«Чёрный Дракон».

      Как всегда сидел в своём кабинете и разбирал бумаги, но что-то не давало мне покоя. Было такое чувство, что очень плохое должно случится, но я отбросил эти мысли. Бабушка всегда говорит: «Наши мысли материальны! Думай о хорошем» Ну и как мне это сделать? Ещё эта девчонка в моей башке, она сводит меня с ума. Она первая, кто меня так зацепил, надеюсь она в безопасности. Слышу стук в дверь, кричу, чтобы вошли. — Босс, не хочешь в покер сыграть? — с широкой улыбкой спрашивает Бурый. — Нет, Бурый, давай позже, — рявкаю я, и он уходит. Спасибо им, конечно, за заботу, но мне нужно держать всё под контролем. Ей всегда это нравилось: моя решимость, мой контроль. Елена. Я пообещал, что буду жить в своё удовольствие, что встречу свою любовь. Если бы она знала, что моё будущее будет в семнадцатилетней девчонке. Девчонка сильнее гранита и страшнее всех сказок за костром. Она мощь и сила, но в тоже время не понимает, как ей нужна помощь и поддержка. Наконец-то работа окончена, я откидываюсь на кресло, но слышу сильный грохот на первом этаже и крик Бурого. Я вышел из кабинета и начал спускаться вниз. — Босс! Босс! Босс! — Бурый, ты достал, я не буду...... — я увидел Сару на его руках, кровь подступила куда-то в мозг, — САРА?! — кричу и подбегаю, беру её лицо в свою большую и чуть шершавую руку, Господи она жива, жива, — Бурый, мать твою, что происходит? — перехожу на крик. — Её привез таксист, передал её мне, — растерянно произносит он.  — Давай её мне, а сам сходи за таксистом, — беру её легкое тело в свои руки. Боже, что за уроды сделали это с тобой. --Хорошо, босс.       Она становится холодной, несу её на второй этаж. Кладу её на все тот же кожаный диван. Сердце бешено колотится, хочется всё разрушить, всё перевернуть, но найти тех уродов, что сделали с моей маленькой девочкой. Стоп, когда я успел, посягнуть на неё, она возможно и не желает этого, но мне плевать, я так решил. Она чуть приоткрывает глаза, разглядываю её, не понимая, что происходит. На ней порванное платье, и она вся в крови, губа разбита. «Уроды, мать их, я убью их! Убью!» Достаю телефон и набираю Генри. — Генри, срочно ко мне! — Что случилось? — полусонно отвечает мужчина. — Сара ранена! — кричу я. — Да, конечно, через пятнадцать минут буду! — Да, хорошо. Отбой, — весь на взводе, хожу туда сюда по кабинету. Возможно, её изнасиловали и потом пытались убить. Твою мать! Никто не в праве покушаться на моё! После заходит Бурый и таксист, мужчина рассказывает всё, как было, я отблагодарил его. Дал ему денег, и он ушёл. Начинаю объяснять план действий Бурому: — Бурый, нужно найти этих уродов, поезжай на то место и посмотри, может она его ранила или ещё чего, а Генри сделает анализ, — Бурый только хотел уйти, как я его цепляю за куртку, — И позвони Вишне, скажи, чтобы приехал. — Окей. Я подсаживаюсь к ней, аккуратно беру ее руку. «Она такая холодная» — Малышка, не бросай меня, — шепчу я на ушко. — Аарон, — лишь прошептав мое имя, она вырубается. — Нет! Нет! Сара! — я начинаю прижимать её раны и все больше притягиваю к себе, в дверь вламывается Генри. Он быстро скидывает всё с моего стола и ставит инструменты. — Аарон, — говорит он мне, но я не слышу, я смотрю на неё, — Аарон, твою мать! — я оборачиваюсь, — Положи её на стол, у нас мало времени, — положив девушку на стол, Генри нахмурился, — Ептыж, у неё два пулевых ранения, они очень глубоко. Что произошло? — Скажи, чем я могу помочь? — спокойно произношу я, сейчас главное — спокойствие, паникой я не помогу ей, да и она не хотела бы меня увидеть растерянным. — Держи её, я щас приведу её в чувство, будет кричать, не обращай внимания, сам через это проходил, — я послушно беру её за ноги, вбегает в кабинет Вишня. — Аарон, вызы… принцесса??? — он подбегает. — Бери её за руки, — приказываю, и он выполняет, вижу как доктор, что-то ей вкалывает, и она тут же открывает глаза. — Что, что происходит? — растерянно говорит она, — ААААА! БОЖЕ! — она хочет вырваться, но мы её держим. — Сара, спокойно, я сейчас вытащу тебе пули, тебе придётся потерпеть, — говорит Генри, как будто для него это обычное дело. И это правда, он столько раз нас латал, что не сосчитать. — Хорошо, бурбон есть? — смотрит на меня, как будто она весь свой страх и боль выкинула. Мы с Вишней, поражены её стойкостью. Налив горючее в стакан, подаю ей, но она забирает с моей руки бутылку и выпивает половину. Генри невольно ойкнул и посмотрел на меня. «Дружище я сам в шоке» Она легла и дала команду. — Так, начнём, — сказал док и начал вытаскивать. Могу сказать, что вытерпеть такую боль, может не каждый. Я думал, она сознание потеряет, но нет. После того, как мы вытащили вторую, она допила полностью бутылку. Когда Генри уже зашивал её, я спросил: — Кто это сделал? — Не твоё дело, — сказала она холодно. Что-то внутри меня замерло. Мне было обидно, что она вот так безответственно относится к своей жизни. — Да как ты не понимаешь, дура. Они придут ещё раз и сделают всё до конца! — перехожу на крик, — Они тебя… они тебя трогали? — я осторожно спрашиваю, молясь, чтобы она сказала нет. — Нет. «Слава богу» я выдыхаю.        Когда док закончил, он ушёл домой. Вишне приказал помочь Бурому. А я и мой ангелок легли на кожаный диван, прижав её к себе так сильно как никогда. Не отпущу! Не позволю! Мой ангел, мой Падший Ангелок. Пытаюсь вернуться к разговору. — Малыш, мне нужно знать, кто это сделал, если ты не скажешь, я сам всё узнаю, — стараюсь спокойно говорить. — Я тебе скажу после того, как посплю, — она обняла меня своими маленькими ручками, мы так и уснули в обнимку.       Я проснулся раньше неё, Вишня привёз из дома плед и заказал еду в казино. Сидел за столом и доделывал работу, мои глаза прошлись по поверхности стола, и я увидел пятно крови. Прикрываюсь глаза ладонью и начинаю вытирать его. Замечаю, как она поднимает голову, я подбегаю, поддерживаю её. — Можно попить? — еле говорит она. — Да, конечно, — я беру со столешницы бутылку воды. Не узнаю её, она вся бледная, она кладёт голову обратно на подушку. Я громко вздыхаю, и она понимает, чего я хочу. — Помнишь парня, который стоял с мужчиной? — она дотрагивается до моей руки. Я киваю, — Это был он, но, — она замолкает, как будто сомневается, говорить или нет. Беру её за руку и говорю: — Сара, ты можешь доверять мне, — я сильнее сжимаю её руку. — Я понимаю, но и ты меня пойми. Я не хочу, чтобы страдали люди которые мне… — она замолкает и смотрит в мои глаза, и продолжает, — Дороги.