«Чёрный Дракон».

      Спустившись вниз, я увидела, что все кроме дедушки сидели за столом, он с кем-то разговаривал по телефону.       На кухне на столе стояли разные закуски и много разной еды, от легкой до тяжелой. Бокалы под вино. Все сидели нарядные, одна я в спортивной форме, но меня это никак не смущало. Чувствую на себе тяжёлый взгляд Алекса, поднимаю глаза. И наиграно улыбаюсь, чтобы он как-то отстал от меня. На столе кроме вина и виски ничего нет, а моя душа просит бурбон. — Ба, у нас бурбон есть? — невзначай спрашиваю у неё. Она подняла на меня осуждающий взгляд, но показала глазами на дедушкин глобус. Тихо встав из-за стола, я приближаюсь к дедушкиному глобусу и наливаю полстакана. — Сара! — злым взглядом сверлит меня Элис. — Ц, лааадно, — я оставляю чуть-чуть на дне и ставлю всё на место.       Сев обратно, Джек начал рассказывал парням планы на сегодня, бабушка разговаривала с Кэнди, а я ковырялась в еде и мечтала о хорошем бокале бурбона и сексе с Аароном. Слышу, как дедушка возвращается и зовёт меня: — Сара, можно тебя на минуту, — подзывает рукой он. Встаю с места и вижу, как все провожают меня взглядом, мы идём в кабинет дедушки, он приглашает жестом сесть. Что-то видать случилось, он напряжен. — Что случилось? — чуть подаваясь вперед спрашиваю я. — Мне нужна твоя помощь, мне нужно, чтобы съездила со мной и Алексом на переговоры, они очень важны, — он потирает лоб и я понимаю, что серьёзней некуда. — Введи меня в курс дела. — Это сицилийцы, — дедушка берет из внутреннего кармана сигару и закуривает. Я расширяю глаза.  «Сицилийцы, с чего это им снова быть в Америке» — И что им нужно? Им не хватило денег за прошлую партию наркотиков, которую я перевезла? — Нет, в этот раз хотят попросить помощи с перевозкой беженцев, в основном молодые девушки, — от его слов я встаю с кресла. — Нет, от меня помощи не жди, я не работорговка, а уж тем более не сутенерка, — бью пальцем по его столу. — Я согласен, идея плохая, но мне нужна твоя помощь. — Не знаю, дедушка, все это дурно пахнет. — я подошла к окну и тихо произнесла, — Я помогу, но при одном условии, — дедушка повернулся ко мне лицом на кресле и выдохнул дым, — Что бы не случилось, не встревай. — Я тебя понял. После нашего разговора я вышла из его кабинета. «Вдох — выдох» пытаюсь успокоить себя.       Бегу к себе в комнату и начинаю принимать душ, холодные капли падают на моё горячее тело, и я немного успокаиваюсь. Чуть расслабившись, поворачиваюсь лицом к стене и ставлю на неё руки. Поднимаю вверх голову и ртом ловлю холодные капли.       Моя комната была необычной, если это можно так назвать. Моя комната не разделялась на зоны, около окна была кровать, поставленная по горизонтали, напротив кровати была душевая. Чтобы вы понимали, она не была огорожена, то есть, если бы ко мне кто-то ворвался, то увидел меня полностью голой. Нажав на одну из плит, мне открывается тайник, я достаю оттуда маленькую бутылку бурбона и выпиваю полностью. «Как бы я хотела, снова почувствовать руки своего мужчины»       Как только я подумала об этом, на мои бёдра легли руки. И это был точно не мой мужчина. Развернувшись вижу Алекса, полуголого, я сбросила его руки, но он припечатала меня к стене. — Что ты творишь, придурок? — начинаю шипеть на него. — Ты будешь моей, хочешь ты этого или нет, — он взял меня за горло. — Тогда тебе придётся встать в очередь! — кричу я и бью в живот.       Надеваю халат и спускаюсь вниз, слышу, знакомые голоса. Я встала у лестницы, в шелковом халате, с мокрыми волосами и ссадинами на шее. А он стоит спиной ко мне, а Вишня и брат лицом ко мне. — О, привет, принцесса, — машет и улыбается ягодный, Аарон оборачивается. — Аарон, — тихо произношу, не веря своим глазам, от чего по одной щеке побежала слеза. «Боже, его лицо, как будто вечность не спал. Они с чемоданами?» Аарон лишь нежно посмотрел на меня с полуулыбкой и мне сразу стало спокойно. Но тут не вовремя спускается Алекс, в одном полотенце и тоже с мокрыми волосами, крича: — Мы ещё не закончили, Сара! — на моем имени он чуть затихает.       И у Аарона тут же пропадает улыбка, я закрываю шею рукой, и на его лице появляется гнев. Он бросает сумку на пол, вижу его глаза, они полны злобы, но он держит себя в руках, видя как я закрываю ссадины.