за задумавшимся Бессмертным. Он заинтересовался им ещё с той, давней встречи на корпоративе Департамента, где Яга использовала его как красную тряпку для Кощея. Ему вдруг сделалось так любопытно. Полоз всё пытался понять, какая сила могла сотворить такое с одним из сильнейших Тёмных - заставить укрощать самого себя. Сможет ли он качнуть маятник в обратную сторону? Возможно, сейчас пришло время узнать. Бессмертный явно принял какое-то решение: он нахмурился, поправляя завернувшийся пояс, а потом что-то стряхнул с пальцев. Когда Полоз понял что это, было уже поздно - совиное пёрышко коснулось каменного пола. - Здравствуй, Володар. - Яга, возникшая на месте падения пера, смотрела на Полоза хищными, желтыми глазами. - Значит, за всем этим стоял ты. Змей полоснул острым взглядом по Кощею, сжав свой широкий рот так, что тот стал похож на щель, но тут же расслабился, поднимая ладони в покаянном жесте. - Соблазн был слишком велик. Яга сухо усмехнулась и покосилась на Бессмертного. - Что, не смогли договориться? Полоз загадочно промолчал, но, казалось, про него уже все забыли. Тёмный перевел взгляд на Ивана, ведьма тоже развернулась к ложу и нахмурилась. - Кощей, передай Галине, что всё хорошо и можешь вынуть жемчужину из воды. Пусть девочка отдохнёт, она и так за сегодня испереживалась. Вот дал же бог в начальники двух остолопов. Яга подошла к царевичу и, прикрыв глаза, провела над ним раскрытой ладонью. - Что тут произошло, в общих чертах я слышала. В лечении вы оба бесполезны, зато жизнь отравлять окружающим - это ваше общее призвание. Тени на лице Кощея стали совсем черные, Полоз же только обаятельно улыбнулся. - Я не хотел причинять вред царевичу. Хозяйка Медной горы должна была только отвлекать на себя внимание, но она немного переусердствовала, решив, что мне угрожает опасность от чужаков. - Достань всё по списку, а после поговорим уже серьезно. В руках ведьмы появился исписанный кусок пергамента, который она передала Полозу. Тот быстро пробежал взглядом по строчкам, на мгновение задумался, потом широко распахнул золотые глаза и вокруг него тут же зашуршали чешуей десятки гибких змеиных тел. Приподняв треугольные головы, они замерли, словно вслушиваясь и, вдруг, исчезли так же внезапно, как появились. Когда зелье, сваренное Ягой, достаточно остыло, она потребовала разбудить Ивана. Взглядом пригвоздив к месту шагнувшего было к кровати Кощея, ведьма осторожно, но уверено заставила ещё не полностью пришедшего в себя царевича выпить терпко пахнущую жидкость. Тот невольно закашлялся, сглатывая, и с трудом открыл глаза. Узнав Ягу, Иван попытался улыбнуться, на что ведьма еле слышно проворчала «ну что за бедовый мальчишка» и мягко погладила его по спутанным волосам. - Кощей, приподними и держи его вот так, пока раны на спине не затянутся. Да поаккуратнее, треснувшие ребра срастаются быстро, но их стоит поберечь. Прикусив губу, Иван, чей взгляд с каждой секундой становился все более осознанным и настороженным, старался не дернуться, когда Тёмный осторожно приобнял его за плечи. Яга отступила от каменного ложа на пару шагов и сурово оглядела присутствующих. Полоз за это время успел полностью перекинуться в человека и теперь удобно сидел в мраморном кресле, взглядом предложив ведьме второе такое же. Яга опустилась на шелковые подушки, но от этого не стала выглядеть менее устрашающе. - То, что за Ивой охотился именно ты, Володар, многое проясняет. Полоз провел длинным, унизанным перстнями пальцем по губам и чуть наклонил голову, из-за чего золото в его глазах приняло жесткий металлический оттенок. - Ты сама виновата в этом, Ядвига. И ты, и Кощей - сразу два сильных персонажа покинули Сказки. Я, конечно, не Тёмный, чтобы принять его роль на себя, но если бы на моей стороне была сильнейшая ведьма с границы миров, расстановка Сил могла в корне поменяться. - Как ты быстро скинул меня со счетов. - Это не я, это сделали Сказки. И твой собственный выбор. Когда родилась царевна Леда, ты ведь воспользовалась Зеркалом Подводного царя и создала свое Отражение, я прав? И теперь живешь как бы в двух мирах одновременно, но в каком мире истинная ты? Не в Сказках. Отражение давно теряет силу, а ты даже этого не заметила, пока в твоем роду не появилась новая ведьма. - Тебе так не хватает собственной власти? - Лицо Яги оставалось бесстрастным, но птичьи, желтые глаза смотрели остро. - Почему же? Вполне. Но когда выпадает такой шанс - стать ещё более Великим, то глупо им не воспользоваться. Полоз неожиданно повернулся к внимательно слушающему царевичу и вкрадчиво спросил: - А ты сам, Иван, неужели не задумывался о том, чтобы воспитать из сестрёнки преданную только тебе величайшую ведьму? Ты же царского рода, хоть и младший сын, но если такая Сила будет в твоих руках… У Ивана на лице появилось такое забавное выражение, что змей готов был рассмеяться, но тут царевич повернул голову к Кощею и громким шёпотом спросил: - Вас что, один наставник обучал, как соблазнять царских сыновей? Полоз удивленно моргнул, Кощей лишь усмехнулся: с Иваном всегда так - не знаешь чего ждать. Царевич же снова сделался серьезным и в голубых глазах его залегли глубокие, непроницаемые тени. - Меня вполне устраивает то, что есть. Мир - это тот дом, который я выбрал сам. Но я никому не позволю использовать мою семью. Сказав это, Иван перевел взгляд на Ягу и пару мгновений они смотрели друг другу в глаза. Всё с тем же бесстрастным лицом ведьма чуть заметно кивнула и Кощей почувствовал как напряженное тело в его руках расслабилось. Царевич сильнее навалился на него, прижимаясь влажным от испарины виском к плечу. Тёмный тревожно взглянул на Ягу и та тоже нахмурилась. Полоз, не скрываясь, с любопытством наблюдал за ними. Он не выглядел раскаявшимся или взбешенным от рухнувших планов. Змей явно уже прикидывал, как повернуть ситуацию в свою пользу. - Я не собирался как-то использовать твою семью царевич Иван, но «лесной ведьме» не место в царском тереме и ты, Ядвига, знаешь это лучше всех. Понимаю, что сейчас вы против того, чтобы её обучал Великий Полоз, но Иву все равно придется кому-то отдать. Яга сплела сухие длинные пальцы меж собой и тонко улыбнулась одними губами. - Этого не будет.