1
12 мая 2020 г., 21:50
Системы наблюдения «Потаенного света» были устроены так, что если Мегатрон подолгу не появлялся на камерах, Ультра Магнусу приходил пинг. Тогда он проводил небольшое расследование и выяснял, где затаился бывший повелитель десептиконов и не замышляет ли он чего. Отслеживание ввели, когда Мегатрон оказался во главе экспедиции, и решение показалось Ультра Магнусу полезным и справедливым. Он бы и за Родимусом такую слежку установил, но у со-капитанов разное положение на борту, и первого — хронологически — капитана контролю не подвергнуть.
Однако даже Мегатрон имел право на приватность, поэтому камер не было в его каюте. Ультра Магнус устраивал внезапные проверки, чтобы убедиться, что у Мегатрона нет оружия или что он не собрал себе передатчик для тайной связи с буйными десептиконами, недовольными финалом войны. Несмотря на то что во время суда Мегатрон отказался сбегать, он мог задумать что-то еще. Повелитель десептиконов известен своим коварством, в конце концов. Он мог казаться смирным пленником своей новой роли — и привести «Потаенный свет» к гибели, например.
Ультра Магнуса смущало, что приходится подозревать собственного капитана, но он привык ответственно относиться к своему долгу. Поэтому сейчас он стоял у дверей каюты Мегатрона, положив ладонь на электронный звонок. Можно было и вломиться, но Ультра Магнус — не только тюремщик, но и старпом. А Мегатрон — со-капитан «Потаенного света» наравне с Родимусом. Тяжело, когда нужно соблюдать субординацию и готовиться к худшему одновременно.
— Да? — донеслось из каюты.
— Я могу войти? — вежливо спросил Ультра Магнус, фоново подавая энергию к пушкам, но не запуская их.
— Входи, — без паузы ответил Мегатрон.
Дверь открылась. Хозяин каюты полулежал на платформе, подогнув ногу, с планшетом в руке. У Мегатрона много планшетов, несколько полок. При этом все взятые им на борт носители были просканированы и помечены. От этого в ответ на сканирование пришел ответный сигнал, что он безопасен. Нет встроенных передатчиков, директории и папки не изменялись с момента отлета.
Ультра Магнус окинул взглядом помещение. Ничего подозрительного. До взлома стен в поисках секретных ячеек никогда не доходило; оттого проверки становились еще более неловкими. Ультра Магнус не одну тюремную колонию контролировал, он знал, как производится... шмон. И служба безопасности «Потаенного света», в его представлении, должна была или действовать эффективно, не давая Мегатрону почувствовать себя хозяином своего пространства, или уж смириться и не трогать его. Полумеры — мучительно нелогичны. Но, увы, лишь они были в распоряжении Ультра Магнуса.
— Что-то случилось? — поинтересовался Мегатрон, поднимая на Ультра Магнуса внимательный взгляд.
Он прекрасно знал, что с ним бы связались, потребуйся на мостике капитан. Один из. Оба. Так что отвечать было не обязательно. Но — капитан спрашивает.
— Обычная проверка, — прямо ответил Ультра Магнус, мрачнея еще сильнее.
Мегатрон перехватил планшет экраном вниз и спустил ноги с платформы. Сел. Непросто было привыкнуть к тому, что диктатор и убийца рядом с тобой потягивается и разрабатывает сервоприводы, а ты не должен скручивать ему руки за спиной. Но Мегатрон вел себя... не как пленник. И не как диктатор. Как капитан, он принимал решения. Как осужденный с шансом на оправдание, он следовал правилам и не роптал.
Ультра Магнус одергивал себя, не уверенный, что имеет моральное право сочувствовать Мегатрону или жаловаться на собственное положение. Насколько он мог судить, Мегатрон относился к происходящему с принятием, но без энтузиазма. Кто был бы рад оказаться под прицелом камер на корабле с бывшими врагами? На месте автоботов, окажись Оптимус после войны офицером на его корабле, Мегатрон поступил бы так же...
Или — приказал бы казнить тех, кто представлял бы угрозу. Десептиконы проявляли к военнопленным жестокость, что бы защитило тех, кого они объявили преступниками?
Похоже, сегодня терпение Мегатрона дало трещину. Вместо привычного молчания он заговорил.
— В чем заключаются проверки? — он пожал плечами. — Если ты можешь сказать, конечно. Иногда мне нужно отдохнуть, и... Твое присутствие не мешает, напротив, я всегда готов ответить на твои вопросы, Ультра Магнус, — иронии в голосе не слышалось, только легкая усталость. Однако даже когда ирония не звучит, она все равно может присутствовать. Правда, ее сложно засечь... а, вот она. В окончании реплики Мегатрона: — Но в нашей ситуации есть что-то комичное, не находишь?
О, Ультра Магнус не находил эту сцену смешной. Хотя как литературный прием она бы вызвала у читателя улыбку. Комедия ситуаций. А его роль в этой ситуации — параноидальный дурак. Он сдержал недовольство и ответил максимально четко:
— Я должен удостовериться, что ты один. И не строишь планы, которые навредят экипажу.
— Планы, — задумчиво повторил Мегатрон. — В таком случае тебе стоит взглянуть на этот планшет, — он встал и протянул руку. — Чтобы удостовериться.
Это сарказм? Насторожившись, Ультра Магнус кивнул и включил экран нажатием на клавишу сбоку. Перемотал текст вверх-вниз. Проверил, что у Мегатрона стоит закладка на последней открытой странице, и вернулся в меню — убедиться, что на первый взгляд скрытых папок нет. Текст, конечно, мог быть шифром, но походил он скорее на... рассказ.
Он вернул Мегатрону планшет, прогоняя ощущение, что вот-вот провалится сквозь палубу, потому что от напряжения разогревался корпус, а подспудно накатывал стыд.
— Что это? — теперь-то уж надо было спросить.
— Сага о путешествиях. Ее написали органики с планеты Сотар IV, это в другом рукаве Галактики. С помощью Саундвейва я перевел на кибертронский три тома из четырех. И иногда перечитываю.
Ультра Магнус выдохнул горячий воздух. Книга. Тиран и диктатор читает в своей каюте приключенческие книжки, пока весь корабль гадает, не строит ли он козни? А чего было ожидать? То, что Мегатрон устал, стало ясно, когда он сдался. Иногда его чувства пробивались сквозь серую маску застывшего отстраненного презрения: нежелание вступать в полемику, лишь бы его уже оставили в покое. В остальное время он держался невозмутимо, скорее всего, просто потому что приучил себя.
Мегатрон уже вернулся к платформе, когда Ультра Магнус — неожиданно для себя — задал вопрос ему в спину:
— А что не так с четвертым томом?
— Прости? — тот обернулся. — А… Авторы не успели его закончить. Я уничтожил Сотар, — Мегатрон поднял взгляд к потолку.
Спокойный тон, которым был произнесен ответ, выбил Ультра Магнуса из колеи.
— И… перевел книги?
— Это очень хорошая проза. Поэтичная и жестокая. У сотариан существовала особая философия путешествий. Мне жаль, что она утрачена, — Мегатрон смолк, побарабанил пальцами по тыльной стороне планшета и вдруг добавил: — Советую тебе почитать, кстати. Композиция их текстов строго последовательна и нетороплива, настоящее погружение в себя и в текст. Это второй том, — он покачал планшетом, а потом указал в сторону стеллажа, — но на полке можешь взять первый. Красный корпус.
К неожиданному повороту разговора Ультра Магнус не был готов. То есть, ему и в мысли не пришло, что совет Мегатрона касательно литературы — это какая-то извращенная ловушка. Но как он должен... реагировать?
Ультра Магнус не помнил, когда в последний раз кто-то советовал ему что-то прочитать.
— Я возьму, — медленно ответил он.
У него было ощущение, что Мегатрон удивился его согласию. Далеко не все члены экипажа опасались нового капитана, многие умирали от любопытства. Ультра Магнус находил это особенно нелепым и невежливым по отношению к заложнику ситуации. Все пялились Мегатрону вслед, следили, с кем он говорит, пускали слухи и обсуждали иногда даже прямо за спиной. Каждый, кто пообщался с ним хотя бы мельком, превращал это в байку. С них сталось бы и в библиотеку его залезть! Но, справедливости ради, за автоботами из команды Ультра Магнус не замечал интереса к литературе.
— Поделись потом впечатлениями, — Мегатрон сел в ту же позу, в которой был, когда старпом вошел. — Эти книги мало кто читал. Я обсуждал их только с Саундвейвом. Мне интересно твое мнение.
— Я... да. Хорошо.
Он убрал планшет в сабспейс и подавил желание извиниться за беспокойство перед уходом. Он выполняет свой долг.
Он тоже не рад, что все так вышло.
***
Через несколько дней он снова оказался на пороге каюты Мегатрона. Тот читал уже что-то другое, судя по облупившейся на толстостенном планшете краске, страшно старое. Или плохо хранившееся раньше. — Простая проверка? — бросил он, не отрывая взгляда от текста. — Нет, — ответил Ультра Магнус. — Я пришел вернуть тебе книгу. Мегатрон посмотрел на него — внимательно, хотя и коротко, а потом без особого веселья, но и без признаков издевки улыбнулся: — Так понимаю, второй том не нужен. Тебе не понравилось? Ультра Магнус нахмурился. Он предпочел бы поставить планшет на полку и уйти, оставив мнение при себе, но стоило как-то ответить, потому что он обещал обсудить книгу с Мегатроном. Такого опыта у него было немного. Он застыл посреди комнаты, как будто под прицелом. Мегатрон положил облупленный планшет на платформу и располагающе смотрел на Ультра Магнуса, а тот непростительно долго мусолил подготовленную реплику, прежде чем выдавить: — Перевод очень хороший. Но само произведение для меня... тяжеловато. Я предпочитаю более... легкую прозу, — он смутился. Это плохо описывало его впечатления. Мегатрон подобрал слова куда точнее в прошлый раз: поэтичная и жестокая философская сага о нескольких поколениях путешественников, никогда не останавливавшихся, не умевших отдыхать, подстраивавших конечные цели под нынешние времена. Увы, рецензирование — это не написание отчетов. Уловить и передать ощущения непросто; канцелярский, грубый, тяжеловесный и в то же время однозначный язык, которым Ультра Магнус владел в совершенстве, не подходил. Его оттолкнула не форма, смесь метафорического письма и простых грамматических формул, не свойственные эпосам всех народов обобщения и грубость характеров. Порой ему было больно читать, возможно, потому что он накладывал некоторые мысли на собственный опыт — и не желал углубляться. А еще эти ощущения ему определенно не хотелось вытаскивать на поверхность. Мегатрон не стал расспрашивать подробнее. Его взгляд не стал холоднее, насколько Ультра Магнус мог судить. Он плохо анализировал эмоции. Еще хуже, чем литературу. — Если дашь мне время, к следующей проверке подберу тебе кого-нибудь из земных авторов, — предложил он. — У землян нет такой зацикленности на эпосе. Кажется, была раньше, но их литература развилась куда сильнее, чем во многих других культурах. — Я... читаю на земных языках, — отозвался Ультра Магнус с облегчением. Ему хоть было, что сказать. — Я тоже, — Мегатрон замолчал. — Тогда... я зайду, — прозвучало глупо. Конечно, он зайдет, он обязан! Куда они с Мегатроном денутся? — И я, может... у меня появится пара вопросов по... саге, — неуверенно добавил он. — Но мне надо подумать. Мегатрон понимающе кивнул и отсалютовал ему планшетом: — Ты знаешь, где меня найти. Я здесь, если не нужен на мостике.
